На последней вечерней лекции Говард так скучно рассуждал о четырёх принципах механиматики, что все едва не уснули и пришли в себя только в большом зале у камина. Предстояло ещё преодолеть великую гору домашних заданий. Четверо друзей, готовясь к бою, выстроили настоящую крепость из подушек и пледов. Исписанные мелким почерком тетради укрепили стены.

Целых полчаса друзья тренировали «циррус», новое заклинание, которому вчера на практическом занятии их научила Мирра. Два пересекающихся магических круга и четыре руны вызывали мощный порыв ветра. Три ковра отправились в полёт вместе со школяром, Зародышем и автоматоном, что, на свою беду, оказался у них на пути.

Затем приступили к изучению трёх различных отваров, куда в качестве ингредиента входил подснежник. Первый использовали при несварении желудка, второй способствовал росту шерсти, а третий, самый сложный по составу, на короткое время обострял обоняние и слух.

Пока друзья повторяли пройденное, делая пометки на полях у себя в тетрадях, Зародыши устроили весёлую потасовку. Сирения терпеть не могла крика и шума, поэтому, по совету Фигаро, произнесла заклинание «Древосвет» и создала для них сияющее раскидистое деревце, чтобы каждый утихомирился на своей ветке.

– Я не могу появиться у Миркенбальды с пустыми лапами! – объявил Лексиос, и по дрожи струн все поняли, что он в панике. – Я должен привезти какое-нибудь изобретение!

Всего две недели отделяли их от начала практики. Школяры сгорали от нетерпения.

– Послушай, тебе не стоит перегружать себя! – забеспокоилась Сирения.

«Она не забыла, что с ним творилось в конце прошлой четверти», – подумал Ковен.

«И как он злоупотреблял отваром «радужка саламандры»…

– Сирения права, – проговорила Брайна, занятая очень важным делом: она вытряхивала крошки, застрявшие в пушистой белой шерсти. – Перечитай список заданий и письменных работ! Нужно ещё приготовить углеморс для Иллены. Ты о нём не забыл, я надеюсь? В общем, работы выше крыши!

Углеморс – напиток-противоядие. Иллена рассказывала о нём на прошлом занятии и велела каждому для будущей практики научиться его варить без ошибок.

– Ты не понимаешь, – возразил Лексиос, и его кантеле пело так, словно говорило с котёнком-несмышлёнышем. – Миркенбальда – легенда нашего времени, она получила премию Милхана! И если я, прилетев на летучем корабле, не произведу на неё впечатления своим творчеством, то все две недели буду подавать чай в её магазине «Атлантикус». Она просто не воспримет меня всерьёз.

– И как ты собираешься впечатлить её своим творчеством, когда до практики осталось всего две недели? – поинтересовалась ангорская кошка.

Паника вновь вспыхнула в глазах бенгальского кота.

– Точно, сажусь немедленно!

– Я совсем не это имела в виду! Но.

Но Лексиос больше её не слушал. Он уже лихорадочно рылся в рюкзаке и наконец вытащил клочок пергамента. Драк соскочил с золотого деревца и в знак ободрения, как новоявленный степлер, щёлкнул зубастой пастью.

– Не надо ему мешать. – Ковен встал на защиту Лексиоса. – Я его понимаю. Я бы тоже не хотел, чтобы Ларимар узнал дурацкую историю с карнабо.

– А меня бесит Ксантос! У землеройки мозгов и то больше! Тоже мне, великий педагог! Да как он смел заставить вас безо всякой подготовки сражаться с чудовищами!

– Ксантос правильно поступил, – не согласилась с Брайной Сирения. – В жизни чудовища нападают внезапно и не дают подготовиться.

Брайна с упрёком посмотрела на подругу.

– Так-то оно так, но Ксантос всё равно…

Ковен благоразумно промолчал о своём разговоре с тигром. За это время он научился дипломатии и благополучно избегал вспышек гнева Брайны. Тем более не хотелось с ней ссориться перед предстоящей разлукой. Но тут вдруг не удержался и всё-таки спросил:

– Ты говорила с Ксантосом за эти дни?

