ГЛАВА 11

Ли

Прошло две недели с момента инцидента с моим отцом, и я не слышала от полиции ничего о его местонахождении. И, кроме как извиниться передо мной за крик в душе, Кайл отгородился от меня. Я не рассказывала ему о папе, потому что его почти не было дома, а когда он был, и я пыталась с ним говорить, Кайл просто качал головой, говорил, что ему не интересно, и уходил.

Он не разговаривал и с Дереком, а на Хоуп вообще не обращал внимания, словно ее не существовало. Он уходил из дома на рассвете и не возвращался до позднего вечера. Я знала, что он не ходит в отель, потому что Маркус несколько раз звонил на домашний телефон, требуя срочно поговорить с Кайлом.

Поведение Кайла меня пугало, а взгляд, который он бросал на меня, когда я к нему подходила — отвращение и враждебность в глазах — заставлял думать, что либо с ним происходит что-то ужасное, либо он закончил со мной и хочет, чтобы я сама ушла.

Он намеренно отталкивал меня, и мне стало тяжело пытаться держаться за него. Много ночей за последние недели, когда я лежала одна, я думала о том, чтобы собрать Хоуп в машину и поехать к маме. Но я не делала этого и не сделаю, хотя то, как Кайл со мной обращался, открывало все мои старые раны и неуверенности, которые я так усердно пыталась залечить…

«Я до чертиков устал от твоих детских выходок», — сказал мне Кайл, и небольшая часть меня думала, что он, возможно, пытается научить меня уроку, не появляясь, чтобы отвезти меня на прием к врачу.

Ну, я не собиралась просить.

Мне нужно было больше опираться на себя и стать более независимой от Кайла.

Я собиралась сама принимать решения о своей жизни.

Вытирая волосы со лба, я вытерла потные ладони о джинсы, убрала страхи на задний план и взяла ручки коляски Хоуп, отправляясь в путь.

Над головой сгущались сумерки, и, натянув капюшон пальто, я шла быстрым шагом к ярко освещенной закусочной чуть впереди.

Войдя внутрь, я заказала кофе на кассе и посадила Хоуп в высокий стул, садясь рядом, рада отдохнуть от усталых ног.

От дома до больницы был всего час пешком, а сюда — десять минут, но я была не в форме. Я ждала Кайла все утро, чтобы он отвез меня на прием, но когда пробило три часа, я собрала Хоуп и пошла пешком.

Место было почти пустым, и я наслаждалась тишиной, потягивая кофе. Прошло тринадцать лет с тех пор, как я сидела в таком месте…

Мы ходили в «Бургер Парк» на день рождения Кэм. Это был единственный праздник, на который папа разрешал мне идти. В тот день я ехала спереди с миссис Фрей в ее Ford Escort. Кэм и ее друзья сидели сзади. Конечно, я сидела с миссис Фрей. Другие друзья Кэм, Шантель и Кейси, не хотели, чтобы я с ними сидела, потому что, по их мнению, в семь лет моя странность была заразительна — да и одежда у меня была грязная.

Их дразнилки больше тревожили Кэм, чем меня. Все, чему меня научили их обзывания, — это правильно стирать собственную одежду. Я мыла ее в раковине с куском мыла, но на следующий день после праздника мистер Фрей принес новую стиральную машину и сушилку и подключил их. Папа спал во время визита и до сих пор не заметил их в нашей кухне…

— Джорди, хочешь картошку фри с бургером? — знакомый женский голос прервал мои мысли, и я повернула голову в сторону источника. Невысокая девушка с блондинистыми волосами, подстриженными «пикси», стояла у кассы, крепко держа за руку мальчика с черными волосами, и я сразу ее узнала.

Карен.

С интересом я наблюдала, как раздраженный подросток, который меня обслуживал, сердито смотрел на мальчика рядом с Карен.

— У меня нет целого дня, леди, — буркнул Невилл — я прочитала его имя на бейджике — носовым голосом.

Карен огляделась по пустому ресторану, затем посмотрела на подростка. — Я вижу, — сказала она с сарказмом, и я еле сдержала смех. У нее была сталь в венах. — Нам два бургера и две порции картошки фри.

Невилл кивнул и принялся за заказ.

— Можно мне колу, мамочка? — надеялся мальчик.

Мамочка? Карен — мама? Карен рассмеялась и покачала головой. — Ни за что, Джорди. Ты же знаешь, что это делает с тобой.

