Глава

54.Бритвы из магазина все за цент

Шэннон

– Мы живем своей лучшей жизнью, девочки, – объявила Клэр, вываливая содержимое своих дневных покупок на кровать и ухмыляясь. – А теперь пришло время преображения.

– Нет, – проворчала Лиззи, плюхаясь на кровать с совершенно измученным видом. – Забудь об этом. Я больше ничего не собираюсь делать до конца вечера.

–О, да, это так, – прощебетала Клэр. –Мы меняем внешность, и это касается и тебя, ворчливые штаны.

–Клэр, – огрызнулась Лиззи. – Ты семь часов таскала нас по всему городу за покупками. Я очень устала.

В этом я отчасти согласна с Лиззи.

Опустившись на пол, я сняла кроссовки и потерла ступни. –Уже семь часов вечера, и я действительно устала.-И я хочу пойти повидаться с Джонни…

– Вот именно! Я не таскалась по всему Корк–Сити, покупая все это дерьмо только для того, чтобы оно пропало даром, – проворчала Клэр, постукивая ногой.

–Вы обе сделаете макияж, и вам обоим это понравится.

Тяжело вздохнув в знак поражения, я поднялась на ноги и кивнула. –Хорошо, я сделаю макияж.

–Ура, – взвизгнула Клэр, хлопая в ладоши. –Спасибо тебе, Шэннон.

– Перебежчик, – пробормотала Лиззи себе под нос.

–За это ты будешь первой, – возразила Клэр, дьявольски улыбаясь Лиззи. –И я начинаю с этой сросшейся брови.

– У нее нет сросшихся бровей, – усмехнулась я, перебирая кучу вкусностей на кровати.

– Да, у меня нет сросшихся бровей, Шэн, но она получит кулаком по лицу, если приблизится ко мне с пинцетом, – парировала Лиззи.

–Зачем нам нужны бритвы?– спросила я, беря упаковку бритв и банку пены для бритья.

–Потому что мы собираемся заняться садоводством, девочки, – беззаботно ответила Клэр. –Внизу.

–Приблизишься к моей вагине с бритвой, и я тебя зарежу, – предупредила Лиззи. –Я даже не шучу.

–Прекрасно, – возразила Клэр. –Ты такой зверь, что тебе понадобился бы целый пакет, чтобы приручить тебя.

Лиззи закатила глаза и показала Клэр средний палец.

– Да.- Я с опаской посмотрела на упаковку бритв. – Я не уверена, что это такая уж хорошая идея.

– Это ужасная идея, – вмешалась Лиззи. – Тебе все равно не следовало бы там бриться. Вот для чего нужна восковая эпиляция.

–Ну, я не могу позволить себе эпиляцию воском, – фыркнула Клэр. – Я не миллионер,Лиззи.

– Значит, ты собираешься изувечить себя бритвами из магазина «Фунт»?

–Они стоят два евро, – возразила Клэр.

– Из магазина «Фунт», – саркастически добавила Лиззи.

–Почему ты пытаешься все мне испортить? – потребовала ответа Клэр, свирепо глядя на Лиззи. –Это должен быть веселый, сближающий момент.

–Ты когда–нибудь брилась там раньше, Клэр? – спросила Лиззи.

Клэр нахмурилась. – Нет.

– Ну, если бы ты это сделала, то знала бы, что я не пытаюсь ничего тебе испортить, я пытаюсь спасти вас обоих от ожога от трения – протянула Лиззи. – Но как бы то ни было, давай прямо сейчас снимай с себя скальп. Только не беги ко мне, когда будешь расхаживать, как ковбой, страдающий запором.

– Что ж, я думаю, это отличная идея–. – подбодрила Клэр.

– Конечно, – поддразнила Лиззи. –Боже, ты такая невежественная.

–Не обращай на нее внимания, Шэн, – сказала Клэр, поворачиваясь спиной к Лиззи и одаривая меня лучезарной улыбкой. –Мы можем сделать это вместе.

–Я не буду делать этого с тобой, – рассмеялась я. –Это странно, Клэр.

–Я не имела в виду делать это, сидя бок о бок в ванне, – хихикнула она. –Мы будем дежурить по очереди.

– Что ж, если вы двое планируете весь вечер изображать Эдварда руки– ножницы в своих «Фанни», я ухожу домой, чтобы закончить свои мыльные оперы, – объявила Лиззи, поднимаясь с кровати и направляясь к двери. –Держи аптечку первой помощи под рукой, Шэн; она тебе понадобится, – добавила она, прежде чем неторопливо выйти из комнаты.

Мои глаза расширились. – Аптечка первой помощи?

Клэр закатила глаза. –Она лжет.

–О боже, я ничего не знаю об этом, – пробормотала я, чувствуя неуверенность.

–Давай, – уговаривала Клэр. –Живи опасно.

–Ты уверена?

– Почему нет?– Дьявольски ухмыльнувшись, она пожала плечами. –Я даже пойду первой.

Двадцать минут спустя Клэр, прихрамывая, вернулась в свою спальню с раскрасневшимися щеками и раздвинутыми ногами. – Ванная свободна, Шэн, – выпалила она, сунув мне в руки банку с пеной для бритья.

–О боже мой!– Я ахнула. – Ты в порядке?

–Все хорошо, – ответила она с гримасой, осторожно опускаясь на матрас. – Теперь твоя очередь.

–Клэр, я действительно ничего не знаю об этом–. Я подозрительно посмотрела на нее и на то, как она обмахивалась веером. –Ты выглядишь так, словно тебе больно.

–Шэннон, я сделала это для тебя!– Она прищурила глаза. –Теперь твоя очередь.

У меня отвисла челюсть. –Нет, ты этого не делала.

–Да, я это сделала, – обвинила она. – Я пытаюсь помочь тебе. Это был мой не очень тонкий способ сделать это.

–Как?– Я уставилась на нее, разинув рот. – Как, во имя всего святого, это мне поможет?

– С Джонни, – объяснила она. – Ты идешь к нему домой сегодня вечером, не так ли?

– Да.

–Вот именно!– ответила она. –Зачем мне нужно брить свою дворняжку? У меня нет парня.

– Дворняжка? – Я нахмурилась. – Ты называешь это дворняжкой?

–Дворняжка, киска, мне все равно, – ответила она, пренебрежительно махнув рукой вокруг. – Дело в том, что мне не нужно бриться. Никто не будет совать свое лицо в мои трусики.

– Ты обещала, что никому не расскажешь, – выдавила я, краснея.

– Да, – выпалила она в ответ. –Мы одни.

Я раздраженно выдохнула. –Ну, я думаю, ты мне лжешь.

Глаза Клэр расширились. – Извини?

–Ты меня слышала, – сказала я ей. –Я думаю, Гибси очень хорошо знаком с твоими трусиками.

–Тьфу!– Она схватилась рукой за грудь и в ужасе уставилась на меня. – Ты лжешь.

–Ты лжешь, – возразила я. –И ты используешь мою вагину как прикрытие для своих ночных выходок с парнем через дорогу.

– Нет.

–Я тебе не верю.

–Ну же, Шэн, – взмолилась она тогда. –Ты моя лучшая подруга. Ты не можешь оставить меня в этом одну.

Тьфу.

–Ладно.- Схватив одноразовые бритвы, я прокралась в ее ванную. – Но если что–то пойдет не так, я возлагаю ответственность на тебя.

– Удачи, – крикнула она мне вслед.

Научись говорить «нет», Шэннон.

В будущем просто говори «нет»!

***

–Мне нужно тебе кое–что сказать, – было первое, что сказал Джонни, когда открыл входную дверь и втащил меня в свой дом. Его волосы стояли дыбом, как будто он миллион раз проводил по ним пальцами, отчего он выглядел великолепно взъерошенным. Схватив меня за руку, он побежал по коридору, направляясь прямо к лестнице. – Все так плохо, Шэн, – выдавил он, таща меня вверх по лестнице. –Так чертовски плохо, детка.

– Хорошо, но сначала мне действительно нужно тебе кое–что показать, – выдавила я, морщась от дискомфорта, когда он двинулся на максимальной скорости, не останавливаясь, пока мы не оказались в его спальне и дверь за нами не закрылась.

– Все так плохо, Джонни, – захныкала я, снимая куртку. –Как самый худший вид зла на свете.

– О, у меня еще хуже, Шэн, – пробормотал он, расхаживая по комнате. – Поверь мне.Это безумно плохо.

– Ты можешь сначала просто взглянуть на мое? – взмолилась я, чувствуя себя близкой к приступу паники.

–Я украл твоих братьев, детка!– – выпалил он и затем застыл. – Извини, – выдавил он из себя. –Я люблю тебя.- Скривившись, как будто ему было физически больно, он добавил: –Пожалуйста, не бросай меня.

–Хм?– Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что он сказал, прежде чем мой рот открылся. – Что?

– Мне так жаль, – простонал он, ныряя на свою кровать. –Я не знаю, что на меня нашло, – добавил он, уткнувшись лицом в матрас. –Обычно я не занимаюсь этим дерьмом – для этого и существует Гибси.

– Мои братья? – Я нахмурилась. – Мои младшие братья?

Джонни поднял голову и медленно кивнул.

–Все они?

–Все они, – мрачно подтвердил он. –Но я снова вернул их.

Я покачала головой, чувствуя себя растерянной. – А моя мама знает?

– Нет, слава Иисусу, – пробормотал он. – Джоуи пришел и забрал их до того, как она заметила, что они пропали.

– Он был сумасшедшим?

– Нет. – Джонни нахмурился. – Скорее удивлен, чем зол.

– Подожди, подожди… – я подняла руку, чувствуя себя совершенно сбитой с толку. –Они должны были быть сегодня с бабушкой.

– Вот именно, – согласился Джонни, спрыгивая с кровати. – Так они сказали, но она была в постели, Шэн, и они все были предоставлены сами себе. Расхаживая взад–вперед, он продолжал объяснять, размахивая руками при движении. –Я разговаривал с тобой по телефону, а потом увидел ребенка в окне, и он просто смотрел прямо на меня, и я, черт возьми, не мог уйти. Он такой маленький, и у него такие большие щенячьи глаза. Так что я взял его, а потом и остальных на всякий случай – кстати, у старшего серьезные проблемы с отношением к себе. В любом случае, я сводил их в «Макдоналдс» и на игровую площадку – и я почти уверен, что перекормил их, – но потом Гибси сказал, что это выглядит так, будто я педофил, и я совсем перепугался из–за этого, поэтому я принес их домой и отдал своей маме. – Он прерывисто выдохнул, выражение виноватого лица. –Ты злишься на меня?

– Слишком много информации, Джонни, – пробормотала я, прижимая пальцы к вискам.

– Я знаю, – простонал он, проводя руками по волосам. –Ух.

– У тебя неприятности?

Он замолчал и хмуро посмотрел на меня. –Хм?

–У тебя неприятности? – повторила я, впадая в панику. – Ты уверен, что она не знает, что ты их взял?

–Нет, у меня нет неприятностей, – ответил он, настороженно наблюдая за мной. – Джоуи сказал, что они ни словом об этом не обмолвятся.

– О, слава богу, – выдавила я, хватаясь за грудь.

–Ты не злишься на меня? – спросил он осторожным тоном, придвигаясь ближе.

–Нет, я не злюсь.- Я знала, что должна воспользоваться моментом, чтобы обдумать все, что он мне только что сказал, или потребовать объяснений, почему мои братья не пошли с бабушкой, или почему моя мама была в постели, когда должна была присматривать за ними, но я, честно говоря, не могла сосредоточиться ни на чем, кроме огня в моих штанах. –Но мне действительно нужна твоя помощь.

В его глазах промелькнуло беспокойство. – Черт возьми, Шэн, в чем дело?

– Я собираюсь показать тебе, – выдавила я, взволнованная, сбрасывая кроссовки и расстегивая джинсы.

– Стой, стой, стой – остановись, – предупредил Джонни, протягивая руку. –Что ты делаешь?

Я не останавливалась.

Униженно вздохнув, я стянула джинсы вниз и закричала: –Спаси меня.

–Что, черт возьми, ты с собой сделала? – выдохнул Джонни, широко раскрыв глаза.

– Я побрилась, – выдавила я из себя.

Он уставился на меня, разинув рот. – Везде?

– Везде, – всхлипнула я, бесцельно размахивая руками. –Там повсюду была кровь!

– Да? – прохрипел Джонни, выглядя испуганным. –Господи Иисусе.

–У меня какая–то чувствительная кожная реакция? – спросила я, сбрасывая джинсы в режиме полной паники. –Там много царапин, Джонни.- Я посмотрела вниз и захныкала. –Помоги мне.

–Детка.- Он поднял руки вверх. –У меня есть член. Прямо сейчас я ничего не понимаю.

–Но это плохо, верно? – спросила я, чувствуя беспокойство. –Это действительно плохо? Это не должно так выглядеть, не так ли?Оно обжигает – как будто я в огне.

– Я не знаю, – выпалил он в ответ, повысив голос на несколько октав. – Откуда мне, по–твоему, знать?

–Потому что ты видел их больше, чем я,– воскликнула я. – Так что просто скажи мне прямо, Джонни. Это плохо?

– Ах, нет. Не совсем. Я имею в виду, что это…– Джонни нахмурился и потер рукой подбородок. –Все не так уж плохо?

–Не лги мне, – предупредила я его.

–Позволь мне получше рассмотреть, с чем мы здесь имеем дело…– Я в ужасе наблюдала, как Джонни присел на корточки, чтобы получше рассмотреть, прежде чем выпрямиться во весь рост и покачать головой. –Да, Шэн, все довольно плохо.

–Я же говорила тебе, что так оно и было!– взвыла я, натягивая нижнее белье обратно на место и громко застонав, когда от трения стало еще хуже. –Я никогда больше не буду слушать Клэр Биггс, – добавила я. –Дурацкие бритвы из магазина «Фунт».

– Бритвы из магазина «Фунт»? – Джонни наполовину рассмеялся, наполовину застонал. –Ты же знаешь, что есть что–то вроде салонов красоты, к которым ты можешь обратиться за подобным дерьмом?

–Да, ну, я застенчивая, – фыркнула я, плюхаясь на его кровать. –Как я могу просто показать кому–то это?

Он бросил на меня недоверчивый взгляд.

