ГЛАВА 44

Итак, это моя комната — снова

Шэннон

Джонни Кавана держал меня за руку.

Он держал меня за руку и вел наверх.

Снова.

В свою спальню.

Снова.

Туда, где он спит.

В своей кровати.

Вероятно, почти без одежды.

О боже…

В отличие от прошлого раза, когда я поднималась сюда с Джонни, сейчас он шел в моем темпе, давая мне возможность рассмотреть его дом — настоящее чудо. Мне и правда было трудно подобрать слова, чтобы описать, насколько он был потрясающим.

В отличие от огромной современной кухни, куда он водил меня на прошлой неделе, это крыло дома было традиционным и почти… королевским?

Вся верхняя площадка была выстелена темным лакированным паркетом и украшена роскошными узорчатыми обоями — такими чистыми и блестящими, что они выглядели как шелк.

С учетом того, что я знала о тканях и дизайне, вполне возможно, что так оно и было.

Весь этот дом и парень, державший меня за руку, буквально кричали о деньгах.

Огромных деньгах.

Это пугало.

Пол тихо поскрипывал под ногами, пока мы шли по правому крылу дома, проходя мимо как минимум пяти дверей, пока не остановились у той, о которой я знала — она была его.

Джонни толкнул дверь и ввел нас в свою комнату, все еще держа меня за руку, все еще заставляя мое сердце бешено колотиться.

К сожалению, через пару мгновений он отпустил мою руку, и отсутствие контакта странным образом оставило чувство пустоты.

— Итак, это моя комната, — сказал он с ухмылкой, обводя рукой все еще неубранное пространство. — Снова.

— И она все еще красивая, — предложила я с робкой улыбкой.

Он широко улыбнулся.

— Я не лучший в мире домохозяин.

Я заметила.

Чувствуя себя ужасно неловко, просто стоя посреди его комнаты, я подошла к стопке DVD рядом с телевизором, надеясь увидеть знакомое название, чтобы завязать разговор и не стоять тут, как идиотка.

Лицо обдало жаром, когда я прочитала название на коробке сверху — Pussy Pleasure XXX.

— Черт, — пробормотал Джонни, заметив, куда я смотрю. Он поспешно подошел и закинул порно за телевизор. — Это, э-э… — Он замолчал, тяжело выдохнул и провел рукой по лицу. — Прости. Я не вожу сюда девушек. — Он нахмурился и добавил: — Кроме тебя.

Ерзая от неловкости, я сказала:

— Не переживай.

— Ну, — протянул он.

— Ну, — прошептала я.

— Это чертовски странно, — пробормотал Джонни.

— Ага, — согласилась я, и на губах появилась маленькая улыбка.

Джонни заметил ее и улыбнулся в ответ.

— Бьюсь об заклад, ты не планировала провести вечер здесь, да?

— Я совсем не против, — сказала я и, к собственному удивлению, имела это в виду.

Быть здесь означало отложить возвращение домой — к еще одной ночи драмы.

А быть здесь с Джонни было пугающе… в хорошем смысле.

Я хотела быть здесь, с ним.

Я хотела его. Точка.

— Ну, — снова сказал Джонни, беспокойно сдвигаясь и проводя рукой по бедру. — Чем хочешь заняться?

— Мне все равно, — ответила я. — Я сделаю все, что ты захочешь?

— Черт, — Джонни зажмурился и простонал.

— О боже, с тобой все в порядке? — поспешно спросила я, уверенная, что ему больно.

— Все нормально, — заверил он меня напряженным тоном.

— Точно?

Его голубые глаза были дикими и полными неуверенности, когда он сказал:

— Я немного выбит из колеи, Шэннон.

— Ты хочешь, чтобы я ушла?

Он покачал головой.

— Ты уверен?

Он медленно кивнул.

— Я хочу, чтобы ты осталась.

— Хорошо, — выдохнула я.

Сделав глубокий вдох, я обхватила себя руками и подошла к его огромному письменному столу, заваленному нераскрытыми учебниками.

— Ты хорошо учишься? — спросила я, оглянувшись через плечо.

— Нормально, — ответил Джонни, подходя ко мне.

