– Ана? – сонно выговорила Додо хриплым шепотом.

– Ты проснулась! Ты проснулась! – невольно запела я. Во мне снова забулькали пузырьки счастья, но теперь в два раза сильнее. Казалось, я вот-вот взлечу над землей! Я не могла оторвать глаз от Додо: как она подняла руки, протирая глаза, как огляделась, как зевнула. Каждое движение было чудом.

Тио и Лейла улыбались до ушей и вопили от радости с одинаковым выражением восторга на лице. У нас получилось! Наш план в самом деле сработал.

Додо явно недоумевала, почему мы все оказались возле железной дороги ночью.

– Лейла? Тио? Что случилось? Почему вы здесь?

Додо сунула руку в карман и оглянулась.

– Мне рассказать или вы расскажете? – спросил Тио, переводя взгляд с меня на Лейлу.

– У тебя лучше получается, – ответила Лейла.

Прежде чем Тио успел открыть рот, Додо неожиданно громко приказала:

– Спрячьтесь за меня!

В ее глазах отразился испуг. Она протянула руки и прижала нас троих к себе.

– Вы чего? – удивилась Лейла, потом заметила Ролло и сказала: – Не надо бояться Ролло, он дружелюбный.

– Ролло? – повторила Додо.

– Мы его так назвали, – объяснила я. – Додо, послушай, сегодня много всего произошло.

– Сегодня? В каком смысле «сегодня»? Мы с тобой виделись несколько часов назад. – Додо по-прежнему косилась на Ролло с опаской.

– Сейчас вечер среды. Ты пропустила целый день, – сказала я. – Сегодня утром, когда я проснулась, все остальные спали.

– И до сих пор спят, – добавил Тио. – Прислушайтесь. Слышите шум машин или вообще хоть какие-то звуки?

– Что? – Додо потерла виски. – Все спят? Как это? Почему?

– Мы надеялись, что ты знаешь причину. Ты оставила мне записку, и мы догадались, что ты имела в виду: пять Vulpes vulpes, пять лисичек. Что ты прячешь здесь? – спросила я и передала ей записку, которая уже совсем смялась от частого использования.

– Это случилось после того, как вы ушли сегодня вечером, то есть вчера вечером. Я не могла уснуть. Бродила по квартире, понимая, что спать все равно не лягу. Тогда я решила пойти на работу и просмотреть кадры, отснятые фотоловушками. Обнаружила файл с одной из недавно установленных камер, которая лежала дома, и поэтому я думала, что она не используется. Запись с нее загружается прямо на мой компьютер. И тогда я увидела на экране… его, – объяснила Додо.

Я заметила, что она снова сунула руку в карман, нащупывая что-то.

– И что было на видео? – спросила Лейла.

– Это был… он. – Додо все еще смотрела на Ролло с беспокойством. – В понедельник вечером, когда я устанавливала новую фотоловушку на Полден-роуд, камера записала, как я встретила его и из него выросли длинные щупальца. Он прикоснулся ко мне и вдруг пропал. А потом, судя по видео, я просто забрала фотоловушку. И, должно быть, пошла домой.

От воспоминаний Додо напряглась, ее глаза потемнели от тревоги.

– Похоже, именно из-за Ролло ты потеряла память, – поспешно сказала я. – Он не хотел, чтобы ты его видела, ты не должна была его видеть. Но скрыться у него получилось плохо. Ты его нарисовала. Ты не помнила толком, что произошло, но и не забыла его бесповоротно. Вот и решила, будто он тебе приснился. А еще ты не могла вспомнить то, что обычно знала, например жвачный вторник.

– Да, похоже на то, как раз тогда я и начала забывать всякое, – согласилась Додо.

– Кроме того, тебе казалось, что за тобой следят, верно? – продолжила я. – Помнишь, как позвонила нам вчера вечером и потом оставила записку?

– Да. – Додо потерла лоб, словно пытаясь проснуться. – Не могу объяснить, почему мне казалось, будто за мной следят, ведь ничего такого я на самом деле не видела, просто было ощущение, что за мной наблюдают. Но каждый раз, когда я оглядывалась в поисках того, кто бы это мог быть, я никого не замечала.

Я кивнула. Это чувство мне было очень хорошо знакомо.

– Это наверняка был Ролло. – Я повернулась к нему: – Ты следил за Додо. Ты знал, где она живет. Возможно, ты понял, что плохо справился со стиранием памяти, и решил проверить, не оставила ли она каких-то заметок о тебе. И ты кое-что нашел. Ты забрал рисунки, которые сделала Додо, верно?

