Глава 14.Побег из тюрьмы.

Побег из тюрьмы

Джонни

– Хорошо, нам нужно это обдумать, - объявил Гибси, выезжая на главную дорогу возле моего дома. – Принеси с собой что–то вроде сигнала – морковки, чтобы помахать ею на случай, если они нас прогонят.

– Морковки?- Я повернул голову и уставился на него. – О чем, черт возьми, ты говоришь? Нам не нужны морковки и сигналы, Гибс. Мы собираемся подъехать к ее дому, припарковать машину и постучать в чертову дверь.

Гибси закатил глаза. – У тебя нет такта. Вот, вытащи мой телефон – он у меня в кармане.

– Мне не нужен такт, - проворчал я, но сделал, как он просил. Он взял телефон из моих рук, и я управлял, пока он набирал номер. – Ты получишь очки в свои права за это, - пробормотал я, благодарный за то, что хоть раз что-то контролировал, даже если это был всего лишь руль.

Гибси ухмыльнулся и прижал телефон к уху. – Только если меня поймают – эй, как дела, детка? Мне нужно, чтобы ты была снаружи через пять – да, пять минут. Почему? Потому что я забираю тебя, вот почему. Да, не трать время на вопросы. Просто надень свое пальто и встретимся в конце вашей подъездной дорожки. На улице холодно, так что надень красное. -Он ухмыльнулся, явно набив рот, прежде чем сказать: – Я знаю, что ты дома, потому что я видел из окна моей спальни, как ты наблюдала за мной ранее – да, я знаю, что ты тоже преследуешь меня. Да, ты меня ненавидишь. Я знаю. Я слышал все это раньше, детка. Я тоже тебя люблю.

– Мы берем с собой Клэр? – Я спросил, когда он закончил разговор.

Гибси кивнул. – В этом больше смысла, чем в том, что двое парней появляются сами по себе.

Пожав плечами, он добавил: – Шэннон – ее лучшая подруга, парень. Она не смогла связаться с ней после Дублина. Клэр нервничает из-за всего этого.

Я пожал плечами. – Достаточно справедливо.

Пять минут спустя мы свернули на улицу Хьюи и Гибси и были встречены хмурой Клэр, которая стояла в конце своей подъездной дорожки, держа неоново-розовый зонтик, чтобы защититься от мартовского ливня.

– В чем дело, Джерард? Что за чрезвычайная ситуация?- спросила она, забираясь на заднее сиденье, когда Гибси остановился рядом с ней. – О, привет, Джонни, - добавила она, немного смягчив тон. – Я надеюсь, ты чувствуешь себя лучше.

– Все хорошо, - ответил я, чувствуя себя неловко, зная, что она знала.

– Кав здесь, заставил меня поехать к дому Шэннон, - сказал Гибси. – Я думал, ты захочешь прийти.

– Я верю.- Наклонившись вперед, Клэр высунула голову между нашими сиденьями. – Но они не пропустят тебя через парадную дверь. Я попросила Хьюи отвезти меня туда в пятницу, чтобы увидеть ее, но ее мать сказала мне, что она была в постели. – Клэр сморщила нос, когда говорила. – Она даже не выслушала меня, ребята. Она сказала, что Шэн слишком устала для посетителей и просто не впустила меня.

Ярость пронзила меня.

Ни за что, черт возьми, эта женщина или кто-либо из членов их семьи не выгнали бы меня.

– Остынь, кэп, - спокойно проинструктировал Гибси. Только тогда я заметил, что костяшки моих пальцев побелели от силы, с которой я их сжимал. – Мы увидим ее.

– Ты чертовски прав, мы сделаем это.

– Я знаю, что она живет на Элк-Террас, - сказал Гибси. – Но это огромная терраса…

– 95 – она живет в 95, - сказали мы с Клэр в унисон.

– Проклятие, - усмехнулась Клэр.

– Знаешь, медвежонок Клэр, если хочешь снять с себя проклятие, ты всегда можешь потрогать мой стояк, - предложил Гибси.

– Нет, спасибо, мне не нравится дерево (wood-древесина/стояк)¹, - парировала Клэр. – Или пенисы.

– Я помню, - усмехнулся Гибси. – Подожди – это множественное число для пениса? Пенисы?

– Возможно, - ответила Клэр, положив руку ему на плечо. – Я имею в виду, множественное число для влагалища – это вагины, так что это вроде как должно быть так, не так ли?

– Я думал, что множественное число для обозначения влагалища – это вагина, - предложил он.

– Боже мой, Джерард, буквально никто не говорит пенисы или вагины, - усмехнулась Клэр.

– Хм, - задумчиво произнес он. – Хотя звучит странно.

– Когда дело доходит до человеческих гениталий, я думаю, что все это звучит немного странно, Джерард.

Я отключился от их разговора, слишком обеспокоенный Шэннон, чтобы развлекать кого-либо из них. Вместо этого я включил стерео и заглушил свои мысли одним из эклектичных микшированных компакт-дисков Гибси. Я не отрывал глаз от лобового стекла, не моргая и едва дыша, пока мы не поднялись на огромный холм и не свернули на ее улицу.

– Черт, - пробормотал Гибси, когда мы остановились возле ее обветшалого дома на Элкс-Террас. – Не повезло, да?

– Да, парень, - пробормотал я. – Ты понятия не имеешь.

– Убавь музыку, Джерард, - отругала Клэр, когда Гибси подъехал к дому.

– Что не так с моей музыкой? – Спросил Гибси, выглядя комично уязвленным.

– «Knockin' On Heaven's Door»- Свирепо глядя, Клэр хлопнула его по плечу. – Серьезно? После того, что с ней только что случилось? – Наклонившись между сиденьями, она выключила стерео. – Это так бесчувственно.

– Но… но ее здесь нет? – Заглушив двигатель, Гибси повернулся, чтобы посмотреть на нее. На его лице отразилось замешательство, когда он сказал: – И это «Guns N'Roses».

– Это неудачный выбор песни.

– Подожди, а как насчет этого…- Его слова затихли, когда он снова включил стерео и переключился на трек 7. Гитарный рифт из Jailbreak группы Thin Lizzy прогремел из динамиков.

– Лучше? – Спросил Гибси, покачивая бровями. – Больше подходит для такого случая, душистый горошек?

– Намного, - ответила Клэр одобрительным тоном. – Хорошая работа, кролик-нюхач.

– Спасибо, детка.

– Вы оба чертовски нелепы. – Покачав головой, я толкнул дверь машины и использовал свои костыли, чтобы выбраться. – Это серьезно.

– Я знаю, парень, - ответил Гибси, присоединяясь ко мне на тропинке. – Я знаю.

– Итак, каков план? – Спросила Клэр, выбираясь вслед за нами.– Мы просто… -Она беспомощно пожала плечами. – Пойдем туда?

– Ну, я иду туда, - сказал я ей. Не дожидаясь ответа ни одного из них, я обогнул стену, которая отделяла заросший сад от пешеходной дорожки, и неуклюже подпрыгнул к двери. Напряжение волнами исходило от моего тела, когда я вытащил руку из одного из своих костылей и постучал костяшками пальцев по двери.

– Держи голову, Кэп, - тихо проинструктировал Гибси мне на ухо. Обхватив себя руками, он схватил Клэр и толкнул ее перед нами обоими. – Улыбнись, медвежонок Клэр, - уговаривал он, держа руку на ее бедре. – Никто не мог сказать «нет» солнцу.

Наконец, после того, что казалось вечностью, входная дверь открылась внутрь, и нас приветствовал тот, кого я мог описать только как мужскую версию Шэннон. – Темно-каштановые волосы, пронзительные темно-синие глаза, полные тайн. – Да? – он вежливо спросил. – Могу ли я вам помочь?

– Кто ты? – Я решил подойти прямо и спросить. Я уже знал, что это Даррен, но я хотел, чтобы он подтвердил это.

– Ты у моей двери, - ответил мужчина. – Кто ты?

Борясь с желанием протянуть руку и оттащить его с моего пути, я спросил: – Шэннон здесь?

Даррен прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди. – Кто хочет знать?

– Я.

Он выгнул бровь. – А кто я?

– Я ее…

– Он ее Джонни, - выпалила Клэр.

– Мило, - усмехнулся Гибси, беря ее под руку. – И поскольку мы знакомимся, она моя медвежонок Клэр, а я ее фланкер.

– Я помню тебя, - сказал Даррен, бросив на Клэр любопытный взгляд. – Ты выросла.

– Послушай, Шэннон здесь или нет?- Я огрызнулся, изо всех сил цепляясь за свое терпение. – Мне нужно ее увидеть.

– Нет.

Черт возьми!

– Ну, ты можешь сказать мне, когда она вернется?- Я выдавил сквозь стиснутые зубы. – Чтобы я знал, как долго я буду ждать в своей машине. -Потому что я никуда не уйду, ублюдок.

– Нет.

В ярости я оперся на свой костыль и прошипел: – Где она, Даррен?

Он покачал головой и потянулся к двери. – Иди домой, Джонни.

– Не делай этого, кэп, - предупредил Гибси, положив руку мне на плечо. – Не надо, блядь.

Я слышал его. Но я не мог видеть дальше красного тумана в моем разуме, который душил меня, мешая ясно мыслить.

– Нет, - прорычал я, стряхивая его руку. – Я никуда не уйду. – Я сунул костыль в дверной проем, чтобы помешать Даррену захлопнуть дверь у меня перед носом. – Я знаю все о твоей семье. – Я посмотрел ему за спину. – О том дерьме, которое творится в этом доме, и если ты думаешь, что я ухожу, не повидавшись с ней, то у тебя впереди еще кое-что!

– Ты понятия не имеешь, - прорычал он. – Ты думаешь, что знаешь, но ты понятия не имеешь, черт возьми!

– Джонни, может быть, нам стоит просто пойти… – Я никуда не пойду! – Я взревел, чувствуя ярость и боль от стояния. – Я буду стоять прямо здесь, блядь, пока он не впустит меня или не приведет ее вниз!- Выпрямившись, я посмотрел ему прямо в глаза и сказал: – Тебе решать. Я согласен на всë.

– Ты имеешь хоть какое-то представление о том, с чем здесь имеет дело моя семья? – затем он процедил, его холодный фасад соскользнул. – Через что мы все проходим прямо сейчас? – Он пристально посмотрел на меня, прежде чем продолжить: – Я держу свою семью вместе изо всех сил, мальчик. Я провел большую часть недели у постели моей сестры в больнице, пытаясь справиться с тем дерьмом, в которое я вернулся. У моей семьи сейчас достаточно проблем, проблем более сложных, чем ты можешь когда-либо понять, поэтому мне нужно, чтобы ты, блядь, отступил и дал нам немного передышки.

– Я дам тебе все пространство, в котором ты нуждаешься, - горячо парировал я.– После того, как я увижу Шэннон.

– Последнее, что нужно Шэннон, это чтобы ты сбил ее с толку, - огрызнулся он. – Она прошла через ад. Ей нужен покой. Я пытаюсь дать ей это. Я пытаюсь сделать ее жизнь лучше, а ты врываешься и засыпаешь ее вопросами, что только травмирует ее еще больше.

– Тогда Шэннон может сказать мне это сама, - возразил я, не желая уступать ни на дюйм. – Мне в лицо.

Даррен покачал головой. – Господи Иисусе, Джонни, моя мама уже объясняла тебе это. Я поговорил с твоим отцом и объяснил ему это. Чего ты здесь не понимаешь? Почему ты не можешь понять, что происходящее в нашей семье является частным, и нам нужно время, чтобы все обдумать?

– Чего ты так боишься?-Я насмехался. – Что она будет говорить со мной? Доверять мне?

Расскажи мне все дерьмо, которое она должна рассказать властям, но не рассказывает, потому что ты держишь ее взаперти, как гребаную заключенную? – Я оглядел его с ног до головы и усмехнулся: – Да, я знаю, что это еще не все. Я знаю чертовски много. И я также знаю, что ты мог бы контролировать ее, но ты не можешь контролировать меня, и у меня нет проблем с тем, чтобы сносить крышу над твоими маленькими грязными секретами. И вот еще одна вещь, которую ты не можешь сделать. – Я выпрямил спину. – Ты не можешь заставить меня уйти.

– Тебе нужно успокоиться, - проинструктировал он. – Перестань выпячивать грудь и напрашиваться на драку, Джонни. С моей сестрой все в порядке, и тебе нужно уйти.

– Она подвергалась насилию в своем собственном доме. Ее пытали вне этого. Это гребаное чудо, что она все еще стоит. Так что нет, я, блядь, не успокоюсь!- Я зарычал. – Я хочу увидеть ее, и я не уйду, пока не сделаю этого.

– Если ты не уйдешь, я позвоню в полицию, - ответил он. – Я не хочу, но я сделаю это, если ты не уйдешь.

– Тогда дерзай, потому что я никуда не денусь, мудак!- Я взревел, потеряв всякий контроль над собой. – Иди прямо вперед и позвони гребаным гардам, потому что, честно говоря, я бы хотел поговорить с ними.

– О Господи, его мать убьет меня, - простонал Гибси. – Достаточно того, что я расправился с ним за ее спиной, но теперь его арестуют, а потом арестуют и меня, потому что я хороший друг, и это просто дурной тон – отпускать его в тюрьму одного, но она так не посмотрит. Нет, она увидит своего ребенка в камере, а я буду мертвым идиотом без яиц рядом с ним. Тьфу!

– Заткнись, Гибс!- Я залаял.

– Останови мир, - простонал Гибси. – Я хочу выйти.

– Джаред, успокойся. Никто не отправится в тюрьму. Джонни, - Клэр положила руку мне на плечо,– Давай. Давай просто уйдем.

– Я никуда не пойду, - прошипел я в пятидесятый гребаный раз, не сводя глаз с Даррена. – Нет, пока я не увижу ее.

– Видишь? – Прохрипел Гибси. – Ты слышал его. Он никуда не денется, а я попаду на небеса.

– Что ты скрываешь?- Спросил я, прищурив глаза.

– Ничего.

– Тогда почему она не может меня увидеть?- Я потребовал. – Почему я не могу ее увидеть? В чем твоя гребаная проблема со мной… Мои слова оборвались, когда маленькая фигурка выскочила из-под руки Даррена и бросилась ко мне. Мой мозг едва успел осознать, что фигура, которую я видел, была Шэннон, прежде чем она бросилась на меня, обвив руками мою шею и заставив меня отступить на шаг.

– Привет, Джонни, - прошептала она, падая с порога и прижимаясь ко мне. – Ты вернулся.