– Говорила? С ним? – вспыхнула Брайна. – Ты в своём уме? Да я лучше нос в задницу жруну засуну!

Ковену захотелось как-то примирить их, но Черномордик энергично запротестовал.

«Не стоит. Не получится. Время неподходящее».

– Не волнуйся, пожалуйста, я уверена: практика у тебя пройдёт отлично, – успокаивала Сирения Ковена.

Чем ближе подходили сроки, тем сильнее он сомневался. Годится ли он в коты-маги? Есть ли у него способности?

С одной стороны, он мечтал об опасностях и дальних странствиях, а с другой – так хорошо себя чувствовал на мягкой подушке у камина, хрустя вкусными пирожками Брайны. Здесь ему не грозило разочарование в собственных силах.

Ковен отлично запомнил слова Цернунна. Необходимо поверить в себя.

«Мне это очень трудно».

«Я буду с тобой», – пообещал Черномордик.

К окнам незаметно подкралась тьма. Кошки и коты сосредоточенно углубились в занятия. Топорща усы, низко склонили головы над тетрадями. Всем хотелось закончить уроки до ужина. Брайна утверждала, что умственная работа плохо сказывается на пищеварении.

Прошло примерно полчаса, и неожиданно раздался жалобный плач. Горестное мяуканье услышали во всех уголках замка. Прощай, мирные занятия в большом зале! Четверо друзей покинули крепость из учебников и подушек.

После плача наступила напряжённая тишина. Школяры, подмастерья и мастера, сгрудившись здесь и там, обменивались тревожными взглядами. Бродячие жаровни, дрожа, застыли по углам.

– Что это было? – спросила Элисса.

– Мне кажется, это был кошачий плач, – высказал общее мнение Алессандр.

– Так кричат в агонии! Кто-то умер? – всполошился подмастерье Кэц.

– Откуда доносился крик, вы не знаете?

Все насторожили уши и замерли, не дыша.

Снова раздался душераздирающий вопль.

– Снаружи, – сыграл на кантеле Лексиос.

– Может, выйдем и узнаем, что случилось? – предложил Ковен. – Что, если там кто-то из наших и ему нужна помощь?

– Согласна, – кивнула Аннук и соскочила с пуфа.

– Школяры остаются здесь, – распорядилась она. – Подмастерья и мастера идут со мной.

– Но мы тоже могли бы… – вступился Лоннард за всех школяров.

– Никаких «но», – рассердилась Аннук. – Там опасно. А раз ты такой прыткий, поскорей предупреди магистров. Если пришла беда, понадобится их помощь.

Юный кот затрусил по коридору. С одной стороны, он гордился ответственным поручением, с другой – горевал, что не узнает первым сенсационную новость.

Как только ушли старшеклассники, младшие облепили окна, как мухи. Если взгромоздиться друг на друга, можно разглядеть хоть что-то.

– И что там видно? – спросила Ойра.

Она предусмотрительно стояла в сторонке, не желая, чтобы её раздавили.

– Ничего не видно. Во дворе никого нет.

Вновь раздался леденящий душу крик.

– Никого? – возмутилась Ойра. – Но кто-то же там кричит!

– Поверь, двор пустой, – раздались голоса в ответ.

– Есть! Вон там! Я кого-то вижу! – объявила Адалина, забравшись по головам товарищей, как по лестнице. – Ой, нет, это просто белка…

Адалине с вершины хвостатой и усатой пирамиды было видно лучше других.

– Пошли! – скомандовала Брайна. – У меня идея!

– Аннук нам велела оставаться здесь.

– Ковен, хватит соблюдать правила! Самое время вспомнить о ЧПОК!

Четверо друзей быстро выскользнули из гостиной. Мимо на всех парах промчались два перепуганных автоматона. Металлические детали стучали от страха.

– Мне всё это не нравится, – сыграл на кантеле Лексиос. – Похоже, на нас напали…

– Сейчас мы всё узнаем наверняка! – мяукнула Брайна.

По коридору второго этажа она привела их всех на балкон, который находился как раз над главным входом.

– Умно, – одобрила Сирения. – Отсюда видна большая часть территории.