— А «Цыпленка Ликена» нет?

Джонни громко рассмеялся.

— Нет. — Подойдя и встав за моей спиной, он усмехнулся. — Точно без «Цыпленка Ликена».

Пылая от смущения, я сосредоточилась на столе, водя пальцем по контрольным и книгам, пока мой взгляд не упал на пробковую доску над столом.

— Ух ты, ты познакомился с кучей знаменитостей, — прошептала я, переводя взгляд с фото на фото, где Джонни был с разными звездами и спортсменами. — Кто из них твой герой?

Я была уверена, что он есть.

Он же подросток.

У всех они есть.

Джонни протянул руку и снял одну фотографию с доски.

Кнопка, на которой она держалась, упала на стол.

— Видишь эту? — спросил он, стоя за мной и протянув руку вокруг моего тела, чтобы я могла видеть.

Дыши, Шэннон, просто дыши…

Заставив себя сосредоточиться на его вопросе, а не на том, как мое тело реагирует на его близость, я посмотрела на фотографию в его руках.

— Вижу, — прошептала я, разглядывая снимок, на котором не было знаменитости.

Я сразу узнала красивую блондинку, лежащую на пледе на траве, — молодую версию миссис Кавана.

На ней были огромные солнцезащитные очки и большая белая шляпа, и она лучезарно улыбалась мужчине над ней.

Этот мужчина — красивый, удивительно похожий на повзрослевшего Джонни — стоял над ней, а на его плечах сидел маленький темноволосый мальчик лет пяти-шести.

Мальчик был в светло-голубой и белой полосатой форме и белых шортах.

Его волосы торчали в сорока разных направлениях, а в руках он гордо держал регбийный мяч, сияя широкой, беззубой улыбкой с ямочками.

— Это моя любимая фотография, — сказал Джонни, вырывая меня из мыслей. Он коснулся снимка. — И он — мой герой.

— Твой папа? — прошептала я, не отрывая глаз от фото. — Это ты с мамой и папой?

— Да, — ответил Джонни. — Во всей нашей красе.

— И она твоя любимая, потому что на ней ты и твои родители?

Джонни пожал плечами, и от этого движения его твердая грудь коснулась моей спины.

— Отчасти поэтому.

Я непроизвольно вздрогнула.

— А другая часть? — прошептала я.

— Потому что она настоящая.

— Настоящая?

— Невинная. Хорошая. Чистая. До всеобщего внимания, — объяснил он. — Когда для меня имели значение только мяч и мои родители.

— Ох, — выдохнула я, глядя на самого счастливого мальчика на свете. — Ты был очень красивым ребенком.

— Был? — поддел он. — То есть теперь нет?

— Эм… нет — то есть да, конечно — я не — ну, у тебя теперь все зубы есть, — выпалила я, чувствуя себя смущенной и глупой.

Джонни усмехнулся.

— Я просто шучу, Шэннон.

Покраснев, я положила фотографию на стол и обошла его, стараясь создать между нами расстояние.

Я не могла думать, когда была так близко к нему.

— Ты играешь в ГТА? — спросила я, заметив на полу приставку PlayStation.

— Да, — ответил Джонни, с любопытством глядя на меня. — А ты?

Я кивнула.

— Я офигенная в этом.

Он приподнял бровь.

— Да ну?

— Ага. — В жизни я была плоха почти во всем, но в GTA я рвала всех. — У Джоуи есть Vice City и San Andreas, и я прошла обе.

Его брови взлетели вверх.

— За неделю.

У него отвисла челюсть.

— Не может быть.

— Еще как, — гордо кивнула я. — Я лучшая.

Джонни наклонил голову набок и улыбнулся.

— Хочешь сыграть?

Я усмехнулась.

— Если хочешь?

Он ухмыльнулся.

— Думаешь, ты настолько хороша?

— Я это знаю, — ответила я, и впервые в жизни сказала это с уверенностью.

Это, конечно, не слишком хорошо говорило обо мне как о человеке — если единственное, в чем я преуспевала, было мочить всех в ГТА, — но лучше, чем ничего.

— Ну что ж, малышка, — с ухмылкой бросил Джонни, — придется тебе отвечать за слова. Потому что лучший здесь я.