– Привет, Шэннон. – Мои костыли упали на землю, когда я обхватил ее руками, удерживая на месте. – Я обещал, что вернусь, - ответил я, не сводя глаз с ее брата.

Глава 15.Красивые мальчики и сломленные братья

Шэннон

Сначала я игнорировала сердитые голоса, проникающие в тихий пузырь моей спальни, предполагая, что Даррен и Тадхг снова собираются столкнуться внизу, но потом я вспомнила, что Тадхг и Олли были на вечеринке по случаю дня рождения. Шон был с няней, Джоуи был в самоволке, а мама была на работе. Это оставило Даррена и…

Папа?

У меня перехватило дыхание, и я уронила ручку, которой делала заметки о пересмотре в своей тетради.

На мгновение я просто села на кровать и затаила дыхание, ожидая, что дверь моей спальни распахнется и появится мой отец. Когда этого не произошло, мое беспокойство снизилось до такой степени, что я снова смогла двигать конечностями.

Расстроенная, я вылезла из кровати и подошла к своему окну, чтобы посмотреть. Открыв его, я высунула голову, положила локти на подоконник и стала искать неприятности.

Вид знакомого серебристого Ford Focus, припаркованного возле моего дома, заставил мое сердце учащенно забиться.

Я знала эту машину.

Он принадлежал Джерарду Гибсону.

И где бы ни был Гибси…

–Тогда дерзай, потому что я никуда не денусь, мудак! – прогремел до боли знакомый голос с сильным дублинским акцентом. – Иди прямо вперед и позвони гребаной полиции, потому что, честно говоря, я бы хотел поговорить с ними.

Джонни.

Из-за веранды под моим окном, загораживающей мне вид на входную дверь, я не могла видеть его, но я могла слышать его, и, о боже, мое сердце бешено заколотилось при звуке его голоса.

Долгое время я стояла там, в состоянии шока, впитывая его голос и осознание того, что он действительно был здесь, прежде чем мой мозг включился, и мои ноги начали двигаться.

Каждый дюйм моего тела болел, и синяки на моем лице теперь были темнее, более фиолетовыми и заметными, но мне было все равно. Я преодолела свою боль, подавила свою неуверенность и оделась в рекордно короткие сроки. Джинсы, которые я надела, были свободными и нуждались в ремне, но я знала, что не найду его в своем гардеробе, поэтому я использовала свою резинку для волос, чтобы поддерживать их. Сунув ноги в кроссовки, я схватила одну из толстовок Джоуи с задней стороны моей двери, прежде чем поспешить на лестничную площадку.

Чувствуя себя испуганной, я схватилась за перила и, спотыкаясь, спустилась по лестнице в спешке, чтобы добраться до него. Когда я достигла нижней ступеньки, мне пришлось на мгновение остановиться и перевести дыхание; мои легкие протестовали против резкого движения.

Даррен стоял в дверях, загораживая мне вид на него, пока они оба спорили.

Двигаясь чисто инстинктивно, я поспешила к двери и проскользнула под рукой Даррена. Брови Джонни удивленно взлетели при виде меня, но я не дала ему шанса что-либо сказать. Вместо этого я практически упала со ступеньки, когда обвила руками его шею и прижалась к нему, чувствуя быстрое чувство мгновенного облегчения, распространившееся по моей коже, как горячий румянец, поглощающий меня. – Привет, Джонни. – Зажмурив глаза, я цеплялась за его тело изо всех сил. – Ты вернулся.

–Привет, Шэннон. – Я услышала, как его костыли со стуком упали на землю, когда его руки обняли меня, а затем меня окутали тепло и безопасность, которые я чувствовала, как будто я искала их всю свою жизнь. – Я обещал, что буду.

Это небезопасно для тебя, протестовал мой разум, ты слишком много чувствуешь к этому мальчику, слишком глубоко. Привязываться к нему – плохая идея…

–Шэн! – Голос Клэр заполнил мои уши, и я вскинула голову. Только тогда я заметила ее и Гибси, стоящих немного в стороне от двери. Она оглянулась на меня, карие глаза наполнились слезами, и неловко помахала рукой. – Привет!

При виде нее что-то оборвалось внутри меня, и рыдание вырвалось из моего горла. – Привет, - выдавила я, высвобождаясь из объятий Джонни и двигаясь к ней.

–Боже! – Она встретила меня на полпути, заключив в объятия так крепко, что я вздрогнула. – С тобой все в порядке? – потребовала она. Громко шмыгнув носом, она отпустила меня и отступила назад, окидывая взглядом мое тело. – Боже мой, Шэн, что случилось – я не могу – я даже не знаю, что делать.., тебе лучше быть в порядке! – Схватив мою толстовку, она притянула меня обратно в чудовищные объятия. – Я так зла на тебя, - прошипела она, когда слезы свободно потекли по ее щекам. – И я так зла на себя – и на него. – Она посмотрела на Даррена, который все еще стоял в дверях. – Он не такой милый, каким я его помню.

–Я в порядке, - выдавила я, похлопывая ее по спине. – Просто, пожалуйста, будь неженее.

–Конечно, - всхлипнула она, снова ослабляя хватку. – О боже…- ее слова прервались, и ее лицо исказилось от боли. – Твое лицо.

–Я в порядке, Клэр, - мягко напомнила я ей. – Я здесь. Я жива.

–Я просто так сильно люблю тебя, - плакала она. – Ты даже не понимаешь, насколько ты важна для меня!

–Могу ли я принять участие в этом действии? – Спросил Гибси, а затем обнял нас обеих. – Групповые объятия, - задумчиво произнес он, взъерошив наши головы, прежде чем отступить и вытащить пачку сигарет из кармана джинсов. – Полезно для души.-Улыбаясь про себя, он зажал сигарету между губами и зажег.

–Привет, Гибс, - шмыгнула я носом, вытирая глаза рукавом.

–Малышка Шэннон, - ответил он, подмигнув. – Ты в порядке?

Я слабо кивнула.

–Ты чертовски права, - сказал он ободряющим тоном.– Маленький боец.

–Ты выглядишь как медвежонок, - прохрипела Клэр, касаясь темных кругов у меня под глазами.

– Ты спала?

Даже глазом не моргнула, потому что меня мучают кошмары. – Это просто синяки.

Она вздрогнула. – Мне жаль.

–Все в порядке, - прошептала я, слабо улыбаясь ей. – Со мной все будет в порядке.

–Спроси ее сейчас, - рявкнул Джонни, привлекая все наше внимание обратно к тому месту, где он все еще смотрел вниз на моего брата. – Спроси свою сестру, чего она хочет. Спроси ее, хочет ли она, чтобы мы ушли. Продолжай. Черт возьми, спроси ее!

–Я уже говорил тебе, - прорычал Даррен. – Она не…

–Я хочу остаться со своими друзьями на некоторое время, - пробормотала я, удивив всех. Я почувствовала, как четыре пары глаз остановились на моем лице, и мои щеки вспыхнули.

Выпрямив спину, я посмотрела на своего брата и сказала: – Я собираюсь провести некоторое время со своими друзьями.

Даррен посмотрел на меня с поражением. – Тебе не следует выходить на улицу после процедуры.- Он провел рукой по волосам и подавил стон. – Ты не должна никуда идти без меня или Джоуи.- Он бросил на меня многозначительный взгляд. – Подумай об этом.

Мне не нужно было думать об этом. Я уже знала, что он имел в виду.

Папа.

Он был где-то там, и Даррен был в ужасе от того, что он доберется до одного из нас.

Мой старый друг – страх с ревом вернулся к жизни, он ударил меня в живот, и я физически вздрогнула.

Что, если он найдет тебя?

Что, если он вернется?

Что, если она заберет его, пока тебя не будет, и он будет в доме, когда ты вернешься домой?

Что, если…

–Я присмотрю за ней, - объявил Джонни таким искренним тоном, что не оставалось места для сомнений. Даррен не ответил ему, поэтому Джонни перевел свой горячий взгляд на меня. – Я присмотрю за тобой, - повторил он, голубые глаза встретились с моими. – Правда.

Прерывисто выдохнув, я кивнула. – Хорошо.

Облегчение залило его черты. – Хорошо?

–Да, - выдохнула я, нервно сжимая руки вместе. – Я хочу пойти с тобой.- Я перевела взгляд обратно на Даррена и увидела разочарование в его глазах, но сдержалась.– Я пойду с ним, Даррен.

Даррен покачал головой, пробормотал что-то неразборчивое себе под нос, а затем вышел наружу. Подняв костыли Джонни с земли, Даррен вручил их ему и прошипел: – Тебе лучше иметь это в виду, потому что это не игра, малыш,- прежде чем вернуться внутрь. – Помни, что я сказал, Шэннон, - добавил он.

Когда входная дверь захлопнулась за ним, я выпустила дыхание, о котором и не подозревала, что задерживала.

Клэр лучезарно улыбнулась мне. – Уровень моей гордости сейчас настолько высок, что его невозможно измерить. – Она взяла мои руки в свои и сжала. – Каково это – наконец-то постоять за себя и победить?

Я пожала плечами, чувствуя себя сбитой с толку. – Нервирует?

–Я знаю подходящую песню для этого, - сказал Гибси, положив руку на плечо Клэр. Бросив окурок в соседский сад, он помахал перед ними рукой и сказал: – Бон Джови – это моя жизнь.

–Идеально!- Прощебетала Клэр, обнимая его за талию, когда они шли по садовой дорожке к его машине. – Знаешь что, Джерард? Ты можешь быть довольно умным, когда не ведешь себя довольно глупо.

Смеясь, он притянул ее к себе. – Я знаю, верно?

–Шэннон. – Глубокий голос Джонни раздался позади меня, заставляя дрожь пробежать по моему телу. – Ты в порядке?

–Я не уверена, - тихо призналась я, сопротивляясь желанию откинуться назад и почувствовать, как его тело прижимается к моему.

–Ты все еще хочешь пойти со мной?- спросил он, стоя так близко ко мне, что я могла чувствовать тепло, исходящее от его тела. – Ничего страшного, если ты этого не сделаешь. Я просто счастлив, что смог тебя увидеть.

Кивнув, я повернулась, чтобы посмотреть на него. – Это единственное, в чем я уверена.

Громкий визг автомобильных шин заставил меня вздрогнуть, и я напряглась, мгновенно запаниковав. Джонни придвинулся ближе ко мне, и я автоматически прижалась к его боку. – Все в порядке, - уговаривал он, хмурясь на что-то над моей головой. – Я думаю, это твой брат?

–Мой брат?- Нахмурившись, я обернулась и увидела, как Джоуи, спотыкаясь, лицом вперед вываливается из задней части движущейся машины. – Джоуи?- Крикнула я, спеша к нему. – Джо!

Машина, которая высадила моего брата, дважды просигналила, прежде чем умчаться вниз по террасе. Я сузила глаза и уставилась на черную, усиленную Honda Civic, когда она скрылась из виду.

Осознание снизошло на меня, холодное и уродливое, когда я поняла, кому принадлежала эта машина и что этот человек предоставлял моему брату.

Ничего хорошего.

–Это был Шейн Холланд? Что это? – Спросила я, когда добралась до него, запыхавшись и задыхаясь. – Какого черта, Джоуи! Я думала, ты оставил это позади.

–Шэн, - невнятно произнес Джоуи, смеясь про себя, перекатываясь на спину и удовлетворенно вздыхая. – Как дела?

–Убирайся с дороги, идиот, - прорычала я, чувствуя, как меня охватывает смесь облегчения и ужаса. – Джоуи, вставай прямо сейчас!

Он сжал губы и вздохнул. – Я скучал по тебе.

–Тебя убьют, - прошипела я, глядя на своего брата сверху вниз. – Вставай, пока кто-нибудь не переехал тебя!

–Позволь им, - засмеялся он. – Меня это не интересует.

–Ясно, - проворчала я, опускаясь на колени рядом с ним. – Ифа знает об этом?

–Шшш, - простонал он, закрывая лицо руками. – Не надо.

–Нет, конечно, она не знает. – Протянув руку, я проверила его карманы и застонала от отчаяния.

– Ну, твой бумажник пропал, - сообщила я ему. – И твой телефон!

–Я облажался, Шэн, - прошептал он. – Я всегда лажаю.

Мое сердце разбилось в груди.

–Джо, просто уберись с дороги, и я помогу тебе, хорошо?

Застонав, он покачал головой. – С меня хватит.

–Что ты принял? – Спросила я приглушенным тоном, наклонившись близко к его уху. – Что это было, Джо? Что они тебе дали?

–Он под кайфом? – Спросил Джонни, стоя над нами.

Я раздумывала, не отрицать ли это и не солгать ли, но потом передумала. В чем был смысл?

Мой брат лежал посреди дороги средь бела дня. Я вряд ли могла бы выдать это за несчастный случай. – Да, - выдавила я, плечи поникли в поражении.

Тяжело вздохнув, Джонни передал мне свои костыли и наклонился. – Тебе придется помочь мне здесь, парень, - проворчал он, схватив Джоуи за руку и потянув его в сидячее положение.

Движение заставило Джонни громко зашипеть и отпустить руку Джоуи. В тот момент, когда он это сделал, Джоуи плюхнулся обратно на асфальт. – Черт.

–Мистер регби, - невнятно произнес Джоуи.

–Джоуи метатель, - признал Джонни, снова потянувшись к руке Джоуи.

–Джоуи, вставай!- Я сказала, чувствуя себя взволнованной и смущенной. Я так старалась скрыть наших демонов, и теперь они были здесь, на виду. Я не могла с этим справиться. Это было слишком. Я чувствовала себя слишком незащищенной. – Пожалуйста.

–Давай, парень, - проворчал Джонни, безуспешно пытаясь поднять Джоуи на ноги еще раз. Он видел худшую часть моей жизни, и он пробирался, бросался в смесь, костыли и все такое. – Тебе нужно встать.

–Что у нас здесь? – Спросил Гибси. Опустившись на колени рядом со мной, он протянул руку и поднял веки Джоуи. – Ууу, ты обдолбанный, не так ли, Линч?-он задумался, а затем похлопал себя по груди.

–О, черт, - простонал Джоуи, отворачиваясь от нас. – Не этот безумный ублюдок.

Гибси рассмеялся. – Рад видеть, что я произвел впечатление.

–Мне нужно вытащить его отсюда, - выдавила я, запаниковав. – Эти парни могут вернуться, и я не верю, что Даррен не позвонит…

–Не волнуйся, Малышка Шэннон. Он у меня. – Схватив Джоуи за плечи, Гибси одним точным взмахом оторвал его от земли. – Теперь твоя задача не блевать в моей машине, - сказал он Джоуи, когда отводил его к своей машине и сажал на заднее сиденье.