–Ты не в счет, – огрызнулась я, взволнованная.

–Моя бедная киска, – сказал Джонни со вздохом, опускаясь на кровать рядом со мной.– Ты мясник.

Издав сдавленный всхлип, я упала на спину. –Это больно.

Повторяя мои действия, Джонни плюхнулся на спину рядом со мной. –Я знаю, детка.- Он положил руку мне на бедро и ободряюще сжал. –Но они отрастут снова.

–Как ты думаешь, сколько времени это займет?

Он повернулся ко мне лицом. –Ты хочешь, чтобы я побрил себе яйца?

– Что?– Я уставилась на него, разинув рот. – Нет!

–Тогда перестань спрашивать меня о том, о чем я понятия не имею, – выпалил он в ответ.

– Мне жаль.– Я покраснела как свекла. –Я просто… ты всегда все знаешь.

Всхлипывая от отчаяния, я перевернулась на живот и зарылась головой в плюшевое пуховое одеяло, которое пахло тем стиральным порошком, которым всегда пользовалась его мать, и Джонни. –Мне так стыдно… – я остановилась, чтобы глотнуть воздуха, а затем завопила: –Это жжет… и теперь это уродливо.

–Нет, это не так.-Я почувствовала, как его рука погладила мои трусики сзади. – И я тверд как скала для тебя прямо сейчас.

–Я не знаю, как ты можешь быть таким, – ответила я с мучительным воплем. – Это отвратительно.- Застонав от осознания того, что я сотворила со своим бедным телом, не говоря уже о покалывании между ног, когда нижнее белье сотворило хаос с моей нежной плотью, я прошептала: –Я не знаю, как я собираюсь снова надеть джинсы.-Поморщившись, я добавила: –Или снова смотрю тебе в глаза.

– По–моему, без штанов звучит заманчиво, – засмеялся он, все еще поглаживая мою задницу руками. – Ну же, Шэн, просто посмотри на меня.

Я покачала головой. –Я не могу.

–Да, ты можешь, – уговаривал он, проводя пальцами по моим бокам. –Если ты не повернешься и не посмотришь на меня, я тебя пощекочу.

Повернувшись на бок, я взглянула на него снизу вверх. –Привет.

– Итак… – наклонившись, он прижался своими губами к моим. – Потрудись объяснить, почему ты побрилась?

Я поежилась от стыда. –Я не знаю.

Он пошевелил бровями. – Большие планы?

–Тьфу!– Я пошевелилась, чтобы снова зарыться лицом в одеяло, но Джонни поймал мои губы своими прежде, чем я успела это сделать.

–Я ужасно обгорел на солнце, когда был в туре прошлым летом, – сказал он, касаясь своим носом моего. – У меня в ванной все еще есть немного Алоэ Вера. – Он снова поцеловал меня. –Это поможет остудить.

Подавленная, я прерывисто выдохнула и кивнула. – Спасибо.

–Не за что.– Поцеловав меня в кончик носа, Джонни слез с кровати и направился в свою ванную, вернувшись через мгновение с маленьким пузырьком мази.

Открутив крышку, он забрался на кровать и протянул ее мне, прежде чем потянуться за моими трусиками.

–Что ты делаешь?– выдохнула я, приподнимая бедра, когда он стянул мое нижнее белье вниз по ногам. –Джонни?

–Я спасаю тебя, – ответил он с ухмылкой. – Помнишь все эти комментарии – спаси меня, Джонни, пожалуйста, спаси меня?

–Да, но…– Взяв флакон из моих рук, он вылил немного Алоэ Вера себе на пальцы и опустил руку. –О боже мой, – простонала я с облегчением, когда прохладный гель притушил огонь. –Это потрясающе.

Двигаясь дальше по кровати, Джонни склонился над моим бедром и нежно подул на мою обнаженную кожу. У меня перехватило дыхание, и мне пришлось напрячь мышцы, чтобы мои бедра не дернулись вверх. Глядя на меня сквозь опущенные ресницы, он продолжал обдувать холодным воздухом мою нежную плоть. –Достаточно? – спросил он грубоватым тоном, прежде чем запечатлеть легкий поцелуй на моей плоти. – Или больше?

Тяжело дыша, я села прямо и сжала в кулаке его футболку. –Сними это.

Его голубые глаза пылали жаром, когда он потянулся через плечо и стянул с себя рубашку.

Прерывисто выдохнув, я подняла руки над головой, не сводя с него глаз. – Теперь мою.

Не говоря ни слова, Джонни наклонился вперед и с непринужденной легкостью стянул мою рубашку через голову, прежде чем обхватить меня руками, чтобы расстегнуть лифчик. Было почти пугающе, как быстро он мог расстегнуть застежку лифчика, но когда он спустил бретельки с моих плеч и бросил мой лифчик на пол в своей спальне, мне стало все равно.

Упав на спину, я потащила его за собой, впиваясь пальцами в твердые мышцы его спины. Джонни подчинился, навалившись на меня всем своим весом, когда я позволила своим ногам раздвинуться, чтобы поприветствовать его. – Ты хорошо выглядишь в моей постели. Обхватив руками мои бедра, он притянул мое тело ближе, громко застонав, когда мы соединились. – На спину, – добавил он, нависая надо мной, – со мной между твоих ног, – прежде чем прижаться своими губами к моим.

Застонав, я закрыла глаза и обвила руками его шею, прижимаясь к нему всем телом. Все в этом мальчике казалось хорошим, настоящим и правильным. Его губы были повсюду: на моей шее, груди, животе… Я чувствовала его всей своей кожей, и все равно этого было недостаточно. Беспокойно дернувшись, я вскрикнула, когда почувствовала, как его палец скользнул внутрь меня, делая боль, растущую внутри меня, почти невыносимой. Вцепившись в его плечи, я покачивалась от его прикосновений, желая всего, что он мог мне дать.

–Это плохая идея, – сказал Джонни хриплым голосом, прежде чем его рот обрушился на мой, его язык почти яростно сражался с моим. – Я должен остановиться, – прорычал он, увеличивая скорость своих пальцев, когда входил в меня. –Худшая гребаная идея на свете.

– Мне нравятся твои плохие идеи, – прошептала я, потянувшись к поясу его спортивных штанов. –Не останавливайся.- Когда он не пошевелился, чтобы остановить меня, как обычно, я спустила их вниз по его бедрам. –Я хочу тебя.

Он застонал и погрузил свой язык мне в рот, приподнявшись на локте, чтобы я могла провести им по его эрекции. – Я чертовски люблю тебя, – прошептал он, полностью сбрасывая с себя спортивные штаны. У меня перехватило дыхание, когда я провела рукой по передней части его боксеров и почувствовала, какой он толстый и длинный.

– Ты большой, – прошептала я, тяжело и быстро дыша. –Как будто очень, очень большой.

– Черт, не говори так, – прорычал он, покрывая мою шею голодными поцелуями. –Ты заставишь меня взорваться.

– Но ты такой, – выдохнула я, покачиваясь от его прикосновений, когда знакомые волны удовольствия прокатились по мне. –И я собираюсь…– Закрыв глаза, я покачивалась в его руке, когда волна блаженства охватила все мое тело, обжигая кожу и заставляя мышцы сокращаться и спазмироваться. –Джонни…

– Тсс. – Зажав мою нижнюю губу зубами, он нежно потянул, прежде чем просунуть язык мне в рот, пальцы двигались в идеальном ритме, пока мое тело медленно расслаблялось под ним.

–Не волнуйся, – прошептал он, касаясь губами моей шеи. –Я буду держать свой член в штанах.

–Я не хочу, чтобы ты держал его в штанах.

Он напрягся. – Что?

–Я хочу тебя.

Он на мгновение замер, затем приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на меня. –Ты серьезно?– Да.

Его глаза изучали мои, неуверенность промелькнула на его лице, когда он выскользнул из меня пальцами и потянулся к поясу своих черных брюк от Calvin Kleins. –Ты уверена?

–Я уверена.- Я кивнула, чувствуя, как мое сердце бешено колотится в груди. –Я хочу тебя всего.

Глава

55.Не открывай дверь!

Джонни

Что я делал?

Что, черт возьми, я делал?

Я не мог ясно мыслить. Все, что я мог видеть, была Шэннон, распростертая обнаженной на моей кровати, и все сомнения, страх и беспокойство, которые, как я знал, я должен был испытывать, вылетели в окно.

–Ты уверена?– Я снова спросил ее, нуждаясь в утешении. – Ты действительно, действительно уверена?

Дрожа подо мной, она кивнула, широко раскрыв глаза и раскрасневшись. –Я готова,Джонни.

–Но у тебя болит, – прохрипел я, когда мой член напрягся в моих ягодицах, отчаянно желая добраться до нее. – Я не хочу причинять тебе боль.

– Ты не сделаешь мне больно, – прошептала она, протягивая руку и обхватывая мой подбородок. –Я хочу этого.

Блядь.

Черт!

Прерывисто выдохнув, я слез с нее и встал, зная, что еще слишком рано, но все равно смирился с тем, что сделаю это. –Ты можешь сказать «нет», – сказал я ей, просовывая пальцы за пояс своих спортивных штанов и стягивая их вниз. – Ты всегда можешь сказать «нет», – добавил я, выходя из них и возвращаясь к ней. –И я тебя услышу, хорошо?– Кивнув, Шэннон приподнялась на локтях, ее внимание было приковано к моему члену, который стоял во весь рост.

– Да…это мой член, – заявил я, а затем мысленно вышвырнул из себя все дерьмо за то, что сказал что–то настолько чертовски глупое. Как будто мне нужно было наклеить ярлык на член и яйца.

Иисус христос.

–Ага, – Шэннон прерывисто выдохнула и выпрямилась во весь рост. –Это твой член, хорошо.- Я затаил дыхание, когда она протянула руку и погладила пальцем головку, и, конечно же, мой член дернулся от этого прикосновения.

– Оно двигается.- Ее пристальный взгляд метнулся вверх, чтобы встретиться с моим. –Сам по себе.

– Ты поощряешь это, – выдавил я, чувствуя слабость в коленях, когда подошла на шаг ближе. –Прикоснись к нему, и у него возникнут всевозможные гребаные представления.

Затем она провела кончиками пальцев по моим шрамам и еще раз громко выдохнула. –Ты такой красивый, Джонни.- Наклонившись вперед, она запечатлела поцелуй на неровной линии моего таза, прежде чем нанести еще один на шрам гораздо ниже. – Я так сильно тебя люблю.

Блядь.

– Я тоже люблю тебя, – процедил я сквозь стиснутые зубы, прижав руки к бокам, сжатые в кулаки. Не было слов, чтобы объяснить ощущения, которые затопили мое тело, когда она прижалась ко мне губами. Решив присесть, прежде чем рухну в обморок, я опустился на кровать и потянул Шэннон вниз так, чтобы мы оказались на боку, лицом друг к другу. –Мы не обязаны ничего делать, хорошо?– сказал я, погладив ее по щеке. –Я счастлив просто быть здесь с тобой.

– Джонни? – прошептала она, повторяя мои движения, обхватив ладонью мою щеку.

У меня перехватило дыхание. –Да, Шэн?

–Шшш.

А потом она поцеловала меня.

И я потерял все.

Та крупица самоконтроля, за которую я цеплялся, лопнула в тот момент, когда она решила, что было бы неплохо прижаться своими губами к моим. Перевернув меня на спину, Шэннон забралась на меня сверху, ни разу не прервав наш поцелуй, запустив руки в мои волосы, проделывая пальцами то, что сводило меня с ума.

Я не мог этого вынести.

Она была слишком хороша для меня.

Перевернув ее на спину, я устроился между ее ног, глубоко целуя ее, а затем протянул руку к своему прикроватному шкафчику. Бесцельно слоняясь по комнате, я случайно уронил руку на пульт от стереосистемы, отчего из динамиков громко зазвенели провода Athlete. – Дерьмо, – прорычал я, потянувшись за пультом. –Я выключу.

–Нет, все в порядке, – выдохнула Шэннон мне в губы. –Оставь его включенным.

Застонав ей в рот, я рывком выдвинул ящик и схватил коробку презервативов, одновременно вознося безмолвную молитву небесам, благодаря Иисуса за моего чертовски фантастического лучшего друга и его дальновидность.

Хороший человек, Гибс…

Пошарив вокруг одной рукой, мне удалось разорвать упаковку и вытащить презерватив. Бросив коробку на пол своей спальни, я устроился между ее ног, руки дрожали, как лист плюща, под стать всему остальному мне. –Ты уверена, Шэн? – спросил я, отрывая свои губы от ее, разрывая обертку и натягивая презерватив. – Ты действительно этого хочешь?

–Я действительно хочу тебя, – прошептала она, кивая мне, и, клянусь, мое сердце сжалось в груди. Я не мог вынести вида ее, лежащей на моих подушках. Она была слишком хороша для меня.

– Я так сильно тебя люблю, – выдавил я хриплым от эмоций голосом, устраиваясь между ее ног и опершись на один локоть. – Я буду осторожен, – добавил я, крепко целуя ее и медленно прижимаясь к ней. –Я обещаю.

– Я доверяю тебе, – выдохнула она, опуская руки на мои бедра. –Я хочу этого с тобой.

– Это может быть больно, – признался я, прижимаясь своим лбом к ее лбу, в то время как мое сердце так сильно колотилось о грудную клетку, что я мог его слышать. – Я не хочу причинять тебе боль.

– Я не боюсь, – прошептала она, обхватывая меня за талию и приподнимая бедра.

Я мог чувствовать ее; такую теплую, горячую и чертовски идеальную, и, Господи, как же я испугался. Я никогда в жизни так не боялся что–нибудь сломать, как в этот момент с этой девушкой. Она была девственницей, но я был тем, кого трясло достаточно сильно за нас обоих. Я слишком сильно переживал за нее. Я любил ее больше, чем это было безопасно для меня.

– Я хочу этого, – прошептала она, обвивая руками мою шею и притягивая мои губы к своим. – Я обещаю, – добавила она, прежде чем прижаться своими губами к моим. Ее язык вторгся в мой рот, поглаживая мой тем сладким, осторожным прикосновением, которого я так жаждал.

Глубокая дрожь прокатилась по мне, и я крепко зажмурил глаза, прежде чем войти в нее одним уверенным толчком. Шэннон захныкала, и я замер, сердце бешено колотилось в моей груди. – Ты в порядке?

