ГЛАВА 13

Убийца настроения

Дерек

Сквозь щель между шторами пробился солнечный луч, освещая короткие золотистые волосы женщины, спящей рядом со мной. Я застонал и накрыл лицо рукой.

Мне нужно прекратить это.

Первая ночь была местью. Вторая — одиночеством. А третья… я уже не знал, что это было. Но это зашло слишком далеко. Она не должна была оставаться до утра. У неё, черт возьми, дома семья ждёт.

— Давай, милая, — прошептал я, тронув её за руку.

Она не двинулась.

— Просыпайся.

Она открыла карие глаза и одарила меня улыбкой чистого женского удовлетворения. Ну что ж, рад, что она довольна. Я же был полным раздолбанным хаосом.

— Доброе утро, — промурлыкала она, потягиваясь и прижимаясь ко мне.

Я отстранился и выбрался из кровати. Я, блядь, не обнимался. И она должна была уйти ещё ночью.

— Тебе нужно идти, — холодно сказал я, натягивая джинсы и пытаясь найти рубашку.

Кайл был прав. Мне нужно прибраться в доме. И в жизни. Я так больше не мог. Я поклялся себе после прошлого раза — никогда больше. Но вот же я. То, что начиналось как месть, стало больным и извращённым. Я посмотрел на её обнажённое тело, раскинувшееся на моей кровати, и отвращение скрутило мне живот. Она была красивая женщина для своих лет, но всё это было неправильно.

— Анна, — рявкнул я, когда она не пошевелилась. — Тебе нужно идти домой. Сейчас.

— Ему всё равно, — тихо сказала она своим мягким британским акцентом. — Ему всегда было всё равно.

Чёрт. Только этого мне не хватало.

ЛИ

— Ты сегодня принимала таблетки? — Кайл стоял в проёме между нашей ванной и спальней, скрестив руки на груди, ноги чуть расставлены. На его узких бёдрах низко висело белое полотенце. Капли воды стекали с волос, падали на грудь и медленно скользили по рельефному животу. Святой Господь Всемогущий…

Заставив себя поднять взгляд к его лицу, я закатила глаза, взяла расчёску и продолжила распутывать локоны. Если бы он не выглядел так чертовски горячо, и я не потеряла бы мысль оттого, что разглядывала его, то уже успела бы разозлиться, что он снова поднимает эту тему.

— Конечно, принимала. И вчера принимала, и позавчера. Ты же знаешь.

Он говорил о противоотторгающих препаратах, которые мне назначили принимать ежедневно.

До конца моей жизни.

Лекарства должны были предотвращать отторжение моей новой почки. Я всё это понимала, но у Кайла будто был зуд — в нужный момент лекции о правилах моей «новой жизни» сами лезли ему в рот.

— Ты… — начал он, но я перебила, прекрасно зная, что он собирался спросить. Этот мужчина был воплощённой методичностью.

— Да, я помню, что сказал врач. Я очень тщательно намазалась SPF-50. И смотри — даже нос покрыла, — поддела я, прислонившись бедром к кровати. На улице лил дождь, но по словам Кайла, человек в моём состоянии мог сгореть сквозь дождевые тучи — в ноябре. Ну что за бред… — Ну что, я была хорошей девочкой, мистер Картер, или мне пойти посидеть на ступеньке для непослушных?

Напряжение вокруг его глаз ослабло, губы дрогнули в неохотной улыбке, и он двинулся ко мне, как хищник.

— Хм, — промурлыкал он, обхватив меня за талию. Схватив за зад, он поднял меня в свои руки. — Может, стоит провести более тщательный осмотр.

Обвив ногами его талию, я застонала, когда почувствовала его твёрдый член, прижимающийся ко мне. Кайл поцеловал меня так глубоко и жадно, что каждая клеточка моего тела затрепетала.

— Думаю, тебе стоит проверить вот здесь, — прошептала я ему в губы, ещё сильнее прижимаясь к его эрекции. Мне это было нужно. Нужно быть с ним. Нужно, чтобы он был во мне. Только тогда всё имело смысл. Только тогда казалось, что и я имею смысл. Когда он был рядом, всё плохое уходило. Он всегда вытягивал меня из темноты. Он мог починить меня так же быстро, как мог сломать. Я принадлежала ему — и отдала бы всё, что он захочет…

— Чёрт, Ли, — простонал он, опуская губы к моей шее. Подняв нас на кровать, Кайл уложил меня и накрыл своим телом. Он не прижимался ко мне полностью — и мне хотелось, чтобы прижался. Целиком. Всем весом, каждым касанием. Это держало меня на месте. После вчерашних кошмаров мне отчаянно нужен был якорь.