– А вы уверены, что нам сюда можно? – спросил Ковен.

– Само собой, – беспечно ответила Брайна, распахивая остеклённую дверь.

Школяры ещё ни разу не были здесь. Отсюда магистры ордена Благого Знания приветствовали их в тот день, когда они прошли вступительные испытания.

Их обдало холодом. Угольно-чёрные тучи затянули небо, потемневшее после заката солнца. В просветы между тучами просачивался фиолетовый свет кометы Остары.

– Всем лечь, передвигаемся по-пластунски! – скомандовала Брайна.

Котики пригнулись. Бесшумно подползли к краю балкона и осторожно высунули мордочки между балясин.

Внизу под ними Аннук вместе с четырьмя подмастерьями и тремя мастерами, стоя на верхних ступенях крыльца, пыталась разобраться в происходящем. Ковену удалось разглядеть даже их Зародышей.

– Вы что-нибудь видите? – спросила абиссинская кошка.

– Ничего, – ответил Кэц.

Из импровизированного портала выпрыгнула Иллена, за ней следом – Охан, страж предвечного хаоса.

– К нам прибежал школяр с тревожным сообщением… – сказала Иллена. – Что за вопли? Кто из вас ранен?

– Никто не ранен. Вопли доносятся с той стороны.

Кошки и коты замерли, прислушиваясь. Новый крик не заставил их долго ждать.

«Интервалы между криками уменьшаются», – обратил внимание Ковен.

– Неужели вопреки запрету какой-то ученик отправился в лес?

– Нам об этом ничего не известно, госпожа магистр. Нужно опросить всех свидетелей.

– Если правила никто не нарушал, мы только потеряем драгоценное время.

Хвост Ковена сметал с балкона сор, кот явно нервничал.

«А если кто-то из школяров попал в беду? Кто-то из нас, сидевших мирно в большом зале?»

Он постарался припомнить, все ли были на месте. Точно видел Элиссу, Лоннарда, Ойру. Ещё Алессандра. И Адалина карабкалась по головам сгрудившихся у окна котов. И Ланн там тоже был. Вот кого не видел совершенно точно, так это Дарезу. И ещё Ансельма. После лекции о правилах механиматики они куда-то исчезли.

– Вы видели Дарезу и Ансельма в большом зале? – спросил он шёпотом у друзей.

Те в ответ отрицательно покачали головами и встревожились не на шутку.

«Они же не дурачки, зачем им в Сумрачный лес?» – образумил его Черномордик.

В темноте вновь раздался душераздирающий крик.

Друзья попытались различить в нём знакомые нотки. Но услышали только безумный страх.

– Я вижу белёсое пятно, – сообщил один из подмастерьев.

– Где?

– На востоке, на опушке Сумрачного леса, – ответил вместо него страж предвечного хаоса, который тоже его заметил.

За это время наступила ночь, сметя своим шлейфом все тени в одну. Ковен, Брайна, Сирения и Лексиос, чтобы хоть что-то разглядеть, дружно высунулись наружу, теперь их вполне могли заметить. На опушке леса странным образом клубился воздух.

«Ничего общего со школяром», – заявил Черномордик.

– Пойду посмотрю, что там такое, – предложил подмастерье.

– Нет смысла подвергать себя опасности, – удержал его Охан. – Госпожа Иллена, думаю, разумнее отправить туда автоматон.

Пантера согласилась со стражем.

Испуганный автоматон совсем не спешил, однако в конце концов добрался.

– Что там такое? – крикнула пантера.

– Облако молочного цвета в двух метрах над землёй. Это оно издаёт крики.

Облако заметно увеличилось. Автоматон ткнул в него деревянным пальцем. В ответ оно растеклось и коснулось земли.

Новые вопли чуть не разорвали барабанные перепонки. Многие зажали лапами уши.

Оглушительный хлопок. Взрыв.

Ковен не забыл, как Трилик разрушал всё на своём пути во время Шамониоса. Дрожала земля, пылал огонь, во все стороны летели обломки. На этот раз ничего подобного. Только длинные серые ленты поплыли по воздуху.

И тишина. Мёртвая тишина.

