На рубеже ХХ века на сцене Большой Игры появились и весьма неожиданные персонажи, такие как Петр Бадмаев и Агван Доржиев.
И сегодня фигура Бадмаева окружена мифами и легендами, поэтому воссоздать его реальный портрет достаточно сложно. О происхождении Бадмаева известно мало. Известно, что по своему происхождению он был бурят. Его отец Загосола Батма кочевал в Агинских степях Забайкалья. Впоследствии Бадмаев будет утверждать, что является потомком Чингисхана в одиннадцатом колене. В данном случае проверить, кто в каком колене кому приходится, просто невозможно, поэтому будем верить на слово. Год рождения нашего героя также неизвестен. Сам он иногда говорил, что живет уже более ста лет (то есть родился еще в конце XVIII века), но, благодаря тибетским методикам, очень медленно состаривается. Это, разумеется, были выдумки, рассчитанные на доверчивую паству. Биографы считают, что родился наш герой примерно в 1850 году. Как бы то ни было, но в 1871 году Бадмын Жамсаран, так звали Бадмаева до крещения, окончил гимназию в Иркутске. Неплохое образование получил и его старший брат. Это говорит о том, что отец Бадмаева был достаточно богатым человеком, чтобы дать своим детям первоклассное, по бурятским меркам, образование. Тогда же Бадмын Жамсаран поступил в Петербургский университет на Восточный факультет. В 1875 году и окончил его с отличием по монгольско-маньчжурскому разряду. В это же время он являлся вольнослушателем в Военно-медицинской академии, получая базовые медицинские знания. В том же, 1875 году Бадмын Жамсаран поступил на службу в Азиатский департамент МИДа. А вскоре, после внезапной смерти своего старшего брата Сультима, возглавил организованную им аптеку тибетских лекарственных трав в Петербурге.
С этого момента начинается стремительное восхождение Бадмаева как тибетского врача, умеющего лечить травами и некими таинственными порошками собственного изготовления все болезни и в особенности восстанавливать мужскую потенцию. Надо ли говорить, что скоро молодой доктор стал вхож в самые высокие кабинеты.
Когда же он решил принять православие, то крестным отцом Бадмына Жамсарана согласился стать сам император Александр III. При принятии православия Бадмаев выбрал имя в честь своего кумира – Петра I. Отчество же тогда традиционно давалось по имени царствующего лица. Так Жамсаран Бадмаев стал Петром Александровичем. При этом все биографы Бадмаева единодушны – его переход в православие не был конъюнктурным. Он искренне уверовал в православные ценности. Известно, что в 1881 году, собираясь в свою первую двухлетнюю поездку в Монголию, Китай и Тибет, он специально отправился просить благословения Иоанна Кронштадтского и получил его. Более того, Иоанн Кронштадтский лично приезжал освящать петербургский дом Бадмаева. Именно Бадмаев впоследствии лечил знаменитейшего русского священника после очередного покушения.
В 1877 году Бадмаев женился на русской дворянке Надежде Рябининой, дочери титулярного советника. Венчание состоялось в дворцовой императорской церкви. Тогда же в Петербурге на Поклонной горе Бадмаев приобрел земельный участок, на котором выращивал целебные травы и построил дом.
Первая поездка Бадмаева на Тибет продолжалась два года, за это время он установил необходимые контакты с ламами и получил определенные знания в буддийских монастырях. В Петербург Бадмаев привез оригинал рукописи «Жуд-Ши» («Четыре основы») – старинный трактат по традиционной тибетской системе врачевания.
Впоследствии он еще несколько раз ездил и в Монголию и на Тибет, но находился там уже непродолжительное время. Теперь Бадмаев занимался во время этих поездок военно-политической разведкой. А после отъезда оставил многочисленных агентов-учеников.
Ну, а затем Бадмаев придумал проект, который, по его мнению, должен был принести могущество России, а ему мировую славу.