Кивнув, она прильнула к моей шее и снова прижалась своими губами к моим.

– Продолжай целовать меня, – умоляла она.

Неподвижно держа бедра, я продолжал целовать ее, отчаянно пытаясь унять боль, которую, я знал, она испытывала, когда ее тело дернулось и напряглось подо мной. –Я люблю тебя, – шептал я между поцелуями, снова и снова, когда эмоции, которых я никогда в жизни не испытывал, захлестывали меня – все ради, потому что и были направлены на эту девушку. –Я так сильно люблю тебя, Шэннон, как река.

Я изо всех сил держался за свое самообладание. Перспектива двигаться внутри нее была почти невыносимой для меня. Она была такой тугой, такой чертовски теплой. Каждый раз, когда она сжималась, сжимая мой член, как тисками, мои глаза закатывались назад. Тихие, нуждающиеся всхлипы и стоны, вырывавшиеся из ее рта, когда она привыкала к ощущению меня внутри себя, убивали меня.

Иисус…

– Ты в порядке? – прошептал я, борясь с непреодолимым желанием погрузиться в нее по самую рукоятку. Опираясь на локоть, я обхватил ее щеку свободной рукой и погладил по носу, наблюдая за ее лицом похотливыми глазами. –Шэн?– Прижавшись своим лбом к ее, я судорожно выдохнул: –Я уже могу двигаться?

– Нет… пока, – выдохнула она, впиваясь ногтями мне в лопатки и прижимаясь к моему телу.

– Все в порядке, – успокоил я, целуя ее в губы, а затем переходя к шее. –Ты такая красивая.

– Джонни… – ее слова оборвались, и она выгнула бедра вверх, заставляя меня скользнуть глубже в нее.

Я не смог сдержать стон, вырвавшийся из моего горла, когда она сжала меня сильнее, и мои яйца напряглись.

– Я хочу тебя, – прошептала она, медленно приподнимаясь. –Я хочу, чтобы ты двигался во мне.

–Ты уверена?– прохрипел я, не сводя с нее глаз.

–Да, теперь все хорошо.- Шэннон выдохнула, ее щеки вспыхнули. –Тебе хорошо во мне.

Ах, черт.

Прерывисто выдохнув, я наклонился и поцеловал ее, медленно выходя, прежде чем снова погрузиться в нее, грудь вздымалась от усилий, которые требовались, чтобы не кончить. –Это нормально?– Застонав мне в рот, Шэннон кивнула и прижалась бедрами к моим, пока мы создавали медленный, нежный ритм. Проведя рукой вниз по ее телу, я обхватил ее бедро вокруг своей талии, заставив нас обоих застонать, когда от этого движения все стало казаться глубже, плотнее, более связанным.

– С тобой так хорошо, – прошептала она, дрожа подо мной.

Ослабив смертельную хватку, которой она сжимала мою шею, она расслабилась на матрасе и провела руками вниз по моей груди и бокам. –Ты такая красивая.

Господи Иисусе, она убивала меня. – Ты самая красивая, – прорычал я, двигаясь немного быстрее, когда знакомая волна удовольствия начала нарастать. – Черт, – простонал я, снова завладевая ее губами. –Шэннон, мне нужно… Черт, мне нужно…

Бах, бах, бах…

– Джонни, любимый, папа вернулся к китайцам. Он принес тебе куриные шарики.

Нет.

Нет.

Боже милостивый, нет!

–Эта чертова музыка оглушит тебя.

Запер ли я дверь?

Неужели я?

Я, блядь, не мог вспомнить!

–Джонни, – прошипела Шэннон, широко раскрыв глаза от ужаса, и ударила меня по груди. – Твоя дверь.

–Не открывай дверь!– взревел я, резко выходя из Шэннон, а затем запаниковал, когда она поморщилась от боли. –О черт, Шэн, детка, ты в порядке?

– Дверь, – выдавила Шэннон. –Закрой дверь.

– Джонни, ты слышишь меня, любимый? – крикнула мама. –Я вхожу.

– Нет!- Я ревел, перекрывая музыку. –Просто, блядь, подожди секунду, пожалуйста!

–Что мы собираемся делать?– Шэннон захныкала, хлопая крыльями, как птица в клетке, на моей кровати.

–Я не знаю…– Покачав головой, я огляделась по сторонам, чувствуя себя беспомощной. Какая катастрофа. –Блядь!

– Джонни, ты спустишься за своими куриными шариками?

–Дай мне чертову минутку, ма, – крикнул я, хватаясь за края своего пухового одеяла и заворачивая свою девушку, как тако, прежде чем закатить ее к себе под кровать. –Лежи, Шэн, – сказал я ей. –Я разберусь с этим.- Споткнувшись о пульт, я хлопнула рукой по стереосистеме, выключая музыку, прежде чем двинуться к двери.

–Джонни!– Шэннон шепотом прошипела из–под моей кровати.

– Что?

–Ты голый.

Дерьмо.

Скатав окровавленный презерватив со своего все еще полностью эрегированного члена, я швырнул его через всю комнату и бросился к комоду, вытаскивая пару трусов и быстро надевая их. Приведя в порядок свой бушующий гребаный стояк, я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и подошел к двери.

–Ты ужасно долго не открывал дверь, – заявила мама, подозрительно глядя на меня.

–Да, извини за это.- Взволнованный и тяжело дыша, я кивнул и изобразил зевок, отчаянно пытаясь выровнять дыхание. –Я спал.

–Ты спал?– Я кивнул.

– В половине девятого вечера? Мама недоверчиво выгнула бровь. –С твоей грохочущей музыкой?

Я пожал плечами. –Я устал.

–Держу пари, что так оно и есть.-Она сделала шаг вперед, но я быстро перехватил ее, преграждая путь. –Что ты делаешь?

–Ничего, – солгал я, двигаясь всем телом, как истекающий кровью осьминог, когда она попыталась выглянуть из–за меня. –Что ты делаешь?

– Проверяю, нет ли грязного белья, – ответила мама. –Впусти меня.

– У меня нет белья, ма, и я не хочу никакой китайской кухни. – Улыбнувшись ей, я попытался закрыть дверь своей спальни, но она подняла руку, останавливая меня на полпути.

– Что происходит? – спросил я.

–Ничего.

–Ничего? – повторила она, бросив на меня взгляд типа –не вешай мне лапшу на уши–, прежде чем обойти меня и пройти прямо в мою комнату.

Я затаил дыхание, мысленно обсуждая, порвала бы Шэннон со мной, если бы я поднял задницу и убежал, пока еще мог, потому что эта женщина собиралась отрезать мне член.

–Ты один?

– Конечно.– Прикусив кулак, я неохотно повернулся и последовал за ней, молясь всему святому, чтобы моя мать просто отвалила. – Я пытался уснуть, ма.

Мой взгляд метнулся к Шэннон, которая смотрела на меня из–под кровати, выпучив глаза. Подойдя к кровати, я встал перед ней и стал наблюдать за своей матерью. Она явно что–то искала. Моя девушка.

–Итак, где Шэннон сегодня вечером? – спросила мама тоном, пронизанным подозрением.

–Понятия не имею, – быстро ответил я. Слишком, блядь, быстро.

– Ты понятия не имеешь? – выпалила мама недоверчивым тоном, обшаривая глазами мою комнату.

– Вообще–то, я думаю, она может быть у Клэр, – поспешил я исправить свою оплошность. –Да.- Энергично кивнув, я опустился на свою кровать и добавил: – Она определенно сказала мне, что проведет ночь у Клэр.

Мама выгнула бровь. –Это так?

–Да, ма.- Стараясь быть незаметным, я стащил простыню с кровати и позволил ей упасть на край, скрывая мою девушку. – Господи, что это за допрос третьей степени? Затем чья–то рука обхватила мою лодыжку, ногти впились в кожу, и я дернулся от прикосновения. –Господи!

– Извини?– спросила мама, уперев руки в бока.

– Устал, – выдавил я, хватаясь за соломинку. –Господи, я действительно устал.

–Хм.–Затем что–то привлекло ее внимание, что–то действительно чертовски плохое, потому что ее глаза сузились, а лицо стало фиолетовым. Не говоря ни слова, мама подошла к краю моей кровати, и я в ужасе наблюдал, как она наклонилась и подняла коробку с презервативами.

Блядь.

Моя жизнь.

– Открыл, – проворчала мама, подходя обратно к тому месту, где я лежала, и бросила коробку мне на колени. – Итак, Джонни, куда пойдет девушка с Джонни?

Я опустил голову, понимая, что меня основательно поимели. –Э–э…

–Я здесь, миссис Кавана, – прохрипела Шэннон, выглядывая у меня между ног.–Простите?

–Шэннон.– Мама прерывисто выдохнула. –Вылезай из–под кровати, пожалуйста.

–Я вроде как не могу, миссис Кавана, – выдавила Шэннон.

–Почему нет?

– Потому что я вроде как голый? – выдавила она, краснея.

–И Иисус заплакал, – причитала мама, закрывая лицо руками. –Вы оба оденетесь и встретимся на кухне через две минуты, – выдавила она из себя, прежде чем двинуться к двери, но тут же заколебалась. –И дай мне это, – рявкнула она, подходя обратно к тому месту, где я сидел, и выхватывая коробку презервативов у меня из рук. Ударив меня по затылку коробкой из–под презервативов, она прошипела: –Ты, маленькая тряпка для ног! – прежде чем выйти из комнаты с криком: –Джон! Позвоните приходскому священнику. Этот твой ребенок нуждается в исповеди!

Глава 56.Я дал тебе обещание

Шэннон

Я планировала умереть медленной смертью.

Причина моей безвременной кончины: унижение.

Никогда в своей жизни я не была так смущена, как тогда, когда переступила порог кухни и столкнулась лицом к лицу с обоими родителями Джонни всего через несколько минут после того, как потеряла девственность в то, что было лучшим, а затем и худшим моментом в моей жизни.

–Мне нужно с тобой кое о чем поговорить.

–О чем?

–О сексе, Шэннон, любовь моя.

–Не делай этого с ней, – взмолился Джонни с соседнего стула. –Пожалуйста, ма, я умоляю тебя.– Он повернулся, чтобы посмотреть на меня. –Закрой уши, детка…

Громко застонав при воспоминании о голосе миссис Кавана, когда она усадила меня на остров для беседы, я натянула на голову свое фиолетовое пуховое одеяло и мысленно приготовилась провести остаток своей жизни, прижавшись к этой кровати, потому что больше никогда не смогу покинуть свой дом.

Хуже того, мать Джонни настояла на том, чтобы отвезти меня домой одну, а это означало еще больше времени наедине, чтобы обсудить птиц и пчел и то, как я не должна позволять ее сыну развращать меня ни в какой форме. По словам миссис Кавана, все мальчики–подростки были псами, управляемыми гормонами, включая ее сына, и я не должна была позволять Джонатану сбивать меня с пути истинного.

–Слишком поздно для этого, – подумала я про себя, сворачиваясь в самый маленький комочек, какой только смогла, и вздыхая. Мне было очень плохо, потому что, несмотря на то, что это была моя идея, Джонни был тем, кто принял на себя основной удар гнева своей матери, в то время как его отец ухмылялся в свою газету, кивая и соглашаясь всякий раз, когда его жена подсказывала. В глазах миссис Кавана он был старше и обладал пенисом, следовательно, именно ему следовало бы знать лучше. Я понятия не имела, что сказать или сделать, когда она начала читать нам обоим лекцию о том, что интимные места являются частными и не предназначены для того, чтобы делиться ими друг с другом. Это было так унизительно, и несколько часов спустя мое лицо все еще горело.

Расслабив конечности настолько, чтобы протянуть руку и схватить телефон с прикроватной тумбочки, я спрятала его обратно под одеяло и проверила время, только чтобы застонать, когда увидела, что уже два часа ночи.

–Иди спать, Шэннон, – мысленно уговаривала я. Просто выключи свой мозг и перестань слишком много думать.

Нажимай, нажимай, нажимай… Напрягшись, я стояла совершенно неподвижно и внимательно слушала.

Тук, тук, тук.

Подскочив в постели, я оглядела свою темную спальню, освещенную уличным фонарем снаружи, и попыталась определить источник шума.

Тук, тук, тук.

Мой взгляд остановился на окне.

Тук, тук, тук.

Сбросив одеяло, я выбралась из постели и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем отдернуть занавески.

Мой рот приоткрылся, а сердце бешено заколотилось в груди, когда мой взгляд упал на огромного парня, балансирующего на веранде за моим окном.

–Джонни!– Я ахнула, распахнула окно и уставилась на него в полном шоке. –Как ты сюда забрался?

– Я забрался на твой мусорный бак на колесиках, – выдавил он, бросаясь к подоконнику. –Впусти меня, пока я не умерэ

Поспешив уступить ему дорогу, я наблюдала, как он забрался в окно и с громким стуком приземлился на пол моей спальни. –А что насчет твоего члена?– прохрипела я, не сводя с него глаз.

– К черту мой член, – проворчал Джонни, вставая. –Я не мог оставить все как есть после моей мамы, о чем, кстати, я чертовски сожалею. Я даже не знаю, с чего начать исправлять этот беспорядок.– Покачав головой, он сократил расстояние между нами и запечатлел поцелуй на моей щеке. –Привет, Шэннон. Ты чертовски здорово пахнешь, – сказал он приглушенным тоном, прежде чем быстро вернуться к своей напыщенной речи. – Я не знаю, что, черт возьми, случилось со мной там, в моей комнате, Шэн. Я всегда запираю свою дверь… – он сделал паузу и быстро проверил мою дверь, прежде чем одобрительно кивнуть. –Я даже не знаю, как я перешел от помощи тебе с ожогом от бритья к лишению твоей девственности, но мне так чертовски жаль.– Он начал расхаживать по моему этажу, но быстро замер, когда понял, что здесь едва хватает места, чтобы раскачать кошку. –Я хотел, чтобы тебе было хорошо, а потом я… и она… и я просто… гребаные куриные шарики!– Глубоко вздохнув, он добавил: –Я знаю, что меня здесь быть не должно, но я должен был сдержать свое обещание.

Я уставилась на него в замешательстве. – Какое обещание?

