ГЛАВА 2

Ли

Я проснулась в той же длинной, мешковатой футболке, в которой вчера уехала из больницы, с тошнотворной болью в животе и безумным желанием в туалет.

Сбросив с себя незнакомое одеяло, я вскочила с кровати и рванула через коридор в ванную.

Мне нужно было в туалет слишком сильно, чтобы задумываться, откуда взялось это одеяло.

Я дошла до двери ванной, но рука застыла на дверной ручке. Не смогла. Просто не смогла туда войти.

Меня вывернуло от одной мысли о том, чтобы снова оказаться в этой комнате.

Я развернулась и, перепрыгивая через ступеньки, помчалась вниз — к ванной Кэм и Дерека. Даже не постучала — просто влетела туда.

К счастью, там никого не было, и я овладела искусством одновременно писать и блевать.

— Ли, ты жива там? — услышала я голос Дерека, и дверь приоткрылась.

— Боже, Дерек, только попробуй сюда войти! — почти закричала я, быстро приводя себя в порядок.

Снаружи послышался нервный смешок, а потом — удаляющиеся шаги.

Я остановилась перед зеркалом и поморщилась.

Выглядела я ужасно.

Серые глаза красные по краям, кожа бледная, губы потрескались. Сняв резинку и растрепав кудри, я снова собрала волосы в небрежный хвост. Помыла руки, плеснула водой в лицо и направилась на кухню — переодеваться наверх не пошла.

Моя скромность закончилась, и хотя футболка не скрывала полностью шрамы на бёдрах, оставленные отцом, я уже не чувствовала прежней необходимости их прятать.

Невольно пришлось признать — за это я должна благодарить Кайла. Все те ночи, когда он покрывал поцелуями каждую отметину, каждую царапину и шрам на моём теле, исцелили неуверенность, которая годами разрушала мою самооценку.

Когда я дошла до кухни, Кэм и Дерек сидели за столом, погружённые в разговор.

Я прочистила горло, прежде чем войти. Моё появление прервало их обсуждение.

— Кофе? — спросил Дерек, быстро вставая и избегая смотреть мне в глаза.

— Нет, спасибо, Дерек.

Кофе я больше пить не могла — и это было ужасно. Доктор Эшкрофт говорил, что изредка чашка не повредит, но все журналы о беременности, которые я перечитала в больнице, категорически не рекомендовали.

— Где Бруно? — спросила я, садясь напротив Кэм.

— Гуляет с Кайлом, — ответил Дерек без обычного сарказма. — Кофе тебе, Кэм?

Кэм покачала головой, глядя в чашку. Я попыталась поймать её взгляд, но она была явно чем-то занята — яростно мешала ложкой напиток.

Ох, начинается...

— Привет, Кэм, — тихо сказала я.

Её блондинистая голова резко поднялась. — Привет, Иуда, — бросила она.

Ага, она зла.

— Думаю, ты злишься, что меня забрал Майк, да? — пробормотала я, стараясь не отводить взгляд от своей рассерженной подруги.

Даже злой и колючей Кэм оставалась безумно красивой: прямые волосы, идеальная кожа, завидные черты лица.

— Майк? О, нет, ну как я могу злиться, что тебя из больницы забрал Майк? Ведь я-то всего лишь сидела с тобой, держала за руку каждый чертов день шесть недель подряд! — драматично произнесла Кэм. — Нет, вовсе не злюсь. Ни капельки.

Окей, она злее, чем я думала.

Когда Кэм злилась, это было очевидно: суженные глаза, тяжелая ирония, холодный тон. Всё это я сейчас получала сполна.

— Кэм, оставь её, она только вернулась домой, — тихо сказал Дерек.

Я резко обернулась к нему. Он стоял, оперевшись об дубовую стойку, и смотрел на Кэм с прищуром.

Такого я ещё не видела.

Никогда прежде Дерек не спорил с Кэм. Я не хотела, чтобы они из-за меня ссорились.

— Майк не несёт за неё ответственность, Дерек. Ей не стоит на него полагаться, — огрызнулась Кэм, метнув в него взгляд.

— Нет, Дерек, она права, — быстро вмешалась я. — Прости, Кэм. Я не хотела задеть тебя. Это было не специально.