С Ролло я разговаривала негромко, вспоминая, как размышляла о том, кто обыскивал квартиру Додо – она сама или кто-то другой? Мне бы и в голову не пришло, что это был мосьминожик.

Ролло медленно сунул щупальца в невидимые карманы внутри тела и вытащил кучу листочков из блокнота Додо. Среди них была и записка, которую мы с Тио оставили на школьной калитке.

– Ты меня понимаешь! – воскликнула я.

Ролло не шелохнулся.

– Я ведь права? – спросила я у Ролло. – Это ты стер память Додо?

Ролло одним быстрым движением сунул щупальца обратно в скрытые карманы. Потом очень, очень осторожно показал на Додо и как бы нарисовал круг в воздухе перед ее лицом.

– Кажется, он говорит «да», – сказала Лейла.

– Ты хотел, чтобы про тебя никто не знал, – догадалась я. – Поэтому ты и заметал все свои следы: воспоминания Додо, рисунки, записку на калитке…

– А как же мы? – спросил Тио. – Мы ведь его тоже видели.

Я посмотрела прямо на Ролло. Даже без лица я могла определить, что он смотрел на меня ласково.

– Он и нашу память сотрет, – поняла я.

– Но зачем ему все это? – размышлял вслух Тио. – Зачем он позволил нам себя увидеть? Зачем усыплять всех, а нам позволить не спать?

– Не знаю… – В поисках ответов в моей голове проносились сотни мыслей, но я была совершенно сбита с толку.

– А может быть, это похоже на то, как я наблюдаю за дикими животными… – Додо припала к земле и внимательно вгляделась в Ролло. – Я не хочу, чтобы мое присутствие помешало животным вести себя естественно, как в дикой природе. Именно поэтому фотоловушки так полезны: меня там нет, я могу наблюдать за зверями. Но иногда они меня все-таки видят. Иногда я могу помешать им, потому что мне очень хочется узнать о них побольше и увидеть их настоящую жизнь.

– То есть, получается, Ролло наблюдал за нами и пытался понять, почему мы ведем себя именно так… – догадался Тио.

– Типа эксперимент проводил? – предположила Лейла.

– Вполне может быть, – ответила Додо.

– И он подобрался слишком близко и хотел увидеть нас, – подвела итог я.

Додо пожала плечами.

– Додо, жаль, что вы не видели, что произошло, что вытворяла Ана, – сказала Лейла. – Тут был второй – второй мосьми…

– Кто? – перебила Додо.

– Мосьминожик. Мы их так назвали, – объяснил Тио.

– Потому что они немного похожи на мохнатую обезьяну, осьминога с щупальцами и ежика, – добавила Лейла.

– Да, похожи, – слегка улыбнулась Додо.

– И тот, второй, кажется, хотел забрать вас, – продолжала Лейла. – Но Ана не выпускала вас из рук. Он собирался ударить ее, как сделал это с Тио. Тио взлетел в воздух и сильно ушибся при падении.

– Как ты себя чувствуешь? – встревожилась Додо.

– Да все нормально, – заверил Тио, хотя я видела, что стоит он неуклюже, ему явно до сих пор было больно.

Ролло подкатился к нему и нежно потерся, как кошка об ноги. Тио издал забавный звук – что-то вроде вздоха и смеха одновременно.

– Ты нравишься Ролло! – сказала Лейла.

Тио улыбнулся и повторил:

– Со мной все нормально… Давай мы лучше про Ану расскажем.

– Она начала петь! – воскликнула Лейла.

– Как раз перед тем, как мосьминожик собирался ее ударить. Но он остановился, уже почти дотронувшись до Аны. – Тио сжал два пальца, показывая, как близко мосьминожик подобрался ко мне. – В тот самый момент, когда она запела.

– Ты заставила его остановиться своим пением? – Глаза Додо засияли.

– Не знаю, почему я это сделала… И не знаю, почему он остановился.

– Может, от удивления, – предположила Лейла.

– Или ему больше захотелось послушать тебя, чем ударить, – сказал Тио.

Додо взяла меня за руку и стиснула мою ладонь:

– Думаю, мы никогда не узнаем точно. Но возможно, твое пение заставило его понять ценность некоторых вещей.

В груди у меня разлилось тепло. Такое же, как когда я пела. Что-то вроде потока, соединяющего меня через кончики пальцев со всем, что есть во вселенной.

Додо снова посмотрела на Тио:

– Ты уверен, что все хорошо?

– Думаю, все пройдет. – Он вытянул ноги и осторожно сделал несколько шагов. – Все нормально, – удивился он. – Мне казалось, я ударился сильнее, но, похоже, чувствую себя нормально.

