Глава 60.Летающие кулаки

Джонни

Я привык видеть много странных вещей, происходящих в Томмене. Черт, я не мог сосчитать, сколько странных встреч у меня было в этом месте за все эти годы. Но вид парня в форме BCS, крадущегося ко мне через школьную парковку после последнего урока дня, определенно был для меня чем–то новым.

Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы распознать в парне, одетом в серый джемпер с эмблемой государственной школы, Джоуи Линча, и еще секунда, чтобы осознать, что рука, которую он отводил назад, предназначалась мне. Его кулак врезался мне в лицо так быстро, что моя голова откинулась в сторону.

–Что, черт возьми, ты сделал?– потребовал он, выглядя разъяренным. –Если ты причинишь ей боль, я сожгу тебя заживо и обоссу все твои кости.

–О чем ты говоришь?- взревел я, выплевывая полный рот крови. Я почти покончил со всей этой семьей, и хотя до удара в челюсть Джоуи мне действительно нравился, у меня было ощущение, что все вот–вот изменится. –Я никому ничего не сделал!

Вокруг нас собралась огромная толпа, подбадривающая и вопящая, как истекающие кровью идиоты.

–Она где–то в этой школе плачет, – прорычал Джоуи. –Она позвонила мне, чтобы я приехал за ней–. Хлопнув меня ладонями по груди, он направился ко мне. – Вы, случайно, ничего не знаете об этом сейчас, не так ли?

– Нет, черт возьми, я бы этого не сделал, – прорычал я, отталкивая его от себя. Ему нужно было отступить, и побыстрее, потому что он выводил мое терпение из–под контроля, а я был примерно на четыре дюйма выше его ростом и на четыре килограмма мускулистее. –Отойди на хрен, Линч.

–Или что?– усмехнулся он, снова двигаясь ко мне. – Что ты собираешься делать, Кавана?

–Эй, эй, эй, – скомандовал Хьюи, прыгая в толпу и пробегая через парковку, чтобы встать между нами. –Просто успокойтесь, ребята.

–Я спокоен!– взревел я, явно не успокоенный. –Это тот придурок, который подошел сюда и ударил меня по лицу.

–Потому что ты причинил боль моей сестре, – парировал Джоуи.

–Я не причинял вреда твоей сестре, – прорычал я. – Я бы никогда не причинил ей вреда.

–Ну, кто–то, черт возьми, что–то сделал!– взревел Джоуи, прежде чем снова броситься на меня.

На этот раз Гибси перехватил Джоуи сзади. –Привет, приятель, – сказал он дружелюбным тоном, обхватил его руками и оттащил от меня. – Я вижу, мы снова в старой позиции «лицом к спине».

– Отвали от меня, Гасси, – огрызнулся Джоуи, вырываясь из его хватки.

–Я Гибси, – спокойно ответил он. – И ничего не могу поделать. Ты не можешь ходить вокруг да около и бить по моему центру, Джоуи. В эту субботу у него есть кое–какие важные дела, и с моей стороны было бы ужасно безответственно отпустить тебя прямо сейчас.

– Джоуи! – раздался женский голос, перекрывший шум толпы. Секундой позже в поле моего зрения появилась блондинка, направлявшаяся прямо к Джоуи. Я заметил, что это его девушка.

Ифа.

– Что ты делаешь, Джо? – выпалила она, встав перед ним. – Я думала, мы договорились не ссориться. Схватив его за лицо, она заставила его посмотреть на нее. – Сначала задавай вопросы, помнишь?

– Я забыл, детка, – пробормотал он, оседая настолько, что Гибси отпустил его и отступил на шаг.

–Что, черт возьми, происходит?– потребовала я, чувствуя, как смесь ярости и паники пронзает меня насквозь.

–Шэннон позвонила мне, – прорычал Джоуи, дрожа от гнева. –Кто–то в этой заносчивой школе что–то с ней сделал.

– Что–то с ней сделал?- Я уставился на него в замешательстве. – Что? Что–то случилось с Шэннон? - Что они с ней сделали? Какого черта? –Я только что был с ней за ланчем, – добавил я, чувствуя, как внутри меня нарастает волна ярости. –Что, черт возьми, происходит, Джоуи?

–Я не знаю!– Проведя рукой по своим светлым волосам, он издал рычание и уставился на толпу. –Но когда я узнаю, кто из вас, привилегированных придурков, причинил боль моей сестре, я отсижу за вас срок!

–Что здесь происходит?– знакомый голос мистера Туоми прорезал воздух, и толпа вокруг нас быстро рассеялась, пока на парковке не остались только мы впятером и мистер Туоми, а мимо с жужжанием проезжали машины, громко сигналя.

–Джонни, – сказал он со вздохом, когда заметил меня в центре происходящего – ничего нового. Его взгляд метнулся к Джоуи и Ифа, и его глаза сузились. –Вы двое знаете, что вам запрещено находиться на территории школы, если вы здесь не зарегистрированы?

–Пошёл ты, – выпалила Джоуи в ответ, заставив Ифа застонать в ее руку.

– Джо! – прошипела она, положив руку ему на грудь. –Он их директор.

–И что? Джоуи невозмутимо пожал плечами. –Он не мой. Прищурившись на мистера Туоми, он выплюнул: –Я здесь, чтобы забрать свою сестру, поскольку ваша дерьмовая школа не может контролировать своих учеников и обеспечивать ее безопасность.

Брови мистера Туоми нахмурились. – А ваша сестра кто?

–Шэннон Линч. - Мистер Туоми побледнел, а Джоуи бросился к яремной вене, как будто почуял запах свежей крови. –Да, именно так, – усмехнулся он. – Вы знаете, о ком я говорю. Вы давали ей всевозможные обещания, не так ли? О том, как обезопасить своих учеников? Какой же вы, черт возьми, шутник!

– Прошу прощения, – выдавил мистер Туоми. – Я понятия не имею, о чем ты говоришь…

–Привет, Джо, – произнес тихий голос, и мы все обернулись, чтобы увидеть Шэннон, идущую к нам.

Ее волосы промокли насквозь, а одежда была испачкана едой. Ее лицо было красным и в пятнах, как будто она до крови натерлась, но когда я присмотрелся повнимательнее, то увидел царапины и слова? Ее взгляд метнулся ко мне, и выражение ее лица изменилось. Слезы навернулись ей на глаза, когда она шмыгнула носом. –П–привет, Джонни.

–Что за хрень на самом деле?– потребовал я, направляясь к ней. – Что случилось с твоим лицом, Шэннон?

Она покачала головой и практически рухнула на меня, когда я подошел к ней. –Я хочу домой, – всхлипывала она, сильно дрожа. –Я просто хочу уйти.

–Все в порядке – тсс, просто успокойся. - Обхватив ее лицо ладонями, я прищурился и попытался разглядеть следы губной помады на ее лице.

Шлюха Кав?

BJ-13?

–Кто это с тобой сделал?– потребовал Джоуи, отпихивая меня с дороги – или, по крайней мере, попытался это сделать. У него это получилось не очень хорошо, потому что я не сдвинулся ни на дюйм. – Шэн, что случилось?

–Это была она?– спросил я, дрожа так же сильно, как и она сейчас. –Что я говорю – конечно, это была она.

– Кто? – выдавил из себя мистер Туоми. –Кто это сделал с тобой, Шэннон?

– Белла, блядь, Уилкинсон, – усмехнулся Гибси. – Кто еще?

–Я хочу, чтобы она убралась из этой школы, – прорычала я, разворачиваясь и свирепо глядя на него. – Ей это с рук не сойдет. Вы знаете, через что она проходит. В школе она должна быть в безопасности!

Побледнев, мистер Туоми двинулся к нам. – Шэннон, ты хочешь сказать, что мисс Уилкинсон сделала это с тобой?

– Отойдите, мать твою, – предупредил Джоуи, принимая защитную стойку перед сестрой. Я не знал, что, по его мнению, собирался сделать старина Туоми, но парень не собирался рисковать. Он был напряжен от едва сдерживаемой дикой ярости, и у меня было ощущение, что единственной причиной, по которой он еще не взорвался, была блондинка, поглаживающая его по руке. –Не подходите к моей сестре, – добавил он, метая кинжалы в нашего директора. –Я предупреждаю вас.

У мистера Туоми отвисла челюсть, и я почувствовал укол сочувствия к старику, попавшему в такую же передрягу, как и он. Видит бог, я знал, каково это. Испытывать на себе гнев Джоуи Линча было не очень приятным чувством.

Краем глаза я заметил Беллу и Кормака, идущих через двор к автостоянке, все улыбались.

О, черт возьми, нет!

–Ты!- взревел я, отступая в сторону от Шэннон. –Я хочу, черт возьми, перемолвиться с тобой парой слов!

– Джонни, не двигайся, – предупредил мистер Туоми.

– Джонни, не надо… – взмолилась Шэннон.

–Кэп, у тебя контракт, – крикнул Хьюи.

– Подумай о субботе, – крикнул Гибси мне вслед.

–Езжай по большой дороге, – добавил Хьюи.

–К черту вашу большую дорогу, – прорычал я, свирепо глядя им вслед. –И к черту их тоже.

Кормак побледнел, когда я приблизился. –Все в порядке, кэп?

–Что я тебе говорил? – потребоваа я, направляясь прямо к нему. –Хм? Что, черт возьми, я тебе говорил об этой сучке?

– Эй, Джонни, я понятия не имею, о чем ты…

Удар.

Кормак грохнулся на землю, как мешок с картошкой, прежде чем я успел поднять кулак.

Сбитый с толку, я резко обернулся и встретилась взглядом с Джоуи. –Что за…

–Я был у тебя в долгу, – объяснил он, пожимая плечами и встряхивая запястьем. –Кроме того, меня уже аарестовывают.-Я уставился на него, разинув рот. – За что?

–За это, – ответил он, прежде чем броситься на Кормака.

–Отстань от него!– закричала Белла, нанося удары по голове Джоуи. –Ты грязный, маленький подонок.

–Эй, не называй моего парня подонком, – прорычала Ифа, бросаясь к Белле. – Это она, Шэн? – требовательно спросила она. –Это она сделала это с тобой?

–Пожалуйста, просто оставь это, – выдавила Шэннон.

–Кто ты, черт возьми, такая?– прошипела Белла, свирепо глядя на Ифа.

–О, я твой худший кошмар, сучка. - Повалив ее на землю одним махом. Ифа оседлала Беллу.

– Тебе нравится терроризировать маленьких девочек? – потребовала она, оседлав Беллу. – Попробуй кого–нибудь своего размера.

–Как у тебя сейчас обстоят дела с деньгами, богатый мальчик?– Джоуи ухмыльнулся, сцепившись с Кормаком на дороге. – В том, чтобы быть подонком, есть свои преимущества, не так ли?

–Думаешь, ты можешь называть моего парня подонком?– Ифа продолжила, со всей силы ударив Беллу кулаком. Ого, с этой девушкой не было никаких рукоплесканий. –Думаешь, ты можешь запугивать его сестру, да? Думаешь, ты в безопасности, потому что ты девушка, и он не может ударить тебя?– Она занесла кулак назад и ударила Беллу по губам. –Ну, я могу!

–Я вызываю полицию!– взревел мистер Туоми. –Прекратите это сию же секунду, или я прикажу арестовать вас всех до единого!

–Позвоните гардам, и вы потеряете четверть регбийной команды, – спокойно вставил Хьюи.

–И смотрю на серьезную негативную прессу для школы. Посмотри, что она с ней сделала.– Он указал на лицо Шэннон. –Я думал, в Томмене нулевая терпимость к травле? Если это так, то тебе лучше изменить свою политику, потому что эта девушка уже несколько месяцев доставляет Шэннон неприятности.– Пожав плечами, он добавил: –Я также хотел бы знать, какова ваша политика в отношении преследования, потому что она мучила Джонни днем и ночью в течение года. Он просто слишком чертовски вежлив, чтобы сказать это.

– Джоуи, остановись! – закричала Шэннон, подбегая к брату. –Не надо.

– Они не собираются делать этого с тобой, – прорычал Джоуи. –Ни хрена больше, Шэннон!

–Это был не он,– выдавила Шэннон, потянув брата за плечи. – Не надо… пожалуйста. У тебя будут неприятности.

–Иди сюда, – уговаривал я, оттаскивая ее подальше от драки. –Отойди, Шэн.

–Останови его, – умоляла она, сжимая мою руку. –Пожалуйста!

–Ладно, вечеринка окончена, – объявил Гибси, входя и оттаскивая Джоуи от Кормака, при этом искоса поглядывая на меня, как бы говоря: –Ну и ну.

Я беззастенчиво пожал плечами. Я не собирался ни хрена разбивать. Они оба заслуживали всего, что получили, и даже больше.

–Это все моя вина, – выдавила Шэннон, сильно дрожа. – Мне не следовало называть её…

– Нет, это не так, – поправил я, прижимая ее к своей груди. – Это ее вина. Не твоя.

–Давай, детка,– задыхаясь, выдохнул Джоуи, оттаскивая свою девушку от Беллы. – Да ладно тебе. Она того не стоит. Ты не можешь сражаться в…

–Она назвала тебя подонком, – прорычала Ифа, безуспешно пытаясь вырваться из объятий своего парня. – Я этого не потерплю, Джо!

–Я знаю, детка, – уговаривал он, пятясь назад с Ифой на руках. –Но мне нужно, чтобы ты была осторожной.

– Все, следуйте за мной в кабинет! Я звоню вашим родителям, – рявкнул мистер Туоми, вытаскивая свой телефон и жестом приглашая Беллу и Кормака следовать за ним. –Всех.

–Обязательно, – усмехнулся Джоуи, наблюдая за нашим директором так, словно он был беззащитной антилопой, которую отделили от стаи. –Быть полезным для чего–нибудь.

–Джо!– прохрипела Ифа, вкладывая свою руку в его. –У тебя предупреждение.

– Мне нужно, чтобы ты убралась отсюда, Ифа, – пропыхтел Джоуи, все еще наблюдая за мистером Туоми, когда он побежал в кабинет, а Белла и Кормак, прихрамывая, последовали за ним. – Тебя здесь не было, и ты ни хрена не видела. Повернувшись к своей девушке, он сказал: –Ты поняла это?

– Что?– Ифп покачала головой, широко раскрыв глаза. – Нет, ни за что. Я не оставлю тебя.

–Садись в машину и поезжай домой, детка, – приказал он. – Сейчас. – Он свирепо посмотрел на нас. –Никто не собирается упоминать о тебе.

–Но ты…

– Я буду в порядке, – прошептал он, запечатлевая поцелуй на ее лбу. – Просто уходи, а я позвоню тебе, когда смогу.

Глава

61.Кабинет

Шэннон

Пошатываясь, я села возле кабинета на деревянную скамейку вместе с Джонни, Хьюи и Гибси. На скамейке напротив нас сидели Белла и Кормак.

– О боже мой! – Я не могла остановить слезы, которые текли по моим щекам, когда я смотрела, как полиция забирает моего брата в наручниках из школы. – Пожалуйста, не забирайте его!

– Все в порядке, Шэн, – бросил Джоуи через плечо, когда они вели его по коридору. –Я буду в порядке – не плачь.

Это было нехорошо.

Ничто во всем этом не было нормальным.

Моего брата арестовали, и это была моя вина. – Мне жаль, Джо, – выдавила я из себя как раз перед тем, как двое мужчин–охранников вынесли его через главную дверь. –Мне так жаль.