Напряжение в её плечах немного ослабло.

Она вздохнула и кивнула.

— Извинения приняты, — сказала она и встала. — У меня съёмка через полчаса. Увидимся позже.

Она вышла, не оглянувшись.

Дверь громко хлопнула, и мы с Дереком одновременно выдохнули.

Я знала, что она соврала про съёмку.

Кэм действительно подрабатывала моделью, чтобы оплачивать учёбу и счета, но никогда не снималась по субботам утром. По субботам она ходила по магазинам. Это было её святое — её церковь. И обычно она тащила туда меня. Но, очевидно, сегодня — нет.

Я повернулась к Дереку.

— Понятия не имеешь, что это было? — спросила я, больше удивлённая её резкостью к нему, чем к себе.

Я заслужила, но он-то при чём? Они ведь всегда были самой любящей парой, какую я знала.

— Она уже недели ведёт себя так, — вздохнул Дерек, качая головой. — Пойду за ней. — Он похлопал меня по плечу и поспешил к выходу.

— Подожди, — крикнула я, заметив его ключи на столе, но хлопок входной двери подтвердил — он не услышал.

Я взяла кружку Кэм и занялась посудой.

На часах было только половина десятого, а выходные уже начинались паршиво.

Наливая воду в раковину, я мыла тарелки и думала о том, что у Кэм и Дерека, похоже, проблемы.

Никто из них не говорил об этом, когда навещал меня.

Да и, если вспомнить, Дерек в последнее время редко появлялся, а Кэм была какая-то отстранённая.

Она злилась на него? Или я опять что-то сделала, кроме истории с Майком? Что вообще произошло, пока меня не было?

Я подпрыгнула, когда раздался звонок в дверь.

Вытерев руки, поспешила в коридор и открыла — думая, что это Дерек вернулся за ключами.

Это была Рэйчел.

Её ухоженные брови взлетели, лицо искривилось.

Кажется, она была так же поражена, увидев меня в доме Кайла, как и я — её.

И что, черт возьми, она надела?

Белое платье в обтяжку, сквозь которое просвечивали грудь и всё остальное.

— Я пришла к Кайлу, — процедила она, проходя мимо меня — уверенная, хищно красивая, как всегда.

— Его нет. — Я закрыла дверь за ней, выпрямившись, стараясь выглядеть уверенно, хоть и была намного ниже.

Она возвышалась надо мной на своих убийственных сапогах до бедра.

— Я догадалась, деревенщина. Я сказала — к нему, а не где он. Я знаю, где он.

Дерек говорил, что Кайл гуляет с Бруно, и мне до боли хотелось спросить, откуда она это знает. Но гордость удержала — я не дам ей повода наслаждаться моей болью.

— Как хочешь, Рэйчел, — тихо бросила я, подавив резь в сердце от осознания, что Кайл всё ещё с ней на связи.

Я прошла на кухню, она последовала за мной — слишком близко.

— Что-то поправилась, Ли? — протянула она с насмешкой.

Я заставила себя не реагировать и бросила на неё усталый, скучающий взгляд. Не дам себя втянуть. Не снова.

— Да, наверное, — ответила я спокойно.

Голос звучал легко, хотя внутри было всё, кроме лёгкости. Этот «пирожок», который Кайл оставил у меня в духовке, явно XXL размера.

Рэйчел смерила меня взглядом, в котором плескалось отвращение.

Откинув рыжие волосы за плечо, она процедила:

— Я знаю, что ты сделала. Он мне всё рассказал.

Я примерно понимала, кого она имела в виду под «он», но пожала плечами:

— Я много чего делаю, Рэйчел. Если бы ты знала всё, это было бы уже странно.

Горжусь собой. Месяц назад я бы даже слова не выдавила в её присутствии.

Хорошо, что я уже не та девочка. Теперь у меня есть хоть немного храбрости.

— Я знаю, что ты его поймала на крючок, но это не сработает, — прошипела она, склоняясь слишком близко.

Пальцем ткнула в мой живот: — Эта ошибка не поможет тебе удержать Кайла. Более того — уже не помогла. Угадай, с кем он был прошлой ночью?