– Я говорил тебе, что когда мы будем спать вместе, мы будем спать вместе, – хрипло сказал он. –И я знаю, что первая часть мне удалась.– С уязвленным выражением в глазах Джонни пожал плечами и указал на мою крошечную кровать.

–Но как ты думаешь, сможешь ли ты привлечь меня ко второй части?

О Боже .

Этот парень.

Мое сердце.

Обойдя его, я забралась на свою кровать и откинула одеяло. – Да. Кивнув, я прерывисто выдохнула и прошептала: –Иди сюда.

Раздевшись до боксеров в рекордно короткие сроки, Джонни забрался в постель рядом со мной, обхватив меня своим большим телом так, что мы оказались грудь к спине. – Клянусь, я ничего не ищу, – прошептал он, прижимая меня к себе и целуя в плечо. –Мне просто нужно обнять тебя.

– Ты ничего не напутал, Джонни, – прошептала я, прижимаясь спиной к его теплой груди. –Это было здорово.

Он долго молчал, прежде чем спросить: –Тебе больно, Шэн?– Крепче обняв меня, он уткнулся лицом в изгиб моей шеи и вздохнул. – Я причинил тебе боль?

–Нет, ты не причинил мне боли, и мне не больно.– Дрожа, я вцепилась в его предплечье, больше всего на свете желая просто удержать его рядом с собой на всю оставшуюся жизнь. –Я просто чувствую…

– Что? – настаивал он, уткнувшись носом мне в ухо. –Что ты чувствуешь?

– Растянутая? – предложила я, прикусив губу. –И немного побаливает, но не болит.

–Нам не обязательно делать это снова, – поспешил сказать он. – Пока ты не будешь готова.

–Тогда я была готова, Джонни, – сказала я ему, не в силах удержаться от зевоты. – Я и сейчас все еще готова.

–Я никогда не делал этого раньше, – тихо признался он.

– Не делал чего?

–Лишал кого–либо девственности.– Он тяжело вздохнул, и вибрация, исходящая от его груди, пробежала по мне. – Я так боялся причинить тебе боль, Шэн.

– Значит, я у тебя первая? – сонно спросила я.

–Ты для меня все.

Тпру.

– Спокойной ночи, Шэн, – прошептал он.

Я закрыла глаза и ухмыльнулась. – Спокойной ночи, Джонни.

Глава

57.Боль в груди.

Джонни

– Будь на тренировочной площадке академии в субботу ровно в 7 утра, - сказал главный тренер U20 в понедельник утром. – Я договорился о встрече с твоими тренерами и обеспечиваю подачу на утро, так что посмотрим, как всё пройдёт.

– Я так и сделаю.- Кивая, как ненормальный, я мерил шагами зал , сжимая телефон крепче, чем это было необходимо, волнение и паника охватили меня. – Я буду там.

– Захвати свое снаряжение, Джонни, - добавил он. – Но не обольщайся слишком сильно. Мне все равно, что сказали твои врачи, ты не выйдешь на поле ради меня без разрешения врача моей собственной команды. Доктор Мэлаки проведет тебе полное обследование, так что возьми с собой все записи, которые у тебя есть.

– Понятно.- Я снова кивнул, сердце бешено колотилось в моей груди. – У меня есть все от доктора Квирка, и от доктора О'Лири тоже. У меня есть все отчеты от моего физиотерапевта и тренеров.

– Хорошо, – быстро ответил он. – Возьми все с собой.

– Я готов, тренер. - Я был готов уже несколько недель. – Я готов идти.

– Я надеюсь, что это так, малыш, – ответил мой тренер. – Я искренне верю.

– Если я… –сделав паузу, я поморщился, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы сформулировать свой следующий вопрос. – Если доктор Мэлаки даст мне добро, как вы думаете, я…

– Давай просто проведем тебя через следующий медосмотр, и тогда мы поговорим об отряде, – прервал он меня, сказав. –У тебя есть много навыков, которые нужно наверстать. Но я скажу, что О'Доннелли Гилберт отправятся вниз вместе со мной. Они интересуются тобой, Джонни. Они хотят сделать свои собственные оценки… – он сделал долгую паузу, прежде чем добавить: – Мне не нужно объяснять, какая это возможность. Не каждый день высшее руководство выезжает за игроком U20. Поскольку Дейлии Джонсон выбыл из–за длительной травмы, у них не хватает двухцентровых на летний тур в следующем месяце в Южную Африку. Если они придут понаблюдать за тобой, мне нужно, чтобы ты отнеслась к этому серьёзному. Если ты не в форме, тогда ты должен сказать мне сейчас, малыш. Пустая трата их времени несулит ничего хорошего ни тебе, ни мне.

Дерьмо.

Иисус Христос.

Это происходит.

Это, черт возьми, происходит, Джонни.

Береги голову!

– Я понимаю, – ответил я, отталкивая Гибси, когда он запрыгал передо мной, одними губами произнося: что он говорит? – Отвали, - одними губами сказал я своему лучшему другу, прежде чем повернуться к нему спиной и уделить все свое внимание мужчине, у которого был ключ к моему будущему. – И я в хорошей форме – на сто процентов. Я знаю, что это значит, тренер, и обещаю, я полностью согласен.

– Ни на секунду несомневался в твоей целеустремленности, Джонни, - ответил тренер.–Увидимся в субботу.

– Да, тогда увидимся, –выдохнул я. –Еще раз спасибо.

–Удачи, малыш.

Звонок закончился, и я постоял там несколько мгновений, одновременно пошатываясь и наслаждаясь телефонным звонком, которого ждал всю свою жизнь.

–Ну? - потребовал Гибси. –Ты вернулся?

– Я вернулся , - подтвердил я, прерывисто дыша. Развернувшись к нему лицом, я не смогла стереть улыбку со своего лица. –Я, блядь, вернулся, Гибс!

– Черт возьми, ты чертовски прямолинеен.- Широкая улыбкара сплылась по его лицу.– Ты, блядь, сделал это, Кэп!-Заключив меня во бъятия, Гибси рассмеялся. – Похоже, мне нужно купить билет во Францию этим летом, потому что мой лучший друг собирается в гребаную U20!

– Пока ничего неподтверждено, - ответил я, стараясь сохранять хладнокровие и не терять самообладания. – У меня много работы, и на это осталось всего две недели.

– Тссс, –возразил Гибси, отмахиваясь от меня. – Ты едешь во Францию с U20 в следующем месяце, а я собираюсь отпраздновать это событие! Да здравствует Франция.

– О'Доннелл приедет навестить меня в субботу, Гибс, – прошептал я, чувствуя, как мое сердце колотится со скоростью сто миль в час. – Гилберт тоже. Они закрыли пару центров для предвыборной кампании в Южной Африке.

Глаза Гибси расширились. – Срань господня, Джонни!

Я кивнул, чувствуя, как меня захлестывает огромная волна эмоций. – Я знаю.

– Значит ли это, что…

– Не говори этого, – выдавилая, протягивая руку. – Не сглазь меня.

– Но ведь это именно то, что это значит, верно? - Гибси толкнул его, глаза его светились гордостью.

– Ты будешь во Франции с командой U20 в первой половине июня, а затем отправишься в Южную Африку на вторую половину, - его голос повысился от волнения, – с гребаной командой старших, Джонни!

–Возможно, я не попаду ни в одну из команд, - пробормотал я, стараясь твердо стоять на ногах.Однако это не сработало. Мое сердцебиение участилось, и меня охватила паника. – Они могут пройти мимо меня.

– Кто тогда? Кормак Райан? - Гибси усмехнулся. – Ты, блядь, самый лучший, парень.

– Я не знаю, - прошипел я, чувствуя небольшую слабость. – Господи Иисусе, кажется, у меня болит грудь.

– Садись. - Схватив меня за руку, он подвел меня к скамье для жима лежа и толкнул вниз. – Просто опусти голову и дыши.

– Господи, я умираю, - простонал я, прижимая руку к груди. – Гибс, мне кажется, у меня сердечный приступ.- Покачав головой, я попытался вдохнуть, но мои легкие не наполнялись. – Я задыхаюсь!

– Ты не умираешь,-засмеялся он. –Это случилось, когда тебя приняли в Академию, помнишь? Ты спрятался в нашем домике на дереве, рыдая как сучка, крича, что у тебя вот–вот остановится сердце, и умоляя каждого, кто посмотрит на тебя, вызвать скорую. Это случилось, когда тебя тоже вызвали в сборную до 18 лет. Ты слег в постель с симптомами инсульта. И тогда ты тоже не умер, парень.

– Это еще хуже, Гибс, –выдавил я, сжимая свою руку. – Намного хуже.

– Потому что это больше, –спокойно объяснил Гибси. –Намного больше. - Сев рядом со мной, он положил руку мне на спину и начал поглаживать. –Это у тебя скачет адреналин, парень. Просто помни, что это хорошо. Ты надрывал свою задницу ради этого, Джонни, с тех пор, как тебе исполнилось шесть лет. Вы сделали операцию в марте. Ты проделал всю эту реабилитационную и больничную фигню. Ты выполнил каждый приказ, который тебе было отдан, ив осстановил свое тело. Это твоё время!

– Что, если мое время еще не пришло?

– Не правда , –заверил он меня.

– Но что, если…

– Пришло твое время, –твердо повторил он. –Вот и все, парень. Почувствуй это.

–Мне страшно, –выдавил я из себя. –Я вернулся на поле всего несколько недель назад, парень.

Что, если я не…

–Ты готов, –прервал он меня, сказав. –И ты более чем просто готов.- Он сжал мое плечо. – Честно говоря, я не могу представить другого человека, который заслуживает этого больше, чем ты, Кав. Удовлетворенно вздохнув, он добавил: –Так что наслаждайся этим чувством, парень, потому что это начало огромных гребаных событий для тебя.

– Да.- Я заставил себя успокоиться и дышать ровно. –Черт, мне нужно позвонить Шэннон.

–Ах, может быть, это тот разговор, который вам следует провести с глазу на глаз, –предложил Гибси. –Сказать своей девушке, что ты, скорее всего, не уедешь на лето, на самом деле не новость в текстовом сообщении, парень.

– Черт, –простонал я, уронив голову на руки. – Дерьмо. - Лицо Шэннон вспыхнуло у меня в голове, вызвав новый приступ боли в груди. – О, Господи, –выдохнул я, прислоняясь к нему в поисках поддержки. – Что мне делать с Шэннон?

– Что ты имешь в виду?

– Это месяц, Гибс, –выпалил я, хлопая коленками. – Меня не будет месяц, а то и дольше, если я попаду в старшие классы.

– Я знаю это, - ответил он. –Ты это знаешь, и она это знает. Так что тебе не нужно ничего делать, кроме как дышать.

– Я не могу оставить ее на месяц…

– Джонни, возьми себя в руки, черт возьми, –приказал Гибси. –Это ирландская команда. Ирландия.Например, в нашей гребаной стране. Это один месяц и возможность, которая выпадает раз в жизни. Не заставляй меня, суку, возвращать тебя к здравому смыслу.

– Ты прав, –пробормотал я, дыша глубоко и медленно.

Конечно, он был прав.

Но от этого я не почувствовал себя лучше.

Издав страдальческий рык, я провел рукой по волосам. –Мы можем просто преуменьшить это? - Я посмотрел на него. –Ты можешь никому ничего об этом не говорить? Не ей. –По крайней мере, пока я не буду знать наверняка?

– Она будет счастлива за тебя, Джонни, - ответил он. –Шэннон любит тебя, парень. Она была на твоей стороне с момента операции, желая, чтобы тебе сделали этот укол.

– Я знаю, –пробормотал я. – Но я просто…- честно говоря, я не думаю, что смогу оставить ее. Я выбросил эту безумную мысль из головы. –Просто держи это при себе, пока я не буду на сто процентов уверен в том, что происходит.

– Вполне справедливо, парень. Гибси вздохнул. –Мой рот на замке.

– Спасибо.- Опустив плечи, я уперся локтями в колении быстро набрал сообщение Шэннон, сообщив ей, что скоро выйду из спортзала, чтобы забрать ее в школу.

– Но это хорошие новости, –добавил Гибси, прежде чем направиться в раздевалку. –И как бы то ни было, я горжусь тобой.

– Спасибо. - Я тяжело вздохнул и поплелся за ним. –Я думаю.

–Ты знаешь, –подтвердил он, срывая с себя одежду в ту минуту, когда мы вошли в раздевалку. Там было пусто, потому что мы были единственными двумя придурками, достаточно сумасшедшими, чтобы находиться здесь с 5 утра понедельника. –Это хорошая вещь, парень. Они собираются выбрать тебя. Черт, я почти уверен, что ты попал бы в команду еще в марте, когда твои кишки стекали по ногам.

– Я не знаю, Гибс. - Покачав головой, я подошел к своему шкафчику и разделся. –Я чувствую, что все происходит слишком быстро.

– Потому что ты боишься оставить ее, –задумчиво произнес он. – И тебе нужно больше времени.

Я беспомощно пожал плечами. – Как я могу оставить ее?

– Ты должен, –напомнил он мне. – Потому что тебе семнадцать, и это твое будущее, и ты не собираешься все это выбрасывать. Схватив полотенце из сумки с вещами, он направился в душ. –Всего один месяц, Джонни. Четыре недели, парень. Это ничто по-большому счету.

– Я знаю, но это просто…- Я снова покачал головой и набрал еще одно сообщение Шэннон, прежде чем бросить телефон на скамейку и схватить полотенце и шампунь. – Это кровоточащее месиво.

– Это то, что я все время говорил, - крикнул Гибси из–за одной из душевых кабин. –Не ввязывайся ни во что серьезное, пока ты еще учишься в школе. Это верный путь к катастрофе, парень. Вы все думаете, что я сумасшедший, но я говорю вам, что я самый умный.

– Ну, я основательно впутался во что–то серьезное, –проворчал я, направляясь в кабинку рядом с его кабинкой. Хлопнув рукой по хромированной насадке, я закрыла глаза, когда на меня обрушились струи обжигающей воды. – Итак, я явно не получал памятку.

–Это ты и есть, парень, –усмехнулся он. –Что ты… о, найди мне какой–нибудь шампунь, хорошо?

Его рука скользнула по разделяющей нас стене. – Пожалуйста?

Я выдавил немного шампуня на ладонь, прежде чем передать ему флакон.