Невилл вернулся с заказом, и я наблюдала, как Карен ищет деньги в сумке. — У тебя случайно нет работы вместе с этим счастливым обедом? — спросила она, передавая деньги.

Работа? Зачем ей работа? Мое сердце сжалось, когда я видела, как она считает мелочь на кассе, и я крепче держала руку Хоуп. Я понимала ее… я была на ее месте не раз.

— Тебе не хватает доллара, — жаловался Невилл, и мне хотелось кричать на него за жестокость. Было видно, что у нее нет нужной суммы, а этот ублюдок умышленно мучил ее.

— А у нас полный штат, — добавил он с ухмылкой. — К тому же, твои навыки счета оставляют желать лучшего.

— Засранец, — пробормотала она, продолжая рыться в сумке. — Можно я потом доплачу? Я не принесла достаточно мелочи.

Я не могла больше наблюдать за этим. Подняв Хоуп на руки, я подошла к мерзавцу и вытащила из кармана десять долларов. — Может, тебе стоит учиться манерам, — сказала я резко, положив деньги на кассу, бросив быстрый взгляд на Карен и ее сына. — Тебе должно быть стыдно.

Невилл покраснел, взял деньги, положил обратно картошку и через минуту вернул сдачу.

— Спасибо, — пробормотала Карен, явно смущенная. — Но тебе не нужно было это делать.

— Он вел себя как козел, — громко сказала я, чтобы Невилл услышал. — Ты этого не заслужила. Мы все через это проходили. Я точно знаю. — Поставив Хоуп на бедро, протянула Карен руку и улыбнулась. — И ты сделала для меня гораздо больше.

— Я же говорила, что это не проблема, — улыбнулась она. — Как ты держишься? Прости, что не звонила, искала работу.

— Что? — я покачала головой. — Почему?

— Привередливые аппетиты, — хихикнула Карен, слегка наклонив голову к ребенку. Она мягко провела рукой по голове Хоуп и вздохнула. — Боже, она копия своего папы. — Смущенно добавила: — Я убираю в офисе Кайла. Ваши лица почти в каждой рамке, на которой я пыль протираю.

— Да, она похожа, — шепнула я, глядя на дочь с голубыми глазами, темными волосами, золотистым оттенком кожи и ямочкой на щеке. Комок в горле мешал говорить. Не думай об этом… — Хочешь сесть с нами? — выдала я, указывая на наш стол. Обычно я так открыто не обращалась к новым людям, но эта девушка мне нравилась. — Мы могли бы выпить тот кофе, о котором говорили?

— О, эм… — Карен замялась, посмотрела на мальчика, затем смущенно улыбнулась. — Конечно.

— Как зовут твоего малыша? Я — Джордан, но мама зовет меня Джорди. Все нормально, я не против, — сказал Джордан, дергая за ногу мои джинсы. — Ей нравятся поезда? Мне нравятся поезда.

Я посмотрела в его зеленые глаза, и волна узнавания прошла через меня. — Хоуп, — мягко ответила я, пытаясь вспомнить, где видела мальчика раньше. Возможно, в отеле…

Осознав, что уставилась на ребенка, я собрала себя и улыбнулась. — И Хоуп любит поезда, — добавила я с энтузиазмом. Действительно, Хоуп радовалась всякий раз, когда звучала тема «Томаса и его друзей». Кайл был в восторге, и я была почти уверена, что ему это нравилось даже больше, чем Хоуп. Перестань, Ли. Не расстраивай себя…

Сев за стол, я передвинула сумку Хоуп, чтобы освободить место для Карен и Джордана, и почувствовала себя немного меньше одинокой.

КАЙЛ

— Сколько у нее счета за лечение? — спросил я Пэтти, сестру Линды, когда мы сидели в кафетерии больницы. Линда весь день приходила и уходила из сознания, а я чувствовал себя чертовски бесполезным. — Пусть я хотя бы за это заплачу, — пробормотал я, размешивая кофе ложкой.

Руки дрожали так сильно, что большая часть кофе выплескивалась через край кружки с пенкой, но я не мог остановиться. Мне нужно было держать руки занятыми. Мне нужно было отвлечься от того, как ужасно я все испортил с Ли. Я пытался извиниться за то, как разговаривал с ней, но она не хотела слушать, поэтому я сдался. Я все еще спал на диване, а Ли старалась держаться от меня подальше. Она даже не смотрела в мою сторону, и каждую ночь, возвращаясь из больницы, я проверял нашу комнату, чтобы убедиться, что она не ушла…

— Тебе не нужно этого делать, Кайл, — тихо сказала Пэтти. — Линда уже все устроила. — Протянув руку через стол, она успокоила мою дрожащую руку и сжала ее. — Вот почему она не хотела, чтобы ты знал.