Дыхание перехватило.

Она знала, как больно ударить. И это действительно болело. Слова резали по живому.

— С тобой, — ответила я ровно, хоть это и стоило огромных усилий.

Рэйчел моргнула, поражённая тем, что я не поддалась.

— Какая проницательность, — усмехнулась она. — Думала, вдруг ты наконец пришла в себя.

— В смысле? — спросила я, хотя уже жалела, что повелась. Любопытство сгубило кошку.

— Хотела узнать, помог ли тебе твой маленький «детокс» пересмотреть мечты о счастливом будущем с Кайлом.

Я уставилась на неё. — Мой детокс? Ты серьёзно называешь то, через что я прошла, детоксом?

Рэйчел злобно улыбнулась. — Именно. Хотя, похоже, сработало не до конца — раз ты всё ещё беременна. Жаль, что не всё «вышло» как положено. Разве не в этом смысл детокса — избавиться от мусора?

Меня затрясло.

— Ты… ты реально больная, — выдохнула я, сдерживая слёзы. — Ты — самое злобное, мерзкое и мстительное создание из всех, кого я встречала. И знаешь что? Несмотря на то, как я тебя ненавижу, а поверь, ненавижу я тебя лютой ненавистью, я бы никогда не пожелала того, через что прошла, даже тебе.

Я прошла мимо неё в коридор — нужно было уйти, пока не сорвалась.

Рэйчел схватила меня за руку и дёрнула к себе — я в ужасе схватилась за живот.

— Если бы не ты, мы с Кайлом всё ещё были бы вместе! — зашипела она, вцепившись в меня. — Ты всё испортила! Он мой! Не смей тянуть к нему свои жадные руки, маленькая шлюха!

Выдернув руку, я отступила к двери.

— Он ни чьё «достояние», Рэйчел. Кайл — сам по себе. И, между прочим, называть меня золотоискательницей — это просто смешно, — выкрикнула я, распахнув дверь.

— Сдавайся, Делия. Если решишь бороться — проиграешь, — крикнула она вслед.

— Прощай, Рэйчел. Сказать “хорошей жизни” не могу — пусть она у тебя будет чертовски ужасной, — бросила я и захлопнула дверь.

КАЙЛ

Я решил составить новый план.

Прошлый — был дерьмовым до невозможности.

Ну, умение принимать правильные решения никогда не было моей сильной стороной.

Эти качества принадлежат спокойным, рассудительным членам общества.

А мои сильные стороны идут рука об руку с моими недостатками.

У меня вспыльчивый характер — я предпочитаю называть это «страстью» — и это никогда не изменится.

Я горяч, шумен и, временами, до одури туп.

Этого не изменить.

Но кое-что я мог изменить.

Я мог открыться.

Пустить её в себя.

Показать свою уязвимость.

И она будет единственной, кто это увидит.

Да, вот мой новый план.

Боже, надеюсь, сработает.

Но я не мог просто сидеть дома всё утро, пока Ли не проснётся.

Я был на ногах с семи утра, ждал, когда она встанет, чтобы поговорить.

Но постоянные перепалки Кэм и Дерека довели меня — пришлось выйти.

Нужно было проветрить голову: пройтись, пробежаться, сделать хоть что-то, чтобы избавиться от их драмы и подготовиться к битве всех битв.

Сегодня я собирался вернуть Ли.

Без вариантов.

— Ну давай, приятель, — проворчал я, глядя на Бруно, коричневого лабрадора Ли, к которому я уже успел привязаться.

Бруно снова поднял лапу — наверное, уже сороковой раз за час.

Господи, когда я наконец всё улажу с Ли, надо будет отвезти его к ветеринару.

Так часто ссать — это не норма.

Я свернул на нашу улицу, замедлив шаг под «артритный» темп Бруно.

За последние шесть недель я выгуливал её пса больше, чем мог вспомнить.

Печально, знаю, но так я хотя бы чувствовал, что делаю хоть что-то для Ли.

Лучше хоть что-то, чем ничего.

Бесило, что она не хочет меня рядом.

Ну, своё время она получила.

Я дал ей пространство, которого она просила.

Теперь пора всё исправить.

