Две недели пролетели как одно мгновение. Так бывает в школе, когда невпроворот уроков и домашних заданий. Ковену показалось, что он вечером улёгся спать, свернувшись клубком вокруг Черномордика, а когда наутро проснулся, наступил уже день отъезда.

У школяров не было ни одной свободной минутки. Им сказали, что они должны подготовиться к практике, и, пожалуйста, они подготовились! Никого не волновало, что спали они урывками и ужинали, уткнувшись носом в толстые фолианты. От накопившегося переутомления у всех обвисли усы.

Ковен много чему научился благодаря дополнительным вечерним занятиям. Впрочем, как и все остальные. Теперь он мог уничтожить карнабо одним движением лапы. Запросто, как за ухом почесать. На последнем занятии он справился с двумя и вышел из схватки без особых потерь. Ксантос всячески поощрял их стремление к совершенствованию.

Было раннее утро. Вся школа собралась возле священного Аквамарина. Школяры пришли последними с неподъёмными рюкзаками, вне себя от нетерпения, неуверенности и тревоги.

Ковен взял с собой только торбоход. Тот весело покачивался, переступал с лапки на лапку, радовался будущим приключениям.

«Как я там буду один, без друзей?» – вздыхал про себя котик.

Он ждал этого дня и очень его боялся. Шагнуть в широкий мир – серьёзное испытание. Шагнуть одному, без поддержки – испытание серьёзное и опасное.

Ковен посмотрел на друзей, и у него защемило сердце.

Лексиос сиял. Этой ночью он успел доделать своё изобретение для Миркенбальды – часы, которые он назвал «мнемометр». Они не только показывали время, но и напоминали владельцу обо всех важных моментах дня, какие тот накануне им продиктовал. Для рассеянной изобретательницы, перегруженной делами, такие часы – полезный подарок.

Сирения больше не отговаривала Лексиоса и не останавливала его. Даже наоборот, подбадривала и помогала ему в эту последнюю ночь вместе с Ковеном.

Кошечка-корат обошлась без спешки и лихорадочных усилий. Замкнутая и робкая, она оказалась очень настойчивой и целеустремлённой. Пообещала друзьям, что возьмёт с собой ловец снов и непременно расскажет о своём опасном стремлении в Заоблачные Выси руководителю практики.

Брайна везла с собой неимоверное количество вещей. Вокруг неё теснилось множество летающих рюкзаков. Ночью она испекла огромный пирог с копчёной селёдкой, чтобы дать им всем по куску в дорогу. Сладкий пирог с солёной начинкой. Как весёлая болтовня Брайны, за которой часто скрывалась печаль. Пушнис всегда выдавала истинные чувства хозяйки. Сейчас она ко всем ластилась и жалобно попискивала.

«Как же я справлюсь без них…» – горько пожалел себя Ковен.

«Зато как обрадуешься встрече! – шепнул ему Черномордик. – Ты и не заметишь, как пролетят две недели».

Конечно, они пообещали, что будут писать друг другу и рассказывать обо всех приключениях.

– Школяры, встаньте перед священным Аквамарином, – прервал течение мыслей Ковена голос Ксантоса. – Начинаем обряд Посвящения.

«Так вот зачем нас сюда позвали!»

Им не сказали ни слова о Посвящении. Впрочем, и раньше никогда ни о чём не предупреждали – такая уж в школе сложилась традиция.

Школяры молча выстроились перед Аквамарином. Он переливался синевой и едва слышно гудел. Вокруг него мягко и плавно кружили лазурины.

– Школяры и школярки, – заговорил Говард, стоявший между Илленой и Ксантосом возле бассейна с водой священного кристалла. – Вы сейчас на пороге уникального события. Осень научила вас расставаться с прошлым, зима помогла углубиться в самих себя. Настало время вам повзрослеть, выйти за порог школы. Весна пробуждает повсюду силы природы и предлагает вам пуститься в путь, как комета Остара, открыть для себя мир.

Дружное мурлыканье послышалось в полутьме вокруг. Их окружали подмастерья и мастера, кто-то забрался на верхние аркады, кто-то устроился на полу вдоль стен.