Приподняв мою ночную рубашку, он провёл языком по груди.

— Ты не можешь говорить мне такое, — выдохнул он, лизнув сосок. — Я же взорвусь, а ты даже…

Я не дала ему договорить. Не могла. Схватив его лицо ладонями, я притянула его губы к своим и приподняла бёдра. Он становился всё твёрже с каждым моим движением. Одной рукой он стянул с себя полотенце, другой задрал мою футболку.

— Ты мокрая, малышка, — промурлыкал он, перекатывая мой клитор пальцами. Господи… Он всегда знал нужное давление, нужный ритм.

— Кайл… — застонала я, раздвигая ноги шире. — Пожалуйста…

— Пожалуйста что, принцесса? — прошептал он, доводя меня до безумия. Каждый его прикосновение заставляло моё тело дрожать. Я была трясущимся комком желания под этим богом секса — и он почти не успел ко мне притронуться. — Хочешь, чтобы я остановился?

Я замотала головой и взялась за его член. Я не могла говорить — слова были слишком сложны. Мне нужно было только это — близость.

— Блядь, — прошипел он, прикусив нижнюю губу, сбиваясь с ритма, когда я провела рукой по его длине.

Сдвинувшись ниже по кровати, я нашла то, что искала. Одна только головка его члена у моего входа почти свела меня с ума. Тело пульсировало и сжималось в ожидании. Я направила его внутрь.

— Принцесса… — выдохнул он, погружаясь в меня до конца. Его тело навалилось на моё, и я наслаждалась этим мгновенным потерянным контролем. Обвив его бёдра ногами, я выгнулась навстречу. Ощущать его внутри… это было мучительно и божественно. Я никогда ни с кем не была, кроме Кайла, но почти наверняка — он был крупнее среднего. Когда он был полностью твёрд и полностью во мне, растягивая до предела, удовольствие было почти болью. Почти.

— Полегче, малышка, — прошептал он, двигаясь медленно. — Ты пока не готова к жёсткому…

— Я хочу жёсткого, — застонала я, ускоряя движения бёдрами. Оргазм подступал быстро и яростно, и мне нужно было кончить…

— «Аа… аа…»

Моё желание испарилось в ту же секунду, как из детского монитора раздался тихий плач. Я убрала руки с его шеи, опустила ноги и мягко оттолкнула его, чтобы не рассмеяться вслух.

— Чёрт, — простонал Кайл, уронив голову мне на шею. Он медленно вышел из меня и откатился на спину. — Блять, да что ж такое… — проворчал он, закрывая лицо рукой.

Сев, я поправила ночную рубашку и встала.

— Прости, — улыбнулась я. — Долг зовёт.

КАЙЛ

Чёрт, да я думал, что взорвусь этим утром, когда Ли слезла с меня — прямо во время секса. Да, немного неловко, когда Хоуп начала плакать, но, блин, я был так близко. Разве она не понимает мужское тело? Она могла меня убить. Серьёзно, я реально переживал за свой член. Он не собирался, чёрт возьми, успокаиваться. Я весь день ходил с полубоевым режимом. Мне нужно было поскорее оказаться дома, чтобы она закончила то, что начала…

Я поднял голову, когда услышал, как открылась дверь моего офиса. На пороге стояла молодая девушка с коротко стриженными светлыми волосами и тележкой для уборки.

— Чёрт, — пробормотала она. — То есть… извините, мистер Картер. Я думала, офис пуст.

— Всё нормально, — сказал я устало, хватая свой пиджак и ноутбук. Сегодня я всё равно здесь ничего не сделаю. Я был злой и чертовски возбуждён.

Хреновое сочетание.

— Мне вернуться позже? — спросила блондинка.

Боже, я был настолько выбит из колеи последними месяцами, что даже не помнил, как нанял эту. Она казалась знакомой. Я точно видел её где-то — не так много девушек носили такую короткую стрижку — но вспомнить не мог.

— Как тебя зовут? — спросил я, чувствуя себя идиотом.

— Карен, — ответила она.