Подходя к дому, я заметил красный Porsche, припаркованный у моего подъезда.

Да ну нахрен.

Я ускорил шаг, почти побежал к двери.

Бруно, будто почуяв беду, припустил вперёд быстрее, чем я думал, что он вообще способен бегать.

Я никогда не поднимал руку на женщину, но эта конкретная — реально испытывала судьбу.

Дверь распахнулась, как только я дошёл до неё, — и вот она стоит.

— Какого чёрта…

Рэйчел схватила меня за лацканы куртки, потянула к себе и прижалась губами.

Бруно зарычал, а я резко оттолкнул её.

С Рождества я тщетно пытался избегать её, но она появлялась повсюду.

Вчера вечером, когда я ушёл из палаты Ли, получил звонок об «экстренной ситуации» в отеле.

Оказалось, никакой это не форс-мажор, а очередная безумная — и совершенно голая — попытка Рэйчел вернуть меня.

Я приехал в офис поздно ночью — а она лежит на моём столе, полностью обнажённая.

И это был не первый раз.

На прошлой неделе Линде, менеджеру отеля, «посчастливилось» увидеть примерно то же самое, когда она пошла взять документы из моего грузовика.

Рэйчел нужно было к психиатру. Серьёзно. Это становилось пугающе.

— Отлично, ты дома. Нам нужно поговорить, — промурлыкала она, поворачиваясь на каблуках своих ботфортов и проходя в дом. Её тощая задница покачивалась под самым откровенным белым платьем, какое я только видел на девушке в субботу утром в феврале.

Я покачал головой и пошёл за ней, но собака резко дёрнула поводок.

Бруно вырвался и побежал к моему пикапу.

Я оглянулся — он сел рядом и жалобно заскулил.

Сраный трус.

— Что, чёрт побери, ты тут делаешь? — рявкнул я, заходя и закрывая дверь. Сам слышал, как злость прорезается в голосе. Она вздрогнула. — Это должно закончиться, Рэйчел. Это уже переходит в домогательство. Я мог бы тебя за это арестовать. После того, что ты устроила прошлой ночью, должен был бы арестовать.

Надо же, хватило наглости явиться ко мне домой.

Единственная причина, почему я ещё не вызвал копов — сильное подозрение, что у неё проблемы с головой.

— Я не пришла ссориться, Кайл, — капризно сказала она.

Ага, конечно.

Но я сдержался и позволил ей продолжить свой поток лжи.

— Я пришла извиниться, — произнесла она, — и рассказать, что я узнала о твоей маленькой южанке.

Ну это будет интересно.

— И что ты можешь мне рассказать о Ли, чего я сам не знаю?

Она улыбнулась и запрыгнула на стол, раздвинув ноги настолько, что я непроизвольно отвёл взгляд.

— Могу начать с того, где она сейчас, — сказала она с мерзкой усмешкой.

Я покачал головой, уставившись ей в лицо:

— Я знаю, где она, Рэйчел. Она в кровати, отдыхает. А теперь, если тебе дорога свобода, — выметайся из моего дома.

Она криво усмехнулась, проведя накрашенными красным ногтями по внутренней стороне бедра.

— Ах да, наверное, ослышалась, — протянула она и встала, подходя ближе. Я быстро шагнул в сторону, не дав ей прикоснуться.

— Дай нам ещё один шанс, Кайл. Пожалуйста.

Я вытаращился на неё и обошёл стол, чтобы создать дистанцию.

— Ты, блядь, шутишь? — сказал я и побледнел, видя, что она серьёзна. — О боже… ты ведь реально это серьёзно.

Рэйчел демонстрировала какой-то новый уровень безумия.

Если бы она продавала эту химию, озаглавив «Eau de Delusional» — разбогатела бы.

— Просто подумай, — произнесла она, приближаясь, — ведь когда-то нам было хорошо вместе.

Я с отвращением сбросил её руки с груди.

— Что именно ты считаешь «хорошо»? Когда ты меня била? Или когда шантажировала? Поверь, Рэйчел, ничего хорошего в этом для меня не было.

Я вышел из кухни и распахнул входную дверь.

— Это в последний раз, когда я тебе это говорю: убирайся. Найди себе врача, можешь даже прислать мне счёт — я оплачу, — но на мою территорию больше не ступай.