Я фыркнула.

— Посмотрим, малыш.

Джонни покачал головой, явно забавляясь моими подколами, и поспешил включить игру.

— Без карт памяти, — крикнул он через плечо. — Начинаем с нуля. Кто выполнит больше миссий, прежде чем умрет, тот и выиграл. И дамы вперед.

— Это буду я, — сказала я, принимая протянутый контроллер.

— Потому что ты девочка?

— Потому что я лучшая.

— Ты, э-э… — Джонни почесал затылок и кивнул в сторону кровати. — Хочешь играть тут?

— На твоей кровати? — пискнула я.

Он пожал плечами, выглядя таким же неуверенным, как и я.

— Или на креслах-мешках, если хочешь?

— Эм… да, ладно, — ответила я. Я подошла к кожаным мешкам, лежавшим рядом, но остановилась и оглянулась на него. — Если ты хочешь, чтобы я…

— Садись уже, Линч, чтобы я мог тебя уделать, — перебил меня Джонни с весельем в голосе.

Я плюхнулась на один из мешков и посмотрела на него с выражением «тебе конец».

— Устраивайся поудобнее, — заметила я, когда он развалился рядом. — Тебе долго смотреть. — Запуская игру, я щелкнула кнопками на контроллере, не отрывая взгляда от огромного экрана, и пробормотала: — Очень долго.

— Без читов! — рявкнул Джонни час спустя. — Это, блядь, жульничество.

— Нет, не жульничество, — рассмеялась я, вводя очередной чит-код, чтобы пополнить жизнь персонажа. — Ты ничего не говорил про чит-коды.

— Еще как говорил, — фыркнул Джонни рядом со мной.

— Без карт памяти. Начинаем с нуля, и тот, кто выполнит больше миссий до первой смерти, побеждает, — передразнила я его голос. — Про чит-коды ты не говорил.

— Ты опасная, — пробурчал Джонни. — И хитрая.

— Я лучшая, — захохотала я, закрывая очередную миссию. — Я же пыталась тебя предупредить.

— Да уж, но я не ожидал, что ты окажешься, блядь, Биллом Гейтсом от «Grand Theft Auto».

Я громко рассмеялась, чувствуя себя с ним в этот момент совершенно спокойно и свободно.

— Потому что я девочка?

— Потому что я думал, что ты милая, — огрызнулся Джонни, и мне даже не нужно было на него смотреть, чтобы понять — он дулся.

Он дулся уже почти час.

Я тихо прыснула.

— Теперь я знаю лучше, — буркнул Джонни. — Ты маленький демон.

Прикусив губу, чтобы не рассмеяться над его истерикой, я еще сильнее сосредоточилась на уходе от копов, которые гнались за мной.

— Как ты вообще это делаешь? — возмутился Джонни. Он подался вперед и махнул рукой в сторону экрана. — У тебя пять, мать твою, звезд. Пять. И ты все еще не умерла.

Поставив игру на паузу, я повернулась к нему и полностью сосредоточилась на Джонни.

— Ты что, плохой проигравший, мистер «я большая звезда регби»?

Лицо Джонни стало уморительно красным.

— Тебе не нравится, когда девочка тебя обыгрывает? — продолжила я дразнить его, используя тот же треп, от которого Джоуи всегда сходил с ума. — Не можешь принять поражение как мужчина?

— Тебе сейчас очень повезло, что ты девочка, — сказал Джонни, дернув губами.

— Почему? — хихикнула я. — Ты предпочитаешь проигрывать мальчикам?

— Дай сюда этот чертов контроллер, — зарычал Джонни и тут же накинулся на меня. — Власть ударила тебе в голову.

— Нет! — закричала я, одновременно смеясь, переворачиваясь на бок и защищая контроллер. — Я еще не закончила — а-а-а!

— Отдай, — смеялся Джонни, пытаясь просунуть руку мне под локоть.

— Никогда, — заявила я сквозь приступы смеха. — Он мой — перестань, пожалуйста — а-а-а, я боюсь щекотки…

— Шэннон, милая, прости, пожалуйста. Рабочий звонок затянулся дольше, чем я ожидала, — объявила миссис Кавана, заходя в комнату Джонни без стука.