И в этот момент лампочка в моём мозгу вспыхнула.

Полный красный код.

Это была та самая, что впустила Рэйчел в свадебный номер несколько месяцев назад. В тот день, когда она попыталась соблазнить меня. Событие, которое вбило клин в голову Ли — и в мою тоже. Я никогда не забуду выражение предательства в глазах Ли, когда Рэйчел протянула мне моё портмоне. Я никогда не забуду то чувство отвращения, когда понял, что Ли мне не поверила. Тогда это ранило. И сейчас тоже…

— Карен Вейл? — спросил я с раздражением. — Хорошо, что ты здесь. Нам нужно поговорить.

Её щёки порозовели, но она выпрямилась и кивнула.

— Карен Валентайн, — поправила она, глядя прямо мне в глаза твёрдым взглядом. Маленькая, но крепкая. — И вот что я думаю по поводу того, о чём вы хотите поговорить, — сказала она, глубоко вдохнув. — Я смотрю телевизор и читаю газеты. Я знаю, что случилось с вашей женой и её подругой, и мне жаль. Но вы должны понимать: я понятия не имела, что та женщина — психопатка, когда пустила её наверх. Она сказала, что она ваша девушка. Я знаю, что облажалась, но я была новой, зелёной. Я искренне сочувствую вашей семье, мистер Картер, правда. У меня у самой есть семья, и они — весь мой мир. Так что если вы собираетесь меня уволить из-за одной ошибки — просто делайте это. Но если уволите, знайте, что вы полнейший козёл.

В тот момент я был чертовски впечатлён. Никогда ещё не слышал, чтобы женщина так много говорила, не делая паузы. И мне понравилось, что она назвала Ли моей женой. Я уже мысленно считал количество слов, которые она выдала, когда она заговорила снова — уже мягче.

— Мне правда жаль вашу жену, мистер Картер, и я говорю это не ради работы. Её фото было в газете. Она была очень красива, прежде чем та женщина изуродовала её. Я не могу представить, что вы чувствуете. Зная, что вы раньше встречались…

— Две вещи, детка, — рявкнул я, ослабляя галстук. — Первое: никогда, слышишь, никогда не обсуждай ту херню, что пишут в газетах о моей семье. Большая часть — полнейший бред, а крупицы правды перекручены, чтобы продать истории. Моя жена красивая. Охуенно красивая. В прошлом, настоящем и будущем. Поняла?

Карен кивнула резко.

— Простите, мистер Картер. Я не сплетничала. Мне просто жаль её. Но да, я поняла. Хорошо поняла.

Сердце сжалось — мне было больно думать, что люди обсуждают Ли так. Она и так слишком неуверенная в себе.

— И второе: я тебя не увольняю.

Даже для себя это было неожиданно, но в голове зарождался план.

— Я перевожу тебя, — сказал я. Эта девчонка могла решить кучу моих проблем. — Или, по крайней мере, надеюсь, что ты примешь новую должность. Зарплата выше, стресса меньше.

— Какую должность? — спросила она недоверчиво.

Не виню. Разговор резко сменил направление. Но нутром я чувствовал — это то, что надо.

Я подошёл к шкафу и начал рыться в её резюме.

— Ты ведь молодая, да? — спросил я, пролистывая её файл.

— Мне двадцать семь, — пробормотала она, трогая лоб.

Бред.

— Попробуй ещё раз, — проворчал я, глядя в документы. Да, в деле было написано «двадцать семь». Линда. Она любила тех, у кого трудная судьба. Интересно, какая у этой девочки…

— Мне двадцать семь, — повторила она нервно.

Да ни хрена. Лицо — подростковое. Максимум двадцать.

Я поднял бровь — она отвела взгляд.

— Ладно, — призналась она, скрестив руки. — Мне двадцать один. Тот блондин из бара сказал, что вы не любите нанимать молодых девушек. Линде мой возраст подходит.

Конечно подходит. Линда обожала подобранных с улицы. Я был её любимым дворовым псом. И я был уверен, что тот блондин — Майк. С ним мне тоже надо будет поговорить.

— Да, он прав, — сказал я. — Не люблю.

Первый скандал в моей карьере руководителя был связан с несовершеннолетней сотрудницей, переспавшей с гостем — сенатором, блядь. Минди Симмонс отбила у меня охоту нанимать молодых навсегда.