Униженная, я обхватила себя руками и просто стояла там, промерзшая до костей и утонувшая в своих эмоциях.

–Он часто это делает?- Спросил Джонни, подходя и становясь рядом со мной.

Я покачала головой и вернула ему костыли. – Обычно нет.

Он выгнул бровь.– А не обычно?

Я резко выдохнула. – Ненадолго.

Кивнув в молчаливом понимании, Джонни поправил свои костыли и мягко толкнул меня в плечо своим. – Давай, Шэннон, как река.

Глава 16.Назад в поместье.

Шэннон

Чувствуя себя совершенно беззащитной, я села на заднее сиденье машины Гибси с Джонни и Гибси спереди, а Клэр и Джоуи сели рядом со мной. Радио было выключено, не было произнесено ни единого слова с тех пор, как мы отъехали от моего дома, и если бы в моем распоряжении был нож, я была почти уверена, что смогла бы снять напряжение, охватившее нас пятерых.

Джоуи растянулся на заднем сиденье, положив ноги на Клэр, а голову мне на колени. К ее чести, Клэр не жаловалась и не отталкивала его от себя. Вместо этого она доказала мою теорию о том, что она самый добрый человек в мире, сняв пальто и накинув его на его дрожащее тело.

Оцепенев, я не сводила глаз с его лица, наблюдая, как искажаются его черты каждый раз, когда Гибси попадает в выбоину или делает крутой поворот. – Ты такой глупый, - прошептала я, нежно убирая его светлые волосы с глаз. – Ты меня слышишь? Снова зависать с Шейном Холландом и его друзьями? Ты знаешь, что это плохо. Им наплевать на тебя, Джоуи. Они никогда этого не делали. Их волнует только то, что они могут получить от тебя. Они высосут из тебя всю кровь. – Я погладила его по щеке, мои пальцы проследили за изменением цвета на его лице. – Боже, я так зла на тебя, Джоуи.

–Шэн. – Застонав, он зажмурился и напрягся. – Черт.

–Да, черт, - пробормотала я, обнимая его, когда Гибси свернул к дому Джонни. – Что ты принял?- Я наклонилась ближе, понизив голос.– Я знаю, что ты пьян, и я чувствую исходящий от тебя запах травки, но это еще не все, не так ли? Что это было? Что они тебе дали?

Он снова застонал и схватился за живот. – Прости.

–Перестань извиняться и начни рассказывать мне, что ты принял!- Я зашипела. – Это были таблетки или что-то большее? Джоуи, скажи мне, черт возьми!

–Пожалуйста, не ненавидь меня, - это все, что он ответил, его слова были приглушенным невнятным звуком, когда он сильно дрожал в моих руках.

Опустошенная, я оглядела машину и почувствовала, как мои щеки горят от смущения. Гибси и Джонни оба смотрели прямо перед собой, а Клэр послушно смотрела в окно, но я знала, что они слушали нас. Они не могли не слушать.

Крепче прижимая к себе брата, я хранила молчание до конца поездки, сдерживая эмоции, угрожающие захлестнуть меня, пока я обдумывала мрачное будущее, которое лежало перед нами.

Нет денег.

Дерьмовые родители.

Болезненные воспоминания.

Страх и негодование.

Всегда страх…

К тому времени, как мы припарковались у Джонни дома немного позже, я была полностью обескуражена и начинала понимать моего брата и его нужду просто забыться на некоторое время. Я знала, что именно поэтому он это сделал. Сбежал и забылся…

Заглушив двигатель, Гибси вылез и подошел к двери Клэр. – Кав, дай Клэр свои ключи, чтобы открыть дверь, - проинструктировал он, помогая Клэр выбраться из-под тела моего брата.– Ты в порядке, медвежонок Клэр?

–Все хорошо, Джерард.

Джонни, который был снаружи машины и боролся со своими костылями, сунул руку в карман и достал связку ключей, прежде чем бросить их на капот и открыть мою дверь.– Этот серебряный – в середину.

–Этот. – Схватив ключи в воздухе, Клэр бросилась вперед Гибси, чтобы отпереть дверь.

–Спасибо, - прохрипела я, выбираясь из машины и закрывая за собой дверь.

–Ты в порядке?-Тихо спросил Джонни, наблюдая за каждым моим движением острыми, умными глазами.

–Где твои собаки?

–А?

–Бонни и Кекс?

–Ах да, да, они вернулись к своей пробежке.- Он указал на свои костыли и поморщился. – В данный момент я не могу с ними.

Я пожала плечами, не в силах сформулировать ответ, и снова обратила свое внимание на Джоуи.

–Ладно, приятель, давай сделаем это.- Забравшись внутрь, Гибси вытащил Джоуи из машины.

Перекинув его через плечо, Гибси продолжил нести моего брата к дому. – Не блюй на мой… - Слова не успели слететь с губ Гибси, когда Джоуи начало обильно рвать тем, что я могла описать только как черную, угольно-черную субстанцию. –Назад. – Гибси застонал от поражения. – Не блюй мне на спину.

–Это хорошо, - сказал Джонни, явно заметив выражение моего лица. – Снаружи лучше, чем внутри.

–Я так сожалею об этом. – Покачав головой, я обхватила себя руками и пошла в ногу с ним, пока он ковылял к дому. – Я, кажется, приношу постоянный поток неприятностей в твою жизнь.

–Не беспокойся об этом. -Прижав костыль к двери, чтобы она оставалась открытой, он жестом пригласил меня войти. – Мне все больше нравятся твои проблемы.

–Ты не должен.- Грусть расцветала внутри меня; холодная, жестокая реальность нынешнего затруднительного положения моего брата затмила волнение, которое я почувствовала, когда увидела его у своей двери ранее.– Это нехорошо.

Джонни нахмурился, но возражать не стал. – Пошли, - сказал он вместо этого, кивая головой в сторону прихожей.

Я поспешила внутрь от дождя, слишком измотанная, чтобы волноваться или задавать вопросы, на которые мне не нужны ответы. Не имело значения, были ли его родители дома или нет. Не имело значения, если моя неуверенность заставляла меня сомневаться, действительно ли он хотел, чтобы я была здесь или нет.

Факты были таковы, что мой брат принял какой-то запрещенный наркотик, вероятно, неприличное количество запрещенных наркотиков, и в настоящее время его несли вверх по лестнице дома Джонни. Была ли я зла на него или нет, откровенно говоря, не имело значения.

Он нуждался во мне, и я не против.

Видит бог, я была у него в долгу.

–Ты не хочешь рассказать мне об этом?- Бросив костыли, Джонни держался за перила и поднимался по лестнице черепашьим шагом. – Джоуи, я имею в виду?- он добавил, остановившись на полушаге. – Что там произошло?

–Я не знаю.

–Не лги, - тихо сказал Джонни. – Не мне.

Сморщив нос, я выпалила: – В прошлом году он шел по плохому пути.Шатался по всем неправильным местам с неправильными людьми и принимать все неправильные вещи.

–В прошлом году?

Я кивнула. – До того, как появилась Ифа.

–Она поддерживала его?

Очевидно, нет. Я беспомощно пожала плечами. – Я так и думала?

–Что он принимал?

–Я не знаю, - ответила я, и на этот раз это была правда. – Он определенно выпивал со своими друзьями, и я знаю, что он курил травку, но я не уверена насчет остального. Возможно экстази или какая-то форма таблеток? Однажды я слышала, как мои родители говорили об этом, и я не уверена, как он смог бы заполучить что-то еще. У него не было денег.- Я пожала плечами, чувствуя себя растерянной. – Но я знаю, что он обычно уезжал на этой машине во время большой перемены в школе и возвращался на последние три урока с налитыми кровью глазами и отсутствующим взглядом, - продолжала я свое объяснение. – Я думаю, он пытался сбежать? Дела шли неважно, и это был его способ справиться с тем, что происходило в… э-э… в… ну, ты понимаешь.-Заправляя волосы за ухо, я опустила плечи в знак поражения. – Не похоже, что нам было с кем поговорить о таких вещах.

Джонни внимательно наблюдал за мной, пока я говорила, впитывая каждое своё слово.– Это была проблема?

–Я не знаю, - ответила я, придерживаясь правды. – Джоуи не разговаривает. Ни с кем. Даже со мной. Все, что я знаю, это то, что у него все было плохо, хуже, чем обычно, и он чаще дрался в школе. – Больше драк дома. – У него были проблемы на тренировках. Наш гребаный отец… - у меня перехватило горло, и мне пришлось несколько раз сглотнуть, прежде чем я смогла продолжить, ну, он был в ярости, потому что ходили разговоры о том, что Джоуи исключили из команды. Но затем появилась Ифа, и в течение нескольких недель он исправил свое поведение. Он не ходил с налитыми кровью глазами и не отскакивал от стен. Он не так часто дрался в школе. Он был просто… -Я покачала головой, пытаясь найти слова, чтобы объяснить все это. – Она что-то поселила в нем. Как будто она каким-то образом наказала его – дала ему то, от чего он явно не получал… - Я позволяю своим словам затихнуть.Мне не нужно было заканчивать это предложение. Глаза Джонни были прикованы к моим, и слово “дом” тяжелым грузом повисло между нами, невысказанное и болезненное. Чувствуя себя незащищенной и уязвимой, я оторвала взгляд и поднялась по оставшимся ступенькам.

Беспокойство ожило во мне, когда я наблюдала, как Джонни с трудом преодолевает оставшиеся ступеньки. – С тобой все в порядке? – Спросила я, когда он наконец добрался до меня, сжав челюсти и напрягая плечи.

Он напрягся, и на мгновение я ожидала такой же холодной отповеди, которую я привыкла получать, когда спрашивала его о боли. Но он удивил меня, повернувшись ко мне лицом. – Я в порядке. – Его тон был мягким, глаза нежными. Прислонившись к перилам, он испустил еще один тяжелый вздох. – Мне больно, - сказал он, слегка уязвленно пожав плечами. – Я жесткий, и я презираю, когда меня тормозят, но я иду на поправку, хорошо?

Я изучала его лицо, искала ложь, и когда я ничего не нашла, то кивнула.– Да, хорошо.

–А как насчет тебя?

–Я?

–Да, ты.- Протянув руку, он провел большим пальцем по моей скуле. – Как ты себя чувствуешь?

–Так же, как и ты, - сказала я тихим голосом, не в силах подавить дрожь, которая прокатилась по моему телу, когда он положил на меня руки. – Болит, но иду на поправку. – Я сделала паузу, думая о чем-то позитивном, чтобы сказать. – Я снова могу дышать, - выпалила я, а затем съежилась, когда сказала это. – Прости.

В его голубых глазах мелькнула боль. –Это убивает меня, - признался он низким и хриплым голосом. – Знать, что с тобой случилось, видеть, что этот ублюдок делал каждый раз, когда я смотрю на твое лицо, и быть не в состоянии это исправить.

Я прерывисто вздохнула. – Джонни.

–Я провел дни в ожидании этого, - быстро продолжил он, его слова выговаривались быстро, акцент усиливался по мере того, как он говорил. – Чтобы провести время с тобой. Просто быть с тобой, и теперь ты у меня здесь?-Его рука вытянулась и переплелась с моей. – Где я знаю, что ты в безопасности? Все, что я хочу сделать, это просто…- Покачав головой, он притянул меня ближе. – Держать тебя здесь, со мной, и никогда не отпускать обратно.

О боже, я тоже этого хочу.

Я хочу, чтобы он это сделал.

–Я знаю, что в твоей жизни сейчас много всего происходит с твоей семьей, и вокруг нас разгорается настоящая буря дерьма, - добавил он грубым голосом. – Я знаю, что нам нужно поговорить, Шэннон, важный разговор, но я просто хочу, чтобы ты знала – нет, мне нужно, чтобы ты знала, что я…

–Небольшая помощь, Кав!- Голос Гибси прогремел с лестничной площадки. – У нас тут происходит ситуация с рвотой.

–Иисус Христос, - прошипел Джонни, откидывая голову назад. –Мне жаль, - прохрипела Клэр, направляясь к нам, держась за живот. – Но я сочувствующий рвотник, и этот парень извергает свои кишки там.- Взволнованная, она подавилась, прежде чем добавить: – Честно говоря, я бы хотела помочь, действительно хотела, но я плотно поела перед тем, как прийти сюда, и если я останусь в той комнате, это будет бойня.

–О боже. – Повернувшись, я двинулась, чтобы пойти проверить моего брата, но Джонни потянул меня за руку и притянул к себе.

–Не ходи туда, - сказал он, отпуская мою руку. – Ему не нужно, чтобы его сестра видела его таким.

–Да, Шэн, - согласилась Клэр, подходя и становясь рядом со мной. – Пусть мальчики позаботятся о нем.

–Он мой брат, - неуверенно возразила я.

–Твой голый брат, - парировала Клэр. –Джерарду пришлось раздеть его, потому что он весь в… - Она остановилась, чтобы поглазеть. – Фу, это так плохо пахнет. Ему нужен душ, а ты не можешь этого сделать в твоем состоянии.

–Ты помнишь планировку нижнего этажа? – Спросил Джонни у меня. –Где все находится?

Я кивнула, взволнованная. – Я так думаю?

–Отведи Клэр с собой вниз, - спокойно проинструктировал он. – Приготовьте все, что захотите на кухне или расслабьтесь в гостиной. Все, что ты захочешь. Мы с Гибсом разберемся с ним.

–Ты уверен?- Спросила я, совсем не чувствуя себя уверенной.

–Абсолютно. – Он бросил на меня последний, прощальный взгляд, а затем чопорно направился в сторону своей спальни.

–Ты знаешь, - размышляла Клэр. – Когда я подписывалась на этот побег из тюрьмы, я не ожидала, что меня вырвет. – Обняв меня за плечи, она повела меня вниз по впечатляющей лестнице в вестибюль.– Или пенис.

–Пенисы, - поправила я со вздохом поражения.

–А?

–Миссис О Лири, наш учитель естествознания, говорит, что это подходящее множественное число.- Не то чтобы это даже имело значение.

–О.-Она сморщила нос от этой мысли. –Ну, я ничего не знаю, должно быть, я отключилась во время занятий, но этот дом потрясающий. Это как… сквернословие или что-то в этом роде.

–Это то, что я сказала, - прошептала я, утешаясь тем, что она со мной.

–С ним все будет в порядке, Шэн, - тихо добавила она. – Вы оба будете в порядке.

–Да. – Я надеюсь на это.

–Теперь, давай, - сказала она, крепче обнимая меня. – Я хочу знать все.

Глава 17.Опасная киска.

