ГЛАВА 1

6

Верный своему слову, Фабио прибыл в поместье моего отца не позже, чем через шестьдесят минут после нашего прибытия.

Ну, не Фабио собственной персоной, но он прислал нескольких своих охранников в поместье моего отца, чтобы вернуть меня домой или убить.

Да, думаю, мертвая Эштон его тоже устраивала.

Шлюха за шлюху.

Мне не дали возможности осмотреться в новом окружении, как Триггер потащил меня в комнату, в которую я никогда не хотела больше заходить.

Блокируй это, Эштон.

Не вспоминай его.

Это слишком больно.

Он был плохим человеком…

Стол моего отца отодвинули в сторону, роскошный, хоть и пыльный персидский ковер отодрали, а затем меня осторожно опустили через крошечный люк в полу в темноту, пока мои ноги не нашли опору на холодном бетоне, ожидавшем в нескольких футах под поверхностью.

— Оставайся здесь, corderito. Я вернусь за тобой.

— Нет, Триг, — прохрипела я, глядя на него снизу вверх, когда он отпустил мои руки и отполз от того места, где лежал на животе, спуская меня в дыру. — Пожалуйста, не оставляй меня...

— Делай, что тебе говорят, — был его единственный ответ, прежде чем деревянный люк захлопнулся, оставляя меня покинутой и одинокой.

В темноте я смотрела на закрытый люк, пока звуки выстрелов не наполнили мои уши.

И так начинается.

Снова.

В панике, когда реальность обрушилась на меня, я развернулась и побежала. Спотыкаясь, спускаясь по крутым бетонным ступеням прохода, я снова оказалась в другой комнате, слишком мне знакомой.

Папочкина комната безопасности.

Это было то же самое убежище, в котором мой отец прятал меня бесчисленное количество раз. Отдельная сущность от остальной части подземного уровня особняка, достаточно большая только для маленького ребенка.

Меня.

Она была примерно такого же размера, как лифт, на котором мой отец однажды прокатил меня во время одной из наших тайных поездок в аквариум или зоопарк. Как и лифт, в комнате безопасности не было окон.

Если мне не изменяла память, она была отделена от остальной части нижнего уровня дома, уходя глубоко под фундамент здания.

Когда я была маленькой и отец заставлял меня прятаться здесь, я часами играла со своими куклами при свечах, ожидая, пока он придет за мной.

Теперь я сидела неподвижно, в темноте, слушая звук тишины и пытаясь договориться с той частью моего разума, которая сдалась в жизни.

Когда это не сработало, я опустошила свой разум и просто ждала, пока все, что происходило снаружи, закончится.

Как хорошо обученная собака, я сидела на нижней ступеньке пыльной бетонной лестницы, находя утешение в прохладной температуре комнаты, ожидая, когда Триггер вернется или когда придут люди, чтобы забрать меня.

Что наступит раньше.

Обуреваемая болезненными воспоминаниями, я вспомнила, что однажды сказал Джетро…

«…Он приведет к твоей смерти. Или ты приведешь к его смерти. Или вы оба в конце концов убьете друг друга, потому что вы оба чертовски безумны. В любом случае, ты теряешь рассудок из-за него, Эштон. Это небезопасно, и это не кончится добром…»

Может, он и был прав, и, может, мне следовало прислушаться к его предупреждению все эти годы назад. Я определенно чувствовала, что потеряла рассудок. Потеряла его в Триггере. Потеряла в безумии, окружающем мир, в котором я жила. Я больше не могла быть уверена.

Но я знала, что Джетро был прав в одном: я собиралась умереть.

До того, как эта война закончится, кто-то с кровью Креллидов, текущей по венам, лишит меня жизни.

Я не знала когда или как это случится, но я знала, что это случится.

Я собиралась умереть.

И в извращенном смысле я приветствовала эту мысль.