— Я нанимал только двух девушек младше двадцати пяти — обе в уборку, — сказал я. — Первая испортила репутацию отеля. Вторая — разрушила меня.

— И что вы сделали с ними? — спросила она тихо. — С теми девушками?

Я ухмыльнулся, прислонившись к столу.

— Первую уволил.

Взяв рамку со стола, я протянул её Карен. Она осторожно коснулась фотографии. На ней мы втроём. Дерек сделал снимок через несколько минут после рождения Хоуп — на заднем сиденье моей машины.

На фото Ли прислонилась ко мне и держала Хоуп, глядя на неё с такой любовью, что она будто вытекала из снимка. Мы оба улыбались. Она — дочке. Я — ей. Лучший день в моей жизни. Я никогда не хотел забывать. У нас было слишком много плохих дней. Эта рамка напоминала мне о лучшем.

— Ваша жена… — прошептала Карен. — Вы влюбились в свою горничную.

Я покачал головой, глядя на улыбку Ли.

— Я влюбился в свою лучшую подругу.

— Это… вау, — выдохнула Карен.

Я убрал рамку обратно.

— Буду откровенен, Карен, — сказал я. — У Ли проблемы со здоровьем. Я подумывал нанять кого-то, кто мог бы помогать по дому. Проводить с ней время, когда меня нет. Тебе бы подошла такая работа?

— Я не няня, — выпалила она, явно нервничая.

Что за…

— Я и не ищу няню, — спокойно сказал я. Я и сам не понимал чётко, что это за должность, но точно — не няня.

— И, как видите, я не очень тактичная, — добавила она. — Я знаю, вы не хотите, чтобы я это упоминала, но поверьте, мистер Картер, я — последняя, кого вы захотите видеть рядом с вашей женой сейчас.

— Но ты молодая, — возразил я, всё больше убеждаясь, что эта девчонка — идеальный вариант. Она нужна Ли. Я почти чувствовал победу. — Если тебя беспокоит безопасность, могу заверить — наш дом полностью защищён.

— Дело не в этом, — сказала она тихо. Щёки вспыхнули, она вытерла лоб. — Я не могу.

— Карен, — почти умоляюще сказал я. — Я не ищу няню или сиделку…

— Тогда что вы…

— Господи, дай ты мне договорить, — устало выдохнул я, хотя улыбка всё равно прорвалась. — Ты ей поможешь. Им всем поможешь.

— Я правда не могу взять эту работу, мистер Картер, — прошептала она. Она выглядела плохо — бледная, в холодном поту. — У меня…

Телефон зазвонил, и Карен оборвала речь. Посмотрев на экран, я почувствовал, как сердце провалилось.

Дерек.

— Я должен ответить, — сказал я ей. — Подумай. Приходи, когда решишь.

— Я уже решила, — твёрдо ответила она. — Нет.

— Просто… просто подумай, Карен, — отрезал я, почти бегом выходя из офиса.

— Эй, чувак, ты в порядке? — сказал я в трубку, как только закрыл дверь. — Дерек, ты в порядке?

— Я… — его голос был невнятным, и я сжал телефон так, что костяшки побелели. — Я… потерялся.

— Потерялся? — мягко переспросил я, спускаясь в холл. — Почему ты думаешь, что потерялся, брат?

— Я гулял, — сказал он. — И не помню, как вернуться домой…

— Я еду, брат, — сказал я, едва сдерживая эмоции, входя в лифт. — Я тебя найду. Просто… просто посиди и жди меня, ладно?

— Да, — прошептал он. — Прости, Кайл.

— Всё нормально, — сказал я, вылетая на парковку и заводя машину. — Всё будет нормально. Я уже еду.

ДЕРЕК

Я чувствовал себя полным идиотом, сидя на краю тротуара, на улице, которую вроде бы должен знать, но никак не мог вспомнить. Я сходил с ума. Не помнил, почему пошёл именно сюда. Не мог, блядь, вспомнить, куда вообще шёл. Единственное, что было у меня в голове, когда я вышел из дома этим утром, — как можно быстрее и дальше убежать от той женщины.

Господи. Если бы я не был настолько онемевшим, я бы, наверное, забеспокоился. Я и должен был бы беспокоиться, но я ничего не чувствовал. Ничего. Я посмотрел на свои руки. Они тряслись, буквально ходили ходуном, и если бы я не посмотрел — я бы даже не заметил.