Джонни

У меня не было объяснения тому, как моя жизнь дошла до того, что я принимал душ с полукоматозным, накачанным наркотиками херлером, и кроме этого я влюбился в девушку, в жизни которой было больше слоев и сложностей, чем в кубике Рубика.

Кубик Рубика я мог бы решить.

Жизнь Шэннон Линч? Сомневаюсь.

–Ты залез к нему под мышки? -Спросил Гибси, стоявший полностью одетый в моем душе, держа очень голого Джоуи.

–Как это произошло с нами, Гибс? – Спросил я своего лучшего друга. – В одну минуту мы играем в регби за Томмен, тусуемся в “Бидди” с парнями и проводим тренировки, а в следующую мы смываем блевотину из шланга с метателя из BCS. – Покачав головой от абсолютного безумия ситуации, я брызнул еще одной порцией средства для умывания на грудь Джоуи и направил шланг для душа, осторожно, чтобы избежать синяков. – Как мы попали в это, парень?

–Ты любишь его сестру, а я люблю лучшую подругу его сестры, - ответил Гибси, протирая Джоуи губкой. – Можно с уверенностью сказать, что киска втянула нас в это, Кав.

Разве это не было гребаной правдой…

–Вот, - сказал Гибс, поворачивая Джоуи на руках. – Убедись, что ты снова прикроешь его.

Желчь подступила к моему горлу, когда мои глаза увидели синяк за бесцветным синяком и шрам за поблекшим шрамом на его теле.

Вся его спина была усеяна смесью пятен, слабых линий и шрамов.

Иисус Христос.

Я изучал его обнаженную кожу холодным, расчетливым взглядом. Не нужно было быть гением, чтобы понять, кто оставил эти отметины на его теле.

Их кусок дерьма, отец.

Может быть, он использовал ремень, или, может быть, он использовал что-то похуже. Черт возьми, я не знал. Но у него были шрамы повсюду.

Как, черт возьми, это осталось незамеченным?

Что насчет его девушки?

Или матери?

Его тренеры?

Его никто не видел?

–Это так неправильно, - проворчал Гибси, озвучивая мои мысли вслух. Он повернул Джоуи лицом ко мне и обхватил рукой его грудь, чтобы поддержать его. – Так чертовски неправильно, Джонни.

–Да,чувак, - выпалил я, стараясь не попадать на участки со свежими синяками. – Я знаю.

–Остановись, - простонал Джоуи, сильно дрожа, когда он оттолкнулся от руки, которой Гибси обнимал его. – Я собираюсь…- Гибси развернул их обоих как раз вовремя, чтобы Джоуи облил стену своей рвотой. –Парень, - сказал Гибс, проводя губкой по лицу Джоуи. – Ты никогда не смешиваешь свои наркотики.

–Как будто ты знаешь, - усмехнулся я.

–Ну, я полагаю, это похоже на смешивание вашего напитка, - парировал Гибси. – Большое жирное “нет”!

–Лучше, чтобы он выбросил все это .- Склонившись над ними обоими, я смыл рвоту со стены из шланга, прежде чем снова остановить нескончаемый поток рвоты, исходящий от Джоуи. – Они бы все равно откачали его только в больнице.

–Точно, - согласился Гибси, похлопывая Джоуи по щеке. – Считай, что это твой личный сеанс промывания желудка на свободном выгуле – в стиле Гибси.

–Отвали, ты, жуткий ублюдок, - простонал Джоуи, дрожа с головы до ног.

–Обычно я бы обиделся на это, - фыркнул Гибси. – Но, учитывая, что мы вместе в душе, и твоя голая задница прижата к моему члену, я собираюсь пропустить этот комментарий мимо ушей, потому что я тоже нахожу эту ситуацию немного жуткой.

–Он спасает твою шею, - прорычал я. – Мы оба, так почему бы тебе не выразить свою признательность, заткнувшись нахуй и выблëвывая всё это. –Пошел ты, Кав… Снова рвота.

–Вот и все, - уговаривал Гибси, еще раз вытирая рот. – Вырви все дорогие наркотики класса А.

Хорошая работа. Пусть вода смоет твои грехи и возмездие в канализацию.

Мой телефон начал громко звонить в кармане, и я нахмурился, переводя взгляд на Гибси. – Ты здесь.

Гибси закатил глаза. – Я не единственный, у кого есть твой номер.

Вытирая руку о футболку, я сунул руку в карман и вытащил телефон. – Дерьмо.- Я уставился на имя, мигающее на экране, и застонал. – Это моя мама.

–О, Иисус, - простонал Гибси вместе со мной. – Она знает, не так ли? Конечно, она, блядь, знает.- Он продолжал драить Джоуи, пока тот разглагольствовал. – У нее, наверное, есть маячок на твоей заднице.

–Отстань от меня, - невнятно произнес Джоуи, хлопнув Гибси по руке. – Христос.

–Заставь его замолчать, - предупредил я, бросив взгляд на Гибси, когда нажал “Принять” и поставил телефон на громкую связь. – Ма, как дела?

–Джонни, любимый, - вздохнула мама в трубку. – Ты в порядке? Ты долго отвечал мне.

–Я в порядке, ма. Как дела?

–О, любовь моя, я звонила, чтобы сообщить тебе, что я, возможно, не…

–Остановись!- Джоуи громко застонал. – Оно обжигает.

Мы с Гибси оба замерли и в ужасе уставились друг на друга.

–Что обжигает? – Потребовала мама. – Ты в порядке?

–Трахни меня! – Джоуи продолжал вздрагивать и шипеть. – Слишком горячо.

Свирепо глядя на Гибси, я одними губами произнес: – Заткни его.

Гибси уставился на меня, прошептав: – Как?

Дай мне силы…

Я направил шланг ему в лицо и одними губами произнес: – Твоей рукой, гений!

С брызгами воды, стекающими с его собственных губ, Гибси закрыл рукой рот Джоуи, и я одобрительно кивнул. Наклонившись над ванной, я отрегулировал настройку душа и понизил температуру воды. –Теперь ты счастлив? – Одними губами произнес я, глядя на Джоуи, пока пполивалего из шланга.

–Джонни? Джерард снова возится с плитой?- Спросила мама, звуча взволнованно. – Скажи этому мальчику, что ему лучше не трогать спички. В вытяжном вентиляторе проплавлена дыра от его последней попытке приготовить что-то.

–Это был ты!- Возмущенно произнес Гибси одними губами.

–Нет, ма, он не готовит. – Покачав головой, я поднял глаза к потолку и выпалил первое, что пришло на ум: – Это был просто какой-то парень по телевизору.

–По телевизору?

–Да, мы, э–э…- Прищурив глаза, я направил шланг на неподатливый кусок блевотины на плече Джоуи. – Мы смотрим фильм.

–О, Джонни, - проворчала мама. – Только неодин из тех грязных. Врачи предупредили нас, чтобы вы не делали это, пока твои швы не заживут полностью.

Гибси хихикнул.

Иисус Христос. Я откинул голову назад в безмолвном отчаянии. – Нет, ма, мы смотрим…

–Что ты смотришь, Джонни?

–Моя левая нога!- Гибси громко выпалил. – За сертификат об уходе, мамочка Кей!

–Я играю в “Гэтсби”, болван, - одними губами произнес я, свирепо глядя на него.

–Ах, это прекрасно, - ворковала мама, смягчаясь. – Хороший мальчик, Джерард! Очень познавательно.

Гибси выгнул бровь и ухмыльнулся.

–Тебе что-то нужно? – Спросил я, возвращаясь к сути. – Потому что я пытаюсь наблюдать за Кристи Брауном.

–О, верно, вот в чем дело, любовь моя, - сказала мама нерешительным тоном. Я нетерпеливо закатил глаза и ждал, когда она перейдет к делу. – Возможно, я не вернусь домой сегодня вечером.

Благодарю тебя, Иисус! – Какой ужас.

–Движение здесь было безумным, и мысль о том, чтобы ехать обратно с накопившимся багажником от бампера к бамперу, - это больше, чем я могу вынести.

Гибси одобрительно сверкнул глазами.

–Тогда тебе определенно стоит остановиться в старом доме с папой, - ответил я успокаивающим тоном. – Ты устала, ма – слишком устала, чтобы совершать эти поездки.

–Одна в темноте, - предложил Гибси. – Одинокая и женщина.

–Гибс, - предупредил я.

–Звучит слишком опасно, если ты спросишь меня, мамми К, - продолжил он, игнорируя меня. – Едешь по ночному Дублину в полном одиночестве.

–Она из Баллимуна, идиот,- проворчал я. – Она бы в мгновение ока оторвала твою задницу.

–Мальчики! – Мама огрызнулась, а затем тяжело вздохнула в конце концов. – Я буду дома завтра не позже обеда, чтобы отвезти тебя на прием к физиотерапевту… если ты уверен, что с тобой все будет в порядке без меня… –Я уверен, - быстро вставил я, опустив фрагмент, что мне было просто прекрасно без кого-либо из них в течение многих лет. – Я буду в порядке. – Наклонившись над ванной, я протянул руку и выключил душ. – Мы оба. – Схватив с вешалки два полотенца, я бросил одно Гибсу, а другое сунул под мышку. – Не беспокойся.

–Я люблю тебя, Джонни, - наконец сказала мама.

–Да.- Балансируя телефоном на краю ванны, я накинул полотенце на плечи Джоуи, прежде чем схватить свой телефон обратно. – Я тоже люблю тебя, ма.

–О, пока я не забыла…

–Мне пора, ма. Пока, пока, пока… - Закончив разговор, я сунул телефон обратно в карман и глубоко вздохнул. – Спасибо Христу за это.

–Я скажу, - согласился Гибси, убирая руку ото рта Джоуи. – Я бы сказал, что мы вне подозрений, парень.

–Господи, - прошипел Джоуи, стуча зубами. – Ты маменькин сынок, не так ли?

–Ты хочешь, чтобы тебе снова заткнули рот? – Я сузил глаза. – Потому что это можно устроить.

–Пошли вы оба, - пробормотал Джоуи, тяжело дыша. – Не делайте мне никаких одолжений.

У меня отвисла челюсть. – Ты издеваешься надо мной прямо сейчас, Джоуи?

–Я думаю, что слово, которое ты ищешь, это спасибо вам обоим, - весело вставил Гибси. Он бросил на меня многозначительный взгляд и предупреждающе покачал головой. – И тебе более чем рады, Джозеф.

Придержав язык и обуздав свой темперамент, я сделал шаг назад и смотрел, как Гибси помогает ему выбраться из ванны.

–Не прикасайся ко мне, блядь! – Грубо оттолкнув Гибси, Джоуи отшатнулся назад и рухнул на пол. – Мне не нужна твоя помощь.

–Ну,дерьмо, потому что ты ее получишь, - огрызнулся я. – Хочешь ты этого или нет.

–Ты немного облажался, Джоуи, - размышлял Гибси. – Ты знаешь это, верно?

–Да, я облажался, - усмехнулся Джоуи, дрожа с головы до ног. – И ты просто в полной заднице.

–Действительно, - торжественно согласился Гибси.

Тяжело дыша, Джоуи уронил голову на руки и потянул себя за волосы. – Где мой телефон?- Выдохнув сдавленный вздох, он прошипел: – Мне нужен мой телефон. Мне нужно позвонить моему… блядь!

–У тебя больше нет телефона, парень, и кошелька тоже, - спокойно ответил Гибси. – Твоя сестра сказала, что ты продал их, вместе со своим достоинством, из-за той ужасной боли, которую ты испытываешь. – Схватив с вешалки другое полотенце, Гибси бросил его ему на колени, накрывая его. – Все это дерьмо прямо сейчас выходит из твоего организма? Все, что ты выблевал из своего тела? Это стоило тебе ровно одного кошелька, одного телефона и одной души. Довольно высокая цена, да? Я очень надеюсь, что оно того стоило. – Он похлопал его по плечу. – Теперь, если вы оба меня извините, мне нужно принять душ самостоятельно. – Сняв через голову промокшую рубашку, Гибси бросил ее в корзину для белья рядом с дверью, прежде чем выйти из ванной.

Я почти ожидал, что Джоуи Линч взорвется прямо там, посреди моей ванной, но он ничего не сделал. Вместо этого он обхватил руками колени и опустил голову. – Черт. -Обхватив затылок одной рукой, он раскачивался взад и вперед, снова и снова бормоча слово “черт”.

–Что ты принял?

Тишина.

–Хорошо. – Опустившись на край ванны, я провел рукой по бедру и попробовал другой подход.

– Почему ты это сделал?

–Не суди меня, - прошипел он, переводя взгляд на меня. – Не смей, блядь, судить меня… - Зажмурив глаза, он сжал руки в кулаки и издал горловой звук, когда его тело сильно задрожало. – Нет, пока ты не побываешь на моем месте. Пока не увидешь то, что я видел. И не услышишь то, что я слышал.

Я оставался неподвижным, как статуя, и сопротивлялся желанию протянуть руку и поддержать его. – Я не осуждаю тебя, чувак.

–Нет? – Измученные зеленые глаза уставились на меня. – Ты видел ее. Видел, что он с ней сделал. И я не… Я не мог… - Его слова оборвались, и он уронил голову на руки. – К черту это. В чем смысл? –Это не твоя вина, - медленно ответил я, нахмурив брови. – Ты должен это знать.

Снова тишина.

–Я не это имел в виду, - попытался я снова. – Что я сказал по телефону? Это была моя паника, парень.

Ничего.

Отсутствие его реакции вызвало струйку беспокойства, пробежавшую по моему позвоночнику.

– Ты не несешь ответственности за действия своего отца, - повторил я, борясь с огромной волной сочувствия, наполняющей мое тело. – Ты не такой, так что не порти свою жизнь и свое будущее, думая, что ты такой же.

Опустив взгляд на свои колени, он прошептал: – Я не смог защитить ее. – Покачав головой, он прерывисто всхлипнул. – Я не смог защитить никого из них.

–Это не твоя работа. – Мое сердце бешено заколотилось в груди. Иисус. Я чувствовал, что тону в его боли. – Ты не должен их защищать. Родители должны защищать их. Они должны защищать всех их и тебя в том числе, парень.

–Я думал, что она мертва, - признался он таким тихим голосом, что его было едва слышно. – Вся эта кровь? На полу? На стенах? На моей одежде?Та, что текла из ее рта? Эти булькающие звуки, которые она издавала, потому что не могла дышать? Потому что она, блядь, умирала! А потом тишина? Звук пустоты? – Он прижал ладони к глазам и прошипел: –Я не могу выбросить этот образ из головы – и поверь мне, я пытался.

Иисус Христос.

Потрясенный, я сидел там, продрогший до костей, и слушал его правду.