– Все в порядке, – продолжал шептать Джонни снова и снова, продолжая обнимать меня. –Все будет хорошо, Шэн.

–Я такая дура, – выдавила я, рыдая сильно и некрасиво. –У него будут большие неприятности.

– Это ты верно подметила, – усмехнулся Кормак. –Я выдвину обвинения против твоего брата–подонка.

– Отвали, – прорычал Джонни, напрягаясь рядом со мной. –Или тебя не будет рядом, чтобы выдвинуть обвинения.

–Пожалуйста, не надо, – взмолилась я, шмыгая носом. Закатав рукава школьного джемпера Джонни, который теперь был на мне, я вытерла щеки и попыталась справиться со своими эмоциями. Однако это было почти невозможно.

Я так волновалась за Джоуи, что едва могла дышать. –Мой брат через многое проходит, – попыталась я умолять. – Пожалуйста, не втягивай его в неприятности.

–Мне насрать, через что он проходит, – отрезал Кормак. –Он сломал мне нос, Шэннон.

– Заткнись к чертовой матери, Райан, – устало вздохнул Хьюи. –Не усугубляй плохую ситуацию.

–Он напал на меня!– Кормак, защищаясь, нанес ответный удар.

– И она напала на меня, – всхлипнула Белла.

–Потому что ты напала на нее, – прорычал Джонни, его грудь вздымалась, когда он указал на меня. –В этом месте есть только один подонок, Белла, и это ты!

– Пошел ты, Джонни Кавана, – выплюнула она. –Это все твоя вина.

– Тебе нужно держать рот на замке, – прошипел Гибси. –Глупая, гребаная девчонка.

–Я здесь жертва, – причитала Белла.

–Ты жертва? – выпалил в ответ Гибси с возмущенным видом. –Господи Иисусе, я надеюсь, что твои родители больше не плодили тебя, потому что ты – девочка с сепсисом. Миру не нужна еще одна такая, как ты, рыщущий вокруг.

– Иди прочь и найди немного воды, чтобы утонуть, Гибс, – огрызнулся Кормак, свирепо глядя на Гибси. – Как и остальные твои…

–Отвали на хрен! – взревели Джонни и Хьюи в унисон.

Тем временем Гибси оставался неподвижным и молчаливым.

–Даже не думай идти туда, – прорычал Джонни, совершенно взбешенный. – Что, черт возьми, с тобой не так?

–Он обзывал мою девушку.

– Значит, это оправдывает твои слова? Джонни кипел от злости. –Даже не думай пытаться оправдываться, Райан. Это чертовски подло.

–С этого момента между нами все кончено, Кормак, – добавил Хьюи, дрожа от гнева. – Если ты достаточно туп, чтобы якшаться с кем–то вроде нее, тогда даже не утруждай себя смотреть в мою сторону. И я имею в виду это как на поле, так и вне его.

–С меня глаз долой, Биггс, – усмехнулся Кормак. – Ты так глубоко засел в заднице Кава, что для меня это не имеет значения…

– Кто она такая? – спросила тогда Белла, возвращая внимание к себе. – Девушка, которая напала на меня – как ее зовут? Сузив глаза, она выплюнула: –Я знаю, что вы все знаете, кто она такая.

– Какая девушка? – спокойно ответил Гибси. – Я не видел никакой девушки, а вы, ребята?

– Никогда не видел никакой девушки, – согласился Джонни. –Но я действительно видел, как Кормак сначала ударил Джоуи.

Глаза Кормака расширились от отвращения. –Ты лжец.

Джонни пожал плечами. –Это то, что я видел.

–Забавно, я тоже это видел, – сказал Гибси. –Он просто бросился на тебя, Джонни, а Линчи защищал тебя.

–Это то, что я видел, – согласился Хьюи. – А мистер Туоми стоял позади Джонни.

Его обзор был закрыт, поэтому он не мог видеть, кто нанес первый удар.

–И на автостоянке нет камер, – задумчиво произнес Гибси. –Я полагаю, это означает, что твое слово против нашего.

– Пятеро против двоих, – предложил Хьюи. –Забавно это.

– Карма – прекрасная штука, – с ухмылкой согласился Гибси.

–Вас было шестеро!– Белла зашипела. –Там была девушка.

–Нет, – ответил Гибси, пожимая плечами. –Тебе все мерещится.

– Вы сборище лжецов, – прошипела Белла в ярости.

–Ты понимаешь, что ты стала причиной всего этого?– Хьюи выстрелил в ответ. – Или тебе просто все равно?

– Оставь ее в покое, – быстро встал на ее защиту Кормак. –Она ранена.

– Она паразитка, вот кто она такая, – усмехнулся Гибси. – И тебе лучше держаться от нее как можно дальше, потому что ты ведешь себя не как тот парень, с которым мы выросли.

Звук свиста становился все ближе, и все шестеро из нас повернули головы как раз в тот момент, когда Ронан Макгэрри, один из мальчиков моего курса, завернул за угол коридора. Когда его взгляд упал на всех нас, сидящих перед кабинетом директора, он сделал двойной дубль. –Что вы все делаете…

– Продолжай идти, придурок, – предупредил Джонни, ощетинившись рядом со мной. – И держи свой чертов рот на замке.

Ронан долго смотрел на Джонни, прежде чем перевести взгляд на меня. – Снова создаешь проблемы, Шэннон? Тень злобной ухмылки заиграла на его губах. – Почему я не удивлен?

–Я сказал, уходи!– – прорычал Джонни, поднимаясь на ноги. –Прежде чем я искалечу тебя.

Ронан отшатнулся назад так быстро, что уронил свою школьную сумку, заставив Гибси хихикнуть.

–А, парень, – усмехнулся он. – Спасибо за это. Мне нужен был смех.

–Отвали, Гибс, – прорычал Ронан с красным лицом, поднимая с пола свою сумку. – Я его не боюсь…

–Убирайся отсюда, ты, маленький извращенец, – громко прогремел голос Джонни, в котором слышалась властность, когда он угрожающе шагнул к Ронану.

–Не думай, что я забыл о том, что ты сделал!– Ронан пятился всю дорогу по коридору, по которому только что прошел, прежде чем исчезнуть за углом.

–Блестяще.- Истерически рассмеявшись, Гибси хлопнул себя по бедру. – Я думал, он собирался обоссаться…

Затем дверь кабинета открылась внутрь, заставив их всех замолчать, когда наши родители вышли – ну, их родители.

Первыми появились матери Беллы и Кормака. Миссис Райан и Кормак ушли, не сказав ни единого слова.

К моему абсолютному шоку, миссис Уилкинсон подошла к своей дочери и прошипела:–Встань.- Надув губы и громко пыхтя, Белла встала, промокая разбитую губу салфеткой. – А теперь дай мне свой телефон.

–Мама…

–Отдай. Мне. Свой. Телефон.

Не говоря ни слова, Белла вытащила свой телефон из кармана и протянула его матери. Миссис Уилкинсон яростно застучала по клавиатуре и застыла, когда нашла то, что искала. Она посмотрела на меня виноватыми глазами, а затем снова повернулась к своей дочери. –Иди туда и извинись за то, что ты сделала с этой бедной девочкой.

О боже…

Все мое тело туго сжалось от страха.

Я не хотела, чтобы она извинялась передо мной.

Я не хотела, чтобы она снова приближалась ко мне.

Белла застонала. – Но мама…

– Не подталкивай меня к этому, Изабелла! Ее мать кипела от злости. – Тебе повезло, что я не отвезу тебя в полицейский участок и не сдам сама! Я никогда не была так разочарована в тебе, как сегодня.

–Ее подруга ударила меня, – возмутилась Белла. – И они знают, кто она такая…

–Я не удивлена, – огрызнулась миссис Уилкинсон, покраснев. – После того, что ты сделала с этой девушкой, просто чудо, что ее опекун не выдвигает обвинений. А теперь иди туда и извинись!

–Даже не думай об этом, – вмешался Джонни, когда Белла и ее мать направились к нам.–Уведи свою дочь от моей девушки и держи ее подальше, – приказал он, крепче обнимая меня. – Шэннон не нужны ее извинения. Ваша дочь причинила достаточно вреда. Извинения для нас ничего не значат. Так что просто уходите и оставьте ее в покое.

Миссис Уилкинсон открыла рот, чтобы что–то сказать, но затем снова закрыла его. Она бросила сочувственный взгляд в мою сторону, прежде чем утащить Беллу прочь.

– Спасибо, – прошептала я, прижимаясь к нему.

–Нет проблем, – хрипло ответил он.

Следующей появилась Шинейд Биггс, за ней быстро последовала мать Гибси, чье имя, как я узнала, было Сайв.

–О, мальчики, – вздохнула мама Клэр, обнимая Хьюи за талию. – Что нам с вами делать?

– Я сегодня никого не сбил, – жизнерадостно сообщил Гибси. –Я был хорошим мальчиком.

–Сегодня – подходящее слово, – со вздохом ответила его мать. Взъерошив его светлые волосы, она добавила: –Давай, Бабба. Давай отвезем тебя домой, пока тебя не настигли новые неприятности.

– В том–то и дело, мам, – ответил Гибси, бросаясь за ней. –Неприятности сами находят меня, а не наоборот.

Только когда мы остались одни, Джонни заговорил. – Когда это случилось? Его голос был низким и хриплым от волнения. Повернувшись боком, чтобы оказаться лицом ко мне, он выдавил: –Что она с тобой сделала, детка?

–Это не имеет значения, – пробормотала я, чувствуя смертельную усталость. Я уже объяснила все это мистеру Туоми и Даррену, когда пришла наша очередь поговорить с ним в кабинете ранее.

– Мне нужно знать, Шэн, – ответил Джонни. – Так что, пожалуйста… просто скажи мне.

Устало вздохнув, я объяснила, что произошло в ванной с Беллой и ее друзьями, ничего не утаив. Слишком измученный, чтобы подвергать себя цензуре, я рассказала Джонни все, вплоть до рвоты.

– Почему ты мне не позвонила? - Он спросил, когда я закончила. – Или не нашла меня.Шэн, я бы…

– Потому что у тебя был тест по французскому, и я не хотела, чтобы у тебя были неприятности, – прошептала я, беспокойно подрагивая коленками. –Я знаю, что Академия и скауты сейчас следят за каждым твоим шагом, и я боялась, что ты разозлишься и примешь ответные меры, поэтому я позвонила Джоуи, потому что думала, что он приедет и заберет меня…– Мой голос дрогнул, и из горла вырвалось громкое рыдание. – Я просто хотела вернуться домой. Я не думала, что он так поступит.– Дверь кабинета мистера Туоми снова открылась, и на этот раз мистер Кавана вышел в сопровождении Даррена и мистера Туоми.

–Еще раз, я ужасно сожалею о том, что произошло, – сказал мистер Туоми, протягивая Даррену руку. –Пожалуйста, будьте уверены, что Томмен придерживается строгой политики абсолютной нетерпимости к травле, и этот вопрос будет решен немедленно–. Когда Даррен не взял его за руку, взгляд мистера яоуми метнулся ко мне, и он поморщился. –Шэннон, я видел фотографии, и мне очень жаль.

–Итак, что вы собираетесь этим делать?– спросил Джонни напряженным тоном. –Все это хорошо – говорить, что вы сожалеете, но это ничего не значит, если вы не предпримете никаких действий. Беллу исключают? А как насчет Келли? Она тоже была в этом замешана. А Таш? Она так же плоха, как и то, что ушла и не остановила их.

– Джонни, – устало вздохнул мистер Туоми. –Держись подальше от этого.

– Нет! – взорвался Джонни, вскакивая на ноги. –Трое из них загнали мою девушку в угол в ванной – двое из них удерживали ее и напали на нее. Они все шестикурсники. Им больше восемнадцати. Шэннон несовершеннолетняя. Их всех следовало бы арестовать за нападение.

– Джонни, – пробормотала я, чувствуя, как меня захлестывает очередная волна стыда. –Просто отпусти это.

–Нет, Шэн, – выпалил он в ответ. –Я этого так не оставлю.- Свирепо посмотрев на нашего директора, он прошипел: –Я хочу справедливости.

–Этого недостаточно, – шокировал меня Даррен, согласившись с Джонни. – Моя сестра подверглась жестокому нападению со стороны двух девочек во время учебы в школе, одна из которых, как я узнала, издевалась над ней в течение нескольких месяцев. Мой брат был арестован за то, что защищал ее, когда ваш преподавательский состав не смог этого сделать. Мы проходим через ад в его нынешнем виде, и ты это прекрасно осознаешь, и все, что ты можешь сказать, это то, что тебе жаль?– Даррен покачал головой. – Простите меня за эти слова, мистер Туоми, но какого черта мы платим тысячи евро за обучение, если вы не можете сделать что–то столь элементарное, как гарантировать безопасность моей сестры в школе?

–Белла отстранена от занятий на следующие три дня, – ответил мистер Туоми с раскрасневшимися щеками. –Я доведу этот инцидент до сведения правления на нашем следующем заседании. Тогда мы примем решение о соответствующих действиях.

–Примите меры, исключив ее, – кипел от ярости Джонни. – К черту трехдневную дисквалификацию. Это ни к чему хорошему не приведет. Ее нельзя пускать обратно в эту школу после того, что она сделала с моей девушкой!

–У меня связаны руки, – ответил мистер Туоми, обращаясь за помощью к отцу Джонни.

–Это полный бардак, – спокойно заявил отец Джонни. –Я искренне надеюсь, что у школы есть достаточное юридическое представительство – и ради семьи Уилкинсон я предлагаю вам сообщить им то же самое. Я, конечно, буду предлагать свои услуги семье Линч и свяжусь с вами, когда моя клиентка примет решение о том, какие действия она желает предпринять – будь то против одной мисс Уилкинсон или школы за их халатность и неспособность защитить несовершеннолетнего, находящегося на их попечении.

Рот мистера Туоми открылся от удивления, и я была почти уверена, что выражение его лица было зеркальным отражением моего и Даррена лиц, когда мы, разинув рты, смотрели на отца Джонни. – Извините?

–Ну, это совершенно ясно, – ответил мистер Кавана тем приторно– сладким голосом, которым пользуются только люди, обладающие большой властью. –Вы так быстро позвонили в полицию и выдвинули обвинения против мальчика Линча за его роль в инциденте, что я считаю только справедливым и своей личной ответственностью предоставить свои услуги их семье. Однако, учитывая обстоятельства, связанные с обоими детьми Линча, я чувствую, что должен сообщить вам, что вам будет непросто найти судью по всей стране, достаточно несимпатичного их тяжелому положению, чтобы осудить Джоуи Линча – и поверьте мне, я знаю нескольких из этих судей–. Поправляя галстук, мистер Кавана улыбнулся. – Хорошего дня, сэр.

Джонни улыбнулся отцу.

Тем временем мы с Дарреном оба продолжали изумленно таращиться.

–Пойдем, – приказал мистер Кавана своим холодным, спокойным и собранным тоном, поворачиваясь к сыну. – Я нужна твоей маме, чтобы купить перечный соус к ужину, и мне нужно съездить на вокзал Гарда, прежде чем я…

– Подождите, подождите, подождите, – выдавил мистер Туоми. – Мистер Кавана, не могли бы вы вернуться в мой кабинет, пожалуйста?

Отец Джонни многозначительно посмотрел на часы и вздохнул, прежде чем неохотно кивнуть. – Я могу уделить вам пятнадцать минут.

– Да, да, спасибо. – Мистер Туоми вздохнул с облегчением и поспешил обратно в свой кабинет.