В 1893 году через своего пациента князя Ухтомского Бадмаев переправляет министру финансов записку «О задачах русской политики на азиатском Востоке», где обещает всех буддистов Монголии, Маньчжурии и Тибета добровольно привести под скипетр русского царя, с присоединением к России северной части Китая и Монголии, Восточного Туркестана и Тибета. Бадмаев утверждал, что в Китае нет навыка самоуправления, страна привыкла к диктатуре и оттого встретит русских с покорностью и благодарностью. В записке Бадмаев доказывал, что дни маньчжурской династии в Китае сочтены, и предупреждает, что если туда не придем мы, то придут англичане. В этом, кстати, Бадмаев не ошибся: после смерти Александра III англичане тут же ввели войска в Тибет…
Для облегчения колонизации он предложил построить железную дорогу к городу Ляньчжоу, расположенному в двух тысячах верстах от российской границы. Новая грандиозная железная дорога должна была стать ответвлением строящегося Транссиба. «Ланчжоу-фу – ключ в Тибет, Китай и Монголию. Вся торговля Китая попадет в наши руки, – писал Бадмаев. – Европейцы не в состоянии будут с нами конкурировать… С проведением этой линии начнется финансово-экономическое могущество России».
Поразмыслив, Витте отправил проект Александру III и в сопроводительной записке отмечает, что он представляется ему «весьма серьезным» и «устанавливающим новую точку зрения в практических вопросах политики… По своему географическому положению Тибет, с точки зрения интересов России, имеет важное политическое значение. Значение это особенно увеличилось в последнее время, ввиду настойчивых стремлений англичан проникнуть в эту страну и подчинить ее своему политическому влиянию».
Стремясь сыграть на самолюбии российского императора, Бадмаев писал: «Буддисты считают белого (т. е. русского. – В.Ш.) царя перерожденцем одной из своих богинь Дара-эхэ – покровительницы буддийской веры. Она перерождается в белого царя для того, чтобы смягчить нравы жителей северных стран. Легендарные сказания имеют гораздо более значения в этих странах, чем действительные явления… Русский царь – идеал для народов Востока». Большей лести придумать было просто невозможно!
Но, вопреки всем ожиданиям, проект Александра III не заинтересовал. Прочитав его, он почесал свою раскладистую бороду. И было от чего! Проект Бадмаева разом переворачивал с ног на голову все ранее подписанные договоры с Англией в рамках Большой Игры. Конечно, формально присоединить данные территории было можно, однако Россия получала после этого не одну, а сразу несколько войн, причем с такими серьезными противниками, как Китай и Англия.
– Все это так ново, необычайно и фантастично, что с трудом верится в возможность успеха! – деликатно отказал модному врачу император.
Казалось бы, мало ли подобных проектов канули в Лету вместе со своими авторами. Но в случае с Бадмаевым все получилось иначе. Несмотря на отказ в проекте, его автор был почти сразу произведен в действительного статского советника, что соответствовало чину генерал-майора. Кроме этого, по настоянию Витте из казны Бадмаеву было выделено два миллиона золотых рублей для учреждения компании по торговле чаем.
На выделенные деньги разворотливый и деятельный Бадмаев в 1893 году создал в Чите весьма успешный торговый дом «П.А. Бадмаев и Ко», который осуществлял торговлю с бурятами. В здании своего торгового дома Бадмаев разместил издательство и типографию первой частной газеты Забайкалья «Жизнь на восточной окраине». Газета издавалась на монгольском и русском языках, причем без контроля цензуры.
Разумеется, деньги Бадмаеву Витте дал не просто так. Под вывеской чайного торгового дома Бадмаев должен был начать подготовительную работу по вводу российского капитала в Маньчжурию. Как агент влияния, Бадмаев оказался на своем месте. Причем из Бадмаева вышел не только толковый исполнитель, но и организатор. И вскоре сотни калмыцких и бурятских юношей были направлены им в тибетские монастыри в качестве агитаторов присоединения к России. Помимо своей основной деятельности, Бадмаев занимался улучшением местной породы лошадей, для чего закупал чистокровных английских скакунов, а также содействовал миссионерской деятельности Забайкальской духовной епархии. Впоследствии он даже организовал «Первое Забайкальское горно-промышленное товарищество» для разработки золотых приисков. Так что первое время все шло хорошо.
Однако после подписания в 1896 году, по инициативе Витте, контракта на строительство КВЖД в Маньчжурии предприятие Бадмаева стало мешать планам министра финансов, так как могло создать конкуренцию КВЖД. Нужды в «чайном бизнесе» больше не было, и Витте отстранил Бадмаева от участия в своих дальневосточных проектах. Обиженный Бадмаев в начале 1898 года примкнул к группе статс-секретаря императора Александра Безобразова. Если Витте и его единомышленники стремились расширить сферу влияния российского банковского капитала на Маньчжурию и, как следствие этого, распространить на нее наше влияние, то группа Безобразова такими тонкостями себя не утруждала и желала прямого раздела Китая.