Я держал дверь открытой и, слава Богу, она поняла намёк.

Проходя мимо, она замерла на пороге:

— Просто подумай, — пропела она и чмокнула меня в щёку.

Святые угодники, она реально сумасшедшая.

Я резко отстранился и смотрел, как она грациозно уходит по дорожке.

Оставив дверь открытой, я бросился наверх проверить Ли, молясь, чтобы она не услышала весь этот цирк.

Открыв дверь её комнаты, я застыл.

Кровать пуста. Чёрт.

— Ли? — позвал я.

Спускаясь вниз, я свистнул Бруно:

— Давай, дружище.

Старый упрямец даже не сдвинулся с места — всё сидел у грузовика.

Чёрт возьми.

Я пошёл к нему.

— Что с тобой сегодня? — пробормотал я и осёкся, когда заметил в кабине машины маленькую фигурку с каштановыми кудрями, съёжившуюся на сиденье.

— О, нет… — выдохнул я.

ЛИ

Ладно, выбежать из собственного дома, наверное, не было самым умным решением в моей жизни — особенно босиком и в одной футболке.

Но я ни на секунду не забывала, на что способна Рэйчел. А у меня теперь был ребёнок, которого нужно защищать.

Дрожащая от холода и стыда, я бросилась к единственной машине, стоявшей во дворе — к пикапу Кайла.

Я дёрнула ручку двери и едва не вскрикнула «аллилуйя», когда она поддалась.

Безалаберность Кайла в обращении с собственным имуществом в этот раз сыграла мне на руку.

После трёх попыток забраться внутрь, закончившихся тем, что я нелепо задрала задницу кверху, у меня получилось только с четвёртого раза.

Я пригнулась низко на сиденье, сердце колотилось, пока я отчаянно пыталась понять, что теперь делать.

Возвращаться в дом — исключено. Выйти прогуляться по району в одной футболке в феврале — тоже не вариант.

Ключей в замке зажигания не было — хотя, даже будь они там, толку бы не было: я не умею водить. И телефона у меня тоже не было.

Я решила просто запереть двери и остаться здесь. Хоть немного безопаснее и теплее, чем на улице.

Мой мозг заело, как старую пластинку: слова Рэйчел снова и снова звучали у меня в голове, пока плотина не прорвалась, и глаза не наполнились слезами.

Я знала, что такое жестокость. Я терпела её восемнадцать лет — от рук и из уст собственного отца.

Но никогда, никогда в жизни я не слышала ничего настолько омерзительного, настолько отвратительного, как то, что произнесла Рэйчел.

Я ненавидела её.

В тот момент я впервые в жизни испытала чистую, ничем не разбавленную ненависть к другому человеку.

И я злилась — до бешенства — на Кайла. За то, что втянул меня во всё это.

А вдруг Рэйчел не врала? Вдруг Кайл действительно был с ней прошлой ночью?

Я не знала, чему верить. Хотела бы не заботиться — но заботилась.

Одна мысль о Кайле и Рэйчел вместе — была невыносимой.

Снаружи громко залаял пёс, и я в ужасе уставилась, как Кайл бежит по дорожке к дому. Он пронёсся мимо пикапа, взлетел по ступенькам и остановился перед сияющей самодовольной Рэйчел, стоявшей у двери.

Моё сердце рухнуло куда-то в желудок, когда я увидела, как она целует его в губы — а потом ещё ниже, когда он зашёл с ней внутрь и закрыл дверь.

Мозг лихорадочно рисовал картины — одну отвратительнее другой.

Они сейчас вместе? Он… с ней?

От одной мысли у меня скрутило живот.

Ревность вспыхнула, обжигая изнутри.

Конечно, я ревновала.

Я носила под сердцем его ребёнка — а он снова, бог знает чем, занимался с ней.

Как я вообще могла когда-нибудь снова ему доверять?

Я решила — нужно бежать.

К чёрту соседей, к чёрту всё — лишь бы выбраться отсюда.

Я уже положила руку на дверную ручку, когда входная дверь вдруг распахнулась.

Я замерла, наблюдая, как Рэйчел наклоняется и целует Кайла в щёку.