Белёсое облако проглотило автоматон. Тот не кричал, не плакал. Только скрежет металла и треск дерева разнеслись по округе.

Серые ленты шевелились как щупальцы, облако увеличивалось, вращалось, как веретено, выплёвывая всё новые ленты.

Сирения завалилась на бок и едва дышала, приоткрыв пасть.

– Заоблачные Выси… – прошептала кошка-корат, не открывая глаз. – Меня призывают Заоблачные Выси…

Брайна порылась в рюкзаке Сирении, нашла ловец снов. Сунула круглую тетрадь подруге в лапы.

– Сосредоточься, ловец снов тебе поможет, – настойчиво шептала она. – Оставайся здесь, с нами. Оставайся в замке Каслкотц.

Ковен вдруг понял, что происходит.

– Это туманный узел! – завопил он, перегнувшись через балюстраду.

Иллена прожгла его взглядом. Однако её удивление было сильнее гнева.

– Школяр Ковен! – рявкнула она. – Что вы там делаете?!

– Он прав, – вступился за котика страж предвечного хаоса и многозначительно посмотрел на Говарда и Ксантоса, которые тоже вышли на крыльцо. – Это туманный узел! Мастера и подмастерья, встаньте во вторую линию обороны! Приготовьтесь посылать языки пламени и порывы ветра.

Они послушно выстроились в ряд и заняли боевую позицию, встав на задние лапы.

Ксантос первым использовал магическую силу и оккультные знания. Тигровая шкура пошла волнами, когда он отправил в воздух первый огненный шар. Тот, как пылающий метеор, обрушился с неба на белёсое пятно тумана. Замок вздрогнул от взрыва. По серым лентам побежал огонь, они скукожились и поникли. К сожалению, ненадолго.

Казалось, на опушке Сумрачного леса разыгралась ночная гроза.

– Приготовьтесь! – скомандовал Говард. – Выпускайте языки пламени!

Подмастерья и мастера разом на удивление слаженно произнесли одно и то же заклинание. Огненные полосы расчертили тёмное небо и посекли туман искрящимся дождём. Пятно перестало расти, но не исчезло. Страж предвечного хаоса присоединился к ученикам. Ковен никогда не видел прежде такой действенной древней магии.

– Осторожнее, не подожгите лес! – предупредила сражавшихся Иллена. Она взмахивала лапой и гасила огонь, если он тянулся к деревьям и кустам.

– Ещё залп! – скомандовал сфинкс, не переставая колдовать.

Четыре волшебных шара со свистом погрузились в туман и утонули в нём.

– Заклинания не действуют, – проговорил Ксантос с тревогой.

Ковен потрясённо смотрел на магистров и старших учеников. Шерсть у всех на крыльце переливалась и искрилась. Такое случается, когда коты используют слишком много магии.

Вопреки могучей атаке колдовства туман продолжал ползти к замку.

«Неужели Туманное море проглотит всех нас?»

«Предсказывать не берусь, но лучше бы нам вернуться внутрь», – пробурчал Черномордик.

– Что это вы тут делаете? – прозвучал скрипучий голос у них за спиной.

Друзья подскочили от неожиданности и разом обернулись.

Позади стояла Бийорна и внимательно смотрела на них.

– Мы… мы… – заикаясь, начал Ковен.

– Туман опасен. Лучше бы вам куда-нибудь спрятаться.

С неожиданным проворством амфибия-великанша в один миг спрыгнула с балкона. И друзья услышали, что Ксантос сказал с раздражением:

– Бийорна, вам лучше уйти. Вы пришли совсем не вовремя.

– Напротив, я как раз вовремя подоспела, – возразила пучеглазая гостья.

С посохом в лапах она вдруг начала странный и сложный танец. Никто и представить не мог, что древняя грузная старуха способна двигаться с подобной лёгкостью, гибкостью и грацией.

«Танец воды», – вспомнил Ковен объяснения Фигаро, который рассказывал им о водооккультных знаниях.

Под лестницей забурлила вода, поднялась двумя высокими волнами и потекла в сторону тумана. Её напор оттеснил белёсое пятно, оно съёжилось, побледнело. Вскоре волны опали.