– Ловишь рыбу в бочке, па? – съязвил Джонни.

Тихо посмеиваясь, мистер Кавана подмигнул своему сыну, прежде чем последовать за мистером Туоми. Остановившись в дверях кабинета, он повернулся к Даррену и сказал: –Я доставлю твоего брата домой к десяти вечера.

–Большое вам спасибо.- Тяжело выдохнув, Даррен подошел к мистеру Кавана и протянул ему руку. –И я очень сожалею о том, как моя семья.

–Это не имеет значения, – ответил отец Джонни, пожимая Даррену руку. –Нам всем иногда нужно немного милосердия.- Бросив острый взгляд на Джонни, он сказал: –Отнеси этот перечный соус домой своей маме, прежде чем пойдешь на тренировку, сынок.- Тогда он посмотрел на меня и мягко улыбнулся. –Я надеюсь, что однажды мы встретимся при счастливых обстоятельствах, Шэннон.- С этими словами мистер Кавана неторопливо вошел в кабинет, позволив двери захлопнуться за ним.

–Он собирается пытать его, – усмехнулся Джонни, подходя к тому месту, где я сидела, и поднимая меня на ноги. – Не волнуйся, Шэн, – добавил он, обнимая меня за талию. –Он разберется с этим.

Я прерывисто выдохнула. –Я не могу поверить, что он сделал это для нас.

– Я тоже не могу, – пробормотал Даррен, потирая челюсть.

– Я говорил тебе, что мои родители любят тебя, – уговаривал Джонни, беря меня за руку. – Теперь ты мне веришь?

Дрожа, я сжала его руку и привалилась к его груди. – Мне жаль.

– Даже не говори так, – прошептал он, заключая меня в объятия.

– От меня пахнет рыбой, – предупредила я его. –Ты тоже испачкаешь свою одежду.

– Мне все равно, – прошептал он, запечатлевая поцелуй на моих волосах. –Я люблю рыбу, я люблю тебя, и я все еще хочу съесть тебя на ужин.

– Не так сильно, как курицу, – всхлипнула я.

–Я чертовски люблю курицу, – согласился он со смешком. – Все в порядке, Шэн.

– Отступив назад, он обхватил мое лицо ладонями и уставился на меня сверху вниз.

–Ты меня слышишь?– Я слабо пожала плечами. –Я слышу тебя.

– С тобой все будет хорошо, – хрипло сказал он, не сводя с меня голубых глаз. – И Джоуи тоже.

–Я не думаю, что собираюсь готовить ужин сегодня вечером, Джонни, – выдавила я.

–Все в порядке, – ответил он, опуская руки мне на плечи. –Мы сделаем это в другой раз.- Поглаживая большими пальцами мою ключицу, он добавил: –Я собираюсь сделать это правильно для тебя.

Я прижалась к нему. –Не имеет значения.

– Это важно, – поправил он, снова притягивая меня в объятия. – И с тобой этого больше никогда не случится.

–Я просто так боюсь за Джоуи, – призналась я, уткнувшись лицом ему в грудь.

– Я не хочу, чтобы у него были неприятности из–за меня.

–Мой папа все уладит.- Он поцеловал меня в макушку. – Серьезно, если бы ты знала хотя бы половину того, из чего ему удалось вытащить Гибса за эти годы, вы бы не беспокоились. Он все прояснит, Шэн. Он заставит это исчезнуть.

– Действительно?– Я шмыгнула носом. –Ты уверен?

– На сто процентов, – ответил Джонни. –Он имел в виду то, что сказал – Джоуи будет дома сегодня вечером.

Облегчение нахлынуло на меня, но я боялась вобрать его в себя. Я была в ужасе от того, что мои надежды оправдались только для того, чтобы получить еще больше плохих новостей.

–Я недооценил тебя, – прорезал воздух голос Даррена. Ошеломленная, я обернулась и обнаружила, что он смотрит на Джонни. – Я ошибался на твой счет, – добавил он хриплым голосом. – И я должен перед тобой извиниться.

– Да, ты был неправ, – натянуто сказал Джонни. –Я не тот человек, за которого меня выдает твоя мама.- Тяжело вздохнув, он добавил: –Но мне не нужны извинения.

– Ну, у тебя все равно это есть,– устало ответил Даррен.

–И я принимаю их, – ошеломил меня Джонни своими словами. Ему не нужно было ничего принимать от Даррена. И мой брат, и моя мать ужасно обращались с ним. – Без обид, – добавил Джонни, коротко кивнув моему брату. – Но я все равно никуда не собираюсь уходить.

– Да. – Даррен вздохнул. – Я начинаю это понимать, – фыркнул Джонни. –Просто для ясности.

–У нас все чисто, Кавана, – ответил Даррен, прежде чем повернуться ко мне и спросить: –Ты идешь со мной?– Так ли это?

Давал ли он мне реальный выбор?

Я нахмурилась. –Хм?

– Ты сейчас возвращаешься домой? – медленно повторил Даррен. – Или позже?

–Я, э–э…– Покачав головой, я посмотрела на своего брата и сказала: –Сейчас.

–Ты уверена? – спросил Джонни, напрягаясь позади меня. – Я могу отвезти тебя домой.

–У тебя тренировка, – прошептала я. –И мне нужно пойти домой и привести себя в порядок.

–Мне не обязательно идти, Шэннон, – сказал мне Джонни неуверенным тоном, переводя взгляд с меня на Даррена. –Я могу остаться с тобой.

Мне хотелось закричать «да», но я остановила себя. Джонни был на верном пути в своих тренировках. Большую часть своих дней он проводил, с тоской уставившись на свой телефон. Я знала, что он ожидал скорого звонка от ирландских тренеров, и я не могла ожидать, что он будет менять свою жизнь каждый раз, когда со мной что– то случится. Это была не первая моя катастрофа и не последняя.

Кроме того, когда он уйдет, тебе придется делать это самой.

Потому что он уходит, Шэннон…

–Мне нужно помочь моим братьям.-Я одарила его слабой улыбкой. –Я позвоню тебе позже.

Джонни не выглядел убежденным, но спорить со мной не стал. Вместо этого он поцеловал меня в лоб, сухо кивнул и отступил назад. Я чувствовала отсутствие его прикосновения в самой глубине своей души, когда уходила с Дарреном.

Глава

62.Убедительные отцы

Джонни

Шэннон обвинила меня в том, что произошло сегодня. Я, блядь, знал, что она это сделала, и хуже всего было то, что я знал, что она была права. Это была моя вина. Они сделали это с ней из–за меня. Ранее я наблюдал, как она выходила из школы со своим братом, прекрасно понимая, что мне нужно вмешаться и сказать что–нибудь, чтобы все исправить, но у меня не было слов. Я не знал, как ей это исправить.

Господи Иисусе, я был так зол, что практически ощущал этот вкус.

Я пошел на тренировку этим вечером только по той причине, что если бы мне пришлось сидеть дома наедине со своими мыслями и чувствовать себя бесполезным, я бы сорвался. Это ни на минуту не помогло обуздать ярость, бушевавшую внутри меня. Я ни на минуту не мог сосредоточиться. На протяжении всей тренировки мои мысли были сосредоточены на Шэннон. Физиотерапевт тоже. Я не мог выбросить ее из головы. У меня было чуть больше четырех дней, чтобы подготовиться к тому, что должно было стать самой важной встречей в моей жизни, и все равно я не мог полностью погрузиться в игру.

Чертова Белла.

Я знал, что допустил ошибку, отпустив ее домой с Дарреном, но что я мог сделать, кроме как запихнуть ее в свою машину и уехать? Она сказала, что хочет пойти с ним. Это была ложь. Шэннон никогда не хотела возвращаться домой.

Закралось сомнение, незнакомое и нервирующее, и, как обычно, я начал все переосмысливать. У меня были проблемы с мозгом. Оно двигалось слишком быстро, придумывало слишком много сумасшедшего дерьма, носилось вокруг слишком быстро. Большую часть времени мне удавалось сохранять контроль над рутиной и структурой, но сегодня у меня были проблемы. Этот телефонный звонок сегодня утром, в сочетании с тем, что произошло в школе, всколыхнул мои мысли. Все было свалено в кучу, мои мозговые клетки были разбиты вдребезги, и я сомневался во всем.

Когда я, наконец, припарковался позади своего дома чуть позже девяти вечера, меня все еще переполняла энергия. Никакое количество упражнений, кругов и тренировочных игр не смогло погасить ярость, кипевшую во мне.

Разозленный и встревоженный, я схватил свою сумку с вещами с пассажирского сиденья и прошествовал внутрь с твердым намерением опустошить содержимое того, что мама готовила на плите. Однако мой аппетит испарился, а ноги подкосились, когда я вошла на кухню и увидела Джоуи, который сидел у кухонного стола, обхватив голову руками. Мама сидела на табурете напротив него.

Остановившись в дверях, я наблюдал, как она пододвинула к нему чашку.

Он не взял её.

–Я думаю, это действительно важно, Джоуи, – сказала ему мама тем тоном, который она использовала, когда выпытывала что–то у нас, когда мы были детьми.

Мы – это я и Гибси, потому что он был мне ближе всего к брату. – И я думаю, что ты тоже важен.

–Ты ошибаешься, – ответил Джоуи таким тихим голосом, что мне пришлось напрячься, чтобы расслышать его. Он уставился на кофейную чашку, стоявшую перед ним, стиснув челюсти, с выражением недоверия и настороженности на лице. –Так что просто сдавайся.

– Джоуи, – мягко сказала мама. – Ты проделал очень долгий путь, любимый. Может быть, пришло время дать отдых этим ногам и позволить кому–нибудь другому нести груз за тебя?– Тишина.

–Позволь мне помочь тебе.

Снова молчание.

–Позволь мне спасти тебя, Джоуи.

– Вы не можете, – выдавил он, тревожно хрустнув костяшками пальцев. – Больше нечего спасать, миссис Кавана. Так что, пожалуйста, просто Прекратите.

Прочистив горло, я бросил сумку с вещами у двери и вошел. –Ты выбываешь.

– Ага, – пробормотал Джоуи, не потрудившись поднять голову.

–О, любимый, ты дома.- Мама одарила меня улыбкой, но в ней чувствовалась озабоченность. –Как прошла тренировка?

Я уставился на нее, разинув рот. Черт, это было плохо. Она никогда не спрашивала о тренировках. – Великолепно, – осторожно ответил я. – Что происходит?

– Ты голоден, Джонни? – спросила мама, игнорируя мой вопрос и направляясь к плите.– Я приготовила ростбиф с перечным соусом.

Покачав головой, я подошел к островку и придвинул табурет. – Господи, – пробормотал я, заметив опухоль под правым глазом Джоуи. –Кормак хорошо тебя отделал.

–Да, и я хорошо тебя понял, – выпалил он в ответ, указывая на мою разбитую губу. –Извини за это.-Поморщившись, он добавил: –Плохие коммуникативные навыки.

Я пожал плечами. – Итак, что происходит сейчас?

– Я вляпался в небольшое дерьмо, Кав, – невозмутимо заявил Джоуи. –Именно это сейчас и происходит.

–Да, это я уже понял.- Опершись локтями о мраморную столешницу, я наклонился вперед и изучил его настороженное выражение лица. – Тебе предъявлено обвинение?

– Его ни в чем не обвинят, – уверенным тоном ответила за Джоуи мама. – Твой отец позаботился об этом.

Мои брови взлетели вверх. –Ты сорвался с крючка?

Джоуи пожал плечами с видом полной растерянности. –Очевидно.- Тогда он бросил на меня такой странный взгляд, и, клянусь, я успел увидеть ужас в его глазах, прежде чем ставни снова опустились, и он отвернулся. – По словам твоих родителей.

–Где твоя мама? – спросил я тогда, готовясь к ответной реакции, которая, как я знал, последует за подобным вопросом. – Она ездила за вами в участок?

Джоуи бросил на меня взгляд, который говорил: о чем, черт возьми, ты думаешь, придурок, и в этот момент я почувствовал, как волна сочувствия затопила мою грудь. –Она работает, – натянуто объяснил он. –Не смог дозвониться до ее телефона.

–Это был директор Туоми, – объявил папа, влетая на кухню с телефоном в руке.

–Школьный совет провел экстренное заседание сегодня вечером.

Я напрягся. –И что?

–И Белла не вернется в Томмен, чтобы закончить учебный год, – ответил папа.

Джоуи резко выдохнул. –Слава Христу за это.

– Ей разрешат сдать выпускной экзамен в одной из местных школ, но в Томмене ей не будут рады вернуться. Ее шкафчик был очищен, ее телефон конфискован, и все фотографии Шэннон, которые она сделала, были стерты, – объяснил папа, убирая телефон в карман. –Наташа О Салливан и Келли Данн были отстранены на неделю за их роль в инциденте – хотя, из–за заявлений Шэннон и после долгих обсуждений, правление приняло решение, что обе девушки вернутся в Томмен после их отстранения, и им будет разрешено сдают там экзамены.

–Это чушь собачья!– Мы с Джоуи одновременно зашипели, а затем повернулись и хмуро посмотрели друг на друга.

–Выбирайте свои сражения, парни, – ответил папа. –Это хороший результат.

Мама протянула папе чашку кофе, и он поцеловал ее в щеку, прежде чем снова обратить свое внимание на нас. –Уберите эмоции из уравнения и посмотрите на результат таким, каков он есть: победа.

– А Кормак? – сказал я, встретившись взглядом с отцом. – Как тебе удалось это провернуть? Ранее он был одержим идеей выдвинуть обвинения.

Папа подмигнул. –С большой долей убеждения.

–Ну и дерьмо. Я выдохнул, впечатленный. – Напомни мне никогда не идти против тебя.

–Это не все хорошие новости, – предупредил папа, обратив свой стальной взгляд голубых глаз на Джоуи. – Ты был исключен из местного колледжа Баллилаггин. Очевидно, ты получил последнее предупреждение после семи дисквалификаций только в этом году и бесчисленного множества других, начиная с твоей первой недели первого курса.– Папа потянул себя за галстук, ослабляя его.– Я сделал все, что мог, Джоуи, но они не сдвинулись с места. Совершение акта насилия в отношении другой школы в то время, когда вы носите форму BCS, противоречит их политике и карается немедленным отчислением.

Джоуи устало пожал плечами. –Все в порядке.

–Хорошо?– Я уставился на него, разинув рот. – Но ты же должен сдавать выпускной экзамен в следующем месяце?

– Не имеет значения, – пробормотал он.

–Имеет, – выпалил я в ответ. –Это действительно имеет гребаное значение.

–Я все равно никуда не собирался, – ответил он. –Так что мне все равно.

– Какого черта, Джоуи? – огрызнулся я. –Это важно.- Повернувшись к своему отцу, я спросил: –Ты можешь что–нибудь для него сделать?

Папа вздохнул. – У меня связаны руки, сынок. У Джоуи есть послужной список за насилие, по сравнению с которым Гибси выглядит святым. Они не желают вести переговоры о том, чтобы он вернулся в школу – даже для того, чтобы сдать экзамены–.

– А что насчет Томмена? – вмешалась мама.

–Томмен – это приватная школа, милый, – ответил папа.

– Значит, в другую государственной школе? - Я предложил.

–Не в этом районе, – ответил папа. – По крайней мере, ничего государственного.

– Тогда город?

–Ни одна школа не тронет меня десятифутовым шестом для баржи, – категорически заявил Джоуи. – Твой отец прав, Кавана. Мой послужной список шокирует, я никому не буду нужен, и в любом случае это не имеет значения, потому что мне все равно. Так что не трать зря время на разговоры об этом.