Ковен любил эти торжественные минуты. Каждая из них напоминала, что они частички большого, сложного целого, которое создано задолго до их рождения и будет существовать после них.

Школяры тоже замурлыкали, присоединившись к мурлыканью старших учеников.

Говард положил лапу на кристалл.

– Постарайтесь найти за стенами школы то, что поможет вам повзрослеть, – торжественно произнёс сфинкс.

Свечение кристалла усилилось. Вибрация тоже. Школяры почувствовали её в своих лапах.

Теперь на кристалл положил лапу Ксантос.

– Да пребудет с вами повсюду могущество замка, – проговорил он, не отнимая лапы.

Свет усилился. Вибрация тоже.

«Обряд – это магия», – понял Ковен, ощутив дрожь чешуек.

«У тебя под лапами перекрещиваются потоки хаоса…»

«Не только. Это всё вместе: напутствия наставников, свечение и вибрации Аквамарина, влияние древних стен. Воздействует как могучее заклинание».

Пришёл черед Иллены. Чёрная лапа легла на кристалл, пантера пристально посмотрела на школяров.

– Возвращайтесь, гордясь познаниями, которые вас обогатили.

Прощальная яркая синяя вспышка и всплеск энергии.

– Школяры отправляются за пределы школы навстречу неизвестности, – провозгласил Ксантос. – Замок дал им своё благословение. Во славу лучистых звёзд и священного Аквамарина!

Лазурины взмыли вверх синим мерцающим облаком. И на макушке каждого школяра оказалось по сверкающей стрекозе. Ковена позабавил вид друзей с лазуринами на макушке. Смешнее всех выглядела Брайна, скосившая глаза. Она тщетно пыталась рассмотреть лазурину на своей белой пушистой шерсти.

– Хранительницы кристалла будут сопровождать вас. Смотрите на них, когда соскучитесь по школе, когда вам будет нужна поддержка и утешение. А если вдруг заблудитесь, лазурина выведет вас на правильную дорогу.

Ксантос сотворил ещё одно заклинание: каждая лазурина садилась ему на лапу и превращалась в синий камешек, подвеску на металлической цепочке.

– Так вам будет проще с ними путешествовать, – объяснил тигр.

Ковен пристегнул синюю подвеску к торбоходу. Торбоход потоптался на месте, привыкая к неожиданному украшению.

– Теперь вы готовы отправиться в путь, – объявил Говард.

С радостным гомоном нетерпеливые школяры побежали по коридору мимо витражей с испытаниями первого года обучения в большой зал.

– Подождите, мне нужно с вами поговорить, – остановила друзей Сирения.

– Что случилось? – спросил Лексиос, сообщив о своей тревоге несколькими пронзительными нотами. – Ты с утра сама не своя. Это из-за разлуки?

– Мне грустно расставаться с вами, не спорю. Но дело гораздо серьёзнее.

Сирения не стала бы понапрасну беспокоиться, так что они насторожились и приготовились её выслушать.

– Этой ночью мне приснился сон.

– Что тебе приснилось? – встревожилась Брайна.

Глаза кошки-кората наполнились слезами.

– Мне приснилась ты, Брайна.

Сирения от волнения не могла говорить. У неё перехватило дыхание…

– Тебя поглотил туман.

У Ковена в животе скрутило все внутренности.

– Что ты такое говоришь?! – сердито сыграл на кантеле Лексиос.

– Рассказываю сон. Настоящий кошмар. Такие мне снились и в конце второй четверти.

– Всё, что случилось две недели тому назад, здорово на нас подействовало, – признал Ковен. – Но, может быть…

– Не стоит недооценивать вещие сны, Ковен. Ты же знаешь. Вы все знаете. Я стараюсь отделять сны от реальности. Учусь отделять.

– А ты уверена, что видела во сне меня?

Сирения кивнула.

– Из туманных завихрений на меня смотрели твои глаза. Я не могла ошибиться.

– Зелёных глаз повсюду пруд пруди, – усмехнулась Брайна.

– Но не с золотыми искорками, как у тебя. Важно, что я почувствовала. Отчаяние и страх. И ещё огромное горе, когда ты исчезла.

Брайна надолго умолкла.