–Я не мог оторвать его от себя, - выдавил он, тяжело дыша. – Я знал, что ей нужна помощь – я, блядь, знал это – но я не мог отбиться от него. Я ничего не мог сделать! – Покачав головой, он невесело рассмеялся, когда слезы потекли по его щекам. – И моему брату, моему одиннадцатилетнему младшему брату, пришлось оттащить его от меня. – Шмыгнув носом, он вытер его тыльной стороной ладони и подавил резкий всхлип. – Пока она стояла рядом и ничего не делала.

–Твоя мать?

–Кто ж ещё.

Я позволил этому осмыслиться на мгновение, прежде чем спросить: – А теперь? – Мой голос был хриплым от эмоций, но я заставил себя держать себя в руках и продолжать. – Что теперь происходит?

–То же самое, что происходит всегда, - пробормотал он. – Ничего.

–С твоей мамой?- Я толкнул, прижимая руку к колену, чтобы оно перестало трястись. – Я имею в виду, полиция, очевидно, знает, что твой отец делал с тобой, и они арестуют его, когда найдут, но и ее?- Я покачал головой, пытаясь осознать все это. – Нет никаких последствий за то, что ты занял заднее сиденье? Ты просто должен вернуться и жить с ней? – Я проглотил свой гнев и прошипел: – В том доме?

Джоуи пожал плечами. – Разве ты не слышал? Она тоже жертва. Она нуждается в поддержке.

–Шэннон сказала мне, - пробормотал я, потирая челюсть. – Это так запутанно,чувак.

–Да, ну, теперь это на Даррене, - выплюнул Джоуи, смаргивая слезы. – Он может во всем разобраться, потому что я закончил. Я н-не могу, б-блядь… - его слова оборвались, и он выдохнул еще один сдавленный всхлип. – Делать это больше, - закончил он, шмыгнув носом. – Я н-не могу забыть и никогда не прощу.

Я не знал, что на это сказать. Я не знал, что сказать на все это. Ничто в моей жизни не подготовило меня к этому разговору. За этих людей и их боль.

–Твоя сестра любит тебя, - сказал я ему, чувствуя необходимость сказать ему это, чтобы он знал, что по крайней мере одному человеку в его мире не все равно.

–Моя сестра любит тебя, - устало ответил он.

–Ты нужен ей, - добавил я, игнорируя то, как мое сердце бешено колотилось в груди. – И из того, что я слышал, ты также нужен своим младшим братьям, парень.

–Потому что я основа, - выдавил он. – Вот и все – это все, что я для них.

–Основа?- Я нахмурился. – Что это значит?

–Это значит, что я тот парень, который разгребает дерьмо моей семьи за всеми остальными.- Он опустил голову и обхватил себя за шею. – Это значит, что я гребаная мать.

–Ну, - я тяжело выдохнул и вытянул ноги, пытаясь ослабить жжение в бедрах. – Ты чертовски хорошая мать, Джоуи.

–Кто-то должен, - пробормотал он, проводя рукой по волосам.

–Что ж, ты проделал хорошую работу, - сказал я ему. – И ты зашел слишком далеко, чтобы бросить все ради временного кайфа, парень.

–Какого хрена ты об этом знаешь?- он усмехнулся.

–Я знаю, что ты пытаешься сбежать, - выпалил я в ответ. – Это совершенно ясно. Ты хочешь на время забыть об этом дерьме – и, Господи, я тебя не виню, – но это временно. Это не реально, Джоуи. И это ничего не исправит. Все ваши проблемы по-прежнему будут ждать вас, независимо от того, сколько порошка вы втянете в нос или сколько таблеток вы закинете в горло. Ты можешь курить сколько угодно травки, утопиться в бутылке виски, накачаться всеми наркотиками, известными человечеству, и это ни черта не изменит, потому что жизнь все еще ждëт своего часа, чтобы надрать тебе задницу, когда ты придешь в себя. Я также знаю, что если ты продолжишь идти по этому пути, ты дойдёшь до точки, где ты не сможешь найти свой путь назад.

–Тебе легко говорить, - ответил он с горечью в голосе. – У тебя в жизни никогда не было тяжелого дня.

–Ты абсолютно прав, - согласился я. – Я не знаю, через что ты проходишь. Я понятия не имею, каково это – быть тобой, и я чертовски рад этому. Но у меня есть свои демоны, парень. Мой собственный выбор, который я должен был сделать, когда было бы намного проще принять несколько таблеток, чтобы унять боль, когда мое тело разваливалось на части изнутри, или использовать стероиды, чтобы укрепить свое тело, вместо того, чтобы заниматься в тренажерном зале по шесть часов в день. Я знаю, что это звучит как ничто в общей схеме вещей, не по сравнению с твоим семейным дерьмом, но я этого не делал, Джоуи, ни разу.

Потому что я знал, что вводить это дерьмо в свое тело будет выбором очень долго, прежде чем это перестанет быть выбором и станет необходимостью.

–Дерьмо, - выдавил он, а затем невесело рассмеялся. – Где, черт возьми, ты был, когда мне было шестнадцать, Кавана?- Шмыгнув носом, он вытер глаза и удрученно вздохнул. – Тогда можно было бы поговорить по душам.

–Не та школа, - предложил я, нерешительно пожав плечами.

–Не та жизнь, - прошептал он.

Я тяжело вздохнул. – Да.

Последовало долгое молчание, прежде чем я заговорил снова.

–Могу я помочь? – Наконец спросил я, чувствуя себя лишним придурком. – Могу я что-нибудь сделать для тебя?

–Да.- Дрожащими руками Джоуи схватился за раковину и поднялся на ноги. – Ты можешь одолжить мне какую-нибудь одежду.

Мы оба знали, что одежда – это не то, что я имел в виду, но я не давил на него – не тогда, когда он, казалось, цеплялся за край.

Не сказав больше ни слова, я встал и пошел обратно в свою комнату. Вытащив случайные предметы одежды из моего комода, я бросил их в ванную и оставил его наедине с этим.

Сбитый с толку и на взводе, я чопорно подошел к своему окну и уставился в темноту, ожидая, когда он вернется, наблюдая, как капли дождя барабанят по оконному стеклу.

Так что их жизнь, подумал я про себя, это то, что она скрывала от тебя.

Схватившись за подоконник, я проигнорировал боль в своем теле и сосредоточился на своих спутанных мыслях, отчаянно пытаясь найти решение для чего-то, в чем я не был полностью уверен, что это возможно. Одна вещь, которую я знал наверняка, это то, что я никогда не смогу расстаться с этой девушкой. И более того, я не хотел.

Я знал, что это нехорошо. Господи, слепой мог бы видеть, что мне нужно было убежать далеко-далеко от этой ситуации, но я не мог. Каким бы испорченным все это ни казалось, я был вполне доволен тем, что остался здесь, погруженный в ее личный срыв. Более того, я хотел вмешаться и сделать что-нибудь, что угодно, чтобы помочь ее брату. Для меня это было даже не только из-за Шэннон. Это было о Джоуи и трех других маленьких детях, которых я даже не видел. Я хотел помочь им всем. Моя совесть не требовала от меня ничего меньшего.

Прошло несколько минут, прежде чем дверь ванной распахнулась и на пороге появился Джоуи. Он был одет в мои серые спортивные штаны и белую футболку и выглядел как абсолютное дерьмо. Чистое дерьмо, мысленно признал я, за вычетом рвоты и запаха.

–Спасибо за одежду, - пробормотал он, глаза налились кровью, лицо смертельно побледнело.

– У тебя есть телефон, которым я мог бы воспользоваться?

У меня свело челюсть. Я не был уверен насчет этого. Он планировал сбежать отсюда? – Зачем?

– Мне нужно позвонить своей девушке.

Я настороженно посмотрел на него. – Твоя девушка?

–Да, моя девушка, - прошипел он. – Могу я воспользоваться твоим телефоном или нет?

Неуверенный, я достал свой телефон и протянул ему. – Тебе не обязательно уходить. Ты можешь остаться, чувак . Столько, сколько тебе нужно.

Игнорируя меня, Джоуи прислонился к комоду и ткнул дрожащим пальцем в клавиатуру моего телефона, постоянно путаясь до такой степени, что он откинул голову назад и заревел. – Давай, блядь, вперед!

–Какой у нее номер? – Спросил я, забирая у него телефон. – Назови, и я наберу его.

–Знаешь, я предостерегал ее от тебя, - сказал он, возвращая телефон мне. – Сказал ей, что ты уйдешь, сказал ей, чтобы она не возлагала на тебя особых надежд.

Я пожал плечами, ничуть не удивленный, учитывая мой нынешний статус популярности в его семье. – Какой у нее номер?

Он пробормотал последовательность цифр, прежде чем сказать: – Не подведи ее. Что бы ты ни делал, Кавана, не бросай мою сестру.

Я набрал номер и нажал вызов, прежде чем вернуть его ему и сказать: – Я не буду.

С настороженным, недоверчивым взглядом Джоуи поднес телефон к уху, его тело сильно тряслось. – Ифа…? Что? – прошептал он несколько секунд спустя. – Это я.

Что бы ни сказала его девушка в ответ на это, Джоуи вздрогнул.

–Я знаю, - прошептал он, крепко зажмурив глаза. – Я знаю, хорошо? Я знаю, что обещал. Я облажался.- Повернувшись ко мне спиной, он провел рукой по волосам и выдавил: –Мне так чертовски жаль, детка.

Чувствуя себя неловко, я решил спуститься вниз в поисках остальных и оставить Джоуи с его телефонным звонком / унижением. Я все равно не был уверен, что хочу это услышать, не тогда, когда моя голова уже трещала по швам от большего количества информации, чем я мог переварить.

Гибси подбрасывал уголь в уже ревущий огонь, когда я вошёл в гостиную, а девочки свернулись калачиком на диване. Поправка: Клэр свернулась калачиком на диване, поджав под себя ноги.

Шэннон, с другой стороны, сидела прямая, как кочерга, на краю сиденья рядом со своей подругой. Очевидно, Гибси перетащил диван к огню, что мы были в тепле когда на улице была плохая погода, и я был благодарен. Я хотел, чтобы ей было тепло. Мне нужно было душевное спокойствие.

Я прочистил горло, прежде чем войти, прилагая сознательные усилия, чтобы не напугать ее.

Она все равно выпрыгнула из кожи вон и вскочила с дивана, но легкая улыбка, которую она мне подарила, убедила меня, что я был желанным сюрпризом. – С ним все в порядке?

Спросила она, широко раскрыв глаза в панике.

Даже близко нет. Кивнув, я заставил себя улыбнуться.

–О, слава богу. – Ее маленькие плечи поникли, и она прижала руку к груди. – Ты уверен?

Нет.

–Он уверен, - ответил за меня Гибси. Положив лопату обратно в ведро для угля, он встал, вытянул руки над головой и подмигнул мне. – В мире снова все хорошо.

–Видишь? – Добавила Клэр, ободряюще улыбнувшись ей. – Я же сказала, что тебе не о чем беспокоиться.

Шэннон не выглядела такой убежденной. Ее взгляд метнулся между Гибси и Клэр, прежде чем вернуться ко мне.– Ты уверен?- спросила она, глядя на меня своими завораживающими голубыми глазами.

Я открыл рот, чтобы солгать, сказать ей то, что ей нужно было услышать, что все в порядке и ей не о чем беспокоиться, но вместо этого вырвались слова: – Нет, я не уверен. – Я еще больше облажался, сказав: – На самом деле, он в плохом состоянии. Действительно плохом,- а затем я добил это словами: – Я беспокоюсь о нем.

Лицо Шэннон вытянулось, а Клэр и Гибси застонали в унисон.

–Молодец, кэп, - пробормотал Гибси. – Мы потратили всего час, чтобы убедить ее в обратном.

–Да, очень утешительно, Джонни, - угрюмо добавила Клэр.

–Ну, я не собираюсь лгать ей, - огрызнулся я. Расстроенно проведя рукой по волосам, я посмотрел на Шэннон. –Я не собираюсь этого делать, хорошо?

Шэннон натянуто кивнула. – Я должна пойти проверить, как он. – Она поспешила мимо меня, только чтобы остановиться в дверях. – Ничего, если я поднимусь и проверю…

–Иди, - сказал я ей, прежде чем она закончила. – Не спрашивай моего разрешения, Шэннон.

Тебе это не нужно.

Она еще раз кивнула, прежде чем выскользнуть из комнаты.

–Может быть, время от времени ты мог бы пытаться искажать правду, - предложил Гибси, бесцельно размахивая пальцем. – Знаешь, немного романтизируй ситуацию, чтобы уберечь чувства и ненужный стресс.

–Солгав ей?- Я сузил глаза, глядя на него. – Да, парень, это звучит как настоящий серьезный совет. Скажи мне, как это сработает для меня?

Гибси пожал плечами. – Черт возьми, если я знаю, парень, но эта девушка прямо сейчас сгибается под тяжестью некоторых довольно серьезных проблем, поэтому я думаю, что несколько невинных обманов могут быть легче в принятии, чем грубая правда.

Я открыл рот, чтобы возразить, но остановил себя. – Ты прав.

–Да, я знаю, - задумчиво произнес Гибси. – Вопреки распространенному мнению – в основном моей матери – это иногда случается.

Затем по комнате разнеслась песня Crazy Frog – Axel F , громкая и чертовски раздражающая, заставившая Гибси потянуться за телефоном, а меня застонать в гребаном отчаянии.

–Это мой, - прощебетала Клэр, поднимая свой телефон. Она взглянула на телефон и поморщилась. – Это снова моя мама.

–Не говори ей, что ты со мной, - предупредил Гибси. – Что бы ты ни делала, детка, не говори этой женщине, что я с тобой.

Клэр уставилась на него. – С кем еще могла бы быть? Кроме того, в этом нет смысла, так как она видела, как я садилась в твою машину!

Он неловко пожал плечами. – Она убьет тебя.

–Да, Джерард, я знаю, - прошипела она, прежде чем нажать “Ответить” и поднести телефон к уху. – Привет, мам – да, я знаю, что ты сказала … Да, я знаю, мам, но это не то, что ты думаешь… - Опустив голову, Клэр поспешила мимо меня, говоря так тихо и быстро, что я не мог разобрать ни слова.

–Почему ее мать убьет ее? – Спросил я, с подозрением глядя на Гибси. – Что ты сделал такого, о чем не рассказал мне?

Глядя куда угодно, кроме моего лица, Гибси пробормотал что-то вроде “огромную долбаную ошибку”, прежде чем броситься за ней.