— Потому что у меня бы дрожали руки? — бросил я без тени юмора.

— Нет, — вздохнула Пэтти тяжело. — Потому что она знала, что ты попытаешься взять всю тяжесть на свои плечи.

Я положил ложку в кружку, откинулся и уставился на женщину, которая так походила на умирающую женщину с четвертого этажа. — Ты, как никто другой, должна понимать, почему я хочу помочь, — тихо сказал я. Пэтти знала, что Линда значит для меня. — Она отдала годы своей жизни, чтобы вырастить меня, — я сдерживал комок в горле. — Я должен сделать для нее что-то… пока еще могу. Я должен быть с ней столько, сколько возможно, пока она здесь.

— Кайл, — тяжело вздохнула Пэтти, — я понимаю, милый, но ты не можешь ставить свою жизнь на паузу вот так.

— Могу, — пробормотал я сквозь зубы.

— Ты почти не отходил от ее постели последние две недели, — покачала головой Пэтти и грустно улыбнулась, глаза синие, полные слез. — А что насчет твоей семьи? — спросила она. — Наверняка ты давно их не видел. Им тебя не хватает.

— Это не имеет значения, — прошипел я, сдерживая накатывающее чувство вины. — Ничто не имеет значения.

ЛИ

— Чуть больше года, — ответила Карен, когда я спросила, как долго она живет в Боулдере. Мы болтали уже больше часа и успели сделать третью дозаправку кофе. — Мы переехали сюда в прошлом году из Айдахо. Нам нужен был свежий старт, — продолжила она, играя с бумажным стаканчиком. — Моя семья… они замечательные, я их люблю, но иногда бывают немного навязчивыми.

— У тебя есть братья или сестры? — спросила я, полностью увлеченная разговором. Карен была первым человеком, с которым я говорила, кажется, целую вечность, и который не поднимал темы стрельбы, суда или прошлого. Она была прямолинейной и приятной в общении. Я быстро расположилась к дерзкой блондинке напротив, и в груди забурлила маленькая искорка надежды — возможно, я нашла подругу. Она была единственной женщиной, с которой я встретилась с момента переезда в Боулдер, кроме Кэм и Рэйчел. А учитывая, что Кэм была мертва, а Рэйчел в тюрьме за убийство Кэм и попытку убить меня, выбор друзей среди женщин был крайне ограничен.

— Слишком много, — фыркнула она, меняясь в кресле. — Я четвертая в очереди из шести. — И послушай это, — рассмеялась она. — Все имена моих сестер начинаются на C. А я изменила свое на K в знак независимости. Еще в пять лет я поняла, что не хочу быть овечкой в стаде.

— Серьезно? — рассмеялась я и покачала головой в удивлении.

— Абсолютно серьезно, — кивнула она. — Давай посмотрим… есть Кэти. Ей двадцать девять, она великолепная старшая, и в глазах родителей она не может сделать ничего плохого. — Конечно, — закатила глаза в комично-драматической манере, — ей помогло то, что она вышла замуж за сына друга отца сразу после колледжа. У них дома целая армия детей.

— Сколько у твоей сестры детей? — спросила я, любопытствуя.

— Пятеро, — засветились глаза Карен от смеха. — Четыре девочки и мальчик. Две пары близнецов и один одиночка, Бенни.

Я заставила себя улыбнуться и сказала — Вау, две пары близнецов. Это впечатляет, — но пустота в моей утробе болезненно напомнила о себе.

Карен счастливо улыбнулась — Да, невероятные шансы, правда?

Шансы… я не любила шансы. Кайл тоже. Они обычно были против нас. Какие шансы на мою беременность? Один к восьмидесяти тысячам, говорили врачи. Шансы — это чепуха, а статистика — пустой звук, особенно если ты из их числа…

Заметив перемену в моем настроении, Карен быстро продолжила — Колетт следующая. Ей двадцать шесть. Она сбежала с австралийским красавцем и теперь живет в Мельбурне. За исключением редких писем, мы почти не общаемся. — Плюс мой брат Д. Джей. Ему двадцать три, полный болван, — она улыбнулась с теплотой. — Но я его люблю.

— Почему его имя не на C?