Я посмотрел на своего отца, который подтвердил это легким кивком.– Господи, – пробормотал я, уронив голову на руки. –Какая катастрофа.

– Могу я воспользоваться вашей ванной, пожалуйста? – спросил Джоуи, поднимаясь со стула и глядя на мою мать.

–Конечно, ты можешь, Джоуи, – ответила мама хриплым голосом. – Тебе не обязательно спрашивать, любимый.

Натянуто кивнув, он направился к двери в коридор, но замешкался на пороге. – Спасибо, – тихо сказал он, оглядываясь через плечо. –За все.

–Нет проблем, Джоуи, – ответил папа. – Помни, о чем мы говорили.

Предложение в силе, и у него нет срока годности.– Натянуто кивнув, Джоуи пробормотал: –Я подумаю об этом,- прежде чем исчезнуть в коридоре. Звук хлопнувшей входной двери разнесся по дому несколькими секундами позже.

– Не надо, – предупредил папа, останавливая маму, которая направилась к двери. – Просто оставь его в покое, Эдель.

–Кто будет заботиться о нем? – потребовала мама, резко поворачиваясь и свирепо глядя на моего отца. Ее глаза были полны непролитых слез, а голос был хриплым от волнения. – Ну? Его родная мать не смогла бы прийти в полицейский участок, чтобы проведать его, Джон, а его отец – психопат.– Ее плечи поникли, и она тяжело вздохнула. –В этом мальчике есть что–то особенное, но он заблудился, и если кто–нибудь не вмешается и не сделает что–нибудь, он никогда не найдет дорогу назад.

– Я слышу тебя, милая, правда слышу. Но по закону он совершеннолетний.

– Он ребенок, Джон, – выдавила мама, и в ее голосе прозвучало яростное желание защитить его. –Он сломленный маленький мальчик, запертый в теле взрослого мужчины, и он нуждается в нас.

– Эдель, я знаю…

–Их нельзя выбирать и смешивать, – продолжала разглагольствовать мама, не давая моему отцу возможности заговорить. –Ты не можешь выбирать то, что тебе нравится, а остальное оставлять в коробке. Их пять, и сломанные, погнутые или потерявшие форму, я хочу их все!

– Линчи? – спросил я. Осознание ударило меня прямо в грудь, и у меня отвисла челюсть. –Ты забираешь их?

– Я забираю их, – подтвердила мама с решительным блеском в глазах. –Всех .

–Господи, – пробормотал папа, проводя рукой по волосам в явном раздражении. –Я не знаю, как я выжил, живя в доме с двумя бульдозерами.

–Отличная еда и еще более потрясающий секс, вот как, – парировала мама, не сбиваясь с ритма.

Папа ухмыльнулся. –Это правда.

–Подожди, черт возьми,– выдавил я из себя. –Кто–нибудь, пожалуйста, объясните мне, что, черт возьми, здесь происходит.

– Не выражайся, – пожурила его мама.

– Если бы ты знала хотя бы половину того, что творится у меня в голове прямо сейчас, ты бы не отчитывала меня за то, что я произнес слово «черт», – прорычал я. –Кто–нибудь, начните говорить.

– Ты помнишь, когда мы жили в Дублине? – начал папа. – Маленькая девочка, которая прожила с нами восемнадцать месяцев?

Я уставился на него, разинув рот. – Нет. Какая маленькая девочка?

–Он был совсем маленьким, Джон, – объяснила мама, опускаясь на табурет рядом с папой. – Он бы не вспомнил Рейну.

–Кто?– Я уставился на них, разинув рот. –Кто, черт возьми, такая Рейна?– Я прищурил глаза. –Вы двое что–нибудь курили с Джоуи?

–Мы взяли на воспитание ребенка в Дублине, – объяснила мама. – Ее звали Рейна. Она была на год старше тебя, и ты был от нее без ума.

–Мне трудно в это поверить, учитывая, что я понятия не имею, о ком ты говоришь–, – пробормотал я себе под нос.

–Если ты начнешь слушать меня, а не свой собственный голос, тогда, может быть, ты начнешь понимать, – отрезала мама.

Тяжело вздохнув, я жестом велел ей продолжать.

–Рейна была у нас с двухлетнего возраста и незадолго до ее четвертого дня рождения, – вмешался папа. –Мы классифицировали ее как твою сестру, – добавил он. –Не было никакой разницы – по крайней мере, для нас.

– Что с ней случилось? – спросил я.

–Ее вернули ее биологическим родителям, – ответил мой отец, и мама шмыгнула носом. –Это было очень тяжело для твоей матери, – добавил он, обнимая маму одной рукой. –Итак, мы приняли решение больше не брать на воспитание детей. Для нас было слишком тяжело возвращать Рейну после того, как мы провели с ней столько времени.

–Мы считали ее своей дочерью, – прошептала мама. – Точно так же, как мы считаем тебя своим сыном.

– Точно так же, как ты считаешь меня своим сыном? Какого черта? - Я почесал затылок, пытаясь осмыслить все это. –Ты пытаешься сказать мне, что я приемный ребенок?

Папа запрокинул голову и рассмеялся. –Нет, Джонни, ты на сто процентов плод моих чресел.

– И мои яйца, – с ухмылкой предложила мама.

–Просто приготовление в лаборатории обошлось в небольшое состояние, – добавил он, все еще смеясь про себя.

–Стоит каждого пенни.- Мама подмигнула. –Наш маленький ребенок из пробирки.

Что за…

–Это чертовски ужасные вещи, которые ты мне говоришь, – выдавил я из себя, возмущенный. –Ты говоришь так, будто они приготовили меня в микроволновке и продали в подворотне!– Они оба рассмеялись, как будто мое скромное зарождение эмбриона было для них большой шуткой. – Знаешь что? Я раздраженно выдохнул. –Я думаю, меня усыновили.

–Главное, что мы пытаемся донести, Джонни–, – сказал папа, изо всех сил стараясь сохранить серьезное выражение лица и подавить смех, – –Это то, что у нас есть опыт работы с системой патронатного воспитания.

–И мы хотим взять Шэннон и ее братьев на воспитание, – прямо сказала мне мама. –Мы получили одобрение.- Схватив конверт со стойки, она сунула его мне.

–Это пришло только сегодня утром.

– Такт, детка, – простонал папа, уронив голову на руки. –В щекотливых ситуациях вам нужно проявлять немного больше такта.

– Ты хочешь взять Шэннон на воспитание? – спросил я, откровенно ошеломленный.

–Да, – ответила мама, не сбившись с ритма. –И Олли, Шон, Тадхг и Джоуи.

– Что… – я покачал головой, пытаясь разобраться в этом. –Когда ты это спланировала?

– В марте, – ответила мама.

–Нет, – уговаривал папа. –Мы обсуждали это в марте.

– Мы подали заявление в марте, – поправила мама. – На следующий день после того, как я нашла Шэннон и Джоуи в нашем доме.

– И ты мне ничего не сказала? – потребовал я. – Почему ты мне не сказала?

– Мы не хотели обнадеживать тебя. Это долгий процесс, и мы не были уверены, что нас одобрят, учитывая наш жизненный этап и нашу карьеру, – объяснил папа.

–Тебе сорок шесть и тебя сорок девять, – выпалил я в ответ.

–Мы также не хотели, чтобы ты рассказывал Шэннон, – добавил папа.

–Почему бы мне не рассказать Шэннон? – спросила я, вытаращив на него глаза.

–Потому что это деликатный вопрос, – ответил папа. – Есть процесс, которому мы должны следовать, сынок. Мы не можем просто вломиться в их дом и забрать их… – Он сделал паузу и задумчиво посмотрел на меня. –Ну, мы не можем, – подтвердил он, указывая на себя и маму.

Покраснев, я пожал плечами. –Я ни о чем не жалею.

–И поэтому тебе не следует, любимый, – согласилась мама, потянувшись через прилавок, чтобы погладить меня по руке. – Я бы на твоем месте поступила точно так же.

– Господи, Эдель, – пробормотал папа. – По крайней мере, дай мне шанс наставить парня на путь истинный.

–Ну, я бы так и сделала, – фыркнула она. –Это так просто, любимый.

Покачав головой, папа снова обратил свое внимание на меня. –У нас все в порядке, сынок, – сказал он. –Но мы не будем предпринимать никаких действий, пока ты не будешь на сто процентов согласен с этим.

– Когда ты говоришь «сделай шаг»? Я настороженно посмотрел на него. –Что ты планируешь?

–В этом доме серьезный случай халатности, – ответил папа. –Это вопиющее жестокое обращение с детьми, и твоя мать не желает закрывать на это глаза – и я тоже. Так что, если мне придется вести грязную игру, чтобы доказать это и вытащить этих детей из такого окружения, то это именно то, что я сделаю.

– Дерьмо, – пробормотал я. –Ты серьезно.

– Смертельно, – согласилась мама. –Они являются жертвами психологической травмы. Этим детям нужна семья. Им нужны здоровые опекуны и стабильная среда, где их потребности удовлетворяются без страха негативной реакции или эмоционального насилия. Им нужно дать возможность просто быть детьми. Их мать не может сделать это за них, и система не может обещать сохранить их всех вместе, но мы можем.

–Но, как я уже сказал, это и твое решение тоже, – вставил папа. –Мы ничего не будем делать без твоего благословения.

–Тебе не нужно мое благословение, – выдавил я хриплым от эмоций голосом.

–Я хочу ее – и я говорю не о сексе или прочем подростковом дерьме, о котором ты думаешь, ма, – поспешил добавить я. – Я хочу ее. Она нужна мне в безопасности.– Мама печально вздохнула. – Я знаю, Джонни, любимый…

–Нет, ты не знаешь, – хрипло сказал я. –Я люблю эту девушку. Как будто я действительно чертовски люблю ее, и я не могу смириться с тем, что она сейчас в этом доме. Я теряю сон, беспокоясь о ней.– Прерывисто вздохнув, я сказал:

–Сегодня мне позвонил Деннехи. Они приедут навестить меня в эту субботу. Скорее всего, к концу недели я буду знать, в деле я или нет.

– Что?– выпалила мама, широко раскрыв глаза. –О боже мой.

– Это потрясающая новость, Джонни. Папа просиял. – Я так горжусь тобой…

–Нет, это не так. Это не фантастическая новость, папа. Это ужасно, – выдавил я, расстроенный. –В течение нескольких месяцев я до смерти беспокоился о том, как я должен буду оставить ее, если мне позвонят, – хрипло признался я. –И теперь, когда это не за горами, меньше чем через чертов месяц, я знаю, что не могу этого сделать.

Папа нахмурился. – О чем ты говоришь, Джонни?

– Я говорю, что не могу оставить ее в этом доме, папа. Ни с этой женщиной, ни с ним, вынюхивающим что–то вокруг. Я не могу уйти, по крайней мере, на целый месяц, не зная, в безопасности она или нет, поэтому, если есть шанс, что я смогу вытащить ее из этого места, я им воспользуюсь.- Я посмотрел на своих родителей. –Спаси ее.- Глубоко сглотнув, я добавил: –Спаси их всех–.

Глаза мамы пылали жаром, когда она сказала: –Мы сделаем это, любимый.

–Я не могу не рассказать об этом Шэннон, – предупредил я своих родителей.– У нас нет секретов друг от друга.

–Мы и не ожидаем, что ты будешь что–то скрывать от Шэннон, сынок, – ответил папа.– Мы оба знаем, что ты безнадежный лжец.

–Кошка вылезла бы из мешка через час, – согласилась мама, улыбаясь моему отцу.

Я свирепо посмотрел на них. –Я не настолько плох.

Они оба ухмыльнулись мне в ответ.

–Я не такой, – защищался я. –Я прекрасно умею лгать.

– Плохо, – задумчиво произнесла мама.

–Ты как открытая книга, Джонни, – согласился папа со смешком. –И это хорошо быть таким.

–Нет, нет, нет, я много раз пускал тебе пыль в глаза своим приводящим устройством, – заспорил я. –И мои врачи, тренеры и половина Академии.

Мамины глаза сузились, и я понял, что прострелил себе ногу. –Да, это был плохой пример, – смущенно пробормотал я. Ты чертов придурок. – Забудьте,что я что–то сказал.

–Единственный, кому ты лгал в той ситуации, был ты сам, сынок, – парировал папа. –И единственный, кому ты причинил боль этой ложью, был ты сам.

Опустив плечи, я кивнул, признавая поражение. –Да, я знаю.

–Я хотел пригласить Шэннон на ужин этим вечером, чтобы мы могли поговорить с ней, – сказала мама, к счастью, уводя разговор в сторону от моих менее чем звездных пристрастий. –Мы хотели спросить ее, как бы она отнеслась к возможности переехать жить к нам.

Я не знал о Шэннон, но я знал, что чувствовал сам: гребаный экстаз.

–Но это будет медленный процесс, – сказал папа, который всегда был голосом разума в нашем доме. –Не теряйте здесь самообладания, ребята. Это не произойдет в одночасье, и они, возможно, не захотят быть с нами. Есть много юридических препятствий, через которые нам придется перепрыгнуть, прежде чем мы приблизимся к тому, чтобы пересечь этот мост, так что не теряйте головы.- Он бросил на маму понимающий взгляд. –И не будь бульдозером.

Глава 63.Иди спать

Шэннон

Когда моя мама пришла с работы пораньше и мы с Дарреном объяснили ей, что произошло в школе, она рухнула ничком на пол, плача и причитая. После нескольких минут наблюдения за тем, как мой брат пытался утешить ее, я просто обошла их обоих и поднялась в свою комнату.

Я поняла, что больше не могу с ней справляться. Терпение, к которому я раньше могла прибегнуть, быстро истощалось, и каждый раз, когда она плакала, мне просто хотелось кричать. Я знала, что это плохо, и это делало меня ужасным человеком, но я ничего не могла с собой поделать. Я едва могла больше выносить пребывание в одной комнате со своей матерью.

Патриция приехала домой чуть позже шести часов, и к тому времени Даррену удалось уговорить маму взять себя в руки. Она задала все свои вопросы, заполнила все свои записи, прищелкнула языком, щелкнула каблуками и вскоре ушла.

Оцепенев, я вернулась в свою комнату, сжимая в руках телефон и молясь о пощаде для моего брата. Ифа написала мне по меньшей мере тридцать раз за вечер, спрашивая о новостях, и каждый раз, когда я отвечала «пока ничего», маленькая частичка меня умирала. Когда пробило десять часов, тревога, которую я испытывала весь вечер, возросла до такой степени, что я не могла пошевелить ни единым мускулом.

Мистер Кавана сказал, что в десять часов.

Было уже почти одиннадцать, а я все еще сидела на своей кровати, смотрела, как тикают часы, и ждала, когда он вернется домой.

Звук поворачивающегося в замке ключа наполнил мои уши, и я вскочила с кровати. Достав свой телефон, я быстро набрала сообщение Ифе.

Ш: Он вернулся.

И: О Слава Богу… Я уже еду.

Бросив телефон на кровать, я на предельной скорости пересекла лестничную площадку и спустилась по лестнице. В тот момент, когда мой взгляд упал на Джоуи, закрывающего за собой входную дверь, меня захлестнула волна огромного облегчения. Переполненная эмоциями, я, спотыкаясь, спустилась на последние три ступеньки и обняла его. –Ты вернулся!– Я прижалась щекой к его спине и прерывисто выдохнула. – Слава богу.