Я надеялся, что ради него самого Гибси не совершил такой ошибки с Клэр, потому что Хьюи Биггс был вспыльчив, когда эта идея захватила его, и я был не в том состоянии, чтобы помешать им убить друг друга.

–Ну и дерьмо, - пробормотал я, глядя им обоим вслед. – Драма просто продолжает развиваться.

Глава 18.Останься со мной

Шэннон

Я не уверена, что ожидала найти, когда вошла в спальню Джонни, но это оказался мой брат, который потерял сознание на чужой кровати. Он лежал по диагонали поперек огромной кровати Джонни, но его ноги все еще стояли на полу.

Проскользнув внутрь, я тихо подошла к кровати и уставилась на спящего Джоуи. Его губы были слегка приоткрыты, а дыхание было глубоким и ровным. Я вздохнула с облегчением. На мгновение я испугалась, что он мертв.

Мой взгляд метнулся туда, где он все еще сжимал телефон Джонни. Протянув руку, я осторожно вытащила его из его руки, осторожно, чтобы не разбудить его. Я была в ужасе от того, что произойдет, когда он проснется. Куда бы он пошел? Вернется ли он домой? Пойдет к Ифе? Вернется к Шейну Холланду и его друзьям-отморозкам?

Честно говоря, я не знала, и неопределенность беспокоила меня больше, чем исчезновение моего отца. Потому что я заботилась о Джоуи. Он был важен для меня. Большую часть моей жизни он был самым важным человеком в ней. Мысль о том, что с ним что-то случилось, была невыносимой. Это было слишком много, чтобы выдержать, и я, честно говоря, не думала, что смогу выдержать еще что-то.

Я вспомнила, как это было в прошлом году. Драки дома были ужасными – настроение исключительно арктическое. Папа проводил все свое время в пабе, а мама то вкалывала до изнеможения, то разваливалась на части в своей спальне.

Видите ли, у папы был еще один роман с одной из барменш, роман, который вышел славным образом несколько коротких месяцев спустя, и мама знала. Она знала, и вместо того, чтобы вышвырнуть его, она легла в постель. Шону еще не исполнилось двух, и он был настоящим испытанием. Между тем, как у него прорезались задние зубы и он кричал всю ночь, все мы были измотаны.

В BCS мне становилось все хуже, а Джоуи все чаще выходил из себя. Ругался с учителями, ввязывался в драки в школе и еще большие драки дома, пока однажды у него не появилась новая группа друзей. Друзья, которые были слишком взрослыми, чтобы тусоваться со школьником. Друзья, которым нечего было делать, приходили в школу, чтобы забрать его.

После этого Джоуи начал уходить. Он стал скрытным и отстраненным. Его ничего не волновало.

Ни школа, ни херлинг. Он просто исчезал.

Пока однажды в школе одна из девочек из его класса, симпатичная блондинка, которая всегда наблюдала за ним, девочка, с которой, я была уверена, Джоуи никогда не говорил больше двух слов, не погналась за ним на школьный двор и не дала ему сесть в машину. Я знала это, потому что я тоже следовала за ним на расстоянии. Девушка устроила безжалостную сцену на парковке и размахивала телефоном перед теми старшими мальчиками в машине. И затем она сделала то, что потрясло меня. Она сжала его школьный джемпер обеими руками и притянула его лицо к своему, целуя прямо там, не думая о временном отстранении, если бы их застукали.

Я так и не узнала, что сказала Ифа в тот день, но что бы это ни было, это заставило Джоуи отойти от машины и вместо этого сесть в еë.

После этого для него все постепенно начало меняться. Он начал возвращаться к нам, кусочек за кусочком. Потому что Ифа дала ему что-то в тот день, что-то, за что можно цепляться.

Надеюсь на будущее.

А потом мой отец снова забрал у него это нечто.

Он забрал свою надежду.

Я видела это в его глазах, когда он навещал меня в больнице; лампочка, которую Ифа включила внутри него, медленно тускнела до такой степени, что он снова погрузился во тьму.

Если бы он мог просто отоспаться, выспаться, тогда, возможно, что бы он ни принял, он проснулся бы с некоторой ясностью. Ясная голова и способность к спокойному, рациональному мышлению. Может быть, он мог…

– Шэн? Позвонила моя мама, и мне нужно домой. – Голос Клэр прервал мои мысли, и я обернулась, чтобы найти ее, стоящую в дверном проеме. Прижав палец к губам, я глазами умоляла ее не издавать ни звука, пока медленно выползала из комнаты.

– Прости, - прошептала она, когда мы оба стояли на лестничной площадке, закрыв за собой дверь спальни. – Я не знала, что он спит.

Я не ответила, пока мы не оказались наверху лестницы и далеко от двери. – Все в порядке. Я тоже. – На дрожащих ногах я спустилась по ступенькам, чувствуя жжение в легких при движении. После выписки из больницы я проводила большую часть времени, отсиживаясь в своей палате. Все сегодняшние прогулки вывели это из моего тела. Назойливые боли снова появлялись, и без предписанного обезболивающего, которое я забыла принять перед выходом из дома, я чувствовала каждую из них. – Что ты собиралась мне сказать?

– Мне нужно домой, - ответила Клэр раздраженным тоном. – Моя мама звонит без остановки.- Она закатила глаза, чтобы подчеркнуть. – Она говорит, что если Джерард не привезет меня домой к десяти, она выставит меня из дома. – Тяжело вздохнув, она добавила: – Сейчас без четверти десять.

– Разве это было бы так уж плохо?- Гибси покачал бровями, присоединяясь к нам в коридоре. – Ты всегда могла бы остаться со мной.

Клэр снова закатила глаза. – Это пустая угроза, она бы никогда не выгнала меня, но ему нужно отвезти меня домой, - продолжила она, мудро воздерживаясь от разговоров с Гибси.– И я хотела спросить, не хочешь ли ты переночевать у меня?

– Переночевать?- Я выдавила.

– Да. – Клэр кивнула. – Я имею в виду, это совершенно нормально, если ты предпочитаешь пойти домой или что-то еще. – Она сморщила нос, давая понять, что, по ее мнению, мое возвращение домой было чем угодно, только не прекрасным событием. – Но я могу попросить свою маму позвонить твоей маме, если ты предпочитаешь остаться со мной?

– Мне не разрешат, - призналась я со вздохом. Идти домой было самым последним, что я хотела делать прямо сейчас, но я тоже не могла остаться.– У них снесет крышу, если я не вернусь, - Я думала обо всех проблемах, через которые мы проходили с властями, и, хотя никто не говорил, что я не могу провести ночь в доме друга, я знала, что это не понравится маме. Нет, потому что она провела бы всю ночь без сна, погруженная в собственную паническую паранойю, пока я не вернусь. – Наверное, для всех будет проще, если я просто пойду домой.

– При всем моем уважении, Шэн, к черту их.

Мои глаза расширились.

Было редкостью слышать, как Клэр ругается, и никогда о родителях.

– К Черту. Их, - добавила она с многозначительным взглядом.

– Да! Пошли они нахуй, - подбадривал Гибси. – Ты скажи ей, детка.

– Тихо, Джерард, - сказала Клэр, прежде чем снова обратить свое внимание на меня. – Тебе шестнадцать лет, у нас последняя неделя пасхальных каникул в школе, и у тебя должен быть обычный опыт девочки-подростка, например, остаться на ночь в доме своей лучшей подруги.

Вместо этого ты провела первую неделю каникул, лежа в больнице и имея дело с большим количеством дерьма, чем кому-либо в нашем возрасте. Итак, ты делаешь это, Шэн. Если ты хочешь остаться со мной, тогда, черт возьми, ты остаешься со мной.

– Даррен расстроится. – Я не была согласна со многим из того, что он сказал, и мне было неприятно, что он чувствовал, что может мной командовать, но я знала, что сердце Даррена было в правильном месте. И я не хотела причинять ему боль. Я не хотела никому причинять боль. В этом и была проблема.

– Даррен переживет это, - парировала Клэр, закатывая глаза. – Он твой брат, а не твой сторож.

У тебя был один из них, и посмотри, к чему это привело. Посмотри, что он с тобой сделал!- Я поморщился, и Клэр съежилась. – Хорошо, - успокоила она. – Возможно, я сформулировала это неправильно и была немного бесчувственной, учитывая обстоятельства, но вы понимаете, что я имею в виду. Я говорю это, потому что я забочусь о тебе, потому что я люблю тебя, Шэн, и мне надоело смотреть, как люди тобой помыкают. И, честно говоря, тебе тоже пора заканчивать. Перестань беспокоиться обо всех остальных и подумай о себе для разнообразия.Живи своей жизнью.

Она была права, но было трудно избавиться от привычки всей жизни. Особенно когда последствия всегда приводили к боли.

Я была запрограммирована делать то, что мне сказали. Это был базовый навык выживания, который я отточила до совершенства.

Это было то, что поддерживало меня в живых до этого момента.

– А как насчет Джоуи?- Спросила я, нервно поглядывая на лестницу позади меня. Волнение, смешанное с огромной долей беспокойства, поднялось во мне; перспектива не пойти домой сегодня вечером становилась все более заманчивой с каждой секундой. – Он спит, и я не думаю, что мне следует оставлять его…

– Он может остаться здесь, - объявил Джонни, присоединяясь к нам в холле. – Вы оба можете.

Его голубые глаза встретились с моими. – Если ты хочешь?

– Эй, жеребец, - сказала Клэр, махнув рукой в воздухе. – Держись. Я сказала, что ей нужен нормальный подростковый опыт, но не торопись с этим.

Гибси хихикнул. – Бум.

– Я не бросаюсь наутёк, - ответил Джонни оборонительным тоном. – Мои родители в Дублине, и у меня есть пустой дом. Ее брат уже здесь. Она уже здесь. – Его щеки приобрели глубокий розовый оттенок, когда он пожал плечами. – Я предлагаю очевидное решение.

– Решение. – Клэр выгнулась. – Ага. Да, если ты это так называешь.

– Да, это так, - ответил Джонни, нахмурившись.

– Ага, - усмехнулась Клэр. – Ты перепрыгнул с темы на тему.

– Нет. – Джонни обратился ко мне за помощью. – Клянусь, я не…

– Я верю тебе, - предложила я.

– Конечно, - протянула Клэр. – Продолжай говорить себе это.

– Почему бы нам всем не остаться здесь? – Гибси подал голос. – Называйте это решением, или компромиссом, или вечеринкой с ночевкой, или чем угодно, черт возьми, вы хотите. Мы даже можем заказать пиццу. Просто перестань пудрить мне мозги всеми этими разговорами туда-сюда.

– Я не могу, - сказала Клэр с тяжелым вздохом. – Нет, с тех пор как мама узнала, что ты… - Она резко закрыла рот. Ее лицо приобрело глубокий оттенок красного, и она бросила на Гибси взгляд, который говорил: «и ты знаешь почему», прежде чем поспешно продолжить: – Я просто не могу. – Я была удивлена, увидев, что Гибси на самом деле тоже покраснел.

– Так, так, так, - размышлял Джонни, голос сочился сарказмом. – Похоже, кто–то еще… - Он сделал паузу, чтобы процитировать воздух, – перепрыгнул.

– Я, безусловно, не торопилась, - фыркнула Клэр, скрестив руки на груди. – И прыгаю я только на скакалках.

– Ага. – Джонни выгнул бровь и повторил ее предыдущие слова в ответ. – Ты продолжаешь говорить себе это.

– Мы не все думаем своими гениталиями, - возразила она.

– Учитывая, что мои гениталии недавно были пришиты обратно иголкой с ниткой, я бы сказал, что это очень верно, - раздраженно парировал он.

– Иголка и нитка, - хихикнул Гибси. – Отличная картинка, парень.

– Заткнись, Джерард! – Джонни и Клэр оба зарычали в унисон.

– Знаешь, если ты ищешь жеребца, ты всегда можешь оседлать меня, - бросил в ответ Гибси.

– Заткнись, Джерард!

– Заткнись, медвежонок Клэр.

– Я думаю, что останусь здесь, - выпалила я, частично потому, что хотела разрядить ситуацию, а частично потому, что хотела помочь своему другу. Что бы ни происходило между ней и Гибси, Клэр была глубоко конфиденциальна по этому поводу. Она расскажет, когда захочет. До тех пор я не собиралась настаивать. В конце концов, я была обязана ей годами за то, что она не требовала информации.

Джонни заметно расслабился. – Ты останешься?

Я медленно кивнула. – Если ты этого хочешь?

– Я хочу, чтобы ты была здесь, - сказал он мне, не отрывая своих глаз от моих. – Я хочу, чтобы ты осталась со мной.

О боже.

Мое сердце.

Эти слова.

Этот парень.

– Ты уверена?- Спросила Клэр, бросив на меня взгляд, который передавал, что она была одновременно благодарна за мое вмешательство и разочарована моим ответом.

– Я бы предпочла остаться и убедиться, что с Джоуи все в порядке.- Я повернулась к Джонни, и мой пульс участился. Лгунья, лгунья. Ты хочешь остаться с ним. – Если ты уверен, что это нормально?

Джонни торжествующе ухмылялся Клэр, но быстро протрезвел до мрачного кивка, когда заметил, что я пялюсь. – Абсолютно, - ответил он. – Я хочу тебя.

Гибси хихикнул. – Бум, бум.

– Здесь, - быстро поправился Джонни, бросив предупреждающий взгляд в сторону Гибси. Он оглянулся на меня. – Я хочу, чтобы ты была здесь, со мной.

Мой пульс резко подскочил по шкале Рихтера. – Спасибо тебе.

– Отлично, - фыркнула Клэр, притягивая меня в объятия. – Но ты позвони мне, если я тебе понадоблюсь, хорошо?

– Хорошо, - ответила я, не потрудившись сказать ей, что у меня больше нет телефона. Зная Клэр, она бы пошла прямо завтра и потратила все деньги, которые она заработала, чтобы купить мне новый, а я не хотела таких отношений ни с кем.

Как бы удручающе это ни звучало, я бы предпочла быть одной, чем быть с людьми только потому, что они жалели мои обстоятельства. Я еще не была до конца уверена, кто я такая как личность или какое место занимаю в этом мире, но я знала, что мне нужно, чтобы мои друзья любили меня такой, какой я есть, а не потому, что они меня жалели.

– Скоро увидимся, хорошо? – Отпустив меня, она подошла к Гибси, который стояла у входной двери, держа ее открытой для нее, только чтобы остановиться как вкопанная. – А ты… Повернувшись обратно к Джонни, она бросила на него уничтожающий взгляд. – Прыгай через скакалки, а не через кости.

– Я тоже не буду прыгать на них, - саркастически парировал Джонни. – Иголка и нитка, помнишь?