Карен усмехнулась — О, потому что дорогой Д. Джей — второй любимчик. А тот факт, что у него есть пенис, ставит его на отдельный пьедестал среди сестер. Это базовая семейная политика. — А я следующая, двадцать один, вечно разочаровывающий семью блудный ребенок, — драматично вздохнула она, кивнув в сторону Джордана, который восхищенно смотрел на Хоуп. — А потом есть Карли и Кэсси. Восемнадцать и ЭМО-…

Я не знала, что это значит. Эмо? Разве это не птица какая-то? — Тебе повезло, — сказала я, подбирая ключи, которые Хоуп кидала на пол весь час, визжа от радости, каждый раз когда Джордан их возвращал. — Я единственный ребенок, — добавила я. Но не должна была быть… мысль о признании матери всплыла в голове, и я быстро оттолкнула ее.

Сфокусируйся на настоящем…

— Думаю, так думают все, правда? — сказала Карен, протягивая мне салфетку для липких пальцев Хоуп. Я заметила, что Джордан тайком подсовывает ей картошку фри, когда я отворачиваюсь. — Все всегда хотят того, что есть у других, — продолжила она. — Трава всегда зеленее на другой стороне…

— Ты замужем? — спросила я, глядя на ее руку. Мне было интересно, переехала ли она сюда одна.

— Боже, нет, — рассмеялась она. — Мне всего двадцать один, Ли.

— Извини, — сказала я, краснея, делая глоток кофе. — Не хотела лезть…

— Все нормально. Ты не лезла, — улыбнулась Карен, и я сразу почувствовала облегчение. — Он почти четырехлетний, и я… молода. Я понимаю. Я бы тоже хотела узнать о тебе, если бы не знала заранее. — Она посмотрела на Джордана на мгновение, а затем наклонилась ко мне. — Я сделала одну очень глупую вещь в шестнадцать лет, — сказала она шепотом. — Отдалась лучшему другу моего брата и получила больше, чем ожидала.

— Эм… извини, — честно говоря, я не знала, что еще сказать. Ее прямота вместе с этим признанием ошеломила меня.

— Все в порядке, — уверила она меня улыбкой. — Я бы ни за что не поменяла Д. Ж. О. Р. Д. А. Н.

— Я сама умею писать свое имя, — пробормотал Джордан с отвращением, и мы обе засмеялись. — Мой дядя Д. Джей учит меня многому.

— Чему? — спросила я, сдерживая смешок.

— Как писать имя и играть на гитаре, — сказал Джордан, затем посмотрел на Карен. — Я тоже могу аккорды, правда, мама?

— Да, можешь, милый, — мягко подтвердила Карен. — Ты очень хорошо играешь на гитаре.

— Мой дядя Д. Джей говорит, что я самый умный ребенок в мире, и он научит меня ловить рыбу и кататься на велосипеде летом, — добавил Джордан с широкой улыбкой. — Он живет у нас дома, — и я тепло улыбнулась маленькому мальчику, который явно восхищался своим дядей. — И делает мне горячий шоколад, когда мамы нет дома, но это наш секрет, я не должен рассказывать…

— Когда я вырасту, я стану… м-музыка… — запнулся Джордан.

— Музыкантом, — мягко добавила Карен.

— Да, — улыбнулся Джордан. — Я буду таким, как мой дядя Д. Джей.

— Он играет в небольшой рок-группе, — сообщила Карен с улыбкой. — Перед Рождеством у них было несколько концертов в Боулдере, а потом Д. Джей решил сделать паузу и остаться с нами. — Думаю, он переживал, как я справлюсь одна в новом городе, — добавила она с сожалением. — Но я почти не могла протестовать. Мне нужна была помощь. К тому же, я скучала по нему, а он обожает Джорди.

— Думаю, чувство взаимное, — рассмеялась я.

— Сегодня вечером он играет в Бобби, — пробормотала Карен, глянув на часы. — Он дает несколько сольных концертов, чтобы как-то продержаться.

— О боже, — ахнула я, хватаясь за ее руку, чтобы проверить часы. Мое сердце затрепетало, когда я поняла, что уже после семи. — Мне нужно домой.

Я вспомнила, что оставила телефон на зарядке в спальне. — У тебя есть телефон, которым я могла бы воспользоваться? — спросила я нервно. — Нужно вызвать такси.

— Нет, — ответила она тревожно. — Он дома, но моя машина припаркована снаружи. На заднем сиденье есть автокресло для моих сестер с детьми.