– Я облажался с Шэннон прошлой ночью. Намылив волосы, я вытерся и вздохнул. –Действительно плохо, парень.

– Что ты сделал?-спросил он с другой стороны стены.

– Кое-что глупое.

– Ну же, –уговаривал Гибси. – Расскажи мне все об этом, приятель. Сними это со своей груди.

– Я не могу этого сказать, - пробормотал я, поморщившись. –Я слишком, блядь, противен сам себе.

– Что ты сделал? - он рассмеялся. –Трахнул её в машине или что–то в этом роде?

Я опустил голову от стыда.

– Твое молчание говорит о многом, –поддразнил он. – Давай, парень. Чтобы это ни было, все не может быть настолько плохо.

– Это было так плохо, Гибс, - выдавил я из себя. –Я даже не могу…

– Ого… -Занавеска в душе вокруг меня распахнулась. –Ты получил свою дырку?–Гибси стоял передо мной, голый и покрытый пеной. –Ну? Ты трахнул ее?

– Убирайся, придурок, –рявкнул я, задергивая занавеску на место. – И я не получил свою дырку. Господи, не говори так.

– Извини, я забыл, что ты немного чувствителен к тому, как я говорю о вещах, связанных с твоей маленькой подружкой.- Отдернув занавеску, он закатил глаза и выжидающе посмотрел на меня. – Ты занимался с ней любовью?

Я поморщился.

– Срань господня. - Его глаза расширились. – Вы занимались любовью!

– Я…- захлопнув рот, я выключил воду и тяжело вздохнул. – Нам не следовало заводить этот разговор. Это неправильно.

– К черту это!-выпалил он в ответ с оскорбленным видом. – У тебя был секс со своей девушкой, и ты не собирался мне говорить! Когда это случилось?

– Субботний вечер, –выдавил я, чувствуя, как жар поднимается по моей шее. – И не смотри на меня так.

– Например, как? –фыркнул он.

– Как будто я предал тебя.

– Меня предали, –прорычал он. – Ты не можешь скрывать от меня такие пикантные новости. Я должен был узнать об этом первым делом в воскресенье утром.

– Господи, Гибс… - Обойдя его, я схватил с пола свое полотенце и направилась обратно в раздевалку. –Ты смешон.

– Значит, у вас с ней был секс? –спросил он, следуя за мной. –Да ладно тебе, Джонни.Расскажи мне.

– Все было не так, - огрызнулся я, взволнованный.

– Ты проникал в нее своим пенисом?-потребовал он. –Потому что, если ты это сделал, значит, именно так все и было.

– Ладно, у нас был секс, – выдавил я. –Теперь ты счастлив?

– Парень! - Он широко улыбнулся. –Я так горжусь тобой.

– Нет… –я обвиняюще ткнул в него пальцем. –Не гордись мной за то, что я безрассудный придурок.

– Я так горжусь тобой, приятель, –возразил он. –Я никогда так тобой негордился.

Устало выдохнув, я опустился на скамейку рядом со своим шкафчиком. – Я не знаю, что со мной случилось.

– А я знаю, - фыркнул Гибси, вытираясь полотенцем. –Ты разделся до гола с чертовски потрясающе выглядящей девушкой и вышиб себе мозги. Бросив полотенце на кровать, он натянул спортивные штаны и рассмеялся. –Не удивительно, что ты больше не хочешь ездить в турнире. Ты почувствовал вкус большего от крошки Шэннон, не так ли? - Он пошевелил бровями. – А теперь ты умираешь с голоду.

– Гибс, – прошипел я, съеживаясь. –Не говори так.

– Подожди… -Он подозрительно посмотрел на меня.

– Да, –выдавил я из себя.

– С презервативами, которые я заставил тебя купить?

Я кивнул.

Он ухмыльнулся. –Ты молча поблагодарил меня?

– Послушай меня, ублюдок, я старше тебя, –прорычал я. –Я набирал очки с девушками, пока ты все еще ждал, когда у тебя сорвется голос.

– Но я же догнал тебя, не так ли? –невозмутимо парировал он. –И тебе не за что.

– Я купил тебе твою первую коробку презервативов, –прошипел я. –Так что хватит комментариев «добро пожаловать», потому что я много раз прикрывал твою спину.

– Справедливо подмечено, –усмехнулся он, явно забавляясь моим несчастьем. –И так, как все прошло?

– Полная катастрофа, –признался я, вытираясь полотенцеми надевая школьную форму.– Это былее первый раз, Гибс, и моя мама застукала нас, когда я только собирался кончить.

– О Господи, –простонал Гибси, прижимая руку ко рту. – Скажи мне, что ты шутишь?

– Хотел бы я , парень, –пробормотал я, натягивая штаны.

– Она убила тебя?-спросил он, сочувственно поморщившись.

– Хуже, –проворчал я. – Она отвела Шэннон на кухню для разговора.

– О, мой гребаный бог, –простонал он. –Это просто… тьфу. - Он покачал головой и уставился на меня, разинув рот. –Твой член никак не может передохнуть.

– Да.- Натянув джемпер, я закрыл свой шкафчик и пожал плечами. –Это ужасно.

Глава 58.Она влюблена в парня.

Шэннон

– Мне страшно, Джо, – выдавила я, покачивая малыша Олли взад–вперед на руках, чтобы он перестал всхлипывать. –Что нам делать?

– Я не знаю, Шэн. В свои десять лет голос Джоуи все еще был мальчишеским и несокрушимым.

– Но мы должны что–то сделать.

– Ты ничего не делаешь, – раздался бесстрастный голос Даррена с койки под нами. Вчера ему исполнилось пятнадцать, и теперь его голос звучал как у настоящего взрослого. – Ты остаешься здесь и держи рот на замке.

– Мы не можем оставить ее там, внизу, с ним, – прошипел Джоуи. – Она только что родила ребенка. Если он ударит ее, он убьет ее!

– Он не убьет ее, – разочарованно ответил Даррен. – Но он убьет тебя, если ты спустишься туда, идиот.

– Мамочка, – всхлипнула четырехлетний Тадхг, прижимаясь ко мне. –Мамуля.

– Тсс, Тадхг, – уговаривала я. - Переложив малыша Олли на другое бедро, я обняла его за пухлые плечи. – С мамой все в порядке.

– С ней не все в порядке, – выдавил Джоуи. –И он это знает.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал, Джоуи? – потребовал ответа Даррен. –Я пытаюсь уберечь тебя!– Скатившись со своей койки, он встал и свирепо посмотрел на нас четверых. Свет уличных фонарей, льющийся через окно, освещал его покрытое синяками и ссадинами лицо. – Я пытался остановить его и заставить посмотреть на меня… – его голос сорвался, и он сделал несколько глубоких вдохов. –У них… он пытается… послушай, ты не понимаешь, что там происходит – ты слишком мал, чтобы понять, – но я понимаю, и я говорю тебе оставаться в постели.

Издав яростный рык, Джоуи спрыгнул с верхней койки и схватил свою клюшку из–за двери. – Она наша мать, – прошипел он, глядя на Даррена прищуренными глазами. – И если ты не поможешь ей, я сделаю это сам!

– Он убьет тебя, – предупредил Даррен, наблюдая, как Джоуи отпирает дверь спальни и распахивает ее настежь. – Не ходи туда, Джоуи. Ты не понимаешь, что происходит…

– Мне все равно, что происходит, – выплюнул Джоуи. – Я знаю, что это неправильно. И, может быть, ты и можешь слушать, как она плачет, но я не могу! – С этими словами он вылетел из комнаты со своей клюшкой на буксире. Звук его шагов, прогремевших вниз по лестнице, заставил мое сердце подпрыгнуть в груди.

– Останови его, – взмолилась я, когда крики стали громче, а Тадхг заплакал еще сильнее. – Пожалуйста, Даррен!

– Я не могу остановить этого человека, – выдавил он из себя, опускаясь на свою койку.– Я пытался… он чертовски силен! Я не могу.

– Вот, Тадхг, подержи своего младшего братика. - Передав Олли на руки Тадхгу, я спустилась по лестнице и бросилась к лестнице, а Даррен кричал мне вслед: – Шэннон, пожалуйста, не надо!

Я знала, что мне не следовало туда спускаться, но я должна была это сделать. Я не могла оставить Джоуи одного. Мы были двумя друзьями. Мы должны были заступаться друг за друга.

Спотыкаясь, спустившись по лестнице, я поспешила на кухню, но поскользнулась на чем–то мокром и тяжело приземлилась на задницу.

Взглянув вниз, на красную лужу, в которой я сидела, я вздрогнула от отвращения и быстро поднялась на ноги, вытирая руки о ночную рубашку Барби. Мне не нравилась кровь. Меня всегда от этого тошнило.

– Ты маленький ублюдок, – взревел папа, отвлекая мое внимание от крови.

Мой взгляд автоматически остановился на отце, и страх закрутился внутри меня такой сильной спиралью, что я почувствовала слабость. Он стоял посреди кухни, и у него текла кровь. Густая, сочащаяся кровь стекала по его лицу, и он выглядел разъяренным. Его джинсы были расстегнуты, что показалось мне очень странным. Что он делал с расстегнутыми джинсами?

– Посмотри на себя, – усмехнулся папа, сердито глядя на Джоуи. – Маленький гребаный маменькин сынок!

– Отвали на хрен от моей матери, – прошипел Джоуи, встав перед нашей матерью и уставившись на папу. Он сжимал свою окровавленную клюшку обеими руками, приняв защитную стойку. – Или в следующий раз я убью тебя!

Папа жестоко рассмеялся. – Ты думаешь, что теперь ты большой, крепкий мужчина, мальчик?

– А ты знаешь?– Джоуи выстрелил в ответ, не сбившись с ритма. – Помыкаешь ею повсюду? Заставлять ее делать это! Это заставляет тебя чувствовать себя мужчиной?

– Джоуи, – выдавила я, запаниковав. – Джо.

– Возвращайся наверх, Шэн, – велел Джоуи, крепче сжимая свою клюшку и ни на секунду не сводя глаз с папы. –Я разберусь с этим. Его щека распухла и покраснела, но глаза горели яростью, а не страхом.

Я не знала, как он мог это сделать.

Как он мог быть таким бесстрашным?

– Мамуля, – всхлипнула я, увидев ее стоящей на четвереньках позади Джоуи, в разорванной одежде, с таким опухшим лицом, что я едва могла разглядеть ее глаза. Ее джинсы валялись на полу, а футболка была разорвана спереди. Я могла видеть ее интимные места. Я ничего из этого не понимала. Почему она была голой? Почему рядом с ней на полу была разлитая бутылочка с детским молоком?

– Мамуля.

– Возвращайся в постель, Шэннон, – всхлипнула мама, пытаясь прикрыться. – Я в порядке, детка.

С ней было не все в порядке.

Мне было всего восемь лет, но я знал, что все это не в порядке вещей.

– Оставь его в покое, Тедди, – выдавила мама, обхватывая рукой лодыжку Джоуи. –Он всего лишь мальчик.

– Он гребаная ошибка, – взревел папа. –Все это ошибки, и ты самая большая из них, Мэри.

– Тогда просто уходи, – рыдала она. –Оставь нас в покое.

– Что ты мне сказала?–– спросил папа смертельно холодным голосом.

– Н–ничего, – пробормотала мама.

– Скажи это еще раз, – приказал папа.

– Я ничего не говорила, – выдавила она из себя. – Мне жаль. - Съежившись на полу, она сильно дрожала. – Ты знаешь, что я люблю тебя.

– Так–то лучше, – усмехнулся он. –Помни свое гребаное место, женщина.

– Тебе не нужно извиняться перед ним, мам, – прорычал Джоуи, его грудь вздымалась от гнева. – Он – ошибка.

– Ты маленький засранец. - Вытирая кровь с лица, папа подошел к Джоуи. –Я собираюсь научить тебя хорошим манерам… – его слова оборвались, когда Джоуи снова замахнулся на него, ударив харли по другой стороне его лица. – Господи Иисусе, мальчик!– взвыл он, схватившись за другую сторону головы. –Ты сумасшедший.

– Если я сумасшедший, то ты гребаный дьявол, – прошипел Джоуи, снова крепче сжимая свою клюшку. – Напади на меня еще раз, старик. Я, блядь, осмеливаюсь!

– Джоуи, – заплакала мама. – Пожалуйста, просто ложись спать…

– Ты серьезно?– Джоуи задохнулся. – Он пытался заставить тебя…

– Просто иди спать, детка, – всхлипнула она. –Ты только делаешь все хуже.

– Хуже? – пролепетал Джоуи, выглядя уязвленным. –Я пытаюсь защитить тебя!

– На что, черт возьми, ты смотришь? – потребовал ответа папа, заметив, что я стою там. – Разве я говорил, что ты можешь спуститься по этой лестнице, девочка?

Запаниковав, я покачала головой и попятилась, пока не уперлась спиной в холодильник.– Н–нет, папа.

– Тогда что ты здесь делаешь? – пробормотал он невнятно, угрожающе надвигаясь на меня. – Ты думаешь, что ты такой же герой, как эта маленькая сучка?– Его рука метнулась вперед, схватив меня за локоть. – Ты тоже хочешь замахнуться на меня? Он грубо встряхнул меня, отчего моя голова откинулась назад. – Попомни мои слова, Мэри, этот коротышка будет таким же плохим, как и ты.

– Убери свои руки от моей сестры, – прорычал Джоуи, бросаясь на папу.

В отличие от предыдущего раза, папа был готов к встрече с ним. Держа одной рукой меня за предплечье, он схватил Джоуи за горло. –Ты вспыльчивый маленький ублюдок,– прошипел папа, сжимая горло Джоуи с такой силой, что тот выронил свою клюшку и дернул папу за руку. –Да, именно так, парень. Ты еще недостаточно силен, чтобы справиться со мной.

– Отойди, – голос Даррена наполнил воздух, повелительный и глубокий, когда он с грохотом ворвался на кухню. Его взгляд устремился прямо на маму, и по его телу пробежала дрожь. – Ты гребаный монстр, – выдавил он из себя.

– Убирайся отсюда, Даррен, – рявкнул папа. – Утром у тебя матч.

– Матч?– Даррен возмущенно покачал головой. –Отпусти их. - Его руки были сжаты в кулаки по бокам, и он сильно дрожал. – Они всего лишь дети.