– Да, хорошо, просто держи свой пенис в штанах, - ответила она взволнованно. – И не бери в голову никаких идей – это все, что я говорю.-Сказав это, она развернулась и практически выплыла из парадной двери, а Гибси следовал за ней по пятам.

Дверь за ними закрылась, и я впервые за то, что казалось вечностью, осталась наедине с Джонни Кавана.

– Привет, Шэннон, - сказал он, неловко пожав плечами, уделяя мне все свое внимание.

Чувствуя себя застенчивой, я заправила волосы за ухо и улыбнулась ему в ответ. – Привет, Джонни.

– Итак… - Сунув руки в карманы, он быстро огляделся, прежде чем встретиться со мной взглядом. Мое сердце забилось быстрее, когда осознание нашего окружения поглотило меня.

Я чувствовал это в воздухе; электричество потрескивало вокруг нас. – Что ты хочешь сделать?

Все.

– Делай все, что захочешь.- Вспомнив, что я все еще сжимала телефон Джонни в руке, я сократила расстояние между нами и ткнула его ему в грудь. – Я, ах, благодарю тебя за помощь моему брату. – Мои щеки вспыхнули, когда он протянул руку, чтобы взять его, и его пальцы коснулись моих.

– И я. – Сделав шаг назад, я сложила руки перед собой и страдальчески вздохнула. – За то, что помог мне. – Мне было больно, потому что я была настолько социально неловкой, что едва могла этого вынести. – И за то, что позволил нам остаться здесь, - добавила я, делая еще один неуверенный шаг, на этот раз в сторону. – Так что, э-э, да, спасибо.

Джонни уставился на меня с выражением недоумения. – Ты в порядке?

Я нетерпеливо кивнула. – Да, все хорошо.

Он ухмыльнулся. – Все хорошо?

– Я, - поправила я с тяжелым вздохом и опустила голову. – Я в порядке.

– О чем ты думаешь?

Я пожала плечами и продолжила смотреть на свои ноги. – Я не знаю.

Джонни тяжело вздохнул. – Что мне с тобой делать, а?- Протянув руку, он обхватил меня за талию и притянул вплотную к себе. Моя голова дернулась вверх сама по себе, дыхание вырвалось из легких в спешке. – Держи свою хорошенькую головку высоко, Шэннон. – Заправляя прядь волос мне за ухо, он коснулся моей щеки костяшками пальцев. – Мне довольно сложно понять, что делать, когда я не могу принять твою меру. – Он провел большим пальцем по моему подбородку, его горячие голубые глаза встретились с моими. – Я не могу читать тебя, если ты не смотришь на меня.

– Хорошо, - согласилась я, а затем пошла на попятную. – Подожди, а?

– Твои глаза, - сказал он грубым тоном. – Они нужны мне при себе.

Я прерывисто вздохнула. – Да?

Джонни медленно кивнул, крепче сжимая мою талию. – Как еще я должен знать, о чем ты думаешь?

– Я не знаю, - выдохнула я, грудь поднималась и опускалась немного быстрее, его близость сеяла хаос внутри меня . Не в силах остановить себя, я потянулась и положила руки ему на грудь, сопротивляясь желанию запутать пальцы в ткань его толстовки. – Ты мог бы просто спросить меня?

– Я спрашивал тебя, но ты мне не сказала, - поправил он мягким и уговаривающим тоном. – Я спросил тебя, что ты хочешь сделать, но ты и этого мне не сказала. – Мой пульс бешено подскочил, когда он наклонился ближе и опустил свой лоб, чтобы упереться в мой. Легкого, как перышко, контакта было слишком много и почти недостаточно, и все это на одном дыхании.

– Мне нужно, чтобы ты взяла на себя инициативу здесь, Шэннон, - прошептал он. – Ты должна сказать мне, чего ты хочешь. – Я чувствовала, как сильно бьется его сердце в груди. Ритм, казалось, соответствовал моему. – Потому что я не совершаю никаких ошибок с тобой.

Поцелуй меня, Джонни.

Поцелуй меня.

Я хочу, чтобы ты поцеловал меня!

Когда я не ответила, потому что, честно говоря, я не могла заставить слова, которые сформировались у меня в голове, слететь с моих губ, Джонни улыбнулся и сделал шаг назад.

– Давай, - сказал он, слегка печально покачав головой. Взяв мою руку в свою, он повел меня в гостиную. – Нет никакой спешки. – Его движения были скованными и медленными без костылей. – Ты можешь сказать мне, когда будешь готова. – Открыв дверь гостиной, он жестом показал мне идти впереди него. – Я никуда не уйду.

Чувствуя головокружение, легкое дыхание и сильное разочарование, я отпустила его руку и вошла внутрь, ощущая отсутствие его прикосновений вплоть до пальцев ног.

– Ты можешь сесть, Шэннон, - сказал Джонни, когда я зависла рядом с диваном. Он чопорно подошел к окну и задернул шторы, скрывая нас в полумраке, прежде чем направиться к телевизору. – Все в порядке.

Не говоря ни слова, я опустилась на диван и устремила взгляд на ревущий огонь, впитывая тепло, тишину и покой.

– Какая твоя любимая начинка для пиццы?

Я посмотрела на него. – А?

– Пицца, - повторил он, вытаскивая телефон из кармана и нажимая на экран. – Какая твоя любимая начинка?- Стоя перед камином, он включил огромный телевизор, а затем повернулся ко мне лицом, прижимая телефон к уху.

– Э-э, ананас, - пробормотала я. – А что?

Он уставился на меня в ужасе. – Ты серьезно?

– Что? – Я покраснела. – Это вкусно.

Подавляя дрожь, он начал говорить в трубку. – Эй, могу я оформить заказ на доставку?

– Что–подожди, ты не должен этого делать…

– Выбери фильм, - одними губами произнес он, указывая на пульт на кофейном столике, прежде чем продолжить заказывать еду на другой линии.

Ошеломлённая, я взяла пульт и сделала именно то, что мне сказали, прокрутив миллион каналов, которые у него были, и остановившись на первом фильме, который я нашла.

– Еда будет здесь через полчаса, - объявил Джонни, когда его телефонный разговор закончился.

– Ты не должен был этого делать, - прошептала я, униженная. – Покупать мне еду, я имею в виду.

Джонни долго смотрел на меня, прежде чем выдохнуть. – Да, мы больше этим не занимаемся.

– А?- Я уставилась на него широко раскрытыми глазами и окаменела. – Ч-что ты имеешь в виду?

– Я собираюсь угостить тебя ужином, Шэннон. – Сократив расстояние между нами, он опустился на диван и повернулся ко мне лицом. – Иногда мы будем есть здесь, а иногда выходить куда-нибудь, но это будет обычным явлением, так что не переусердствуй, хорошо?

Я понятия не имела, как на это реагировать, поэтому просто кивнула. – Хорошо.

– Сегодня дерьмовая пицца, - вздохнул он. – Потому что я не могу водить, а все хорошие места в городе рано закрываются по понедельникам, но в следующий раз я найду лучше.

– Мне не нужно лучшего, - тихо сказала я. – Я люблю пиццу.-Но я и тебя люблю.

– Может быть, и нет, но ты заслуживаешь лучшего, - тихо сказал он.

– Я ничего не могу дать тебе взамен, - выпалила я, чувствуя, как жар поднимается по моей шее.

– Я не могу угостить тебя ужином или заплатить за кино, - добавила я, вспоминая фильм, на который он меня водил. – Я хочу-Я опустила голову, слишком открытая в этот момент, чтобы выдержать его взгляд. – Но я просто не могу.

– Если бы у тебя в заднице был миллион фунтов, я бы не заставил тебя платить за меня,- перебил Джонни, приподнимая мой подбородок пальцами. Его голубые глаза сверлили дыры в моих, пока он говорил. – И ты можешь называть это сексистским или старомодным образом мышления, но, честно говоря, мне насрать. Если мы едим вместе, я плачу за тебя.

– Это немного старомодно, - тихо предложила я.

– Да? – Джонни пожал плечами. – Тогда ты можешь винить в этом мою маму.

– Я бы сказала, что она проделала довольно хорошую работу, - выдохнула я, дрожа, когда он погладил мой подбородок большим пальцем.

– Да?- Он улыбнулся и наклонился ближе. – Насколько хороша работа, как ты думаешь?

– Я бы поставила ей все оценки, - прошептала я. – Определенно десять из десяти.

Его глаза вспыхнули. – И я бы поставил тебе высшие оценки.

– Мне?

– Всегда, - прошептал он, переводя взгляд на мой рот. – Мне это нравится. – Его большой палец провел по крошечной ямочке на моем подбородке. – Это чертовски восхитительно. – Его взгляд вернулся к моему рту, и он втянул нижнюю губу между зубами, сильно прикусив, прежде чем отпустить ее со стоном и откинуться назад.

Я подавила собственный стон, опустошенная тем, что потеряла его прикосновение.

Оторвав свой взгляд от моего, Джонни обратил свое внимание на телевизор, установленный над камином.

– «Любовь, на самом деле»? – Тень улыбки скользнула по его лицу. – Правда?

– Это был первый фильм, который я нашла, - сказала я, нервно размахивая руками. – Ты можешь поменять , если хочешь. – Заправив волосы за уши, я засучила рукава только для того, чтобы с ужасом наблюдать, как они снова опускаются. – Я не буду возражать.

– Нет, это сойдет, - усмехнулся он, откидываясь на спинку дивана. – Ты видела его?

– Нет.- Я покачала головой и последовала его примеру, откидываясь на сиденье. – А ты?

Джонни кивнул, все еще ухмыляясь. – Гибси заставил меня пойти посмотреть это с ним в кинотеатре, когда оно только вышло.

На этот раз я улыбнулась.– Ты серьезно?

– Смертельно. Мы выглядели как два придурка, сидящие в кинотеатре в окружении пар. – Протянув руку позади нас, он снял одеяло со спинки дивана и накрыл им мои ноги. – В то время он переживал фазу своей Киры Найтли и был так зол, когда понял, как мало она появляется в этом фильме. – Он тихо засмеялся, явно думая о чем-то забавном. – Он так увлекся этим, что, блядь, плакал во время части с ожерельем… - он остановил себя, прежде чем смог закончить. – Прости. – Он одарил меня застенчивой улыбкой. – Я почти выдал сюжет.

– Почему ты пошел с ним?- Улыбнувшись ему в ответ, я сунула руки под шерстяное одеяло и поглубже зарылась в диван. – Если тебе не нравятся фильмы такого рода?

– Потому что он мой лучший друг, - ответил он, посмеиваясь про себя, вытягивая ноги на кофейном столике. – И он сделал для меня кое-что похуже.

– Например, что?

– Он посреди ночи вышел из гостиничного номера, чтобы прийти ко мне. – Джонни повернулся и посмотрел на меня. – И мы поехали к тебе.

– Спасибо, - выдохнула я, чувствуя, как что-то меняется внутри меня, притягивая меня к нему. – За то, что вернулся.

– Шэннон, я…- Он резко замолчал и тяжело вздохнул. – Иди сюда, - сказал он вместо этого, поднимая руку. – Позволь мне согреть тебя.

Отчаянно нуждаясь в физическом контакте, я сократила пространство между нами и зарылась в его бок. Его рука обняла меня, и дрожь пробежала по мне, когда я почувствовала, как его губы коснулись моей макушки. – Давай сделаем это, - прошептал он, увеличивая громкость телевизора.

После этого мы больше ничего не говорили.

Глава

19.Ты собираешься меня поцеловать.

Джонни

Я выиграл битву лучшего друга против парня, и это было чертовски потрясающе.

Первый раунд за мной.

За исключением того, что я даже не был уверен, был ли я ее парнем.

«Парень» это было глупое слово.

Господи, мне нужно было взять себя в руки.

Теперь, когда я наконец остался с Шэннон наедине, я не знал, что делать. Она выглядела такой неуверенной ранее, что это задело мою совесть до такой степени, что я отступил. Я хотел поцеловать ее, но не знал, хочет ли этого она, и это было проблемой для меня. Потому что, вопреки предположениям Клэр, я не хотел торопиться. Я не хотел вываливать свои чувства на нее и пользоваться преимуществом.

Все в жизни Шэннон изменилось так радикально и за такой короткий промежуток времени, что я не хотел ошибиться с ней. Больше всего я не хотел, чтобы она сожалела обо мне.

И вот мы снова здесь, на моем диване, и между нами нет секретов или тренировок, на которые можно было бы броситься. Нет, все, что стояло между нами сейчас, был страх перед неизвестным.

Впервые почти за восемнадцать лет я почувствовал, что стою на поворотном перекрестке в своей жизни. Мне не нужно было спрашивать себя, какой путь я собираюсь избрать – мои ноги уже двигались к ней, - но я был в замешательстве, потому что знал, что путь был коротким.

Если мой отец и врачи были правы, и мне действительно удастся попасть в команду в июне, то это означало, что у меня осталось два месяца с ней. Два месяца, и я уеду отсюда. Наступит июнь, и я уйду с этого пути.

Внезапно перспектива U2o перестала быть такой привлекательной, как раньше. Узкое видение, которым я жил всю свою жизнь, видя только регби, теперь было затуманено и размыто.

Попытка поступить правильно для моего будущего и то, что было правильно для моего настоящего, было причиной, по которой я чувствовал себя таким чертовски расстроенным из-за этой девушки.

Я просто хотел провести с ней время. Подальше от ее семьи и регби. Подальше от всего. Только я и она. Я хотел поставить на паузу свою жизнь и просто провести время с ней. Сильные слова для человека моего возраста, но я доверял своим инстинктам и интуиции. Все они подбадривали меня, уверяя, что я по уши в деньгах, потому что эта девушка была для меня. Та, которую я должен был спасти. Я мог бы пробраться через гору кисок, и это ничего бы не значило, потому что она важнее всего.

– Ты в порядке?- Голос Шэннон прервала мои мысли, и я перевел взгляд с огня, потрескивающего в камине, на ее лицо. Она сидела, прислонившись спиной к подлокотнику дивана, укрытая одеялом, которое я бросил на нее несколько часов назад. Она свободно обхватила колени руками и выжидающе смотрела на меня.

Не в силах вспомнить ни слова из того, что она мне только что сказала, я провел рукой по волосам и потянулся. – Прости, что ты сказала?

– Ты встал, чтобы подбросить угля в огонь час назад, и с тех пор пялишься на каминную доску, - объяснила она своим мягким голосом. – Фильм закончился, Джонни, и телик отключился.

– Черт возьми, да? – Я огляделся и заметил, что мы сидим в темноте, и только огонь освещает комнату. – Прости. Должно быть, я отключился.