Я вся напряглась и прикусила щёку так сильно, что почувствовала вкус крови.

Проходя мимо пикапа, она бросила мне тихое, язвительное: — Пока, стерва.

И тут я поняла — она сделала это нарочно. Поцеловала его, зная, что я увижу.

Зачем?

Ведь она уже выиграла — разбила нас. Так зачем продолжать мучить меня?

Я сидела молча, пытаясь успокоиться, прежде чем вернуться в дом.

Опустив голову в ладони, я позволила себе несколько минут слабости… пока ручка двери пикапа не дёрнулась, и через стекло я не встретилась взглядом с его голубыми, как васильки, глазами.

КАЙЛ

Ли отперла дверь, и я резко распахнул её.

— Что ты делаешь почти голая в моей машине, принцесса?

Ли сидела, сжавшись на пассажирском сиденье моего пикапа, в одной только огромной серой футболке. Моей футболке, понял я, и от этого во мне шевельнулась гордость.

Ли метнула в меня злой, обвиняющий взгляд.

— Ждала, — холодно сказала она, выпрямляясь на сиденье.

— Ждала чего? Подожди, ты сама туда залезла? — усмехнулся я.

Раньше Ли никогда не могла сама влезть в мой грузовик. Чёрт, она пробовала столько раз, и я не раз подкалывал её из-за этого. Это был её первый раз, и мне даже стало немного обидно, что я это пропустил.

— Подожди, ты не потянулась? — спросил я, осторожно касаясь её живота.

Страх кольнул сердце. Чёрт, ей ведь нельзя так тянуться в её состоянии, правда?

Ли оттолкнула мои руки, пытаясь спрыгнуть с сиденья — легко для человека среднего роста, но Ли была коротышкой, едва доставала мне до плеча.

Расстояние от подножки до земли было слишком большим, чтобы я рискнул. Игнорируя её протесты, я осторожно снял её на землю.

— Да, я сама влезла. И нет, ничего себе не потянула, болван, — огрызнулась она и зашагала к дому.

Я пошёл следом, моля небеса, чтобы она не застала «выставку Рэйчел», и бесстыдно наслаждаясь видом её покачивающихся бёдер и аппетитной попки.

— С чего это я вдруг болван? — спросил я, входя за ней в дом и поднимаясь по лестнице.

— Если ты не понимаешь, почему, Кайл Картер, — тогда ты самый большой болван из всех, кого я встречала, — прорычала она.

Она юркнула в свою комнату и попыталась захлопнуть дверь прямо мне в лицо, но я успел подставить руку.

— Оставь меня в покое. Иди, лучше догоняй Рэйчел, уверена, она будет в восторге. — В голосе Ли звучал яд. — Это ведь не редкость — чтобы ты за ней бегал.

Ага, значит, выставку всё-таки видела. Прекрасно.

— Нет, — спокойно сказал я. — Я и так слишком долго тебя оставлял. Больше не уйду.

Я просунул голову в щель двери, заставив Ли ослабить хватку на ручке.

К счастью — ослабила. Хотя, судя по выражению лица, секунду назад она всерьёз думала прищемить мне голову.

— Извини, что Рэйчел сюда пришла. Я поговорю с ней и прослежу, чтобы она тебя больше не тревожила.

Похоже, сказал я что-то не то — Ли отступила, подняв ладони, словно защищаясь.

— Не надо мне одолжений, Кайл. Приводи сюда, сколько хочешь девок. В конце концов, это твой дом. А я просто соседка. Ну и инкубатор для твоего ребёнка, но кто ж считает?

— О чём ты вообще? — выдавил я, с трудом сдерживая злость. — Я ничего не сделал.

Сегодня, по крайней мере.

Ли фыркнула — фыркнула! — и зашагала к кровати.

— Отвали, Кайл.

Я пытался держать себя в руках, честно. Но она умела довести меня до белого каления.

— В чём, чёрт возьми, твоя проблема, принцесса? — сорвался я. — Я же сказал, что сожалею! Господи, ты всё преувеличиваешь. Успокойся и выдохни.

Ли наклонилась и стала рыться под кроватью.