–Тогда они должны быть в постели, – рявкнул папа. – Только не здесь, внизу, не вмешивайся в мои дела.

– Блять… ты… ты, – выдавил Джоуи, пиная и хлеща нашего отца. – Придурок...

– Вот дерьмо.- Папа рассмеялся и покачал головой. – У этого, – он наклонил голову в сторону сына, чье горло сжимал, – яиц больше, чем мозгов.

– Отпусти их, – холодно повторил Даррен. –Если ты хочешь, чтобы я был на завтрашнем матче, тебе лучше убрать свои руки от этих детей.

Папа долго смотрел на него, прежде чем отпустить нас с Джоуи. –Это будет хороший матч, – сказал он, делая полный разворот на сто восемьдесят градусов. –Мы должны победить, – добавил он. –Если ты в форме.

Кашляя и отплевываясь, Джоуи снова бросился к нашему отцу, но Даррен преградил ему путь.

– Иди спать.

Глаза Джоуи наполнились слезами. – Но он просто…

– Забирай Шэннон и ложись спать, – повторил Даррен, сурово посмотрев на Джоуи. –Сейчас.

Разъяренный Джоуи посмотрел на нашу мать. –Не делай этого, мам, – взмолился он. Не смахивай это под стол.

– Делай, что он сказал, Джоуи, – всхлипнула она, одаривая его легкой улыбкой. –Все будет хорошо.

– Нет, – выдавил Джоуи, – этого не будет. - Схватив меня за руку, он потащил меня к двери. – Он собирается покинуть нас, Шэннон, – прошептал он достаточно тихо, чтобы только я могла его услышать. – Он скоро уйдет.

– Папа?– спросила я с надеждой.

– Нет. – Джоуи покачал головой, наполовину таща меня вверх по лестнице. –Даррен.

– Даррен не оставит нас, – ответила я, чувствуя тошноту от этой мысли. – Он сказал, что никогда нас не бросит.

– Я видел это, – прошипел Джоуи. – В его глазах. Он собирается уходить. Ему все равно, Шэннон. Он просто ждет, пока закончит школу, а потом уедет.

Я покачала головой. –Но он не может пойти…

– Не волнуйся, – сказал он, останавливаясь у двери своей спальни. – Что бы ни случилось, мы будем держаться вместе.

– Ты обещаешь…

Резко проснувшись в понедельник утром, я сбросила покрывало со своего мокрого от пота тела и просто лежала неподвижно, как статуя, ожидая, когда мое колотящееся сердце вернется к нормальному ритму. Задняя часть моей шеи была скользкой от пота, и я чувствовала, как холодные капли стекают по моей коже. Дрожа, я сосредоточилась на одной единственной точке на потолке своей спальни и вдыхала и выдыхала, глубоко и медленно, пока мое сердце не перестало пытаться вырваться из грудной клетки.

Каждую ночь с тех пор, как я вернулся домой из больницы, я просыпался от одного и того же кошмара. Память, напомнил мне мой мозг. Это всего лишь ночные кошмары, если они ненастоящие.

Почему мой мозг, казалось, застрял на одной конкретной ночи восемь лет назад, было очевидно, и страх перед неизвестным почти каждое утро приковывал меня к матрасу, я обливался холодным потом и горел в моем личном аду.

В приступе паники я пришла к выводу, что мой брат был экстрасенсом. Либо так, либо он был живым, дышащим детектором лжи, потому что все, что Джоуи когда–либо предсказывал, хорошее, плохое или безразличное, на протяжении многих лет сбывалось. У него была эта жуткая способность смотреть на ситуацию, чувствовать ложь, ощущать опасность, а затем излагать свое предсказание в сокрушительных словах и с жуткой точностью.

Как и предсказывал Джоуи, Даррен начинал ломаться под давлением жизни под этой крышей.

Он отстранялся от семейной жизни и совершал все более длительные командировки по работе в Белфаст. Мы даже не были знакомы с его бойфрендом Алексом, что только доказало мне, что у него не было намерения смешивать свою реальную жизнь в Белфасте со своей временной в Корке.

Патриция и ее команда социальных работников сократили свои визиты. Довольные нашим прогрессом, они появлялись раз в пару недель, а не через день, как предсказывал Джоуи.

И точно так же, как предсказывал Джоуи, наш отец в настоящее время разгуливал по городу свободным человеком. Прошло пару недель с тех пор, как папа и Джонни поссорились возле кинотеатра, и хотя листок бумаги внизу, на кухне, уверял нас, что он не сможет сюда вернуться, женщина, которая меня родила, дала мне возможность сделать паузу.

Все менялось, моя жизнь шла кувырком, и единственное, что казалось спокойным посреди этой бойни, был мальчик, чью футболку я носила. Тут мой телефон зазвонил, как раз вовремя, и я практически выпала из кровати в спешке, чтобы снять его с зарядного устройства. Каждый раз, когда я слышала, как вибрирует мой телефон, или видела, как загорается экран, на меня немедленно нападал рой бабочек в животе. Мое сердце затрепетало. Мои ладони стали скользкими от пота. Я была от него в полном восторге. Это было нехорошо, небезопасно или разумно, но это было именно то, что я чувствовала – и я жаждала опасности. Я тосковала по текстовым сообщениям и тайным встречам. Я тосковала по нему.

Д: Сейчас же ухожу из спортзала. Буду у тебя через 30 минут. Волнение бурлило в моих венах, из-за чего мне было трудно держать себя в руках достаточно, чтобы набрать текст.

Ш: Как все прошло? Болит? Был ли ты осторожен?

Я прижала телефон к груди и нетерпеливо ждала. Меньше чем через минуту зазвонил мой телефон.

Д: Все в порядке. Нечего волноваться.

Я ничего не могла с собой поделать. Я волновалась. Я всегда беспокоилась о нем. Мой телефон зазвонил снова.

Д: Прекрати…

Улыбаясь как идиотка, я набрала еще одно сообщение.

Ш: Ничего не могу с собой сделать.

Д: Ты можешь провести тщательно осмотреть меня, когда я приеду. Просто чтобы успокоить свой разум. ;)

Ш: Ух ты, ты такой заботливый.

Д: Выезжаю. Скоро увидимся.

Ш: Окей.

Д: Покажи свой сиськи.

Я громко рассмеялась, увидев сообщение на экране.

Ш: Хорошая попытка, Гибси.

Ш: Блядь! Привет малышка Шэннон.

Отложив телефон, я поспешила выйти из своей комнаты и нырнула в душ, прежде чем кто– нибудь из моих братьев успел туда войти. Собрав волосы в беспорядочный пучок, чтобы они оставались сухими, я намылила себя средством для мытья тела и позволила своим мыслям блуждать. Как обычно, мои мысли автоматически обратились к Джонни.

Всегда Джонни…

Сегодня было 9 мая, вторая неделя лета, и по мере того, как дни становились длиннее, мои чувства к нему становились все сильнее. Субботний вечер изменил для меня все. Когда я была с ним таким образом, теперь все это ощущалось намного глубже. Мои чувства к нему грозили перечеркнуть всякий здравый смысл…

– Шэннон!– Голос мамы наполнил мои уши, когда она постучала в дверь ванной. –Я думала, мы ясно дали понять, что ты будешь ездить с Дарреном в школу и обратно.

Возбуждение бурлило внутри меня.

Он здесь.

Выключив душ, я обернула вокруг тела полотенце и поспешила обратно в свою спальню, чтобы одеться, по пути послушно игнорируя маму. Захлопнув дверь своей спальни у нее перед носом, я оделась в рекордно короткие сроки, вытащила волосы из пучка и провела по ним расческой. Сунув телефон в карман рубашки, я обулась, схватила школьную сумку и снова распахнула дверь.

– Когда я задаю тебе вопрос, я ожидаю ответа, – сказала мама, стоя в дверях, уперев руки в бока. – Что он здесь делает?

– Он забирает меня в школу каждое утро, – напомнила я ей. –Ты уже знаешь это. Или, по крайней мере, вы бы знали, если бы не были все время на работе или в постели.

– И ты уже знаешь, что должна пойти с Дарреном, – парировала мама, нахмурив брови.

Сопротивляясь желанию закатить глаза, я обошла ее и направилась к перилам. В то время как мама отказалась от угроз полиции, Джонни никоим образом не терпели и не желали видеть в нашем доме. Она не признавала ни его, ни наши отношения. Она притворилась, что его вообще не существует, и меня это устраивало, потому что я делал с ней то же самое.

– Шэннон Линч!

– Пока, – крикнула я в ответ, с грохотом спускаясь по лестнице, моя улыбка становилась шире с каждым шагом, который приближал меня к входной двери. К нему.

– Ты знаешь, что должна пойти со мной, – начал говорить Даррен, появляясь из кухни с миской хлопьев в руках. Однако с его стороны это была вялая попытка. На самом деле ему было все равно, поеду я с Джонни или нет. Он просто повторял обычное бла–бла–бла. – Для него нет никакого смысла отклоняться на полчаса от своего пути…

– Увидимся, – крикнула я, рывком распахивая входную дверь и выбегая на улицу, навстречу раннему утреннему солнцу.

Я замедлила шаг, когда мой взгляд упал на Джонни, сидящего на стене моего сада, ключи от машины болтались у него в пальцах. На нем не было школьного джемпера – в нем не было ничего нового, – рубашка была расстегнута, галстук ослаблен, отчего он выглядел восхитительно взъерошенным. Он хмуро смотрел на фасад моего дома, но в тот момент, когда заметил меня, ленивая улыбка расползлась по его лицу.

– Шэннон,как река, – промурлыкал он, спрыгивая на ноги. Указав на свое тело, он подмигнул. –Я здесь для твоего осмотра.

Ухмыляясь, я сократила расстояние между нами, заставляя себя подойти к нему, а не бежать, как мне так сильно хотелось. –Привет, Джонни.

– Привет, Шэн, – ответил он, запечатлевая поцелуй на моих губах, прежде чем закинуть руку мне на плечо. –Все готово?

Кивнув, я обняла его за талию и удовлетворенно вздохнула, когда мы шли к его машине, впервые со вчерашнего вечера чувствуя себя хорошо. – Может идти.

– Шэннон!– Мама вышла на улицу, кутаясь в халат. – Можно тебя на пару слов?

Напрягшись, я резко обернулась и взглядом умоляла ее ничего не говорить. – О чем?

Мама бросила уничтожающий взгляд на Джонни, прежде чем сфокусироваться на мне.– Наедине.- Она кивнула головой в сторону входной двери. – Сейчас.

– Мне нужно идти, – дрожащим голосом ответила я, прекрасно понимая, что если бы я вернулась в дом, то не пошла бы сегодня в школу. – Мы можем поговорить позже.-Только мы бы этого не делали, потому что у меня не было намерения заводить с ней этот разговор. – Пока.

– Шэннон, – повторила она, на этот раз предупреждающим тоном. – А теперь заходи внутрь.

Я напряглась. – Я иду в школу. У меня осталось три недели до летних каникул, и я не пропущу ни одного дня, мам. У меня скоро аттестат.

– Только не с ним, – отрезала мама. –Ты никуда с ним не пойдешь.

– У него есть имя, – выпалила я в ответ, оскорбленная тем, что Джонни видел и слышал это.

Выпрямив спину, я прищурилась, глядя на нее. – Это Джонни, и он мой парень.

– У тебя нет никакого уважения, – прошипела мама, обращая свой гнев на Джонни. –Ты ужасный парень.

Джонни устало вздохнул. – Я не на вашей территории, миссис Линч. - Стараясь говорить вежливее, чем она того заслуживала, он добавил: –Я знаю, что я вам не нравлюсь, но я здесь не нарушаю никаких законов.

– Я говорила тебе держаться подальше от моей дочери, – выдавила мама, теперь ее трясло. – И ты не хочешь слушать.

– Мама.

– При всем моем уважении, у меня есть моя собственная мама, которая говорит мне, что делать, – спокойно ответил он. – Я здесь ради Шэннон, а не ради вас, так что я могу нравиться вам или нет, но в любом случае, вам лучше привыкнуть видеть меня, потому что я никуда не уйду.

Мамино лицо покраснело. – Если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы положить…

– Не волнуйся,мама Шэннон. - Из–под люка Ауди высунулась светловолосая голова с ухмылкой пожирателя дерьма на лице. Широко улыбаясь, Гибси пошевелил бровями и сказал: – Он хорошо позаботится о вашей маленькой девочке, прежде чем исчезнуть обратно в машине и врубить стерео на максимум. Снова появившись на сцене, он с головой окунулся в припев песни Мадонны «Like A Virgin», распевая во всю мощь своих легких и делая многозначительные движения руками, все это было направлено на мою мать.

– Господи Иисусе, – простонал Джонни, качая головой. –Я собираюсь убить его.

У мамы отвисла челюсть, когда она в ужасе уставилась на Гибси.

– Джерард!– Светловолосая головка Клэр высунулась из люка на крыше. –Ты такой безвкусный –Ты знаешь, что ты единственная девственница, к которой я хочу прикоснуться, – сказал он ей, многозначительно приподняв брови.

– Джерард!

– Просто дай мне знать, когда захочешь, чтобы я это сделал « в самый первый раз», – добавил он.

– Этого никогда не было бы, – выпалила она в ответ, краснея. – Ты большой зануда!

Он выгнул бровь, одарив ее взглядом, который кричал «чушь собачья».

Я воспользовалась тем, что Гибси на мгновение отвлек мою мать, как возможностью для нас с Джонни сбежать до того, как разразится еще одна громкая ссора. – Пойдем. Схватив Джонни за руку, я почти потащил его к машине. Рывком распахнув пассажирскую дверь, я практически нырнул внутрь, захлопнув за собой дверь.

– Привет, девочка! – прощебетала Клэр с заднего сиденья. – Сожалею о нем, – добавила она, указывая на нижнюю половину Гибси, котораый не был втиснут в люк на крыше.– Я не знаю, что сказать.

– Да, – торжественно кивнул Фели, сидевшая сзади. – Мы хотели бы дать вам объяснение его поведению, но, честно говоря, я не думаю, что оно существует.