— Эм… наверное, я лучше вызову такси, — пробормотала я, смущенно отвергнув ее предложение.

— Я буду честна с тобой, Ли, — сказала Карен, помогая Джордану надеть пальто. — Я встречалась с Кайлом Картером, и ни за что не оставлю тебя здесь одну. Он, скорее всего, уволил бы меня, если бы я ушла, и во-вторых, тебе небезопасно быть одной поздно, с малышом и без телефона. Нет, я подвезу тебя домой.

— Эм… хорошо. Ты уверена?

Карен открыла дверь и подала ее мне. — Абсолютно уверена.

— Вау, ты богата, — вскрикнул Джордан, как только я открыла дверь и впустила их внутрь. — Мама, твоя подруга очень богатая. Смотри.

— Джордан, — сказала Карен, мягко убирая его руку, — не будь грубым.

— Извини, — сказала я, подавляя грусть из-за отсутствия Кайла. — Я не богатая. Папа Хоуп богат. Я из маленького городка, жила в крошечном доме.

— У Хоуп есть папа? — сказал Джордан с обиженной миной. — У меня нет папы. Моя мама говорит, что он далеко в горах. — У меня на стене висит их фотография, — добавил он. — Они самые…

— Расслабьтесь, — сказала я с улыбкой. — Я займусь Хоуп и потом заварю кофе.

— Нам, наверное, пора домой, — сказала Карен, нервно оглядываясь. — Уже поздно, не хочу вам мешать.

— Ничего подобного, — сказала я, тревожно думая о том, что она уйдет. — Я едва знакома с тобой, но мне так захотелось, чтобы ты выпила со мной кофе. — Бог знает, когда вернется Кайл, а для Хоуп уже поздно. — Ты не будешь нам мешать, честно. Пожалуйста?

Она вздохнула и улыбнулась — Кофе звучит отлично. Хотя к концу ночи у нас обоих будут язвы.

— Отлично, — улыбнулась я. — Чувствуйте себя как дома.

Поднимаясь по лестнице с Хоуп на руках, я позвала — Не задерживаюсь.

Через мгновение я вернулась в кухню, запыхавшись, и Карен шутливо сказала — Ты готовишься к марафону, Ли?

— Я… переживала… что ты… уйдешь… — выдохнула я, садясь на табурет у острова.

— Ты такая миниатюрная, — рассмеялась Карен. — Моя семья всегда говорит, что я крошка. — Но ты как кукла из фарфора, — добавила она, садясь напротив.

— Спасибо? — рассмеялась я. — Веришь, из-за роста здесь и так достаточно шуток. — Обхватив кружку руками, я вздохнула. — Это приятно. У меня мало друзей здесь.

— Ну, ты справляешься лучше, — поддразнила Карен. — У меня их вообще нет. Ну, кроме Д. Джей, и он не совсем друг, потому что он родной и обязан меня любить.

— Ты говоришь очень быстро, — выпалила я. — О боже, — прошептала я, краснея. — Не хотела обидеть.

— Расслабься, Ли, — рассмеялась Карен. — У меня толстая кожа, и ты права, я говорю быстро. Д. Джей всегда говорит, что я могу выстрелить предложением быстрее, чем пуля. О, черт.

— Все в порядке, — сказала я мягко. — У меня тоже толстая кожа. — Потянувшись к животу, я усмехнулась. — Очевидно.

— Ладно, может, ты не такая фарфоровая, — усмехнулась она. — Как палец и спина? — Мягко коснувшись моего подбородка, она сказала — Лицо все еще заметно повреждено. Макияж не полностью скрывает.

— Было и хуже, — улыбнулась я. — Главное, что с почками все в порядке.

— Поймали его уже? — спросила она тихо.

— Пока нет, — ответила я бодро. — Так как тебе работа в отеле? — попыталась сменить тему. — Слышала, ты про работу спрашивала.

— Работа нормальная, — сказала она саркастично. — Если не считать, что босс — настоящий тиран.

— Забавно, — усмехнулась я. — А Кайл был груб с тобой?

— Иногда, — улыбнулась она. — Он пытался заставить меня присматривать за тобой. Я думала, уволит, когда отказалась. — Чувствовала себя, словно иду по минному полю.

— Что? — я знала, что значит быть под прицелом Кайла. Он однажды вызвал меня в офис, хотел уволить, потом… — Мне жаль, если он был груб.

— Забудь, — мягко сказала она. — Это было давно. К тому же его почти нет, к счастью для Терезы и девушек на нижнем этаже.