Я сильно ущипнул кожу над костяшками.

Ничего.

Я ударил кулаком себя по лбу.

Ничего.

Я вообще был в своём теле? Казалось, будто я выпал из него и смотрел сверху на эту никчёмную развалину, свернувшуюся на обочине дороги и ждущую, когда лучший друг приедет и вытянет его из дерьма. В который раз.

Телефон, лежащий рядом на земле, зазвонил, и будто с десятисекундной задержкой я наконец понял, что должен его поднять и ответить.

— Алло, — промямлил я.

— Дерек, милый, это мама. Не веш… — Я скривился и нажал «отбой». Вот это я почувствовал. Стыд. Он накрыл меня с головой, стоило только подумать о родителях. Они переживали — но этого было мало. Это ничего не меняло. Чёрт.

Я услышал шаги за несколько секунд до того, как высокий силуэт опустился рядом со мной на тротуар. Он обнял меня за плечи, и меня передёрнуло.

А потом я заплакал.

КАЙЛ

— Пойдём, приятель, — мягко сказал я, сжимая плечо Дерека. — Давай я отвезу тебя домой.

— Я никуда не могу, — в панике выдохнул он, пытаясь оттолкнуть меня. — Кайл, не… Мне нужно назад. Я не уйду с холма.

— Ладно, — успокаивающе пробормотал я, поднимая его на ноги и ведя к машине. — Я отвезу тебя на холм. Обещаю… просто сядь в машину, ладно?

Мне было противно давать обещание привезти его обратно к источнику его боли, но я знал: если попробую увезти его в другое место — он сбежит.

Он рухнул на пассажирское сиденье, и я наблюдал из-за руля, как он пытается пристегнуться. У него не получалось. Руки тряслись слишком сильно.

Наклонившись, я молча пристегнул его ремнём, потом завёл двигатель и попытался хоть немного успокоить собственные дрожащие руки. Меня выворачивало. Меня рвало на части, пока я смотрел, как он разваливается на глазах.

— Спасибо, Кайл, — прошептал он.

— За что, чувак? — выдавил я.

— За то, что держишь меня в живых.

Грудь сдавило так сильно, что я едва смог вдохнуть.

— Всегда, Дерек, — прошептал я. — Всегда.

Мы ехали молча обратно на Тринадцатую улицу, и каждую секунду пути я думал о том, что делать дальше. Мне придётся позвонить его родителям. Он взбесится, но я больше не мог тянуть это в одиночку.

А если он умрёт? Господи, если он реально сдохнет?

Это будет на мне. Ему нужна помощь… Настоящая помощь, которую я дать не способен. Я был недостаточно хорош для всего этого…

Подъехав к подъездной дорожке моего старого дома, я приготовился к бою.

— Дер, — сказал я, открывая ему дверь. — Думаю, пора позвонить твоим родителям.

— Нет, — зарычал он и взлетел по ступенькам крыльца.

Взяв у него ключи, я открыл дверь и провёл его внутрь.

— Я звоню им, Дерек, — твёрдо сказал я. — Прости, но я больше так не могу…

Голос предательски сорвался, и я закрыл глаза, глубоко вдохнув, пытаясь взять себя в руки. Перед глазами всплыло тело моей матери, безжизненно повисшее над рулём. Я мотнул головой и сосредоточился на своём лучшем друге.

— Я не могу смотреть, как ты это делаешь с собой.

Я посмотрел прямо в его безжизненные зелёные глаза.

— Я не буду тем, кто однажды утром откроет эту дверь и найдёт тебя мёртвым. Я через это проходил, — прошептал я. — Я не стану сидеть и ждать, пока ты убьёшь себя.

ДЕРЕК

— Я не собираюсь себя убивать, Кайл, — тихо сказал я, проходя мимо него на кухню. — Я бы так не сделал.

Он пошёл за мной, схватил за плечо и развернул лицом к себе.

— Ты в этом уверен? — спросил он, и в голосе слышалась боль. Его голубые глаза блестели, и я знал, что причиняю ему раны. — Пока что ты отлично доказываешь обратное, — прошипел он, проводя руками по волосам в отчаянии. — Напиваешься до потери сознания. Раздаёшь своё тело каждой юбке, которая на тебя дважды посмотрит…

— Ты называешь меня шлюхой? — взревел я, сильно толкнув его в грудь. Он даже не качнулся, поэтому я толкнул его ещё раз. — Кто бы говорил, Кайл. То, что ты теперь превратился в какого-то грёбаного Брэда Питта, не значит, что я забыл твою жизнь до Энджи.