– Во что, по–твоему, ты, черт возьми, играешь, Гибс? – спросил тогда Джонни. Нырнув на водительское сиденье, он захлопнул дверцу и завел двигатель. –Как будто эта женщина недостаточно ненавидит меня…– Вырвавшись из дома, он протянул руку и выключил стереосистему. –Ты должен был пойти и подтолкнуть ее, и вбить ей в голову еще больше дурацких идей! Я бы хотел, чтобы он вложил в твою голову побольше идей, Джонни Кавана!

– Я использовал свое обаяние, – засмеялся Гибси, опускаясь обратно через люк в крыше. – Тоже сработало, – добавил он, опускаясь на заднее сиденье между Клэр и Фели. – Это помогло ей выбраться, не так ли?

– О боже мой, – выдавила я из себя сквозь приступы смеха, пристегивая ремень безопасности.

– Я не могу поверить, что ты только что это сделал.

– Я знаю, верно?– Гибси выстрелил в ответ, ухмыляясь. – Для утра понедельника становилось немного тяжеловато, и это просто казалось правильным. Как порыв или что–то в этом роде.

–Когда в твоей голове все кажется правильным, обычно все оказывается чертовски неправильным, – проворчал Джонни с обиженным видом. – В следующий раз подавляй свой порыв, Гибс.

– Как скажешь, парень, – хихикнул Гибси. – Я спас тебя от очередной порки языком тещи, и ты это знаешь, – добавил он, прежде чем вступить в жаркий спор с Клэр о уместности исполнения серенад девственницам.

Потянувшись к моей руке, Джонни поднес ее к губам и поцеловал костяшки моих пальцев. – Итак, слушай, – сказал он тихим голосом, не обращая внимания на шум, доносившийся с заднего сиденья. –Я хотел спросить тебя кое о чем.

– О? Возбуждение заструилось по моим венам, и я повернулась на своем сиденье, чтобы уделить ему все свое внимание. – Что?

– Поужинаем сегодня вечером. - Он бросил на меня быстрый косой взгляд, прежде чем снова сосредоточиться на дороге. –У меня дома.

Мое беспокойство мгновенно усилилось. –Я не знаю, Джонни, – пробормотала я, чувствуя, как мое лицо заливается краской. –Я не уверена, что это хорошая идея.

Это была ужасная идея. Его мать была доброй, отзывчивой и любящей, но я сомневалась, что она хотела, чтобы я вернулась туда после субботнего вечера. Я видела, как она смотрела на меня, когда отвозила домой: вся подозрительная и обеспокоенная. Слова Джонни, сказанные несколько месяцев назад, все еще крутились у меня в голове.

– Мои родители не хотят, чтобы я ходила к тебе домой. Они думают, что это плохая идея…

Не нужно было быть гением, чтобы прочитать между строк этого заявления и понять, что я был плохой идеей.

–Это была ее идея, – сказал Джонни, зная, куда ушли мои мысли.

Мои брови удивленно взлетели вверх. –Так и было?

–Это правда, – сказал Гибси с заднего сиденья. – Мамуля Кей мучила его, чтобы он снова привел тебя домой. Сегодня утром я слышал, как они разговаривали по телефону. У нее есть важные новости для вас двоих.

Мои глаза расширились. – Важные новости?

– Гибс! – рявкнул Джонни. –Прекрати, блядь, дергать ушами.

Я нахмурилась. – Какие новости?

– Понятия не имею, – пробормотал Джонни, потирая челюсть.

– Я в одной машине с тобой, придурок, – прорычал Гибси. –Я отчетливо слышу ваш разговор.

Что ты хочешь, чтобы я сделал? Высовывать голову из окна и лаять на уличное движение, как собака?

– Я хочу, чтобы ты перестал подслушивать мои разговоры, – выпалил Джонни в ответ, и на его шее запульсировала вена. –Господи!

– Хорошо. - Подняв руки, он откинулся на спинку сиденья. –Я больше ничего не скажу по этому поводу.

– Спасибо – подожди – я ведь тоже приглашен сегодня на ужин, верно?

– Гибс!

– Неужели нет?

– Нет.

– Почему нет?

– Господи Иисусе, Гибс. Клянусь богом, я остановлю эту машину, и ты…

– Прекрасно!– Гибси фыркнул. – Я все равно не хотела жареную картошку. У моей мамы лучше.

– Джерард, – уговаривала Клэр. –Все в порядке. Ты можешь поужинать со мной.

– Можно я тебя съем? – спросил он, снова звуча игриво.

– Если ты будешь хорошо себя вести, – ответила она, похлопав его по плечу.

– Что?– Голос Гибси стал таким высоким, что казался почти девичьим. – Я имею в виду… – он несколько раз грубо прочистил горло, прежде чем добавить: – Что?

Фели тихо хихикнул. – Не находишь слов, Гибс? Это впервые.

– Я знаю, верно?– Клэр хихикнула, закрывая Гибси рот пальцем. –Я думаю, что сломала его.

– Итак, ты придешь сегодня вечером? – спросил Джонни, снова привлекая мое внимание к себе. – Пожалуйста? Это бы много значило для меня.

– Хорошо, – прошептала я, выдавливая из себя это слово, хотя все, чего я хотела, это сказать «нет»и спрятаться. – Я приду.

Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и просиял. – Действительно?

О боже, эта улыбка. – Действительно, – подтвердила я, сердце бешено колотилось. – Если ты уверен?

– Я уверен, – ответил он, его глаза пылали жаром.

– Я знаю, что мне не положено с тобой разговаривать, – вмешался Гибси. – Но смотрите на дорогу, кэп. Сегодня вечером у меня очень срочные дела с ужином, и наготове соблазнительное основное блюдо, и я не хочу появляться с пустыми руками.

– Что… о, Господи! – рявкнул Джонни, выворачивая руль и едва не врезаясь в поток машин, двигавшихся в противоположном направлении. –Кажется, я проехал на красный свет, – добавил он, покраснев.

– Ты точно справился, бульдозер, – задумчиво произнес Гибси, похлопывая его по плечу.

– Что это за вещь, которую он всегда говорит парням, Гибс?– Фели добавил: – О да, убери свою голову от девушки и отправляйся в путь.

– Забавно, – невозмутимо произнес Джонни. – Очень смешно.

– Что мы делаем на твой день рождения, Джонни? – спросила тогда Клэр. – Это всего через сколько – три недели?

– Мы?– Джонни выгнул бровь. – Я не знал, что мы были друзьями типа «мы», Клэр.

Клэр издала тихий звук. – Твоя девушка – мой лучший друг, Джонни Кавана, а это значит, что я собираюсь быть на твоей вечеринке. Я собираюсь побывать во многих местах, где бываешь ты.

Мне нравится твоя машина прямо сейчас. Так что соглашайся и скажи мне, что ты хочешь в качестве подарка.

– Мне исполняется восемнадцать, а не восемь. Джонни рассмеялся. –И у меня не будет вечеринки, так что не покупай мне никаких чертовых подарков.

– О да, ты, блядь, устраиваешь вечеринку, – возразил Гибси. – Большую. С тортом, сосисками для коктейля и чертовой тонной текилы.

– Опять текила?- Фели уставился на Гибси. – Действительно?

– Послушай, я не собираюсь сидеть здесь и извиняться за то, что произошло миллион лет назад, – фыркнул Гибси. – Меня вырвало на твою собаку, Фели. Это была настоящая ошибка. Я проделывал это с Сьюки миллион раз, и ты не видишь, чтобы она относилась ко мне холодно. И с тех пор я этого не делал, так что не могли бы мы, пожалуйста, оставить это в прошлом?

– У меня нет собаки.

– Это на мою мать тебя вырвало!– огрызнулся Фели, в его голосе звучало возмущение.– И это было на прошлое Рождество, а не миллион лет назад, придурок.

– Что?– Гибси нахмурился. –Это была твоя мама?

– Да, придурок!

– Ах, парень, мне так чертовски жаль, – выдавил Гибси, хлопнув себя ладонью по рту. –Я думал, это собака.

– Лучше от этого не становится, Гибс, – задумчиво произнес Джонни, скривив губы.

– Я не имел в виду, что она похожа на собаку, – быстро поправила Гибси. – Но она была такой мягкой и пушистой…

– Выключи его, – приказал Джонни.

Гибси нахмурился. – Эй, так вот почему твои родители не хотят…

–Больше не позволю тебе переступить порог дома?– вставил Фели, бросив на него неодобрительный взгляд. – Да, Гибс. Именно поэтому.

Затем нас окутало неловкое молчание, которое Клэр, к счастью, нарушила, прочистив горло и сказав: – В любом случае, переходя от менее чем звездных выходок Джерарда срыгиванием, я думаю, мы должны что–нибудь сделать в честь твоего восемнадцатилетия, Джонни, и если ты не хочешь устраивать вечеринку, мы могли бы отправиться в поход.

Брови Джонни нахмурились. – В поход?

– В поход, – подтвердила Клэр взволнованным тоном. – К тому времени занятия в школе закончатся, погода должна быть хорошей, у вас у всех есть машины, так что мы могли бы поехать, куда захотим. И что лучше всего, Шэн, Лиззи и я начнем сдавать экзамены для младших классов только через неделю после твоего дня рождения.– Улыбнувшись, она добавила: –Это беспроигрышный вариант.

– Детка, ты гений, – заявил Гибси. –Я чертовски люблю походы.

– А ты как думаешь, Шэн? – спросил Джонни, бросив на меня косой взгляд. –Ты бы пошла?

– Разве медведь гадит в лесу? Конечно, она пойдет!– Гибси ответил за меня. – Верно, малышка Шэннон?

– Не вкладывай в ее уста слов, – проворчал Джонни. – Она не обязана…

– Я пойду, – выпалила я, взволнованная.

Брови Джонни взлетели вверх. –Ты сделаешь это?

Я кивнула. –Конечно.

– Но твоя мама…

– Скажу «нет», – согласилась я, сжимая его руку. – Но это твое восемнадцатое, и я все равно собираюсь.

–Тогда решено, – вмешалась Клэр, хлопая в ладоши. –Мы отправляемся в поход!

Глава 59.Достаточно!

Шэннон

– Нам лучше вернуться в класс, – простонал Джонни, прерывая наш поцелуй. Это был конец большого обеда, и мы прятались за школьной оранжереей, где почти каждый день проводили вместе вторую половину обеденного перерыва. Как обычно, я сидела на стене, окружающей огород, и, как обычно, Джонни стоял у меня между ног, положив руки мне на бедра и засунув язык мне в рот.

– Мы можем пойти прямо ко мне после школы, – предложил он, запечатлевая еще один обжигающий поцелуй на моих губах. – Займемся чем–нибудь перед ужином?

Я не хотела ужинать, если его не было в меню. – Какого рода «чем-нибудь»? – спросила я, слегка задыхаясь, проводя пальцами вниз по твердым выступам и впадинам его живота.– Что у тебя на уме? – спросила я.

–Я не знаю, – хрипло ответил он, опуская руки к моей заднице. –Мы могли бы немного поиграть в GTA? Или поговорить?– Он крепко сжал меня, и я застонала. – Все, что ты захочешь, Шэн. – Уткнувшись лицом мне в шею, он сильно присосался к моей плоти. –Черт, кажется, я тебя пометил, – пробормотал он, откидывая голову назад, не сводя глаз с моей шеи. Смущенно улыбнувшись, он добавил: – Мне жаль.

–Уверена, что это так.– Он выглядел настолько далеким от сожаления, насколько это вообще возможно для человека. –Я верю тебе.

–Как ты себя чувствуешь? – спросил он тогда. Мягко улыбаясь, он провел пальцами по моему бедру. –Ты в порядке?

– Я в порядке, – прошептала я, притягивая его ближе. –Перестань волноваться.

– Я ничего не могу с собой поделать, – простонал он. –Я всегда беспокоюсь о тебе.

–Я хотела того, что случилось, Джонни, – заверила я его. – Я все еще верю.

Его глаза потемнели. – Да?

Дрожа, я кивнула. –Да.

–Я не знаю, что я собираюсь с тобой делать, Шэннон Линч, – признался он хриплым голосом. – Ты заставляешь меня терять голову.

– Хорошо, – поддразнила я. –Мне нравится, когда ты отключаешь свой мозг.

Прозвучал второй звонок, давая нам знать, что у нас есть две минуты, чтобы добраться до класса, но я оставалась там, где была, обхватив его бедрами за талию и мысленно умоляя его остаться, остаться, остаться…

Одного часа обеда было недостаточно. С ним всегда было недостаточно времени, но я неохотно отпустила его, когда он пробормотал что–то о тесте по французскому.

Джонни помог мне слезть со стены, а затем взял меня за руку, и мы направились обратно в школу. – Ты нервничаешь из–за ужина?

Я кивнула. –В ужасе.

– Она не поднимет эту тему, – пообещал он, проводя большим пальцем по моим костяшкам. – Так что даже не беспокойся об этом, Шэн.

– А твой папа тоже там будет? – спросила я тихим голосом.

–Да, – ответил он, придерживая дверь открытой, чтобы я могла войти внутрь. –Он все еще пытается приложить больше усилий и присутствовать.- Он закатил глаза при этой мысли. – Она все еще водит меня за нос, Шэн. Это хуже, чем когда–либо. Чем ближе мы подходим к Джун, тем более плаксивой она становится, – добавил он с содроганием. –Это все «как поживает твой вилли, любимый» и «у тебя снова опухли яички», или же она зачитывает статистику по травмам головы в регби.

Я точно знала, что чувствовала его мать. Чем ближе мы подходили к июню, тем больше я тоже превращался в плаксивое месиво. Я просто был осторожен и делал это, когда Джонни не было рядом. У меня не было такой роскоши, как у большинства девушек моего возраста. Мой парень скоро уедет. Я знала, что от скаутов поступали телефонные звонки, независимо от того, говорил он мне о них или нет. Я знала, что у нас было время взаймы, мы все ближе и ближе подходили к прощанию, которое не давало мне спать по ночам, – к тому дню, когда он уйдет, а я останусь.

–Итак, что ты думаешь о том, что Клэр сказала в машине этим утром?- спросила я, отвлекаясь от своих гнетущих мыслей. Остановив его возле туалета для девочек, я сжала его руку и улыбнулась ему снизу вверх. – Поход в поход на твой день рождения?Ты взволнован?