Шэннон озабоченно нахмурилась, и я почувствовал, как ее нога погладила мое бедро.

– Это из-за лекарств, которые ты принимаешь? – Ее голос был пропитан сочувствием, ее пальцы успокаивающе поглаживали мое бедро. – Это вызывает у тебя сонливость?

– Нет, это не из-за лекарств. – Дело в том, что я провел дни, репетируя в голове то, что я хочу тебе сказать, и теперь я не могу произнести ни слова. – Я не знаю, что со мной случилось. – Ты случилась со мной, и теперь я в полной заднице. – Я просто бегу на одном месте, я думаю. – Потому что мы сидим здесь всю ночь и до сих пор не поговорили.– Прости, Шэн.

Что бы я ни сказал, это вызывало у нее улыбку, и я выгнул бровь. – В этом есть что-то смешное?

– Ты назвал меня Шэн, - сказала она, ухмыляясь.

– Да… -Я улыбнулся ей в ответ. – И что?

– Мои друзья зовут меня Шэн, - объяснила она. – Ну, девочки и Джоуи.

– Разве я не твой друг?- Я дразнил, поворачиваясь к ней лицом. – Или это ласкательное имя предназначено только для членов твоего ближайшего круга?

– Нет, нет, ты в моем кругу, - выпалила она, а затем поморщилась. – Я имела в виду, что ты в моем кругу. В моем кругу – не являешься моим кругом. – Она уронила голову на руки и застонала. – Фу, я плохо лажу с людьми.

Смеясь, я сунул руку под одеяло и схватил ее за ногу. Черт знает, почему я это сделал, но теперь у меня в руке была ее нога, так что я согласился. Гибси был прав; у меня была проблема с тем, чтобы брать вещи, которые не были моими.

– Расслабься, - сказал я, кладя ее ногу себе на колени. – Я знаю, что ты имела в виду.

Взгляд Шэннон метнулся туда, где я держал ее ногу у себя на коленях, и я ждал, что она сделает дальше.

Если бы она отступила, я бы позволил ей. Но она этого не сделала.

Вместо этого она высунула вторую ногу из-под одеяла и положила ее мне на колени другой. Ее глаза вернулись к моим, явно ожидая оценить мою реакцию.

Я отреагировал тем, что положил руку ей на ноги и слегка сжал ее колено, не сводя с нее глаз все время, наблюдая за малейшим намеком на что-либо, что могло бы выглядеть как сомнение.

– Могу я задать тебе вопрос? – Я набрался смелости сказать. Когда она кивнула, я выдавил из себя эти слова. – Что ты чувствуешь… ко мне?

Ее глаза расширились. – К тебе?

– Да. – Я глубоко сглотнул. – Ко мне.

Шэннон молчала так долго, что я испугался, что она не собирается мне отвечать, но потом она начала говорить.

– Иногда я чувствую, что я на мели, - призналась она тихим голосом, опустив взгляд туда, где я держал ее за ноги. – Как будто я застряла в одном и том же месте и тону.- Сложив руки вместе, она продолжала говорить, чтобы потрошить меня своей правдой.– Я как будто наблюдаю, как поднимается вода, и она поднимается все выше и выше. Я вижу, как она приближается ко мне, подводит меня.-Дрожа, она прикусила губу. – Это ужасно.

– Держу пари, - хрипло ответил я, проводя кончиками пальцев вверх и вниз по ее обтянутому джинсами колену, не зная, что еще сказать, и боясь сказать что-то не то.

– А потом ты входишь, и она отступает. – Вздернув подбородок, она посмотрела мне прямо в глаза и прерывисто выдохнула. – Ты появляешься, и все плохое просто… уходит на некоторое время.

Я чувствовал на себе ее взгляд, и это вызвало медленный пожар, разгорающийся внутри меня.

Моя кожа была горячей, мое тело было напряжено от разочарования и возбуждения.

Я так облажался.

– Вот что ты заставляешь меня чувствовать, - прошептала она, голубые глаза прожигали мне путь прямо в душу. –Лучше. Живой. В безопасности. Важной. Я чувствую, что впервые за несколько дней могу дышать, и это только потому, что ты здесь – потому что я с тобой. – Затем она поморщилась, как будто ей только что пришла в голову болезненная мысль. – Но я разрушаю твою жизнь, - добавила она тихим голосом. – Я втянул тебя в беспорядок в моей семье, и я так сожалею об этом.

Осторожнее, Джонни.

Будь действительно чертовски осторожен со своими словами здесь, парень.

Она была закрытой книгой, которую мне чудесным образом удалось открыть.

Я не собирался совершать ошибку и страницы закрывались у меня перед носом.

– Я не могу вспомнить, как это началось или когда я был погружен в тебя до такой степени, что мне кажется, будто я задыхаюсь в твоем горе, - наконец сказал я, когда слова снова нашли меня. – Но я знаю, что я никогда не хочу возвращаться к своей жизни до тебя.

Она была такой сильной, такой жизнерадостной, и она даже не знала этого. Я не мог представить, что пройду через то, что у нее было, и просто встану на ноги. Но вот она была здесь, готовая довериться мне, покидая свой дом этим вечером, хотя ее отец все еще был рядом. Я имею в виду, это должно было задурить ей голову, верно? Но она не позволила этому сломить ее. Девочка была воплощением семи падений и восьми вставаний. Что бы ни выпадало на ее долю, она всегда отряхивалась, поднималась на ноги и пробовала снова.

– Я просто так устала быть здесь, - призналась она тихим голосом. – Я пытаюсь, ты знаешь – просто смириться с этим. Не зацикливаться и просто быть благодарной, но я не благодарна и не могу двигаться дальше. Я чувствую, что я все еще в ловушке, и с каждым днем я все ближе к тому дню, когда меня здесь больше не будет.

Я не понимал, поэтому не собирался говорить ей, что понял. Я понятия не имел, с чем она имела дело и как она вообще справлялась.

Все, что я мог сказать, было: – Я здесь.-И это правда.

– Он приказывает мне, Джонни. – Шэннон сморщила нос, сделала несколько неглубоких вдохов, а затем выпалила: – Больше правил. Больше законов…- она тяжело выдохнула и добавила: – Больше приказов, которым нужно подчиняться.

Да, я собирался сорваться.

Дыши, Джонни.

Сделай гребаный вдох, парень.

Мне потребовалось мгновение, чтобы переварить то, что она сказала, и еще немного, чтобы обуздать свои эмоции и внезапную и отчаянную потребность атаковать, которая возникла у меня внутри. – Даррен?- Мне наконец удалось спросить.

Она слабо кивнула. – И я знаю, что у него добрые намерения, но я просто… я так устала от того, что меня контролируют. – Дрожа, она добавила: – Когда я очнулась на той больничной койке, живая и дышащая, я пообещала себе, что никому не позволю контролировать меня, как это делал он. Я поклялась, что никогда не позволю этому случиться снова.

– Во-первых, ты не допустила этого, Шэн, - сказала я ей хриплым голосом. – Это было вне твоего контроля.

– В том-то и дело, - ответила она. – Меня тошнит от того, что все выходит из-под моего контроля, Джонни.

– Да. – Я тяжело вздохнул. – Держу пари.

– Знаешь, я до сих пор помню, что я чувствовала, когда впервые приняла душ в этом доме, - сказала она тогда, мягко улыбаясь про себя. – Я просто долго стояла в твоей ванной и слушала.

– Что слушала?

– Тишину.

– Шэн…

– Это трудно объяснить, - поспешила объяснить она. – Но я никогда не хотела покидать ту ванную, потому что я чувствовала себя в безопасности – я чувствую себя в безопасности с тобой.- Покачав головой, она прерывисто выдохнула и сказала: – И это ужасно, потому что это оказывает на тебя давление.

Пошатываясь, я начал ломать голову над словами, которые, как я знал, мне нужны, чтобы успокоить ее разум. Чтобы снова собрать ее воедино. Я не знал. У меня просто были чувства.

Огромные гребаные чувства, которые душили меня и топили в одновременной схеме вызывающего привыкание разрушения.

Мои стены рухнули. Все, что я создал в попытке защитить себя от девушки, которая, я знал , уничтожит меня, распалось. – Никто не заставляет меня что-либо делать, - наконец сказал я, чувствуя себя растерянным. – Ты в моем доме, потому что я хочу, чтобы ты была здесь.

– Да?

– На сто процентов, - сказал я ей. – И это не имеет ничего общего ни с чем, кроме того факта, что я просто хочу, чтобы ты была здесь со мной, Шэннон.

– Ты уверен? – прошептала она.

– Послушай, - сказал я, поворачиваясь всем телом, чтобы уделить ей все свое внимание.– Есть кое-что, что ты должна знать обо мне, и это то, что я не испытываю мимолетных чувств. Я не такой, блядь, что угодно – но не это. Итак, когда я тебе что-то говорю или когда я что–то делаю, я имею в виду это – я все продумал. И я говорю тебе, что хочу, чтобы ты была здесь, со мной.

Ее рот приоткрылся, пухлые губы образовали идеальную маленькую букву «О».

– Да. – Я ухмыльнулся, сопротивляясь желанию протянуть руку и приподнять ее подбородок. – О.

– Джонни? – затем она спросила, придвигаясь ближе. – Могу я спросить тебя еще об одной вещи?

– Да .- Слово вышло грубым, и мне пришлось прочистить горло, прежде чем попробовать снова: – Да, Шэн. Ты можешь спрашивать меня о чем угодно.

– Ты когда-нибудь собираешься меня поцеловать?

Черт возьми.

Держи голову, Кав.

Сохраняй спокойствие и не отпугивай ее.

Ты вернул ее, теперь оставь ее здесь.

Не бросайся, парень. Сдерживай это…

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы переварить ее слова, прежде чем я смог заговорить. – Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

– Было бы неплохо не делать первый шаг, а потом убегать. – Ее голос был едва громче шепота, и она опустила лицо на самое короткое мгновение, прежде чем снова посмотреть на меня, эти голубые глаза поглощали меня.

– Это избавило бы меня от большой паники, - добавила она, слегка пожав плечами. – Это то, чего я хочу – не паниковать. – Она на мгновение прикусила нижнюю губу, прежде чем продолжить: – Знать, чего я стою с тобой.

– Я хочу поцеловать тебя, Шэннон.-Игнорируя боль в паху, я развернулся всем телом, чтобы посмотреть ей в лицо. – Я буду целовать тебя, - поправился я, чувствуя себя разгоряченным и взволнованным.– Если это то, чего ты хочешь?

Шэннон прерывисто вздохнула. – Хорошо.

Я настороженно посмотрел на нее. – Хорошо.

Она оставалась совершенно неподвижной, глаза смотрели на меня, щеки пылали, выражение ожидания?

– Что – как прямо сейчас?- Спросил я, чувствуя себя немного чертовски запаниковавшим из-за того, что сам оказался в затруднительном положении. – Ты хочешь, чтобы я сделал это сейчас? – Господи, я готовил из этого кашу. – Я просто подумал, что ты, может быть, знаешь, захочешь еще немного поговорить.

– Я не хочу больше разговаривать, Джонни, - прошептала она. – Я сделала достаточно, чтобы этого хватило мне на всю жизнь.

– Я просто не хочу давить на тебя, - выдавил я, слыша нервозность в моем собственном кровоточащем голосе. – Все дерьмо, через которое ты прошла со своим отцом, и теперь Джоуи. И твоя мама и ее драма. И, Господи, твое лицо все избито, а твое тело… - Я пожал плечами в полной растерянности. – Я просто… я думаю, нам стоит продолжить разговор? Черт возьми, Шэннон, я не хочу, чтобы ты чувствовала, будто я использую тебя.

– Ты собираешься поцеловать меня или нет?- Шэннон ошеломила меня, спросив.

– Я просто…я не…я пытаюсь…- Мои слова оборвались, и я выдохнул болезненный вздох, наблюдая, как она наблюдает за мной, этими потрясающими голубыми глазами, широко раскрытыми и приветливыми. – К черту это… Не в силах вынести больше ни секунды этого, я обхватил ее сзади за шею, сократил расстояние между нами и прижался губами к ее губам.

Застонав мне в рот, ее руки переместились к переду моего джемпера, пальцы запутались в ткани, когда она тянула и подталкивала меня быть ближе.

Ах, черт.

Схватив ее руки своими, я подавил все ебанутые порывы внутри себя и просто поцеловал ее в ответ, отчаянно пытаясь сохранять хладнокровие и не давить слишком сильно. Все, что я хотел сделать, это поднять ее и обернуть ее тело вокруг своего, чтобы лучше видеть себя, но я не мог сделать ничего из этого.

– Делай это медленно, - предупредил мой мозг, затуманенный гормонами. Не облажайся с этим, парень.

Однако, в ту минуту, когда я почувствовал, как ее язык осторожно коснулся моего, я понял, что я полностью облажался.

Я не мог этого вынести.

Я, честное слово, не мог вынести такого давления в груди. Это привело к сбою и возгоранию жизненно важной цепи, подключенной к моему самоконтролю.

Мой мозг отключился, и мое тело взяло верх.

Мой член прочно сидел на водительском сиденье, и я двигался чисто инстинктивно, целуя ее в ответ, глубоко, зная, что есть причина, по которой мне нужно остановиться, но не находя в себе силы воли нажать на тормоза.

Мои руки переместились, чтобы запутаться в ее волосах, а ее руки переместились на мою талию, теребя мою плоть и поощряя меня кончить с ней, когда она упала на спину. И Боже, если бы я не был прямо там с ней, погружаясь в нее, как гребаный маньяк, отчаянно желая попробовать ее на вкус, когда наши языки сцепились за то, что, без сомнения, было лучшим поцелуем в моей жизни.

Целовать ее было по-другому, потому что в этом были замешаны чувства.

Большие, огромные, ужасающие гребаные чувства, которые, я знал, она тоже испытывала.

Это было по–другому, потому что это имело значение – потому что мы имели значение для друг друга.

Мое тело горело, частично от мучительной боли, которая усиливалась с каждым безрассудным толчком моих бедер к ее, но в основном от явного гребаного возбуждения от прикосновения ее рук к моей коже.

Я чувствовал, что она приставила нож к моей груди, разрезала меня прямо, и каждая частичка меня истекала кровью в нее.

Я был тверд, чертовски мучительно тверд, и не в том хорошем смысле, от которого можно было бы избавиться, но прямо сейчас это не имело значения.

Мне было все равно, был ли я сломлен.

Меня даже не волновало, что у меня лопнул шов.

Меня не волновало ничего, кроме девушки, стонущей и извивающейся на диване подо мной.