– Все в порядке, Шэн, – пробормотал он слегка невнятно. Похлопав по руке, которой я обхватила его, он опустил голову, проскользнул мимо меня и направился на кухню.–Все хорошо.

– Подожди… – схватив его за руку, я потянула его назад. – Посмотри на меня.

Он этого не сделал.

Страх пробежал у меня по спине.

–Джоуи.- Я сильнее потянула его за руку. – Посмотри на меня.

Неохотно он сделал, как я просила, и мое сердце упало.

– Джо.- Крепче сжав его руку, я в отчаянии уставилась в его налитые кровью глаза.–Почему?

– Просто отстань от меня, Шэн, – проворчал Джоуи, отдергивая руку, чтобы провести по волосам. –Я в порядке.- Покачав головой, он повернулся и прошествовал на кухню, не обращая внимания на маму и Даррена, которые сидели за столом.

–Джоуи!– Мама резко втянула воздух. –О, слава богу.

– Мама, – саркастически протянул он. –Ты хорошо себя чувствуешь?– Даррен вскочил на ноги и сократил расстояние между ними, заключив нашего брата в крепкие объятия. Джоуи все это время оставался неподвижным, прижав руки к бокам, сжатые в кулаки, и не обнимал его в ответ.

Отстранившись, Даррен нахмурился.

– Что с тобой не так? Почему ты дрожишь?– Обхватив щеку одной рукой, Даррен осмотрел его глаза, прежде чем издать рычание. –Ради всего святого, Джоуи!– Разъяренный, он грубо оттолкнул его и принялся расхаживать по комнате. – Что, черт возьми, с тобой происходит?

– Что не так?– прохрипела мама.

– Что не так?– Даррен развернулся и уставился на нее. –Не так,то, что твой сын снова подсел на наркотики!

Глаза мамы расширились. –Ч–что?– Покачав головой, Джоуи подошел к холодильнику, достал свою обычную банку кока–колы и упаковку вареной ветчины для сэндвича, покорно игнорируя Даррена и маму.

–Это правда? – потребовала ответа мама, вскакивая на ноги. –Джоуи?

– Я не возвращаюсь к наркотикам, – проворчал Джоуи.

–Да, потому что ты никогда не отказывался от них с самого начала, не так ли? –потребовал ответа Даррен.

Джоуи закатил глаза. –Вы все слишком остро реагируете.

– Ты под кайфом, – выплюнул Даррен. – Снова.

– А ты мудак, – парировал Джоуи. – Снова.

– Что ты делаешь, Джоуи? – прошипела мама, направляясь к нему. Выхватив банку кока–колы у него из рук, она с грохотом поставила ее на стойку и покачала головой. –Зачем тебе снова вводить эту дрянь в свое тело?

–Ты из тех, кто умеет говорить, – выпалил он в ответ, невесело рассмеявшись. –Топишь себя в Прозаке и валиуме.

– Мне прописал это врач, – выдавила мама. – Только не головорезы с террасы.

– Хорошо, мам. – Он снова закатил глаза. –Как скажешь.

–Это Шейн Холланд?– Мама зарычала. – Он снова что–то вынюхивает?

– Господи Иисусе, какое тебе дело? – прошипел Джоуи. –Все отвалите от моей гребаной спины.

–Нет, я не отстану от тебя, – рявкнул Даррен. –Ты снова принимаешь наркотики, тебя исключили из школы, ты исключен из команды… – его слова оборвались, и он вскинул руки. –Ты разрушаешь свою жизнь!

–У меня нет своей жизни! – взревел Джоуи, роняя пакет с ветчиной, который пытался открыть. –У меня никогда не было своей жизни.

–Ну, жизнь это или нет, но если ты будешь продолжать в том же духе, то превратишься в него, – прорычал Даррен. –В конечном итоге ты станешь тем, кого ненавидишь больше всего на свете.

– Даррен, заткнись! Проглотив комок в горле, я бросилась к нему. –Джоуи, шшш, все в порядке.- Я наблюдала за его нисходящей спиралью и чувствовал себя более беспомощным, чем тогда, когда наш отец бродил по дому. – Не слушай его, ладно? Это неправда. С тобой все будет в порядке.

–Прекрати, блядь, так говорить, Шэннон!– выдавил он, покраснев. – Ничего не в порядке. Ничего!– В отчаянии проведя руками по волосам, он выдавил из себя еще один невеселый смешок. –Ты знаешь, я просидел в той камере несколько часов, думая, как это могло случиться со мной… – его голос сорвался, и он сделал дрожащий вдох, прежде чем продолжить. –Как я дошел до того, что стал таким, какой я есть,у меня все в голове перепуталось. Но потом я позвонил тебе, – добавил он, и его губы задрожали, когда он посмотрел маме в глаза. –Я позвонил тебе, чтобы ты пришла мне на помощь, а ты не взяла трубку.- Одинокая слеза скатилась по его щеке. – И тогда я понял. Я сказал себе, вот почему. Вот как я стал таким.- Шмыгая носом, он уставился на маму. –Потому что ты сломала меня!

Мама подавила рыдание. –Это неправда.- Покачав головой, она прошипела: – Возьми свои слова обратно.

–Ты заморочила мне голову хуже, чем он когда–либо делал, – прорычал Джоуи ей в лицо. – Он причинил мне боль, но ты разрушила меня. Он пустил в ход кулаки, но ты?– Джоуи постучал пальцем по виску. – Ты забралась ко мне в голову. Ты разрушила мой разум. Я больше не могу нормально работать, и это потому, что твой голос застрял у меня в голове. Звук твоего плача и мольбы помочь тебе – это все, что я слышу. Каждый раз, когда я закрываю глаза, ты рядом. В моей голове. Плачешь из-за меня. Умоляющая меня. Кричащая: – Спаси меня, Джоуи. Спаси меня. Но я никогда не смог бы спасти тебя, мама. Я не смог спасти тебя, потому что ты этого не хотела! Ты хотела, чтобы он был здесь! Ты хотела, чтобы все это произошло.

Мамина рука взметнулась так быстро, что у Джоуи не было шанса среагировать, прежде чем ее ладонь громко шлепнула его по щеке. – Не смей винить меня! – выдавила она из себя. –Я сделала все, что могла, для тебя, твоих братьев и сестры.

– Ты сделала для него все, что могла, – прошипел Джоуи. – Ты не можешь лгать мне, помнишь? Я вижу тебя насквозь.

Мама снова ударила его, на этот раз сильнее, на самом деле так сильно, что лицо Джоуи отвернулось в сторону от этого прикосновения.

–Мама!– Даррен поперхнулся. – Что ты делаешь? Не бей его.– Я застыла, едва дыша, в страшном ожидании.

Уходи, Джо, мысленно пожелал я ему. Просто уходи.

–И это я превращаюсь в него? – спросил Джоуи мертвенно–тихим голосом. –Я больше так не живу.- Покачав головой, он выбежал из кухни, перепрыгивая через три ступеньки за раз. –С меня хватит!

– Джоуи, прекрати…подожди–подожди!– Вскарабкавшись вслед за ним, я погналась за ним только для того, чтобы остановиться в дверях его спальни, когда увидела, как он бросает одежду в сумку. –Что ты делаешь?

–Я не могу здесь оставаться, – было все, что он ответил, его голос был едва громче прерывистого шепота, когда он выдвигал ящики и доставал из них случайные предметы одежды. Слезы стекали по его щекам, когда он наполнял сумку. – Мне жаль.– Крепко зажмурившись, он вздрогнул и продолжил собирать вещи. –Я взорвусь, если останусь в этом доме.

– Ты имеешь в виду, на ночь? – прохрипела я, дрожа. – Ты сходишь к Ифе и вернешься завтра, верно?

Он мне не ответил.

– Джоуи, пожалуйста…

– Прости, – выдавил он, бросая несколько пар носков поверх сумки, прежде чем застегнуть ее. –Я пытался, но я не могу этого сделать!

– Джоуи, пожалуйста! Отчаянно желая остановить его, я схватила его за рукав и заставила остановиться. – А как насчет меня?

– А как насчет меня? Он зарычал мне в лицо, зеленые глаза наполнились слезами. Громкое рыдание прорвалось сквозь него, и его голос надломился. – А как насчет меня, Шэннон? Закинув сумку на плечо, он шмыгнул носом и грубо вытер глаза тыльной стороной ладони, прежде чем протиснуться мимо меня. – А как насчет меня?

–Я люблю тебя! – хрипло воскликнула я. – Я так сильно люблю тебя, Джо.– Слезы затуманили мое зрение, и я грубо смахнула их. –Я забочусь о тебе. Ты важен для меня. Мы можем разобраться с этим, – всхлипнула я, запуская руку в его толстовку и притягивая его обратно к себе. –Мы можем пройти через это вместе.Тебе не нужно это делать

–Послушай.- Сделав ровный вдох, он крепко зажмурил глаза, и я увидела, как слезы скатились с его ресниц. – Мне нужно, чтобы ты позаботилась о себе, хорошо?Мне нужно, чтобы ты сделала это для меня. – Схватив меня за затылок, он шагнул вперед и запечатлел поцелуй на моем лбу. –Не завись ни от нее, ни от Даррена, ни от кого другого, потому что, в конце концов, мир тебя подведет. Они все тебя подведут.

–А ты?– Я задохнулась, слезы теперь свободно текли по моим щекам. –Это относится и к тебе?

– Особенно я, – выдавил он из себя, прежде чем протиснуться мимо меня и направиться к лестнице.

– Куда он направляется? – Голос Тадхга наполнил мои уши, и я резко обернулась, чтобы увидеть его и Олли, стоящих в дверях своей спальни. – Он что, покидает нас?

– Навсегда?– прошептал Олли, и глаза его заблестели от слез. –Но он не может пойти.

Вытерев глаза, я побежала к лестнице, отчаянно пытаясь помешать брату уйти.

–Джоуи, не уходи!

–Джоуи, подумай об этом, – говорил Даррен, когда я добралась до нижней ступеньки. Он стоял спиной к входной двери, преграждая Джоуи путь. –Не торопись уходить. Просто поспи над этим, и мы сможем поговорить об этом утром, когда у тебя будет ясная голова.

– Я не могу этого сделать, Даррен, – выдавил Джоуи. –Уйди с дороги.

–Джоуи, нет – поговори со мной.

– Уйди с дороги, Даррен, – повторил Джоуи, дрожа всем телом. –Сейчас.

Опустошенная, я бесцельно огляделась по сторонам и заметила маму на кухне.

Она сидела на своем стуле с сигаретой в руке. –Сделай что–нибудь, – умоляла я из коридора. – Мам, скажи что–нибудь. Пожалуйста. Остановите его!– Она смотрела прямо сквозь меня, как будто меня там вообще не было.

– Джоуи, не уходи, – взмолился Олли, сбегая вниз по лестнице. –Пожалуйста.

– Ты поклялся, – хрипло воскликнул Тадхг. –Ты, блядь, обещал, что не бросишь нас!

–О–ей–, – причитал Шон, спускаясь по ступенькам на своей заднице. –О–и–и!

Сильная дрожь прокатилась по телу Джоуи, и он опустил голову. –Мне так жаль.

– Останься, Джоуи, – прошептал Даррен. –Я не могу сделать это без тебя.

Запрокинув голову, он посмотрел на Даррена. – Тебе придется это сделать. – Оттолкнув его с дороги, он распахнул дверь. –Не подведи их.

В ту минуту, когда за Джоуи захлопнулась дверь, наши младшие братья начали кричать и причитать так громко, что я не могла расслышать, что говорил Даррен, пытаясь утешить и уговорить их вернуться наверх.

Охваченная паникой, я побежала к двери, отказываясь позволить этому случиться – отказываясь смотреть, как он уходит. Рывком распахнув дверь, я выбежала наружу только для того, чтобы споткнуться о собственные ноги, когда мой взгляд упал на Ифу. Ее машина была припаркована напротив нашего дома, и она была в пижаме, прислонившись к водительской дверце своей машины, преграждая Джоуи путь.

–Ты собирался уйти, не сказав мне? – хрипло спросила она, когда ее длинные светлые волосы развевались вокруг лица. –Я не стою даже гребаного «прощай»?– Джоуи выглядел сломленным, когда стоял перед ней с сумкой для снаряжения на плече и опущенной головой.

–Посмотри на меня!– закричала она. –Черт возьми, Джоуи Линч, тебе лучше посмотреть на меня!

– Ифа, пожалуйста, – прошептал он, качая головой. –Просто отпусти меня.

–Я не могу,– воскликнула она, шмыгая носом. –Я не буду!

–Мне нечего тебе дать!– прорычал он прерывисто. – Я тебе не подхожу.Почему ты не можешь вбить это себе в голову?

– Мне плевать на все это, Джоуи, – выдавила она, обвивая руками его талию и прижимаясь к нему. –Я хочу только тебя.

–С меня хватит, Ифа.- Покачав головой, он поднял руки вверх. –Мне надоело тащить тебя за собой на дно.

–Пожалуйста…

–Я не могу.- Всхлипнув, он убрал ее руки от своего тела. – Мне так жаль, – прошептал он, обходя ее.

–Не уходи, – закричала она ему вслед. – Пожалуйста. Пожалуйста, не уходи.Джоуи! Джоуи! Я люблю тебя!

– Я знаю, – выдавил он, не оглядываясь, и пошел прочь. –И это нехорошо для тебя – любить меня.

– Джоуи, ты мне нужен…

– Нет, ты этого не делаешь. Ты должна отпустить меня, Ифа, – прорычал он.

–Это то, что тебе нужно сделать.

–А как насчет…

– Просто иди домой и не возвращайся сюда. Сделай себе одолжение и забудь обо мне!

Я в ужасе наблюдала, как ноги Ифа подкосились под ней. С глухим стуком рухнув на землю, она запустила руки в волосы и закричала. –Вернись!– Онемев до костей, я поспешила опуститься рядом с ней на колени. – Мне жаль.– Обхватив ее руками за плечи, я крепко прижала ее к себе. –Мне так жаль.

Она уткнулась лицом мне в шею и зарыдала сильно и безобразно, дрожа так сильно, что я испугалась, что у нее сейчас начнется припадок. –Заставь его вернуться, – взмолилась она, обхватив руками живот. – Пожалуйста! Он мне нужен.

Мне тоже…

– Шшш. – Откинув волосы с ее лица, я крепко обняла ее, снова и снова шепча ей на ухо: –Все в порядке.

Но я была лжецом.

Потому что, когда мой брат исчез из виду, я поняла, что больше никогда ничего не будет хорошо.

–Я собираюсь пойти поискать его, – тихо сказал Даррен, и я даже не поняла, что он вышел на улицу. С ключами от машины в руке он обогнул садовую ограду и подошел к своему Вольво. – Тебе следует зайти внутрь, Шэн. – Он открыл водительскую дверь, прежде чем добавить: – И тебе следует вернуться домой, Ифа.

– Пожалуйста, найди его, Даррен, – выдавила я.

–Я так и сделаю, – ответил он, прежде чем забраться в свою машину и закрыть дверцу.

Шмыгая носом, Ифа медленно поднялась на ноги. Я наблюдала, как она отряхивает пыль со спины своих пушистых желтых пижамных штанов жесткими, роботизированными движениями.

– А теперь я пойду, – сказала она глухим голосом. – Прощай, Шэннон.

– Прощай,Ифа.

Не сказав больше ни слова, она забралась в свою старую, потрепанную Опал Корсу и уехала.