– Только если ты пойдешь. - Джонни посмотрел на меня сверху вниз и нахмурился. –Я не пойду, если ты не пойдешь.

–Я пойду , Джонни. Град, дождь или снег.Я не пропущу твой день рождения.

–О, да?– Он ухмыльнулся. – Ты собираешься разделить со мной палатку?

– Это зависит от обстоятельств, – поддразнила я, улыбаясь ему в ответ. – Ты можешь поставить палатку?

Джонни одарил меня понимающей ухмылкой, и мое лицо вспыхнуло от смущения.

–Не такая палатка, – быстро поправилась я, покраснев.

–Ты такая милая, – усмехнулся он, покачав головой. – Встретимся здесь после последнего урока, хорошо? Мы можем вместе вернуться ко мне домой.

–Нет, сначала мне нужно заехать домой и переодеться.

–Ты и так выглядишь идеально, – утверждал он. –Лучше, чем идеально.-Ухмыляясь, он обхватил меня рукой за талию и притянул вплотную к себе. – На самом деле, ты выглядишь как ужин.

Я прижалась к нему, чувствуя, как мое тело становится горячим и ноющим. –Мне все равно сначала нужно заехать домой и проведать Джоуи. Прижав руки к его груди, я сделала безопасный шаг назад, прежде чем потеряла всякий здравый смысл и совершила что–нибудь безрассудное. – Я могу попросить его отвезти меня к тебе домой около восьми? К тому времени ты закончишь тренироваться, не так ли?

– О, черт, да. – Джонни нахмурился, как будто мысль о тренировках только пришла ему в голову. –У меня есть тренировка.

–Я знаю, – согласился я, улыбаясь. –Я могу зайти позже.

– Или мы могли бы просто взорвать…

–Ты тренируйся, а я приду, когда ты закончишь, – перебиваю я его, говоря. –Таков план, помнишь?

Он выглядел расстроенным, но неохотно кивнул мне. –Да, ты прав.

Я ухмыльнулась. – Я знаю.– Сделав еще один шаг назад, я отмахнулся от него. –А теперь иди и наслаждайся двойным французским.

Тяжело вздохнув, Джонни запечатлел поцелуй на моей щеке, прежде чем удалиться по коридору. – Эй, Шэн? – крикнул он через плечо.

– Да?– Ухмыляясь, он сказал: –Я люблю поболтать с мамой.

Я нахмурилась. – Что?

Джонни дьявольски ухмыльнулся. –Я сказал, что я хочу быть интендантом для тебя.

Я наморщила нос. – Ты же знаешь, я ужасно говорю по–французски.

–Я рассчитываю на это, – рассмеялся он и неторопливо зашагал прочь. –Увидимся вечером, детка.

Ухмыляясь как идиотка, я отмахнулась от него и бросилась в ванную. Мне ужасно хотелось пописать еще с урока перед большой переменой, но я не хотела тратить на него ни минуты своего обеденного перерыва. Однако в тот момент, когда я вошла в ванную, я пожалела об этом. Я только что столкнулась лицом к лицу с Беллой Уилкинсон, но и с ней были две ее подруги с шестого курса.

До сих пор мне чудесным образом удавалось избегать общения с ней наедине, и, если не считать ежедневных комментариев в коридорах и обеденном зале, она не доставляла мне никаких хлопот. У меня было предчувствие, что вот–вот все изменится. Выражение чистого отвращения на ее лице, когда она подкрадывалась ко мне, только подтверждало эти чувства.

–Посмотрите, кто это, девочки, – задумчиво произнесла Белла, выглядя такой же потрясающе красивой, как всегда, когда она стояла перед моим единственным выходом.–Маленькая шлюха без своих сторожевых псов.

–Оставь ее в покое, Белла, – удивила меня словами одной из девушек – та, что с каштановыми волосами.

– Она сука, Таш, – выплюнула Белла, бросив предупреждающий взгляд на свою подругу. – Ты знаешь, чего она мне стоила.

Полностью включив режим полета, я развернулась на каблуках и двинулась к двери, но она перехватила меня, преградив путь.

Мое сердце бешено колотилось в груди, брыкаясь, подпрыгивая и крича мне, чтобы я убиралась прочь. Вместо этого я просто стояла там, глядя на девушку, которая, как я знала, ненавидела меня. – Мне нужно идти, – выдавила я, мой голос был едва громче панического шепота. – Пропусти меня, – добавила я, заставляя себя расправить плечи.

– Мы не закончили разговор, – прошипела Белла. –Мы даже близко не подошли к тому, чтобы закончить.

–Я не хочу с тобой разговаривать. Мое сердце колотилось так сильно, что я чувствовала слабость. –Я просто хочу уйти, – добавила я дрожащим голосом. – Я не хочу никаких неприятностей.

–Ты просто хочешь уйти, – передразнила Белла, а затем рассмеялась. –Что ж, крутое дерьмо, милая, потому что мне есть что тебе сказать.

–Ты дура, – прошипел мой мозг, – ты же знаешь, что лучше не приходить сюда одному.

Нам оставалось учиться всего три недели, а потом мы закончили на лето. Белла вообще покончила бы с Томменом. Я могла бы избегать ее двадцать один чертов день.

Черт возьми, зачем мне нужно было сюда заходить?

Склонив голову набок, Белла жестоко улыбнулась мне сверху вниз. –Как папочка, Шэннон?

Мое тело сжалось, когда смесь опустошения и унижения затопила меня.

–Девочки, вы слышали об отце Шэннон?– Белла продолжала насмехаться. –Ее отец – жуткий болван на социальном обеспечении. Прищурившись, она добавила: –Очевидно, он избил ее до полусмерти на Пасху и отправил в больницу, но я думаю, что это честная игра по отношению к этому человеку. Вероятно, он просто пытался выбить из нее дурь.

– Белла, остановись! – рявкнула девушка, которую она называла Таш. –Этого достаточно.

–Этого недостаточно, – съязвила Белла. –Эта сука украла моего парня, Таш.

–Ну, я в этом участвовать не собираюсь, – сказала девушка из Таш и с этими словами вышла из ванной, по пути оттолкнув Беллу.

Другая девушка, блондинка, прислонившаяся к раковине, вообще ничего не сказала. Она просто стояла там, глядя куда угодно, только не на меня, напоминая мне о стольких других девушках, которых я встречала на протяжении многих лет, и заставляя меня презирать ее больше всего. Я ненавидела таких девушек, как она. Те, кто знал, что что–то не так, но ничего не сделал, чтобы это остановить.

Сопротивляйся, Шэннон. Голос Джоуи заполнил мой разум. Не позволяй этим сучкам запугать тебя!

– Я не крала твоего парня, – выпалила я в ответ, дрожа с головы до ног. – Потому что Джонни никогда не был твоим.

Белла изогнула изящно выщипанную бровь. – И ты думаешь, что он твой?

–Да. – ответила я, шокируя самого себя своими словами. –Так и есть.

–Тогда ты должна знать, что он с тобой только ради одного, – выплюнула она, выглядя разъяренной. –Легкий, блядь, секс.

–Это все, ради чего он был с тобой, – ошеломила я сама себя, сказав это. –Мы не все такие, Белла.

Ее лицо покраснело. – Извини?

– Пропусти меня, – повторила я, подчеркнуто глядя на дверь. – Сейчас.

Когда она не отступила в сторону, я двинулась, чтобы обойти ее, но только для того, чтобы отшатнуться назад и неловко приземлиться на пол, когда она со всей силы толкнула меня в грудь.

–Я сказала, что мы не закончили, сука. - Подойдя ко мне, Белла стащила с моего плеча школьную сумку. Расстегнув молнию, она высыпала содержимое на меня сверху. –Ты грязная шлюха, – прошипела она, ткнув меня пальцами в лоб. –Тебе не место в этой школе, так что возвращайся в муниципальное поместье вместе с остальной частью своей гребаной семьи.

–…Ты бесполезная сучка…

–…Ты самая большая ошибка из всех, девочка…

–…Твоя собственная мать не хотела, чтобы ты…

–…Ты – яд в этой семье…

Достаточно.

Достаточно.

Достаточно.

–Хватит!– закричала я, вскакивая на ноги. –Не прикасайся ко мне!– Слезы навернулись мне на глаза, но я сморгнула их, чувствуя в этот момент больше ярости, чем за всю свою жизнь. –Никогда, черт возьми, больше не прикасайся ко мне!– Я продолжала кричать, когда полностью лишился чувств и бросился на Беллу.

Я поймала взгляд на ее удивленном лице примерно за две секунды до того, как бросилась на нее, выпуская шестнадцать лет боли и жестокого обращения в кончики пальцев, когда я царапала и толкала ее изо всех сил, что были во мне. Она была слишком велика для меня, и я знал, что у меня нет ни малейшей надежды закончить то, что она начала, но впервые в жизни я сопротивлялась.

Что–то изменилось внутри меня, я почувствовала это в тот день, когда проснулась на больничной койке, мне повезло, что я осталась жива, и я отказалась принимать еще что–либо. Я не собиралась позволять, чтобы мной помыкали ни она, ни кто–либо другой.

–Ты гребаная сука, – прорычала Белла, повалив меня на пол ванной и забравшись на меня сверху. –Кем ты себя возомнила? – кричала она, царапая и раздирая ногтями мои волосы и лицо. – Маленькая гребаная дура.

Отказываясь просто лежать и принимать это, как я делала миллион раз раньше в моей старой школе, я отталкивала ее в ответ. –Слезь с меня!– Схватив ее за волосы, я сильно дернула, ошеломив себя собственной силой, когда прядь ее черных наращенных волос оказалась у меня в руках.

–Мои волосы!– громко причитала она. –О, я собираюсь уничтожить тебя!– Отпрянув назад, она ударила меня ладонью по лицу, прежде чем грубо заломить мои руки за голову. –Келли, возьми мою сумку.

–Прекрати!– Я едва могла дышать от ее веса, навалившегося на меня сверху, но продолжал брыкаться и пытаться вырваться. –Отвали, Белла!

– Э–э, Белла, может, нам стоит просто…

–Возьми мою гребаную сумку, Келли!– закричала она во всю мощь своих легких. –Сейчас же!– Не говоря больше ни слова, блондинка протянула ей школьную сумку Беллы. –Чего ты от этого хочешь?

–Обед, вода и макияж, – заказала Белла, прежде чем разрезать огромный комок мокроты и выплюнуть его мне в лицо. Келли достала пластиковую коробку для ланча, и Белла сказала: – Прижми ей руки для меня.

– Но я…

–Сделай это!

Тяжело вздохнув, Келли опустилась на колени и принялась прижимать мои руки, в то время как Белла открыла свою коробку для ланча и начала размазывать содержимое по моей униформе.

–Нравится,сучка?-прошипела Белла, открывая сэндвич с тунцом и размазывая его по моему джемперу и юбке. – Этот запах тебе идет.

Все еще сидя на мне верхом, она достала из своей сумки тюбик губной помады, а затем грубо обхватила мой подбородок ладонями. –Продолжай, – передразнила она, размазывая помаду по моему лбу и щекам. – Поплачь, малышка.Давай.

Я не буду плакать.

Я не буду плакать.

Не доставляй ей такого удовольствия, Шэннон.

Вырываясь из ее хватки, я отчаянно пыталась освободиться, но это было бесполезно.

Я была недостаточно сильна.

– Ты не собираешься ничего говорить? – насмехалась Белла, слезая с меня, держа в руках бутылку с водой. Перевернув его вверх дном, она вылила содержимое на меня. –Нет, все верно.

Ты не скажешь ни слова, потому что если ты это сделаешь, я тебя к чертовой матери уничтожу.

–Не лежи здесь, – прошипел голос Джоуи у меня в голове. Сопротивляйся, даже если ты не можешь победить.

Одинокая слезинка скатилась по моей щеке.

–О, смотрите, маленький ребенок плачет, – насмехалась Белла. –Гребаный неудачник.

Сопротивляйся, Шэннон.

Ну же.

Ты можешь это сделать.

–Пошла ты!– выдавила я из себя. –Пошли вы обе.

–Посылаешь меня?– Белла усмехнулась. Достав свой телефон из кармана юбки, она открыла его и начала делать снимки. Закончив фотографировать, она сунула телефон обратно в карман и обхватила ладонями мое лицо, впиваясь ногтями в мои щеки с такой силой, что я поморщилась от боли. – Черт. Ты. Сука.

Каждая капля борьбы ушла из меня вместе с моей непостоянной верой в человечество. Она думала, что причиняет мне боль, но она не знала, что такое боль. Сильно дрожа, я оставался совершенно неподвижным, просто ожидая, когда все закончится.

–Давай, Кел, – сказала Белла, когда еще раз показала мне финал, явно восхищаясь своей умелой работой. –Давай оставим эту сучку здесь.

–Мне так жаль, – прошептала мне на ухо блондинка по имени Келли, прежде чем поспешно подняться на ноги и последовать за Беллой из ванной.

Оцепеневшая до мозга костей, я несколько минут оставалась на том же месте, что и была, считая кубики потолка надо мной, прежде чем, наконец, заставил себя подняться на ноги.

Каждый дюйм моего тела болел, легкие горели, но самый сильный удар был нанесен моей гордости. Униженная и дрожащая, я вытащила свой телефон из кармана рубашки и всхлипнула от облегчения, когда поняла, что он не промок вместе с остальным моим телом.

Сжимая в руке телефон, я, шатаясь, подошла к раковине и яростно тужилась до тех пор, пока все внутри моего тела не начало стекать в канализацию. Тяжело дыша, я схватилась за раковину свободной рукой и заставила себя посмотреть на свое отражение. Крошечные струйки крови потекли по моим щекам из–под ее ногтей, и я даже не удивилась, увидев, что она написала у меня на лице.

BJ–13 было нацарапано у меня на лбу в тон надписи «Кав» на левой щеке и «Шлюха» на правой.

Оторвав взгляд от зеркала, я сосредоточилась на своем телефоне и трясущимися руками набрала номер, который знала наизусть.

Пожалуйста, возьми трубку.

Пожалуйста, возьми трубку.

Пожалуйста, не будь на занятиях и возьми трубку…

–Шэн?– в трубке раздался его знакомый голос. – Что происходит? – спросил он.

–Джоуи.- Крепко зажмурив глаза, я сильно задрожал. –Н–нужно, чтобы ты приехал за мной.