– Вот и прекрасно! – сказала Додо.

Лейла выглядела несколько озадаченной: она сморщила нос, как делала всегда в глубокой задумчивости.

– А вы не знаете, куда делся второй, который ударил Тио? – Додо опасливо оглянулась.

– Он исчез, но мы не знаем точно почему. Похоже, он поговорил с Ролло, а потом ушел, – пояснила я.

– Гм, интересно, о чем они говорили, – сказала Додо.

– Тебя опять оставили за главного, верно? – ласково обратилась Лейла к Ролло.

Он слегка наклонился в ее сторону, и она осторожно положила руку на одну из колючек – и тут же отдернула, словно от удара током.

– Странное ощущение. Как будто через него течет электрический ток, – объяснила она.

Додо присела рядом с Ролло:

– И что ж ты за загадка? – Она тоже протянула руку к одной из колючек. Может быть, благодаря предупреждению Лейлы Додо удалось удержать ладонь немного дольше, а не отдернуть ее в удивлении.

Додо посмотрела на Лейлу и улыбнулась:

– И правда очень странное ощущение.

Ролло протянул щупальце к открытой ладони Додо. И очень медленно прикоснулся к ней.

Ролло не шелохнулся, но я заметила, как его колючки зашевелились и немного выпрямились. Как будто он узнал что-то новое. И тут я увидела, как другое щупальце начало потихоньку разворачиваться. Оно тянулось к карману Додо, словно в поисках чего-то. Более того, судя по тому, как оно двигалось, Ролло знал, что именно находилось в кармане.

Я подумала про рисунки, которые забрал Ролло, и как Лейла назвала его очень странным на ощупь, и про написанное в записке Додо – и вдруг вспомнила: Додо ведь собиралась что-то спрятать!

– У тебя с собой видеозапись с камеры, верно? – спросила я. – Именно ее ты и собиралась здесь спрятать.

Додо убрала ладонь, оторвавшись от щупальца Ролло, и сунула руку в карман, куда тянулось другое щупальце.

И вытащила серебристую флешку.

– Всего одна копия? – уточнила я.

– Да, – ответила Додо.

– Ролло про нее каким-то образом догадался. Похоже, он только что узнал, где она: он прикоснулся к твоей руке, а потом нацелился на твой карман.

– Возможно, он может читать наши мысли через прикосновение! – выпалил Тио и смутился: – Хотя звучит довольно глупо.

– Нет, я думаю, ты прав. Он действительно что-то такое может, – поддержала его я.

Лейла посмотрела на Тио:

– Мне кажется, таким образом он способен не только читать мысли. Ты не мог двигаться, а после прикосновения Ролло тебе стало лучше. Хотя ты серьезно пострадал.

– Ты думаешь, Ролло меня вылечил? – недоверчиво переспросил Тио.

– Не знаю, но тебе было очень плохо, ты совсем не мог двигаться.

Я кивнула, вспомнив глухой стук, с которым Тио упал на землю.

Додо перевела взгляд с нас на Ролло:

– Если это мосьминожики заставили всех спать, то они наверняка способны творить такие чудеса, которых мы себе и вообразить не можем. – Додо протянула флешку Ролло. – Стало быть, ты и про это тоже знаешь?

– Когда мы здесь появились, второй мосьминожик прикоснулся к тебе. Он хотел тебя забрать. А потом они разговаривали, и, может быть, Ролло убедил его, что мы отдадим флешку. Возможно, это часть эксперимента. Я думаю, нам нужно отдать флешку Ролло или уничтожить ее. И тогда, кто знает, вдруг все закончится, – сказала я.

– И мы забудем сегодняшний день? – спросила Лейла.

– И проснемся, как обычно, и все остальные тоже проснутся? – добавил Тио.

– Не знаю, но можно попробовать, – предложила я.

– И в самом деле стоит попробовать! – согласилась Додо, но вдруг отдернула руку, в которой держала флешку, и сжала ладонь в кулак.

– Вы чего? – удивилась Лейла.

– Просто хочу хорошенько на него посмотреть, – объяснила Додо. – Он совершенно невероятное существо.

Меховые колючки Ролло перекатывались, как волны. Чем дольше я вглядывалась в их сверкающую черноту, тем больше цветов различала в ней: темно-красные, сиренево-синие, солнечно-желтые.

– Ну ладно… – Додо наконец протянула флешку Ролло.

– Подождите! – внезапно вскрикнул Тио.

– Что такое? – спросила я.