«Ты всегда готова озорничать и нарушать правила, а поделиться своими чувствами ни с кем не хочешь», – огорчился Ковен.

– Брайна, пообещай мне, что будешь осторожна, – обратилась к подруге Сирения.

– Но я…

– Поклянись! Я никогда себе не прощу, если с тобой что-нибудь случится! Мне послали предупреждение, чтобы я могла тебя спасти.

– Клянусь, Сирения, – пообещала ангорская кошка и провела лапой за ухом. – Но что может со мной произойти, скажи на милость? Практику я буду проходить в Ар Руне, в «Перинке». Всё это время я буду рядом с Акханой.

– Туманное море теперь повсюду, – напомнил Ковен. – Может добраться и до Ар Руна.

– Твоего оптимизма нам как раз не хватало, Ковен! – рассердилась Брайна. – Я всё прекрасно знаю и понимаю! Стараюсь, как могу, справиться с дурной вестью и совсем не хочу сегодня уехать в слезах!

«Брайна отлично справилась, – похвалил её Черномордик. – Она ведь терпеть не может делиться своими чувствами, ты забыл?»

Друзья восприняли сон Сирении близко к сердцу.

А грустные новости поступали со всех сторон. Алессандру чуть плохо не стало, когда он получил письмо от отца с известием, что неподалёку от их деревни тоже возник туманный узел. Они все ждали беды.

Хорошо, что на этот раз обошлось. Но не всем и не всегда везло.

В газетах описывали устрашающие случаи. Блюстители архонта Зозима делали всё от них зависящее, но могли помочь только беженцам, а не вызволить из тумана пропавших.

– Прости меня, Брайна. Ляпнул, не подумав. Просто испугался за тебя. Чем я могу помочь?

– Может, и тебе пообещать, что я не буду гоняться за туманными узлами?

– Нет, не надо. Может, вот это возьмёшь с собой? И в случае опасности к тебе придут на помощь…

Ковен достал из торбохода обсидиан-синеглаз Ксантоса. Глаза Брайны вспыхнули.

– Могла бы сразу догадаться, – прошипела она. – Ты знаешь, я не хотела, чтобы вы брали эту гадость в лапы! И я её не возьму. Никогда! Лучше усы себе спалю. К тому же я не могу лишить тебя помощи.

– Ты ничего меня не лишаешь, – возразил кот. – Это ведь твой камень. Ты его не взяла, а я взял и хранил для тебя.

– Что ты сделал? Повтори!

Брайна замерла, ощерившись. Уши прижаты, шерсть дыбом.

«Хорошо, что ты ничего не сказал о разговоре с Ксантосом, – вздохнул Черномордик. – Она бы тебя запихнула в духовку, и ты бы сгорел, как забытый пирожок».

– Брайна, ты знаешь, я на твоей стороне! Не упрямься, возьми оберег. Он тебе пригодится. Может, даже спасёт тебя. Ну что тут плохого?

«Просто она не хочет звать на помощь брата, которого ненавидит! Ты, что, с двух лун свалился?»

«Заткнись, Черномордик!»

Брайна никогда ещё так не злилась.

– Ты пляшешь под его дудку! – прошипела она.

Но магистр не просил его передать оберег.

«Хотя, вполне возможно, надеялся, что я именно так и поступлю», – подумал Ковен.

– Хватит сомнений и угрызений! Сирения видела вещий сон, нужно спасти тебя во что бы то ни стало! – произнёс он.

– Ковен прав, – осторожно вмешался Лексиос. – Если есть опасность, все средства хороши.

Глаза Брайны наполнились слезами. При других обстоятельствах они бы не настаивали. Но сейчас, когда она будет так далеко от них и так долго… Целых две недели!

– Хорошо… – сдалась Брайна и открыла рюкзак.

Ковен опустил внутрь обсидиан-синеглаз.

– Что вы тут застряли? – Перед ними стояла Мирра. – Нашли время болтать. Обряд завершён, отъезд на носу. Все быстро в большой зал. Или у вас что-то стряслось?

Как бы хотелось Ковену крикнуть «Да!» – подскочить к наставнице и попросить, чтобы Брайна не уезжала из замка ни на какую практику. Не подвергала себя опасности.