Я тут же подскочила с кресла-мешка, а Джонни застонал от отчаяния.

— Иди в ванную и переоденься из этих мокрых вещей, — сказала миссис Кавана, ставя стопку аккуратно сложенной одежды у изножья его кровати. — Я закину твою форму в сушилку, и она будет готова к тому времени, как ты пойдешь.

— Нет-нет, — поспешила сказать я, выставив перед собой контроллер, словно он мог защитить меня от ее заботы. — Со мной все в порядке… спасибо.

— Глупости, милая, — отмахнулась она. — Нельзя сидеть в мокрой одежде. Простудишься насмерть.

— Ма, — с болезненным вздохом сказал Джонни, поднимаясь на ноги. — Оставь ее в покое, ладно?

— Не груби, Джонни, — предупредила миссис Кавана. — Проводи бедную девочку в ванную и принеси мне ее одежду, я высушу.

— Я правда в порядке, — выдавила я, умоляюще глядя на Джонни. — Я уже подсыхаю.

Это было неправдой.

Я была влажной и замерзшей, но мне было так весело, что я напрочь забыла о промокшей форме.

Я буквально забыла обо всем: о проблемах, о родителях, о мокрой одежде — обо всем — на целый час.

И как только мозг осознал, что влага пробирается прямо до костей, меня внутренне передернуло.

Черт.

— Она только что сказала, что с ней все в порядке, Ма, — простонал Джонни, глядя на мать с ужасом. — Оставь это. Пожалуйста.

Проигнорировав протесты сына, она повернулась ко мне и улыбнулась.

— Горячий душ тебя согреет, милая.

— Ч-что? — прохрипела я. — Я не могу принимать душ в вашем доме.

Снова.

Почему люди постоянно предлагали мне принять душ в доме этого парня?

Боже!

— Конечно, можешь, — ответила она с самой теплой улыбкой, какую я когда-либо видела.

— Ма, ты можешь просто уйти? — резко сказал Джонни. — Сейчас? Мы вообще-то были заняты.

Она посмотрела на него строгим взглядом.

— Заняты чем?

Я махнула в ее сторону контроллером.

— Я обыгрываю его в PlayStation.

— Нет, — поправил Джонни. — Она меня ни в чем не обыграла — он остановился, чтобы свирепо глянуть на меня, — ты еще не выиграла — а потом повернулся к матери. — Она просто сдвинула планку.

— В космос, — пробормотала я себе под нос.

— Я это слышал, — ухмыльнулся он.

Миссис Кавана посмотрела на нас обоих и расплылась в улыбке.

— Он ужасный проигравший, правда?

— Ни хрена подобного!

— Знаю, — хихикнула я.

— Его отец такой же, — добавила миссис Кавана. — Ты бы видела его, когда он проигрывает дело в суде. Часами ни слова не говорит.

— Ма, — огрызнулся Джонни. — Можешь просто оставить нас в покое? Пожалуйста?

— Оставлю, — ответила она. — Как только эта бедная девочка примет теплый душ и наденет сухую одежду.

— Она не хочет…

— Знаешь что, Шэннон, милая? — снова перебила она сына. — Кажется, у меня в кабинете есть кое-что, что тебе подойдет. Она окинула меня взглядом. — Ты шестого размер?

Я растерялась и просто стояла, пока миссис Кавана ходила вокруг меня с сосредоточенным видом.

— Ма! — рявкнул Джонни. — Отстань.

— Нет-нет, — задумчиво протянула она, снова игнорируя его.

Нахмурившись, она подошла ближе, потянула за подол моей юбки и поджала губы.

— Ты маленькая четверка. Ее взгляд скользнул по мне. — С потрясающей костной структурой. Шэннон, милая, жаль, что ты не выше. Из тебя получилась бы невероятно красивая мод…

— Иисусе Христе, Ма, — рявкнул Джонни, проводя рукой по волосам. — Она тебе не кукла.

Глаза его матери загорелись еще сильнее.