– Ты правда думаешь, что мы все забудем? Что, получив флешку, Ролло усыпит нас? И мы проснемся, как будто это обычный день?

– Не знаю, но, скорее всего, мы ничего не вспомним, – кивнула я.

Выражение лица Тио оставалось непроницаемым. Он долго смотрел мне в глаза, а потом отвел взгляд.

– Возможно, нам удастся вспомнить отдельные кусочки, – вмешалась Лейла. – Как Додо с ее рисунками.

– И мы не сумеем понять, что к чему, – подхватила я. – Она ведь тоже не смогла.

– И мы с тобой опять перестанем разговаривать… – продолжил Тио.

– Видимо, да, – пришла я к неутешительному выводу.

– А вдруг у нас получится вспомнить – если мы все очень, очень захотим? – предложила Лейла. – Точно так же, как мы разбудили Додо. Мы ведь уже убедились, какие мы сильные, если действуем сообща.

– Я думаю, вы восстановите цепь событий и отношения, – тихо сказала Додо. – Если действительно захотите.

Тио слегка кивнул. Разглядываю его лицо: это был прежний Тио, мой старый друг, но на его лице проступали черты человека, который издевался надо мной и унижал меня. Оказывается, я думала о Тио как о двух разных людях, что, конечно же, было неправдой. А когда мы снова проснемся, с измененной памятью, все вернется к старому порядку. И тот второй Тио снова будет ненавидеть меня. Я не смогу понять, почему он ведет себя так ужасно, не сумею до него достучаться, а он будет думать, что я выбрала Лейлу вместо него. Но ведь теперь совершенно очевидно, что это один и тот же человек! Тио вел себя так мерзко, потому что очень сильно хотел со мной дружить. Это казалось полной бессмыслицей – и в то же время все объясняло.

– Я тоже думаю, что мы вспомним. Вспомним, кто мы такие на самом деле, – улыбнулся мне Тио, и я постаралась запечатлеть его лицо в памяти: кривоватая улыбка и один из зубов слегка выступает вперед, а в глазах словно целая вселенная – звезды, планеты и черные дыры. Вот бы теперь не забыть эту картинку!

– Ну что, я отдаю флешку Ролло? – мягко спросила Додо.

– Погоди! – Я взяла за руки Тио и Лейлу. Их ладони соединились с моими, и, хотя я знала, что всего лишь воображаю это, я почувствовала, как устойчивое и уверенное сердцебиение запульсировало сквозь нас троих.

Додо отдала флешку Ролло, тот осторожно взял ее и засунул в ту же неразличимую прореху между близко расположенными колючками.

– А знаете, мы ведь могли все неправильно понять, – прошептала Лейла. – И тогда вообще ничего не случится.

Но тут Ролло протянул к нам три щупальца. Направленное на меня прикоснулось к груди.

Это было похоже на укол, на инъекцию приятных ощущений: доброта, любопытство и облегчение, слившиеся воедино. Он пронзил все мое тело и заставил замереть. Одновременно накатила сонливость.

Кусочки сегодняшнего дня улетали от меня, словно снежинки, сорвавшиеся с сугроба.

– Не забудь! – пробормотал Тио рядом со мной.

На тот момент я уже настолько погрузилась в уносящую нас прочь волну, что не была уверена, продолжаем ли мы стоять. А когда попыталась открыть глаза, веки оказались намертво склеенными, никак не разодрать.

Краем уха я услышала, как Додо невнятно бормочет – то ли самой себе, то ли кому-то еще. Но ее словам удалось проникнуть в мой мозг сквозь волны сна, и я разобрала, что Додо обращается ко мне:

– Ана, не забудь, что ты сделала. Помни, что ты пела. Ты можешь сделать то, что хочешь, даже если боишься неудачи. Не важно, что ты не уверена в себе. Важно пытаться, продолжать исследовать. Ты станешь отличным исследователем. Гарантирую, Ана-Банана.

– Исследователем? Это который новые земли открывает? – пробормотала я в полудреме. Приходилось стараться изо всех сил, чтобы выговаривать слова и не провалиться в сон. Перед глазами появились покрытые снегом вершины гор, красные дюны пустыни и густые зеленые джунгли с фотографий на стене спальни Додо.

– Исследователи бывают разные… – Додо дышала так тяжело и говорила таким тихим шепотом, что я едва различала ее слова. – Просто продолжай… иди вперед, расти дальше…

Затем послышалось тетино ровное дыхание – а может, это был мой ритм, глубокий вдох и плавный выдох, – и я словно покатилась по горке вниз, кувырком, все быстрее и быстрее, пока не перестала контролировать себя и… крепко уснула.