— Помню, — пробормотала я. — Это сводило меня с ума. Прозвища были отвратительные.

— Представляю, — сказала Карен с сочувствием. — Если бы я была им, я бы уже подала жалобу на сексуальные домогательства. Особенно на старую кобру из уборки.

— Да, — прошептала я, страх опустился в живот.

— Ли, — мягко сказала она. — Он слеп к женщинам. Тебе нечего бояться. И, к слову, его альфа-самец и мрачный стиль меня тоже не заводят.

— Почему ты мне это рассказываешь?

— Потому что ты мне нравишься, и я хочу, чтобы мы были друзьями, — серьезно сказала Карен. — Я не хочу, чтобы ты думала, что я как эти девицы с работы. — И о Грейсон. Я не ломающая семью, сердце мое уже занято. Все или ничего. Без исключений.

— Ты была влюблена? — осторожно спросила я. — В отца Джордана?

— Да, — вздохнула она. — Он единственный, в кого я была по-настоящему влюблена. — Я сходила с ума по нему, буквально таяла, но он не замечал меня.

Она зажала виски пальцами и слова рвались наружу. — В ночь выпускного брата родители были в Австралии, а Д. Джей устроил вечеринку дома. Я чувствовала себя ужасно. — Он собирался уехать на учебу, и мне казалось, что шанс упущен.

— Ты не обязана говорить, если больно, — сказала я.

— Нет, я должна рассказать, — почти отчаянно сказала она. — Я нарядилась, как… как шлюха, пошла на вечеринку, но была невидимой для него, — сквозь слезы добавила она. — Но потом…

— Потом? — с интересом спросила я.

— Он пришел в мою комнату, — призналась она, краснея. — Был пьян, перепутал с комнатой Д. Джея, но остался. Мы говорили, лежа в кровати. — Сердце колотилось, но он ничего не пытался. Просто говорил. Потом… он заснул… или, как я думала.

Она посмотрела на меня виновато. — Я думала, он спит, и поцеловала его. Он открыл глаза и начал целовать меня в ответ. — Он разжег во мне огонь, Ли. Я никогда не испытывала такого.

— О… вау… — я ежилась, чувствуя странное возбуждение. — Продолжай.

— Потом он провел ночь со мной… — хитро улыбнулась она.

— Кажется, я влюбилась, — пошутила я, вея руками.

— Не влюбляйся. Проснулась, а его уже нет, — прошептала она. — Я ждала три дня, но он не пришел. Когда не выдержала, поехала к нему. Но он был с девушкой.

— О нет, — прошептала я, слезы катились по щекам.

— Она была красива, — сказала она, кусая губу. — Он выглядел счастливым…

— Что ты сделала?

— Я села обратно в машину и поехала домой с сыном, — сказала она, вытирая слезы. — И пообещала себе оставить его в покое. Я так его любила, Ли. Не хотела разрушить его жизнь. Пообещала себе, что никогда не скажу ему, но…

— Джордан начал задавать вопросы, — догадалась я.

Карен кивнула. — Он спрашивал про отца с тех пор, как заговорил. Сначала мне удавалось отвлечь его новой игрушкой или как-то переключить внимание, но потом он стал таким настойчивым, что я поняла — нужно что-то делать…

Звук хлопнувшей входной двери пронзил мои уши, и я подпрыгнула. — Подожди, — пробормотала я, выбегая в прихожую, но Кайл прошел мимо меня, даже не взглянув в сторону.

— Мне нужно с тобой поговорить, — крикнула я ему вслед, когда он начал подниматься по лестнице.

— Мне это не интересно, Ли, — отрезал он, не оборачиваясь.

— Это важно, — начала я, но Кайл резко развернулся, и взгляд его заставил мое горло пересохнуть.

— Я сказал, мне это не интересно, — рявкнул он. — У меня и так много забот, так что отвали.

Я замерла на месте, стараясь не заплакать, пока Кайл исчезал наверх. Прижав руку к ребрам, я пыталась сохранять спокойствие и не разрыдаться, но честно говоря, не думала, что выдержу еще что-то подобное…

— Мы идем, — голос Карен вывел меня из мыслей. Я повернулась и увидела, что она и Джордан стоят у двери. В ее глазах была безмерная сочувствие, и она шагнула вперед, обняв меня. — Мы повторим это снова, хорошо? — подбадривала она.

— Да, — прошептала я, сдерживая слезы. — Я бы хотела.