— Меня тошнит от вас обоих! Иди, Кайл, беги к ней! Я не хочу тебя видеть! — закричала она, вытаскивая спортивную сумку. — Это была ошибка. Я знала. Знала, что не стоило сюда возвращаться.

— Эй, детка, что ты делаешь? — растерянно выдохнул я.

Всё раздражение мгновенно улетучилось, стоило мне увидеть, как она кидает вещи в сумку. Я знал, что это значит, но молился, чтобы ошибался.

Ли шагнула к шкафу — я встал перед ним.

— Уйди с дороги, Кайл.

— Подожди хоть секунду, — попросил я, впервые пытаясь успокоить ситуацию. — Объясни, зачем ты это делаешь.

— Я уезжаю. Отойди, чтобы я могла взять свои вещи. — Её движения были резкими, лихорадочными.

Я схватил её за плечи, стараясь удержать. Такое волнение ей точно было не на пользу.

— Ли, просто остановись и поговори со мной, ладно?

Она отвернулась, глядя в окно. Её тело напряглось.

— Говорить не о чем, — процедила она. — Мне нечего тебе сказать.

Я резко выдохнул.

— Не о чем? Серьёзно? Ты пакуешь вещи, собираешься уйти из моей жизни — и тебе нечего сказать?

— Перестань давить на меня, — ответила она устало, почти шёпотом.

Я прошёл к кровати и сел.

— Я не давлю. Я просто хочу понять, объясни.

— Ты согласен с ней?

— С кем? — раздражённо выдохнул я.

— С Рэйчел. — Ли скрестила руки на животе, защищаясь. — Ты согласен с тем, что она сказала?

Я так и знал. Всё плохое всегда возвращается к ней — к Рэйчел.

— Что она тебе наговорила? — спросил я, уже вымотанный от всего этого.

— По словам Рэйчел, ты был с ней прошлой ночью. — Голос Ли дрогнул, и она покачала головой, будто злилась на себя за слабость. — Хотя, учитывая всё, не стоит удивляться.

Я подошёл и повернул её к себе лицом.

— Послушай внимательно, — сказал я тихо. — Между мной и Рэйчел ничего нет. Совсем. Она просто больная стерва, которая не умеет принимать отказ.

Глаза Ли сузились, эмоции сменяли друг друга — злость, обида, растерянность.

— Я видела, как ты поцеловал её на крыльце.

— Ты видела, как она поцеловала меня.

— Она тебя хочет.

— Ну, жаль, — прошептал я, обнимая её за плечи. — Потому что я хочу тебя. Только тебя.

Не удержавшись, я коснулся губами её лба.

— Ты моя, детка. Не хочу смотреть ни на кого другого.

Она выдохнула, тело обмякло в моих руках. — Я не… я не хочу…

— Не говори этого, — остановил я её. — И ты моя. Или станешь моей, когда простишь.

Ли вздрогнула.

На её милом лбу залегла морщинка. Она обдумывала мои слова. — Почему я должна тебе верить? Ты, Кайл Картер, — лживый, толстый засранец.

Она выглядела такой милой и надутой, что я невольно усмехнулся.

— Толстый? — поднял я рубашку и глянул на пресс. — Думаешь, я толстый?

Ли опустилась на кровать и… расплакалась.

— Ты в порядке? — я опустился перед ней на колени. — Тебе плохо?

Господи, я через секунду 911 вызову.

— Толстая я, не ты, — всхлипнула она, показывая на себя. — У тебя одни мышцы и рельеф, а я… я корова.

Я рассмеялся. Ли закрыла лицо руками и зарыдала сильнее.

Чёрт, я не умел с этим обращаться.

— Серьёзно? — осторожно потянул я её руки.

Она резко вскинула голову:

— Похоже, я шучу? — и снова заплакала. — А теперь ты ещё и смеёшься надо мной!

Боже, она меняет настроение быстрее, чем я моргаю.

Я обнял её, пряча улыбку.

— Не обнимай меня. Я злюсь на тебя, — прошептала она, вцепившись в мою футболку, как маленькая обезьянка.

— Знаю, детка. Я ужасный, эгоистичный ублюдок, — прошептал я, гладя её по спине.