— Хочешь пойти посмотреть, найдем ли мы что-нибудь тебе надеть в моей…

— Нет, ни хрена она не хочет, — перебил Джонни, перехватывая мать и уводя ее к двери. — Она не проект, Ма, и не чертова вешалка для одежды.

— Ладно, — фыркнула миссис Кавана.

— Спасибо, — прорычал Джонни.

Повернувшись к сыну, она прошептала:

— Дверь открытой, Джонатан, — и строго посмотрела на него, прежде чем выйти из комнаты, тихо напевая.

Джонни дождался, пока она уйдет по коридору, затем захлопнул дверь и повернул замок.

Тяжело выдохнув, он повернулся ко мне.

— Еще раз, мне чертовски жаль из-за нее, — беспомощно пожал плечами Джонни. — Не знаю, что с ней сегодня.

— Все нормально, — поспешила успокоить его я. — Она, э-э… очень дружелюбная.

— Ага, — буркнул он. — Радуйся, что она не затащила тебя в ту комнату с одеждой. Содрогнувшись, добавил: — Оттуда живыми не выходят.

— Правда?

— Еще как.

— Ох.

— Прости за весь этот цирк с примеркой, — сказал он, выглядя смертельно смущенным. — Она хотела девочку — им вообще-то сказали, что будет дочь. Он неловко улыбнулся. — А получился я.

— Сын-регбист ростом метр девяносто, — задумчиво сказала я, улыбаясь ему. — Понимаю, почему ты мог ее… разочаровать.

— Ага, — усмехнулся он и с неловкостью ущипнул себя за переносицу. — Они с отцом хотели много детей, но не сложилось. Он поморщился, явно вспоминая что-то личное. — Куча попыток ЭКО или еще какой-то хрени. Он пожал плечами и указал на себя. — Вот что им купили деньги.

— Тебя, — улыбнулась я.

Он хищно ухмыльнулся.

— Везунчики, да?

Да.

Очень везунчики.

— Она большую часть времени в разъездах по работе, — продолжил он. — Завтра утром снова улетает в Лондон на пару недель. Но когда она дома, ей нравится участвовать в моей жизни.

— Это мило, — сказала я. — Тебе повезло с такой мамой.

— Ага, — саркастично отозвался он. — Очень.

А ведь повезло.

Джонни этого не осознавал, но за час-другой его мать проявила ко мне больше интереса, чем моя собственная за последние месяцы.

А может, и годы.

— Слушай, тебе правда лучше принять душ и отдать мне одежду, — вздохнул Джонни. — Иначе она вернется и опять начнет зудеть про пневмонию и прочую хрень.

Он серьезно?

Мне правда снова предлагали принять душ в его доме?

— Я серьезен, — пробормотал Джонни, будто прочитав мои мысли. — И мне жаль.

— Ох. Покраснев, я сцепила руки перед собой и неуверенно пожала плечами. — Эм… ладно?

Он долго смотрел на меня, потом покачал головой.

— Иди сюда.

— Куда?

— Сюда, — сказал он, жестом приглашая меня пройти за ним в его ванную.

Как новорожденный жеребенок, я поспешила за ним — на дрожащих ногах и совершенно неуклюжая.

Остановившись в дверях его роскошной ванной, я смотрела, как он наклонился через край ванны и включил душ.

— Ты, э-э… говорила, что у тебя с ним были проблемы в прошлый раз, — пробормотал он, пожав плечами.

— Я?

— Ну да, — неловко ответил он. — Ты бормотала во сне, что мой душ обжег тебя.

Я покраснела до корней волос.

— О боже, прости, — выдавила я, снова нервничая.

— Хватит, — улыбнулся он. — Это было мило.

— Мило? — выдохнула я, почти задыхаясь.

— Ага. Я снова положу тебе одежду. Щеки Джонни порозовели, когда он обошел меня и поспешил обратно в комнату. — Как в прошлый раз.

— А куда мне деть свою одежду?

— Просто выкинь ее мне, когда будешь голой…— он осекся. — То есть, когда будешь готова. — Он хрипло добавил: — Я закину ее в сушилку, — и закрыл дверь, оставив меня одну в ванной.

Дрожа, я опустилась на закрытую крышку унитаза и тяжело выдохнула.

О боже.