Я подождала, пока Даррен отъедет от дома на своем Вольво, прежде чем уронить голову на руки, прямо там, на земле, и позволить себе расплакаться. Я плакала сильно и безобразно, не в силах больше сдерживаться ни секундой.

Я плакала из–за своего разрушенного дома, из–за своей испорченной семьи, из– за своих младших братьев, но больше всего я плакала из–за Джоуи, из–за того, что он саморазрушил и взорвал единственное хорошее, что было у него в жизни.

Некоторое время спустя я услышала вдалеке шум автомобильного двигателя, который приближался, яркие фары освещали темную улицу. Когда он припарковался возле дома, я не смогла остановить искру надежды, вспыхнувшую внутри меня.

Шмыгнув носом, я вытерла щеки руками и встала. –Джоуи? – крикнула я, пытаясь разглядеть, кто находится за тонированными стеклами. –Это ты?– Водительская дверь открылась, и он вышел, светловолосый и улыбающийся.

Только это были не светлые волосы Джоуи и не его улыбка.

Нет…

–Привет, Шэннон.

Воздух с болезненным свистом вырвался из моих легких, и я осела, чувствуя, как мое сердце замирает в груди, прежде чем снова забиться с сильным стуком. –Н– нет.-Покачав головой, я отшатнулась назад только для того, чтобы потерять равновесие и рухнуть на землю кучей. –Ты н–не должен б–быть здесь.

Папа вышел в сад и направился ко мне. – Я здесь живу, помнишь?

Страх взорвался в моей груди, парализовав мои конечности и приковав меня к месту.

– Давай. – Остановившись передо мной, он взглянул на меня сверху вниз налитыми кровью глазами, покачиваясь всем телом, и улыбнулся. –Дай мне свою руку, – сказал он, протягивая мне свою. – Тебе следовало бы быть в постели. Запах виски обрушился на мои чувства подобно приливной волне, принеся с собой цунами боли и воспоминаний. – Я помогу тебе лечь в постель.

Он вернулся, чтобы прикончить тебя.

Тебе следовало держать рот на замке.

Убирайся сейчас же, Шэннон!

Приступив к действию, я приподнялась на четвереньки и наполовину пополз, наполовину спотыкаясь, к входной двери, а мое сердце колотилось так сильно, что становилось больно. –Помогите! – закричала я, хватаясь рукой за дверную ручку и падая в прихожую на четвереньки. –Мама!– закричала я, хватая ртом воздух, когда по моей коже поползли мурашки от знакомого чувства страха. –Мамуля!

– Что?– Мама выбежала из кухни, но остановилась как вкопанная, увидев, кто стоит в дверном проеме позади меня. – О боже мой.- Она прижала руку к груди и отшатнулась назад.

–Привет, Мэри.

–Мама.- Сильно дрожа, я проползла по полу на четвереньках и уцепилась за ее ногу. –Мама!

– Тедди, – прохрипела мама, дрожа так же сильно, как и я. –Тебе нельзя здесь находиться.

Он поднял руки вверх. – Я только хочу поговорить с тобой. – Он сделал еще один шаг внутрь дома, слегка покачиваясь на ногах. –Я больше не собираюсь причинять тебе боль, дорогая.

Он лжет.

Я покачала головой. –Мам, нет, не слушай!

–Тебе нужно идти, – выдохнула мама, отступая назад и увлекая меня за собой.

–Тебе нужно сейчас же уйти.

– Мэри, – сказал он своим вкрадчивым голосом, невнятно выговаривая слова. – Мы –семья.- Он закрыл за собой дверь и повернул замок. –Нам нужно быть вместе.

–Нет.- Мама покачала головой. –Нет, нет, тебе нужно идти сейчас.

– Дети уже в постели? – спросил он, игнорируя ее мольбы, и сунул ключ от дома в карман. –Это хорошо.- Он сделал еще один шаг по направлению к нам. –Будет лучше, если они останутся спать.

–Тедди…– Голос мамы дрогнул. – Пожалуйста, не надо…

–Все в порядке, Мэри, – уговаривал папа. –Мы снова будем все вместе.

Это плохо, Шэннон.

Это действительно плохо.

Тебе нужно убираться отсюда.

Иди, беги… Отпустив мамину ногу, я бросилась к лестнице, напрягая каждый дюйм своего тела в страшном ожидании.

–Хорошая девочка, Шэннон, я не собираюсь причинять тебе боль, – невнятно пробормотал папа. – А теперь иди в постель и закрой глаза. Утром все будет лучше.

Решив сбежать, а не оставаться здесь и ждать, пока он передумает, я, спотыкаясь, поднялась по лестнице так быстро, как только могли нести меня ноги.

– Что происходит? – потребовал ответа Тадхг, выглядывая из своей спальни. –Шэн…

– Запри свои двери, – выдавила я из себя. –Он вернулся.

Глаза Тадхг расширились от страха. – Ч–что?

–Запри свою гребаную дверь, Тадхг!– Я закричала. –Это не шутка.

Он вбежал обратно в свою комнату и запер дверь на засов.

Тяжело дыша, я вбежала в свою спальню и захлопнула дверь. Щелкнув замком, я дико огляделась, когда паника скрутила мои внутренности. С включившимся инстинктом самосохранения я бросилась к своему комоду и толкнула его изо всех сил, пока он не заблокировал дверь. Все еще пребывая в бешенстве, я подтащила к себе и свой прикроватный шкафчик.

Там был его голос.

Я могла это слышать.

Я могла слышать ее.

Они не кричали и не вопияли по–настоящему.

Они разговаривали.

Почему они разговаривали?

Вертясь на месте, я пыталась отдышаться, но это давалось мне нелегко. Нырнув в свою кровать, я скользнула под одеяло и грубо натянула его на голову. Затем что– то с грохотом упало на пол, и я напряглась.

Мой телефон.

Дрожа, я сбросила одеяло и подобрала его с пола. Я даже не думала о том, что делаю, когда набирала номер. Это было похоже на то, что я двигалась инстинктивно.

Нажав кнопку вызова, я приложила телефон к уху и затаила дыхание.

– Гибс, – раздался в трубке сонный голос Джонни, принеся с собой цунами облегчения.–Если это не срочно, я собираюсь свернуть твою шею.

–П–привет, Джонни.

–Шэннон?– Теперь его голос звучал мягче. – Ты в порядке?- Я покачала головой и вскочила на ноги, не в силах усидеть на месте. – Нет.

– Что не так?– В его голосе звучало беспокойство. – Что происходит?

Я не могла говорить.

Я не могла произнести это вслух.

– Поговори со мной, Шэн, – уговаривал он. –Хмм?

– Он здесь, – выдавила я. –Он внизу, и мне страшно.

– Что ты имеешь в виду?

– Мой папа, – выдавил я из себя. – Он в доме, Джонни.

–Ты можешь выбраться? – потребовал он.

– Нет. – Я покачала головой и подавила рыдание. – Он на кухне. Я не могу вернуться туда.

–Я уже в пути, – ответил он без колебаний. –Я выхожу прямо сейчас.

– Прости, – прошептала я, опускаясь обратно на кровать.

–Не извиняйся, – сказал он мне. – Ты в безопасности? Ты у себя в комнате?

– Да.- Я кивнула. –Моя дверь заперта.

–Я сейчас в своей машине, Шэн, – сказал он. – Я приеду так быстро, как только смогу.

– Они не кричат, – выдавил я из себя. – Почему они не кричат?

– Я не знаю, детка, – прорычал он. –Но я иду.

–Что–то не так, – выпалила я. – Сегодня вечером он другой. Я не знаю, что происходит, Джонни, но что–то очень не так. Я чувствую это нутром.

–Я собираюсь вытащить тебя оттуда, – поклялся он. – Я обещаю. Я собираюсь вытащить тебя из этой гребаной дыры, и ты никогда не вернешься обратно.

–Джонни, мне действительно страшно.

–Я знаю, – уговаривал он. –Я знаю, детка, но я иду.- Он тяжело вздохнул. – Шэннон, я люблю тебя.

–Я тоже люблю тебя, Джонни, – прошептала я, завершая разговор. Я знала, что было эгоистично звонить ему посреди ночи и вытаскивать из постели, но, честно говоря, я не могла вынести этого больше ни секунды. Я чувствовала, что был близок к краю чего–то, из чего не был уверена, что смогу вернуться.

Я боялась умереть в этом доме.

Я затаила дыхание, не осмеливаясь дышать слишком громко, прислушиваясь к мертвенно–спокойному звуку голоса моего отца.

Почему он не кричал?

Почему она не кричала?

О боже, я больше не могла этого делать.

Я не могла находиться в этом доме.

Мне нужен был выход.

Я отсчитала тридцать три минуты, которые, как я знала, потребовались, чтобы добраться от его дома до моего, и когда он не появился в назначенное время, паника внутри меня превратилась в чудовищных размеров узел страха, сжимающий мои легкие и затрудняющий дыхание.

Встревоженная, я провела руками по волосам по меньшей мере дюжину раз, прежде чем сдаться и заплести их в косу, спускающуюся по правому плечу.

Шаги на лестнице наполнили мои уши, и я вздрогнула.

Поторопись.

Пожалуйста, поторопись.

Надев кроссовки, я прислонилась к окну своей спальни, затаив дыхание, и уставилась на улицу.

Чем больше проходило времени и чем громче становился шум внизу, тем больше я становился параноиком.

К тому времени, как знакомые фары выехали на улицу, мое дыхание стало заметно неровным.

С другой стороны двери раздался стук, и мое тело инстинктивно охватил ужас.

–Ты в постели, Шэннон?– раздался голос моего отца с другой стороны двери.

Мои глаза были дикими и испуганными, когда я перевела взгляд с двери на окно.

–Да, – удалось мне выдавить из себя, хотя было трудно дышать от охватившей меня паники.

–Хорошая девочка, – крикнул он в ответ, и звук чего–то, упавшего на пол за моей дверью, наполнил мои уши. – А теперь иди спать, Шэннон. Из–под двери моей спальни донесся запах алкоголя, и ужас сковал мою грудь когтями. –Все твои братья тоже спят, – добавил он. –Просто закрой глаза, и утром все будет лучше.

–Хорошо, – прохрипела я, дрожа с головы до ног, когда открыла окно своей спальни и забралась на карниз. –С–спокойной ночи, папа.

Глава

64.Вытащи их оттуда

Джонни

Резко проснувшись, я оставался совершенно неподвижным и прислушивался к шуму, который, как я был уверен, разбудил меня. Прошло несколько секунд, и знакомый вибрирующий звук наполнил мои уши. Повернувшись, я нащупал свой телефон и вытащил его из–под подушки. С затуманенными глазами, полусонный, я нажал кнопку Принять и приложил его к уху. – Гибс, если это не срочно, я собираюсь свернуть твою шею.

– П–привет, Джонни.

При звуке голоса Шэннон я мгновенно насторожился. – Шэннон? – Приподнявшись на локтях, я провел рукой по волосам и попытался моргнуть, чтобы проснуться. Повернувшись боком, я взглянул на будильник на прикроватной тумбочке. Он показывал 01:23. – Ты в порядке?

– Нет, – ее голос был таким тихим, что его едва было слышно.

– Что не так? – потребовал я. – Что происходит?- Звук сопения, донесшийся с другого конца провода, заставил меня сбросить с себя одеяло. – Поговори со мной, Шэн, – уговаривала я все еще хриплым ото сна голосом, пока шарила в темноте в поисках своей одежды. –Хмм?

– Он здесь, – выдавила она сдавленным от страха голосом. – Он внизу, и мне страшно.

– Что ты имеешь в виду?

– Мой папа, – выдавила она из себя. – Он в доме, Джонни.

Блядь.

–Ты можешь выбраться?

– Нет. Он на кухне. Я не могу вернуться туда.

Дерьмо. –Я уже еду, – ответил я, хватая ключи со стола и направляясь к двери.–Я выхожу прямо сейчас.

– Мне жаль.

–Не извиняйся.- Прогрохотав вниз по лестнице, я промчался по коридору. –Ты в безопасности?– Проскользнув через кухню, я промчалась через подсобное помещение и выскочила через заднюю дверь. –Ты в своей комнате?

Пожалуйста, скажи мне, что ты в своей комнате…

–Да, моя дверь заперта.

Слава Иисусу.

–Я сейчас в своей машине, Шэн, – сказала , отпирая свою машину и забираясь внутрь. Зажав телефон между ухом и плечом, я повернул ключ в замке зажигания и рванул с места, разбрызгивая гравий во все стороны. – Я приеду так быстро, как только смогу.

–Они не кричат, – сказала она мне, и ужас, который я услышал в ее голосе, был невыносимым. – Почему они не кричат?

–Я не знаю, детка, – выдавил я из себя. –Но я иду.

–Что–то не так, – сказала она тихим голосом. – Сегодня вечером он другой. Я не знаю, что происходит, Джонни, но что–то очень не так. Я чувствую это нутром.

–Я собираюсь вытащить тебя оттуда, – прошипел я, изо всех сил пытаясь обуздать свою ярость. – Я обещаю. Я собираюсь вытащить тебя из этой гребаной дыры, и ты никогда не вернешься обратно.

– Джонни, мне действительно страшно, – всхлипнула она.

– Я знаю.- Управляясь одной рукой, я другой перетянул ремень безопасности через грудь и защелкнул его на месте. –Я знаю, детка, но я еду,- Вцепившись в руль, я испытывал сильнейшее желание сказать ей, что люблю ее. Голос внутри моей головы кричал: – Сделай это сейчас, потому что другого шанса у тебя может не представиться.

–Шэннон, я люблю тебя.

–Я тоже люблю тебя, Джонни, – прошептала она, и затем связь оборвалась.

–Блядь!– Хлопнув рукой по рулю, я гнал как ненормальный всю дорогу до ее дома.

Когда полчаса спустя я подъехал к дому Шэннон и вылез из машины, я не мог унять дрожь в руках. Совершенно взбешенный, я зашагал по заросшей садовой дорожке с твердым намерением вышибить эту гребаную дверь, чтобы вытащить свою девушку из этого дома.

–Джонни?– Голос Шэннон наполнил мои уши, и я отступил назад, остановив взгляд на окне ее спальни на втором этаже дома.

Иисус христос.

– Эй, эй, эй… – я поднял руки вверх, пульс участился. –Не слезай туда, детка, – предупредил я ее, с замиранием сердца наблюдая, как она забралась на подоконник и спустилась на дерьмовую веранду. Я знал, что это дерьмово, потому что чуть не свернул себе шею, взбираясь туда. Шэннон была одета в темно–синие пижамные шорты и жилетку, а на ее крошечных ножках были поношенные кроссовки. Без толстовки. Без пиджака. Ничего. – Просто заберись обратно, – уговаривал я, впадая в панику при виде ее там, наверху. – А я зайду внутрь и заберу тебя.

–Я не могу.- Она покачала головой и продолжила подтягиваться на заднице к краю веранды. –Он запер дверь.

–Брось мне свои ключи, – крикнул я в ответ. –Не спускайся сюда.

–Нет, нет, нет, ты не понимаешь,– прошептала она. – Он ведет себя действительно странно, Джонни, и я не хочу, чтобы он знал, что я ухожу. Просто поймай меня, ладно?

Ах,черт.

–Шэннон, ты навредишь себе, – выдавил я, теперь уже в режиме полномасштабной паники. – Ты не можешь спуститься оттуда, детка. Ты слишком маленькая.

–Не подходи к двери, Джонни, – взмолилась она, когда я двинулся, чтобы сделать именно это. – Пожалуйста! Просто… просто останови мое падение, хорошо?