Как только они исчезли, Бийорна снова начала танцевать. Теперь по земле побежали многочисленные ручейки, преследуя серые ленты.

– Туман редеет, – обрадовался один из подмастерьев.

– Не тратьте понапрасну силы, – обратилась к котам Бийорна. – Ваши оккультные знания не уничтожат туман. Займитесь лучше лентами, которые пытаются уползти.

Иллена, Ксантос, Говард и рысь послушались совета великанши-амфибии. Их заклинания испепелили последние серые ленты.

Бийорна, опираясь на посох, зашлёпала прямо к туманному узлу. Время от времени она направляла на него струю воды, и белёсое пятно уменьшалось. В конце концов, она загнала остаток тумана в водяную сферу величиной с шар Черномордика.

– Идите сюда! – позвала великанша.

Ковен, Брайна, Лексиос и Сирения поспешно спрыгнули с балкона и замешались в толпу подмастерьев и мастеров. Они боялись пропустить хоть единое слово из того, что собиралась сказать пучеглазая гостья.

– Этот туманный узел больше не представляет угрозы, – сказала Бийорна. – Через час или два он вообще исчезнет.

Белёсое пятно, похожее на клуб дыма, вертелось и закручивалось, пытаясь выбраться из водяного шара.

Ковен с друзьями, подмастерья и мастера уставились на него не без опаски. Ксантос заметил их и недовольно встопорщил усы. Он отыскал глазами Брайну и встревожился ещё больше: та всё ближе подходила к Сумрачному лесу, отдалившись от остальных.

– Спасибо, рукокрылое, – с поклоном произнесла Иллена.

– Я поклялась защищать ваш замок, – проговорила Бийорна, – и я верна своей клятве, когда вам угрожает опасность. В особенности если вы сами не можете справиться с ней. Так будьте любезны, называйте меня по имени.

– Спасибо, Бийорна, – поблагодарил великаншу Говард.

– А можно сохранить водяной шар и его содержимое? – спросил страж предвечного хаоса, указывая могучей лапой на остаток белёсого пятна.

– Зачем его хранить?

– Чтобы изучить как следует. Нам нужно узнать о туманном узле как можно больше. Если магистры согласятся, то…

Магистры обменялись озабоченными взглядами, а потом кивнули в знак согласия.

– Нужно ли изучать смерть, чтобы узнать, что она убивает? Впрочем, поступайте как знаете. Я в любом случае буду рядом. Чтобы туманный узел не исчез, держите его в водяном шаре. Шар поместите в магический герметичный сосуд.

Одному из подмастерьев поручили отправиться к Эркенбальде и пригласить её сюда. Она тотчас же пришла и с недовольным видом оглядела водяной шар с туманным узлом внутри.

– Найдётся ли у вас ёмкость, в которой можно сохранить этот шар? – спросил Говард изобретательницу.

– Что-нибудь придумаем, погодите, – мяукнула Эркенбальда и принялась рыться в большом рюкзаке, который приплыл вместе с ней.

Глава факультета механиматики возилась не меньше получаса. На улице было холодно, время ужина давно миновало, однако никто не расходился. Все стояли и наблюдали за ней.

– Думаю, эта штуковина решит нашу проблему, – наконец сказала она и показала всем цилиндр из толстого стекла с металлическими обручами.

– Вполне подходящий сосуд, – согласилась Бийорна. – Я помещу в него водяной шар и наложу магическую печать.

Одним движением посоха она отправила шар в стеклянный цилиндр. Крышка цилиндра громко щёлкнула. Ковен удивился, когда Бийорна начертила магический круг, подобно котам, когда они колдуют. Голубоватая субстанция заструилась и окутала цилиндр.

– Ни в коем случае нельзя снимать заклятие и открывать крышку, – предупредила Бийорна. – Если это случится или стеклоразобьётся, туман опять расползётся и проглотит вас.

Ковен вместе с другими всматривался в туман, который вился и закручивался внутри шара. Чешуйки как-то непривычно встопорщились.

«Туманный узел, – подумал он. – Кажется, не мы за ним наблюдаем, а он за нами…»