С началом царствования Николая II Бадмаев всеми силами стремился очутиться в самом близком окружении царской семьи, конкурируя с такими известными авантюристами, как Григорий Распутин и Митя Козельский. Доподлинно известно, что Бадмаев лечил Григория Распутина после покушения, когда тот был ранен ножом в живот одной из своих фанаток.
Выходя в высший свет, Бадмаев наряжался во фрак и ездил по Петербургу на собственном автомобиле. Как всякий уважающий себя богатый человек, Бадмаев завел себе любовницу Елизавету Юзбашеву, знойную красавицу армянско-грузинских кровей, ставшую его единомышленницей и последовательницей, а впоследствии и женой.
При этом в столице он быстро стал очень значимым человеком, который решал самые сложные вопросы. Популярность Бадмаева в Петербурге была огромна. Сохранились данные о количестве порошков, проданных в аптеке Бадмаева, – 8 140 276. При этом консультация у Бадмаева стоила до 25 рублей золотом, но рабочих он принимал за рубль ассигнациями, а порой даже и бесплатно.
Роскошная жизнь закончилась вместе с падением монархии.
Надо отдать должное Бадмаеву, он безошибочно, без всяких анализов, определял диагноз по пульсу. Исходя из поставленного диагноза, Бадмаев прописывал порошки – шижет, ледре или другие, изготавливаемые со строгим соблюдением дозировки согласно старинным рецептам эмчи-лам. Были в ходу и тибетские благовония из трав, которыми обеззараживались помещения, вплоть до чумных бараков. При этом Бадмаев работал по шестнадцать часов в день, сохраняя бодрость благодаря привычке каждые три-четыре часа засыпать на семь – десять минут.
Понимая, на чем легче всего разбогатеть, Бадмаев специализировал свою клинику на излечении сифилиса, увеличении мужской потенции и либидо. Ходили слухи, что все пациенты, а это были, прежде всего, министры, сенаторы, их жены и любовницы представали перед ним… совершенно голыми. Не думаю, что это было соблюдением неких древних медицинских канонов. Зато этот нехитрый прием очень воздействовал на людей психологически. Бадмаев, разумеется, хранил врачебные тайны, но всегда (если это было ему надо) умел беспощадно шантажировать пациентов знанием этих тайн.
«Создается впечатление, будто он являлся некоторым центром столичной жизни, серым кардиналом и великим кукловодом» – так характеризовал его историк Андрей Балабухин.
Александр Блок писал о Бадмаеве следующее: «Умный и хитрый азиат, у которого в голове политический хаос, а на языке шуточки и который занимался, кроме тибетской медицины, бурятской школой и бетонными трубами…»
Причина столь большого авторитета Бадмаева имеет свое объяснение. Во-первых, он сам был очень умным, деятельным, хитрым и контактным человеком. Во-вторых, то было время невиданного расцвета оккультизма, засилья всевозможных мистиков, медиумов, и Бадмаев отлично использовал в своих интересах тогдашнюю тягу высшего света ко всему таинственному, подавая себя за некого восточного кудесника-колдуна. Ну, и наконец, самое главное, обладая секретами тибетской медицины, Бадмаев действительно лечил многие болезни, в том числе и самые деликатные. Именно по этой последней причине и приобретал он огромную власть над доверившимися ему людьми, среди которых были и весьма серьезные особы. Кроме этого, Бадмаев занимался и весьма деликатными делами. Так, Керенский в своих мемуарах писал, что постоянным пациентом Бадмаева являлся последний министр внутренних дел Российской империи Протопопов. Причем именно Бадмаев свел у себя на квартире Протопопова с Григорием Распутиным…
Когда однажды между Николаем II и Витте зашел разговор о Бадмаеве, то министр финансов с долей шутки сказал:
– Этого человека нельзя сердить, потому что он может слопать даже русского царя!
Но Николай шутку не оценил. Подойдя вплотную к Витте и глядя ему в глаза, он прошептал:
– Признаюсь вам, Сергей Юльевич, что мне страшно с ним!