Взбешенный, я подавил рычание и подошел к краю тропинки, чувствуя себя чертовски благодарным за то, что во мне почти 6 футов 4 дюйма. – Хорошо.– Потянувшись, я протянул к ней руки, молясь, чтобы у нее хватило ловкости не споткнуться и не сломать свою шею. –Аккуратно и медленно.

Она придвинулась к краю веранды, и я запаниковал. –Не прыгай, – предупредил я ее. – Просто опусти ноги вниз, и я возьму их.

К счастью, Шэннон послушалась меня и осторожно опустила ноги. –Хорошая работа. Схватив ее за ноги, я обхватил их одной рукой и поднял свободную, чтобы она взяла меня за нее. –Я держу тебя, – пообещал я. –Поверь мне…- У меня не было возможности закончить предложение, потому что Шэннон буквально бросилась ко мне.

Легко поймав ее, я обхватил ее рукой за спину и поставил на ноги. –Никогда больше так со мной не поступай, – выдавил я, тяжело дыша от того, что она чуть не довела меня до сердечного приступа. – Ты могла покончить с собой.

– Прости, – прошептала она, уткнувшись лицом мне в грудь. –Спасибо, что пришёл.

– Где Джоуи? – спросил я, ведя ее к своей машине.

–Он ушел, Джонни, – всхлипывала она. – Он ушел.

– А Даррен?

– Он пошел искать Джоуи, – всхлипнула она, опускаясь на пассажирское сиденье. –Все полетело к черту.

– Твоя мать там, с ним? – спросил я.

Она кивнула. – Я ничего не могла сделать. Он просто… он просто появился, а она стояла там. Я испугалась, поэтому убежала и оставила ее с ним.

– Хорошо, – сказал я ей, захлебываясь от облегчения, что у нее хватило здравого смысла убежать.

–Нет, нет, это не так, – слабо возразила она, в ее голосе звучало замешательство.–Это совсем не хорошо.- Покачав головой, она прижала пальцы к вискам и прерывисто выдохнула. –Он поднялся наверх, чтобы убедиться, что я сплю, и был очень мил.- Она посмотрела на меня широко раскрытыми от ужаса глазами. –Я не понимаю, что здесь происходит.

– Где мальчики? – спросил я.

– В своих комнатах.-Она уронила голову на руки и зарыдала. –Я запаниковала.Мне следовало взять их с собой в комнату, но я… я не могла ясно мыслить.

Иисус христос.

– Хорошо.-Стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, я вытащил телефон из кармана.– Я позвоню Гардам. Ему нельзя здесь находиться.Они арестуют его…

– Ч–что? Джонни, нет, нет, нет… – Качая головой, Шэннон бросилась к моему телефону. –Если ты позвонишь им, они заберут нас прямо сейчас, – выдавила она, запаниковав. –Меня отошлют прочь.- Слезы текли по ее щекам. –Я больше тебя не увижу.

–Нет, – попытался я уговорить его. – Никто тебя никуда не собирается забирать…

– Ты не понимаешь, – всхлипнула она. –Ты не знаешь, как это работает, но я знаю.

Я стоял там, чувствуя себя в полной гребаной растерянности. Что, черт возьми, я должен был делать? Я не мог просто так уйти от этого. – Шэннон, – попробовал я снова. – Я никому не позволю забрать тебя. Мои родители сказали, что они…

–Ты не понимаешь, – всхлипнула она, прерывая меня. –Если придут Гарды, они позвонят Патриции и социальным работникам.- Громкое рыдание сотрясло ее хрупкое тело. – Нас выгонят из дома, и ты не сможешь этому помешать. Никто.

– Ты не можешь так жить, детка, – выдавил я, чувствуя, как во мне закипает гнев. –Это должно прекратиться.

–Я знаю, – всхлипнула она. –Я просто не знаю, как это остановить.

Издав низкое рычание, я провел руками по волосам и оглянулась на дом. – Послушай, просто оставайся в машине, запри все двери и жди меня.

–Джонни…

– Просто оставайся здесь, – сказал я, стараясь, чтобы мой тон был мягким. – Мне нужно забрать мальчиков. Я не могу оставить их там с ним, ясно?

–Нет! – выскочив из машины, она вцепилась в мою футболку. – Он хочет, чтобы мы все были в постели. Если он увидит тебя, он поймет, что я звонила тебе – он поймет, что я не в постели – и я не знаю, что он сделает. – Она яростно покачала головой, крепко вцепившись пальцами в мою футболку. – Сейчас он спокоен, но если ты войдешь туда, он может причинить им вред. Он может причинить тебе боль! Ты не знаешь, на что он способен, Джонни. Ты этого не сделаешь!

Повсюду вокруг меня развевались красные флаги. –Я не позволю ему увидеть меня, – сказал я ей, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. – Я проберусь внутрь, приведу мальчиков, и меня не поймают. Я обещаю Но я не могу оставить их в этом доме, Шэннон.

Она выглядела измученной, наблюдая за мной с умоляющим выражением лица. – Тогда я пойду с тобой…

–Нет, – практически прошипел я, усаживая ее обратно на пассажирское сиденье, мое сердце бешено колотилось при мысли о том, что она приблизится к этому мужчине. –Просто оставайся в машине, детка, – приказал я, захлопывая дверцу прежде, чем она успела ответить, и поспешил обратно в дом.

Мои руки дрожали, когда я схватил мусорное ведро на колесиках и тихонько потащил его на веранду. Я ненавидел высоту, но не так сильно, как этот чертов дом. Забравшись на мусорное ведро, я взобрался на веранду, стараясь не думать о том, что я делаю, и молясь, чтобы у Шэннон хватило здравого смысла остаться в машине. Ухватившись за подоконник, я перелез через окно ее спальни, стараясь не шуметь. Ошеломляющий запах виски был первым, что поразило мои чувства, когда я быстро передвинул мебель, которую она сложила у двери.

Пьяный ублюдок.

Каждый инстинкт внутри меня требовал, чтобы я спустился вниз и оторвал ему гребаную башку, но мой мозг был громче, крича мне, чтобы я убирал этих детей из этого дома и забирал отсюда Шэннон.

– Все хорошо, – мысленно повторял я, расчищая себе путь, – будь умным.

Ты не сможешь защитить ее, если будешь сидеть в тюремной камере, Джонни.

Сохраняй свою чертову голову.

Они и так через многое прошли.

Убери их отсюда!

Сердце бешено колотилось в моей груди, я отпер дверь ее спальни и медленно потянул ее внутрь, вздрогнув, когда она скрипнула. Тишина в доме была жуткой, а приглушенные голоса, доносившиеся из кухни, выводили меня из себя. Шэннон была права. Что–то было очень неправильное в этой картине. Перешагнув через лужу бог знает чего, я прокралась на лестничную площадку только для того, чтобы застыть в ужасе, когда мой взгляд упал на Шона, который ковылял вниз по ступенькам на четвереньках.

Повинуясь полному импульсу, движимая своим внутренним чутьем, которое кричало об опасности, я прошептала его имя: –Шон.

Он остановился на повороте лестницы и посмотрел на меня снизу вверх широко раскрытыми от страха глазами, и, клянусь богом, мое сердце разорвалось в груди.

Улыбаясь так лучезарно, как только мог, я помахал ему рукой и жестом пригласил вернуться ко мне. Ужас не мог скрыть чувства, охватившего меня, когда я увидела, как мокрое пятно расползается по промежности его пижамных штанов от Боба Строителя, когда он послушно заковылял обратно ко мне по лестнице. Если посмотреть на это, то он весь был мокрый.

Иисус христос…

Когда он вернулся на лестничную площадку, он просто уставился на меня снизу вверх, с мокрыми волосами, сжимая в руках потрепанного плюшевого мишку, с широко раскрытыми глазами и разбитым видом, посасывая три крошечных пальчика.

– Привет, Шон, – прошептал я, присаживаясь на корточки, чтобы быть на одном уровне с ним, и чуть не поперхнулся, когда до меня донесся запах виски. – Ты помнишь меня?-спросил я его, и глаза у меня заслезились от вони. –Я Джонни.

Он посмотрел на меня своими большими, одинокими глазами и медленно кивнул.

–Ты не хочешь снова покататься со мной?– спросил я, отчаянно желая вытащить его к чертовой матери из этой адской дыры. –Это звучит забавно?– Безмолвный, как призрак, он снова кивнул.

–Хороший мальчик, я заберу тебя, хорошо? – уговаривал я, медленно протягивая к нему руки. – Я не собираюсь причинять тебе боль. Я хороший друг, помнишь? У меня есть эта быстрая машина и чертова тонна сладостей для тебя, – я медленно поднял его на руки, как будто он был бомбой, которая могла взорваться в любую минуту. Господи, он промок насквозь. –Хорошая работа, приятель, – уговаривал я, когда он не сопротивлялся мне. – Сейчас я отведу тебя к твоей сестре, хорошо?

–О–ей.

Я замер, ошеломленный тем, что он заговорил в первый раз. –Хм, Шон? – прошептал я, чувствуя, как сердце замирает у меня во рту. –Что ты сказал?

–О–он ушел, – прошептал он, касаясь моего лица своими слюнявыми пальцами.

–Я знаю, приятель, но он скоро вернется.- Переложив его на бедро, я переходил от двери к двери, проверяя каждую комнату на наличие мальчиков. – Я собираюсь привести тебе кое–какую помощь. Я отвезу тебя обратно в свой дом, где не будет злых криков, и ты сможешь принять ванну. Большая ванна с пеной, утками и всем прочим.–Мы смоем с тебя эту грязную выпивку.

–Папочка плохой, – прошептал он, поглаживая мой подбородок своими пухлыми пальцами.

– Я знаю, приятель, – выдавил я из себя. –Но я не сделаю этого с тобой.

– Папочка, ой, – прошептал он. –Ой, ой, папочка.

Держи себя в руках, Кав.

Не теряйся, когда держишь на руках малыша.

– Тебе нравится Боб–строитель? – спросил я, отвлекая нас обоих от вполне реального факта, что я собирался совершить похищение. Снова. – Я тоже. Я люблю Боба. Боб чертовски лучший…

–Отвали! – раздался знакомый голос из–за запертой двери в конце коридора, когда я подергал ручку. –У меня есть ножэ

– Тадхг, – прошептал я. –Все в порядке. Открой дверь.

– Кто там? – спросил я.

–Джонни, – сказал я им. – Не бойтесь, ребята. Я собираюсь вытащить вас отсюда.

– Я хочу уйти, – сказал Олли из–за двери.

– Заткнись, Олли, – прошипел Тадхг. –Мы не знаем наверняка, он ли это.

–Это он, – выдавил Олли. –У него забавный голос, Тадхг.

–Это я, – уговаривал я, стараясь набраться терпения, хотя все, что я хотел сделать, это вышибить дверь и вытащить их отсюда. – Я здесь, чтобы вытащить вас отсюда, ребята, но мне нужно, чтобы вы вели себя как можно тише. Вы можете это сделать? Просто не издавать никакого шума.– Я прождал добрых полторы минуты, прежде чем раздался щелчок и дверь спальни приоткрылась ровно настолько, чтобы высунулись две белокурые головки.

–Как ты здесь оказался?– прошептал Тадхг, недоверчиво глядя на меня.

–Шэннон позвонила мне, – спокойно ответил я. –Я знаю, что он внизу, на кухне, с вашей мамой, и я здесь, чтобы вытащить вас, ребята.

–Можно мне пойти?– спросил Олли, глядя на меня с надеждой.

–Конечно, – выдавил я сдавленным от волнения голосом. –Я здесь ради всех вас.

–Олли!– Тадхг прошептал. –А как же мама?

–Мне все равно, – крикнул Олли, толкая дверь и выскальзывая на лестничную площадку. –Я не хочу здесь находиться.

–А как же моя мама?– спросил Тадхг, настороженно глядя на меня, как будто взвешивая свои варианты. – А она тоже может прийти?

–Если она захочет, – заставил я себя сказать. –Но я должен вытащить тебя так, чтобы твой отец не увидел нас первыми, хорошо? Тогда я вернусь за ней, – добавил я, пытаясь найти способ выманить его из этой комнаты. –Я отвезу тебя к себе, а потом, обещаю, вернусь и заберу твою маму.

Его ноздри раздулись. – Действительно?

Я кивнул. –Действительно.

Мгновение он внимательно изучал меня. – А твоя мама там будет?

–Да, – спокойно ответил я, облегченно вздохнув, когда он ослабил хватку на двери.

– Она снова угостит нас мороженым?

–Определенно.

Он оглянулся на свою комнату и вздохнул, прежде чем снова повернуться ко мне лицом. – Хорошо.

– Хорошо.– Я вздохнул с облегчением и жестом пригласил их следовать за мной в комнату Шэннон. –Послушай, дверь внизу заперта, так что нам придется вылезать в окно.

Мое сердце колотилось так сильно, что я боялся, что малыш у меня на руках это почувствует. На самом деле, я был уверен, что он сможет, потому что Шон прижал свою маленькую ручку к моей груди и прошептал: –Бах, бах.

–Мы не можем вылезти в окно, – тихо сказал Олли, когда я высунулась из окна с Шоном на руках. – Ты его уронишь. И мне страшно.

–Все в порядке, – выпалил я, зная, что не было безопасного способа вытащить трех маленьких мальчиков из окна двухэтажного дома, не убив их. –Мы придумаем что–нибудь еще.

–Как мы собираемся выбираться?– спросил Тадхг, в голосе его звучала паника. –Мы застряли?

–Мы застряли, – рыдал Олли. –Папа внизу, и он убьет нас, если увидит тебя.

Всхлипнув, он добавил: –Он сказал, что мы все должны были идти спать, а мы не спим!

– Что–то не так, Джонни, – выдавил из себя Тадхг. – У нас неприятности, не так ли?

–Нет, нет, это не так, – заверил я его, сердце бешено колотилось. – Я обещаю, я вытащу вас отсюда, ребята. Ваш отец нас не увидит. Все будет хорошо.

Обшаривая глазами крошечную спальню, я сказал: –Нам просто нужно найти ключи от дома Шэннон.

– Она хранит их в своем пальто, – выдавил Олли, которого теперь заметно трясло. – Она всегда вешает его на перила внизу.

Кивнув, я отчаянно попытался обуздать свои эмоции, переложил Шона на другое бедро и протянула руку Олли. Он охотно обхватил меня руками за талию мертвой хваткой.

–Не бойся, – прошептал я, пытаясь утешить его. –Мы собираемся прокрасться вниз так тихо, как только сможем, хорошо?– Посмотрев на Тадхга, я сказал: –Держи Олли за руку и держись прямо за мной.

– А что, если он нас увидит? – спросили они оба.

–Он не увидит, – прошептал я, давая еще одно обещание, которое, я не был уверен, смогу сдержать, когда двинулась к лестнице с Шоном, прижавшимся ко мне, как детеныш обезьянки. –Не издавай ни звука, – прошептал я. Босые и в пижамах, Тадхг и Олли кивнули и, не сказав ни слова, последовали за мной.

Спускаясь по деревянной лестнице, которая была скользкой и мокрой, я почувствовал сильнейший укол раскаяния в своем сердце из–за того, как приходилось жить этим детям. Когда мне было девять, я играл с покемонами и строил крепости. Когда мне было двенадцать, моей самой большой заботой было забить гол. Я не мог понять, что, должно быть, чувствуют эти мальчики.