Она кивнула, уткнувшись в плечо. — Да, — всхлипнула. — Ужасный.

— И толстый, — добавил я. — Тоже толстый.

— Очень, — прошептала она, скользя ладонями по моей груди.

Святые небеса.

Я сел рядом и потянул её к себе на колени. Она оседлала меня, прижимаясь и плача, при этом ощупывая.

— И уродливый, — продолжил я, целуя её щёку.

Она будто согрелась от этого обмена колкостями.

Наши лица оказались слишком близко. Губы коснулись.

Я замер. Ли резко вдохнула.

— Ты ужасный человек, — прошептала она.

Не знаю, кто первый потянулся, но через секунду мы уже целовались.

Я провёл рукой по её лицу. — Ужасный, — согласился я, счастливый до дрожи. Её губы были мягкими, тёплыми, идеальными.

Шесть недель сомнений, боли и ревности — и всё стоило этого поцелуя.

Я притянул её ближе, углубляя поцелуй. Её рот приоткрылся, я впустил язык, чувствуя вкус, от которого кружилась голова.

Господи, шесть долгих недель. Она была моей. Просто не осознавала этого ещё.

Мы целовались, языки переплетались, дыхание сбивалось.

Я застонал, чувствуя, как напрягается тело, как жёстко давит в джинсах.

Ли запустила пальцы в мои волосы, притянула ближе, двигала бёдрами…

Мои руки скользнули под её футболку, по спине, по талии, по груди…

Она тихо застонала, когда я обвёл пальцами её грудь.

И тут снизу хлопнула дверь и раздались голоса Кэм и Дерека.

— Всё, что я говорю, — держись подальше от их дел! Ли и Кайл взрослые! — крикнул Дерек.

Голоса мгновенно охладили нас обоих. Ну, меня — не совсем. Но Ли вскочила с моих колен, едва держась на ногах.

— О боже, — выдохнула она, прижимая руку ко рту.

Я шагнул к ней — она отпрянула.

— Это была ошибка, — прошептала она. — Мне не следовало…

Я сжал кулаки, удерживая себя. Я не ожидал, что она простит сразу. Но я чувствовал её желание, вкус её поцелуя — она тоже этого хотела.

— Ошибаешься, принцесса, — сказал я тихо. — Это было правильно. И ты это знаешь.

— Это был момент, — покачала она головой. — Я сожалею.

— Момент? — горько усмехнулся я. — Ты хотела меня, Ли. Я это чувствовал, чёрт возьми, я…

— Хватит! — крикнула она, закрывая уши.

— Да, я облажался, но если ты дашь мне шанс…

— Не могу, Кайл. Ты не умеешь ими пользоваться. Возвращаться сюда было ошибкой.

Она потерла переносицу, пытаясь успокоиться.

— И Рэйчел… Я не вынесу её здесь. Не смогу жить в доме, где она может появиться в любой момент.

— Я не знаю, почему она пришла. Клянусь, я больше с ней ничего не имею, — попытался я убедить её.

— Всё равно. Это не моё дело, — устало ответила она.

— Как, чёрт возьми, не твоё?! — сорвался я. — Раньше я ошибался, скрывая от тебя правду. Но больше так не будет. Ты должна мне доверять.

Ли подошла к шкафу, достала джинсы и натянула их.

— Доверие нужно заслужить, Кайл. Оно не даётся просто так. Я слишком многое поняла. Мы больше не вместе, и я не собираюсь терпеть, как Рэйчел ходит сюда и тычет мне в лицо вашим «прошлым».

— У нас с ней нет ничего! Я ненавижу её, ясно? И обещаю — она сюда больше не сунется.

— Я не хочу управлять твоей жизнью. Если тебе тяжело, я могу пожить у подруги.

Я онемел, глядя, как она застёгивает джинсы — вернее, пытается, но живот мешает.

— Скажи мне, — выдохнул я. — Скажи, что мне сделать, я сделаю.

— Мне не нужно тебе говорить. Ты должен сам знать. — И тихо закрыла за собой дверь.

Я упал на кровать и зажал голову руками.

Чёрт. Это будет намного труднее, чем я думал. И впервые за последние шесть недель я начал сомневаться, смогу ли я её вернуть.