— Брэд Питт? — Кайл покачал головой, обходя меня. — До Энджи? Что ты вообще несёшь, «тупица»?

— Ты теперь семейный человек, — рявкнул я, подходя к чайнику и включая его. — И я рад за тебя. Правда. Но не вздумай критиковать меня за то, что ты сам делал, пока не встретил Ли.

Помотав головой с отвращением, я облокотился на кухонную столешницу и уставился в окно.

— Я поддерживал тебя во всём, Кайл, — прорычал я. — Когда умер Фрэнк. Когда ты попал в аварию с Рэйчел. Когда твоя девушка потеряла ребёнка… Когда тебе нужна была помощь с Хоуп… Во всём. Я всегда был рядом. Так что даже не думай сдавать меня родителям сейчас.

— Речь не о том, чтобы тебя «сдавать». Речь о том, чтобы держать тебя в жи… Чёрт тебя побери, Дерек, — взорвался Кайл и со всего размаху захлопнул дверцу холодильника. Я резко обернулся, встречая его взгляд.

— Ты бы хоть молока купил? — Он окинул меня взглядом с ног до головы и поморщился. — Или еды? Ты буквально голодаешь. Ты вообще в зеркало смотришься? — прошипел он. — У тебя кости торчат… отовсюду.

— Прости, мистер грёбаный богач, — огрызнулся я, наливая воду в кружку и бросая туда ложку растворимого кофе. — Мы тут не все живём на толстом кошельке. У нормальных людей нет пары лишних миллионов в копилке на мелочь.

Протянув ему кружку чёрного кофе, я сверкнул взглядом.

— Придётся сегодня побомжевать со мной. Либо это, либо езжай обратно в свой особняк, «сынок из траста».

Я пожалел о сказанном в ту же секунду.

Это был удар ниже пояса, и я это прекрасно понимал.

Кайл замер. Лицо осталось неподвижным, но боль в его глазах заставила меня захотеть врезаться головой в стену. Он щёлкнул языком, глядя на меня.

— «Сынок из траста», — тихо повторил он. Голос — пугающе спокойный. Он склонил голову набок и скрестил руки на груди.

— Можешь кидать в меня любое дерьмо, — сказал он мягко. — Вали на меня всё. Срывайся. Разбей мне лицо, ненавидь меня за всё — если тебе так легче.

Его голос становился ниже, грубее.

— Но никогда больше не называй меня так.

Я мотнул головой, полный отвращения к самому себе.

— Чувак, я…

— Ты вообще понятия не имеешь, что значит «бомжевать», Дерек, — прохрипел он. И он был прав. Я не знал — потому что он всё это время нёс меня на себе.

— Понятия не имеешь, — только и сказал он, развернулся и вышел из кухни. Входная дверь хлопнула, и я осел на столешницу.

Ну всё, я сделал это.

Оттолкнул единственного друга, что у меня остался… Единственного, кто мне действительно важен.

Проведя ладонями по лицу, я попытался успокоиться и дышать, но не вышло.

Мне крышка…

Входная дверь снова хлопнула, и Кайл ворвался обратно на кухню.

— Чёрт бы всё побрал! — взревел он, пнув дверцу холодильника по пути ко мне.

Схватив меня за футболку, он прожёг меня взглядом — в его глазах дрожала тревога.

— Я не буду им звонить. Но если ты только подумаешь причинить себе вред, — прошептал он, — я лично отвезу тебя в ближайшую больницу и оформлю там. Ясно?

— Ясно, — так же тихо ответил я, сбивая его руки и слегка отталкивая его назад. Мы оба замерли, тяжело дыша, не отрывая друг от друга взглядов, а потом одновременно шагнули вперёд и крепко обнялись.

— Ты в порядке? — хрипло спросил Кайл, отстраняясь.

Я тяжело выдохнул.

— Буду. А ты?

— И я буду, — ухмыльнулся он, направляясь в сторону гостиной. — Когда надую тебе жопу в FIFA.

— О, чувак, — рассмеялся я, идя за ним. Кайл не умел играть в Xbox, даже если бы от этого зависела его жизнь. — Веди.