– Всё в порядке, – ответила за всех Брайна. – Мы уже идём!

– Удачи вам, – пожелала наставница. – Будьте гордостью нашей школы! Во славу лучистых звёзд и священного Аквамарина!

– Во славу лучистых звёзд и священного Аквамарина! – откликнулись школяры, склонив головы.

В большом зале Фигаро пожелал им счастливого пути. И стражи предвечного хаоса тоже. Кстантос стоял в отдалении и незаметно наблюдал за Брайной.

«Он тоже за неё боится?» – задумался Ковен.

«Кто ж его знает…»

Ну вот, пора прощаться.

Лексиос, Брайна и Сирения сейчас поднимутся на самый верх замка, куда причаливают летучие корабли. Там уже ждёт тот, что доставит их в Ар Рун. Архонт Зозим по-прежнему использует только свои, принадлежащие висячему городу. А Ковен в последний момент получил записку по магической почте с сообщением, что Ларимар ждёт его не в великолепном Ар Руне, а в небольшом городке под названием Валлаш.

– Я буду так скучать без вас, – сказал он, глядя на друзей полными слёз глазами.

– Всего две недели, – Сирения старалась убедить себя и других, что это не такой уж долгий срок.

Они ласково потёрлись головами друг о друга.

Ковен, уткнувшись в шерсть, почувствовал запах каждого.

Пора!

В сопровождении трёх автоматонов он, не обернувшись, вышел за порог замка.

А если бы обернулся? Один поворот головы, и он бы расплакался в три весенних ручья. Горючими слезами. Но он шёл вперёд вместе с автоматонами. Автоматоны не слишком разговорчивы, так что он про себя продолжал разговор с друзьями.

«Хоть бы Брайна вела себя поосторожнее», – твердил он.

«Она у нас сообразительная, она справится!»

«А вдруг она попадёт в беду?!»

«Не думай о плохом. Ты сделал всё, что в твоих кошачьих силах, у Брайны теперь есть обсидиан-синеглаз».

«Надо было взять с неё обещание, что она им воспользуется».

«Давай, рви теперь шерсть на голове. Очень поможет».

Ковен запретил себе нервничать.

Всё будет хорошо. Брайна проходит практику в Ар Руне, у Акханы. Акхана в прошлом кошка-маг. Если хорошенько подумать, то у него куда больше оснований волноваться о себе самом.

Ковен оказался у портала гораздо быстрее, чем предполагал.

– Вот и пришли, – сказал он вслух.

– Всё готово, практикант. Портал настроен на город Валлаш, как вы и просили. Входите.

Ковен застыл на месте. Страх перед неведомым сковал его.

«Всё пойдёт своим чередом, – шепнул ему Черномордик. – Всё наладится. Ты освоишься на новом месте и со всем разберёшься».

«Спасибо, Черномордик».

И Цернунну спасибо, Ковен теперь не просто слушал, что говорил Черномордик, он слышал его.

– Портал готов, входите, – повторил автоматон.

Чтобы набраться мужества, Ковен постарался припомнить, сколько выдержал испытаний, прежде чем оказался здесь. Однако гордости не почувствовал. Не научился ещё гордиться собой. На это тоже нужно время.

– Вам сложно двигаться? – встревожился второй автоматон. – Смазать вам суставы маслом?

– Всё в порядке, – ответил Ковен. – Я сейчас.

Чешуйки зашевелились, и он посмотрел на Сумрачный лес. Прищурился. Кто-то из-за кустов наблюдал за ним.

«Если судить по дрожи чешуек, там рукокрылое», – подумал Ковен.

– Вы ничего не заметили, автоматоны? – спросил он у своих спутников.

Автоматоны посмотрели на него, потом друг на друга, затем огляделись вокруг.

– Мы ничего не заметили, практикант, кроме того, что попадём под дождь на обратном пути, если вы будете и дальше медлить, – ответил один из них.

Ковен ещё раз взглянул на опушку леса. И на этот раз тоже ничего не заметил.

И вот наконец он шагнул в портал вместе с Черномордиком, торбоходом и очень скромным запасом мужества.