–Хорошая работа, – прошептала я на ухо Шону. Чем дальше мы спускались по лестнице, тем сильнее он дрожал в моих объятиях. –Мы почти на месте.- Никогда в жизни я не был так рад увидеть пальто цвета хаки, как тогда, когда мой взгляд остановился на пальто Шэннон, лежащем на перилах. Соскользнув с мокрой нижней ступеньки, я сумел выпрямиться, прежде чем опрокинуться. Восстановив равновесие, я сунул руку в карман пальто Шэннон и чуть не заплакал от облегчения, когда мои пальцы сомкнулись на ее цепочке для ключей. Оглянувшись на Тадхга и Олли, которые стояли на нижней ступеньке, я одарил их, как я надеялся, ободряющей улыбкой. Оба мальчика вздохнули с облегчением, когда я помахал ключами у них перед носом.

–Так не должно быть, – услышал я плач матери Шэннон и замер, сердце заколотилось у меня в груди. Переведя взгляд на перепуганные лица Тадхга и Олли, я приложил палец к губам. –Ты знаешь, что я люблю тебя, – продолжила она низким и приглушенным голосом. – Мы можем разобраться с этим, Тедди, но не в том случае, если ты…

–Мэри, Мэри, Мэри, – невнятно бормотал их отец. –Это единственный способ.

Тихий всхлип вырвался из горла Шона, и я спрятал его лицо у себя на груди, молясь всему святому, чтобы оно помогло мне вытащить этих детей. –Шшш, – одними губами произнес я, укачивая его в своих объятиях. –Шшш.

–Не для них, – всхлипывала их мать. – Для нас – может быть, но не для них, Тедди.

–Они – это мы, – ответил он жутким тоном. –Они – это все мы.

–Пожалуйста, – продолжала она тихо всхлипывать. – Я люблю тебя, Тедди. Не делай этого. Я люблю тебя.

–Это единственный способ, – спокойно ответил он. – А теперь выпей со мной.

Это снимет остроту с него.– Подняв руку, когда Тадхг начал приближаться ко мне, я оглядел коридор, задаваясь вопросом, как, черт возьми, я собираюсь довести этих детей до двери так, чтобы их родители нас не увидели. Кухонная дверь была распахнута настежь, и им открывался прекрасный вид на входную дверь.

Заставляя себя дышать медленно, я прижался спиной к стене позади себя и придвинулся ближе к двери, жестом приглашая Олли и Тадхга медленно следовать за мной. Эта лестница была похожа на смертельную ловушку. Олли соскользнул с нижней ступеньки и бросился на меня. Обхватив меня руками за талию, он прижался ко мне крепче, чем Шон. – Тсс, – прошептал я, когда он икнул и тихонько всхлипнул. –Тсс, приятель.

Дрожа с головы до ног, Тадхг перекатился по полу с другой стороны от меня, уткнулся лицом мне в бок, и мое сердце распахнулось настежь. Я знал, что этот парень был гордым. Он был крутым для своих двенадцати лет. Видеть, как он вот так разваливается на части, было отрезвляюще.

Погладив рукой его белокурую голову, я осторожно двинулась к двери, а все трое буквально повисли на мне, опасаясь воды на полу и ни на секунду не сводя глаз с кухонного проема.

Когда я подошла к входной двери, мой взгляд упал на их отца, который сидел в кресле за кухонным столом спиной к двери. Несколько пустых бутылок из–под виски и водки стояли в ряд на столе перед ним, и я знал, что если он сейчас обернется, я убью его. Я приняла решение в ту минуту, когда услышала его жуткий голос, и, как ни странно, смирилась с этим. Если он поднимет руку на этих детей, я собираюсь похоронить этого человека.

Сосредоточившись на том, чтобы держать руку ровно, я вставила единственный ключ в замок и медленно повернула его обратно, поморщившись, когда он щелкнул.

Громкий кашель, донесшийся с кухни, заглушил шум, и я резко повернул голову назад, чтобы увидеть, что мать Шэннон смотрит прямо на меня.

Черт возьми.

Мое сердце остановилось в груди, и несколько ужасающих мгновений я ждал, что она сделает.

Она кивнула.

Я колебался.

Она снова кивнула.

Не сводя с нее глаз, я медленно нажал на ручку и распахнул дверь внутрь. Она снова громко кашлянула, заглушив скрип петель, когда я втолкнул Тадхг и Олли в маленькую щель в дверном проеме.

С Шоном на руках я повернулась спиной, чтобы уйти, но быстро повернулась лицом к ней, встревоженно замершей в дверном проеме.

–Иди, – одними губами произнесла она, глядя мне прямо в глаза. – А теперь иди.

– А как насчет вас? Я поймал себя на том, что отвечаю одними губами, чувствуя себя раздираемым противоречиями.

– Я выпью с тобой, – сказала миссис Линч спокойным тоном, не сводя с меня глаз.

– Выпьем на прощание.

– Хорошая девочка, – невнятно пробормотал ее муж, опустив плечи.

–Сначала я закрою эту дверь, – добавила она. –Мы не хотим их будить.

–Верно, – ответил он, кивая головой. –Будет лучше, если они проспят все это.

Встав, миссис Линч спокойно направилась к кухонной двери, на лице не было никаких эмоций, глаза смотрели прямо на меня. –Убери их, – медленно произнесла она одними губами. –Забери их отсюда.

Ошеломленный и сбитый с толку, я топтался у входной двери с ее ребенком на руках. –Пойдемьте со мной, – одними губами произнес я, призывая ее просто бежать.–Давайте.

Она покачала головой. – Нет.

– Почему?

– Просто уходи.

–Я не могу.

–Уходи сейчас же!

–Я вернусь за вами. Чувствуя себя в полной растерянности, я прерывисто выдохнул. –Я обещаю.

–Не возвращайся.- Она покачала головой. –Просто спаси моих детей.- Ее взгляд метнулся к Шону, который уткнулся лицом мне в шею, и одинокая слезинка скатилась по ее щеке. –Скажи им, что мне жаль, – одними губами произнесла она и закрыла кухонную дверь.

Молча пошатываясь и все еще сжимая в объятиях ее младшего ребенка, я выскользнул из дома, тихо закрыл за собой дверь и побежал к своей машине.

Глава 65.

Дерьмо.

Шэннон

Оцепеневшая до мозга костей, я сидела на пассажирском сиденье Ауди Джонни, его рука лежала на моей на рычаге переключения передач, а трое моих младших братьев – на заднем сиденье. Мальчики были босиком, в пижамах, и Джонни включил обогреватель на полную мощность, чтобы им было тепло.

– А как насчет этого, ребята? – спросил он, увеличивая громкость –Отпрыск, почему бы тебе не устроиться на работу.- С тех пор как мы покинули Элк–Террас, он проигрывал все откровенные песни, которые мог найти на микшированном диске Гибси. Чем больше ругательств и нецензурной лексики было в песне, тем чаще всхлипывания и сопение моих братьев переходили в смех. Джонни пытался отвлечь их, и это сработало. Распевая во всю глотку, он мотал головой, как сумасшедший, поощряя мальчиков ругаться и подпевать ему.

К тому времени, когда заиграла песня Эминема Just Lose It, и Джонни с энтузиазмом запел рэп, даже Шон хихикал. Его залитые слезами щеки растянулись в широкой улыбке, когда он с удивлением уставился на моего парня.

–Тебе следует заняться регби, – хихикнул Тадхг с заднего сиденья. –Ты ужасный рэпер, парень.

–Ты ужасный рэпер, парень, – Джонни изобразил пробковый акцент, заставив свой голос подняться на несколько октав. –По крайней мере, когда я говорю, у меня не звучит так, будто я пою.

–Нет, – усмехнулся Тадхг. –Потому что ты ни хрена не умеешь петь.

–Тадхг.- Я тяжело вздохнула.–Не надо ругаться.

–Он сказал, что мы можем, – возразил Тадхг, указывая на затылок Джонни.

–Это потому, что у него такой забавный голос, – засмеялся Олли. – Он говорит «дерьмо» вместо «говно».

– Олли, – отругала я его. –Не говори так.

–Но он говорит, – защищался Олли. – Скажи «дерьмо», Джонни. Покажи ей.

– Не надо, Джонни, – предупредил я.

– Дерьмо, – выпалил Шон с заднего сиденья, произнеся это слово кристально четко.

Олли и Тадхг взвыли от смеха.

– Вот дерьмо, – пробормотал Джонни, одарив меня робким взглядом.

– Дерьмо, – повторил Шон, хлопая в ладоши. –Дерьмо.

–Конечно, – простонала я. –Он это подхватил.

– Это бесплатный билет только на одну ночь, ребята, – объявил Джонни. –И тебе, возможно, захочется следить за своими «П» и «К» в присутствии взрослых.

–А как же мама? – спросил тогда Тадхг.

Мягкий, как мед, и не сбивающийся с ритма, Джонни сказал: –Я поговорил с твоей мамой перед уходом. Она сказала, что вам всем можно остаться у меня на ночь.

Глаза Олли расширились. – Да?

Джонни кивнул, и от меня не ускользнула дрожь в его руке, которую он осторожно попытался стряхнуть. Он лгал. –Все хорошо, ребята, – добавил он, въезжая в открытые ворота своей собственности. – Считайте это приключением.

– Я люблю приключения, – сказал Олли.

Когда мы приблизились к дому Джонни, в нем горели все лампы, отчего здание выглядело еще более впечатляюще, чем днем. Отчаянно стараясь сохранить в голове как можно больше пустоты, я сосчитала, а затем пересчитала восемнадцать окон на фасаде его дома, а затем задалась вопросом, сколько раз в месяц миссис Кавана отправляла в дом мойщиков окон. Они всегда были без разводов и сверкающе чистыми.

В тот момент, когда Джонни заглушил двигатель своей машины, входная дверь распахнулась внутрь, и на улицу выбежала его мать в халате, с широко раскрытыми глазами и безумным видом. –Куда ты ездил?– потребовала она, прижав руку к груди. –Я тебе звонила!

– Вот дерьмо, – пробормотал Джонни, отстегивая ремень безопасности. –Просто подожди здесь секунду – я пойду успокою ее.- Выбравшись из машины, он поспешил к матери и похлопал ее по спине, когда она обняла его. –Я в порядке, ма.Я оставил свой телефон в машине.

–Я не знала, что происходит, – выдавила она, прижимая к себе сына. –Я услышала визг шин и проверил твою комнату, но тебя там не было.- Покачав головой, она потянулась и обхватила его лицо ладонями. – Ты не можешь так поступить со мной, Джонни. Повернувшись обратно к дому, она закричала: –Джон, с ним все в порядке. Перезвони Садху, любовь моя. Скажи ей, чтобы она дала Джерарду знать, что он может прекратить поиски. Он дома.- Перегнувшись через сиденья, я нажал кнопку на двери Джонни, чтобы открыть окна, не желая, чтобы мои братья слышали, о чем идет речь.

–Почему Делли плачет?– прошептал Олли, перегибаясь между сиденьями, чтобы понаблюдать за суматохой.

–Потому что она беспокоилась о Джонни, – объяснила я, чувствуя, как у меня сжимается горло при виде этого зрелища. –Он ее сын.

–О чем она беспокоилась? – спросил он, обращая на меня свои карие глаза. – У него неприятности или что–то в этом роде?

–Нет, Олли, но сейчас середина ночи, и она, вероятно, испугалась за него.

– Потому что уже так поздно?

Я одарила его слабой улыбкой. –Именно так.

Олли оглянулся туда, где миссис Кавана все еще сжимала своего сына мертвой хваткой, прежде чем выдохнуть. Мистер Кавана присоединился к ним и держал Джонни за затылок, пока они разговаривали через голову его жены.

– Ого, – прошептал Олли. –Его мама и папа действительно любят его, да?

– Мама тоже любит нас, – прохрипела я, чувствуя необходимость успокоить своего младшего брата. – Никогда в этом не сомневайся.

Тадхг издал какой–то звук с заднего сиденья и пробормотал что–то неразборчивое себе под нос – что–то, что звучало ужасно похоже на «да, в твоих гребаных снах».

– Шон, тебе не холодно? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

Дрожа, мой младший брат кивнул.

–От него воняет, – раздраженно заметил Тадхг. –Он снова обоссался.

–И он воняет как папа, – добавил Олли, сморщив нос. – Это неприятный запах, Шэн.

–Подойди ко мне, Шон, – уговаривала я, протягивая к нему руки. –Я согрею тебя.

–Держись, – проворчал Тадхг, когда Шон попытался встать, все еще пристегнутый ремнем безопасности. – Сначала я должен освободить тебя, глупая гусыня.

– Дерьмо, – прошептал Шон, ожидая, когда Тадхг освободит его.

–Правильно, – хихикнул Тадхг, расстегивая ремень.

–Не поощряй его сквернословить, – предупредила я своих братьев, помогая Шону перебраться через сиденья и прижимая его к груди. – Ему всего три года.

Олли и Тадхг пожали плечами в ответ, прежде чем заняться тем, что открыли все отделения и нажали на все кнопки, которые смогли найти на заднем сиденье машины Джонни.

– О–ей, – прохрипел Шон, сильно дрожа, и обвил своими маленькими ручонками мою шею. –О–он ушла.

– Нет, – прошептала я, нежно укачивая его в своих объятиях. –Он вернется.

Мое сердце бешено колотилось в груди, кончики пальцев онемели и покалывало, когда я заставляла себя сохранять спокойствие. Я была смущена, напуган и пристыжен. Как бы нелепо это ни звучало, я не хотела, чтобы Джонни видел эту часть моей жизни, но теперь он видел все это; уродливую реальность, которой была моя семья. Мои причины, по которым я был таким, какой я был. Все мои проблемы… все они начались и закончились с тем человеком, которого я называла своим отцом.

Я не сводила глаз с его родителей, зная точный момент, когда Джонни объяснил, что произошло сегодня вечером, потому что миссис Кавана закрыла рот руками и уткнулась лицом в грудь мужа. Взгляд его отца метнулся к машине, и я увидела беспокойство в его глазах. Они разговаривали еще несколько минут приглушенными голосами, в то время как я сидела неподвижно, как статуя, чувствуя себя так, словно нахожусь на испытании, прежде чем Джонни трусцой вернулся к нам. Его мать двинулась следом за ним, но мистер Кавана проводил ее обратно в дом. Обойдя машину, Джонни открыл мою дверцу и улыбнулся мне сверху вниз. – Да ладно тебе, Шэн. Давай зайдем внутрь.– О, слава богу.

Я прерывисто выдохнула. –Они уверены?– Он кивнул и потянулся к Шону. –Давай, здоровяк.- Подняв моего младшего брата на руки, Джонни протянул мне руку. –Давайте–ка разогреем вас.- Взглянув на Олли и Тадхга, он сказал: –Давайте, ребята, моя мама достает для вас мороженое.

–Забей, – подбодрил его Тадхг, распахивая дверцу и выскакивая из машины, вбегая в дом впереди Олли, который кричал: –Подожди меня, Тадхг, - когда гнался за ним.

Дрожа с головы до ног, я вылезла из машины, чувствуя, что продрогла до костей, и посмотрела на своего парня. – Спасибо, – прохрипела я, стуча зубами, в то время как мое сердце отбивало ритм обожания к парню, стоящему передо мной. –За все.

–Я бы сделал для тебя все, что угодно, Шэннон, как река, – хрипло ответил Джонни, притягивая меня к себе. – Все, что угодно.

Я верила ему, но мне хотелось, чтобы ему не приходилось этого делать.