Опасался Бадмаева и Григорий Распутин, не раз признававшийся:
– Этот китаец обманет хоть самого черта, и я боюсь его.
Впоследствии Витте не раз говорил:
– Бадмаев вылечит любого человека, но при этом обязательно впутает пациента в какую-либо аферу…
При этом Бадмаев, надо отдать ему должное, никогда не забывал и о Большой Игре.
На встречах с представителями высшей власти он не уставал повторять:
– Залогом победы России станет авторитет русского императора. На Тибете популярна легенда о приходе Белого царя, который принесет вечный мир и высшую справедливость. При этом под Белым царем подразумевают именно русского царя! – дальнейшие перспективы Бадмаев рисовал с восточной наивностью. – Кто будет господствовать над Тибетом, тот будет господствовать над всем Китаем. Господствующий над Китаем, господствует над всей Азией, а господствующий над Азией, господствует над всем миром! А все это потому, что именно в Тибете находится Великая Шамбала, место пребывания великих мудрецов!
Из письма Бадмаева Николаю II: «Корень русской политики на Востоке лежит не в Китае, а именно в Тибете. Неужели истинно русский человек не поймет, сколь опасно допущение англичан в Тибет; японский вопрос – нуль по сравнению с тибетским».
Историки считают, что, если бы не начавшаяся вскоре война с Японией, император Николай, вняв совету Бадмаева, серьезно занялся бы присоединением Тибета.
Дальнейшая жизнь Бадмаева сложилась печально. Если в 1911 и 1916 годах он все еще был «на коне», кстати, первым подняв вопрос о строительстве новой Северо-Сибирской железнодорожной магистрали, впоследствии известной как БАМ, то затем все рухнуло.
Последним делом жизни Бадмаева стал перевод главного руководства по врачебной науке Тибета «Жуд-Ши» («Джуд-Ши», в переводе «Четыре основы»). Руководства о том, как жить полноценной здоровой жизнью долго и счастливо.
В 1917 году, после Февральской революции, Временное правительство выслало «серого кардинала» столичного бомонда в Финляндию. После октября 1917 года Бадмаев вернулся в Петроград, где пытался показать большевикам вою полезность, но времена изменились и в его услугах уже никто не нуждался.
В 1919 году за связь с контрреволюционерами Бадмаев был арестован ЧК, посажен в тюрьму, а затем отправлен в так называемый Чесменский лагерь.
Оттуда Бадмаев писал в записке председателю ЧК: «Я по своей профессии интернационал. Я лечил лиц всех наций, всех классов и лиц крайних партий – террористов и монархистов. Масса пролетарий у меня лечились, а также богатый и знатный классы. До момента последнего моего ареста у меня лечились матросы, красноармейцы, комиссары, а также все рабочие и денег с них я никогда не брал».
Когда «110-летний» Бадмаев тяжело заболел, его выпустили. Жена и дети забрали его домой, где он в кругу семьи и умер в июле 1920 года. Похоронен Бадмаев был 1 августа 1920 года на Шуваловском кладбище в Петрограде. Утверждают, что долгое время на могиле находили свежие цветы от бывших пациентов.
Среди эзотериков и сегодня ходят разговоры, что Бадмаев якобы являлся членом тибетского мистического общества «Зеленый дракон», этакого восточномасонского братства. Однако ввиду отсутствия в тайных организациях какой-либо официальной документации любые аргументы «за» или «против» этого утверждения никакого значения не имеют.
Любопытно, что племянник Бадмаева, Николай, впоследствии возглавлял клинику тибетской медицины в Кисловодске, потом в Ленинграде; лечил Горького, Алексея Толстого, Бухарина, Куйбышева и многих других представителей советской элиты. В дни Большого террора он был арестован и в 1939 году расстрелян. Вдова Бадмаева, Елизавета Федоровна, также провела двадцать лет в лагерях, но выжила и сохранила архив. Внуки Бадмаева добиваются реабилитации его имени и памяти. Любопытно, что практически все потомки Бадмаева продолжают заниматься тибетской медициной. В 1991 году, по постановлению Президиума Академии наук России, был издан однотомник трудов Петра Бадмаева «Основы врачебной науки Тибета «Джуд-Ши».