Саблезубый в это время сражался с Дубом, правда делал это с переменным успехом. Они оба являлись магами земли, поэтому сейчас в радиусе десяти метров от места их схватки летали каменные глыбы, кружился песок, пласты земли взвивались в воздух и взмывали вверх каменные пики. Магия Вячеслава вырывалась из-под контроля, создавая вокруг него и Дуба полнейший хаос. Похоже, у этих двоих давно назревал конфликт, вот они и выкладывались по полной, стараясь продавить друг друга.

Каждый удар, каждое заклинание вызывало вихрь энергии, который разрывал землю, разбрасывая её направо и налево. Каменные глыбы летели в стороны и с глухим стуком врезались в защитный купол, заставляя его каждый раз вспыхивать ярко голубым светом. Я краем глаза заметил, как Дуб, стиснув зубы, призывал к жизни огромные корни, которые вырывались из-под земли, пытаясь схватить Саблезубого, но тот, ловко маневрируя, уклонялся от атак, создавая вокруг себя защитный барьер из камней.

Мария использовала воздушные стрелы, выпуская их в сторону противника, причём, делала это вполне успешно, уже несколько раз задев своего оппонента, тем самым заставляя того нервничать.

Ясень тоже не остался в стороне, вступив в противостояние и швыряя в своего визави огненные шары. Его противником оказался водный маг, который очень хорошо держал защиту. Огонь влетал в выстроенную им стену воды и с шипением гас, не добравшись до цели.

Я же, используя воздушные заклинания, начал вплетать в них магию стихии земли.

Краем глаза заметил, что Мария, уже вывела из строя своего противника и теперь помогала остальным членам группы, швыряя заклинания то — в одного, то — в другого противника. Каждая стрела находила свою цель, заставляя Дуба и остальных отвлекаться и защищаться от атак девушки.

Женщина знала, что её магия не такая мощная, как у других, но при должном раскладе могла сыграть решающую роль в битве. Если бы Стрела была более внимательна, то, вполне возможно, принесла команде победу.

Ясень, находясь немного в стороне, начал комбинировать огненные вихри с высокими волнами. Водный маг, видя приближающуюся угрозу, с легкостью выстраивал стену из воды, которая поглощала огонь, как голодный зверь свою жертву. Вода с шипением превращалась его в пар, не нанося противнику Ясеня никакого урона.

Огневик злился, но ничего не мог поделать, именно в этот момент его оппонент пошел в атаку.

Я пропустил момент, когда водник нанёс сокрушительный удар, сметая светловолосого парня с ног и запечатывая того в водяную сферу. Ясень закашлялся, пытаясь вдохнуть воздух, но подавился и закашлялся, полностью потеряв концентрацию, а затем упал на землю, захлёбываясь водой.

Минус один в нашей команде.

Плохо, очень плохо. Я тоже пока не мог нейтрализовать своего противника, а водник из команды Дуба, не теряя времени, швырнул воздушную бомбу в Стрелу, которая в данный момент пыталась помочь Змею.

— Ба-бах! — оглушающе раздался звук взрыва.

Марию отбросило в сторону. Женщина завалилась на бок и затрясла головой, пытаясь прийти в себя, но оглушение было столь сильным, что она не смогла продолжить бой.

Мы остались в меньшинстве: трое против четырёх.

Пришлось ускориться, потому как Змей уже был на «последнем издыхании». Его спасало лишь то — что он по ходу боя лечил сам себя.

Ещё во время обсуждения стратегии, я предложил действовать сообща, а не разрозненно, но меня даже не стали слушать.

Кто я такой?

Всего лишь глупый послушник.

Впрочем, я понял, почему они так поступили. Ребята перетягивали противников на себя, давая простор для манёвра своему командиру, предоставив тому возможность схлестнуться с Дубом один на один.

Даже интересно, чего эти двое не поделили? Уж больно остервенело они сражались, как бы ненароком не поубивали друг друга в горячке боя.

Конечно, Проскурин ничего подобного не допустит, но пора бы уже и закончить противостояние, а значит…

Я резко ушёл в сторону, а затем сорвался с места, применив заклинание ускорения на полную мощность, тем временем отвлекая своего противника чередой ударов из воздушных мячей. Небольшие, примерно пять-семь сантиметров в диаметре, они стремительно обрушились на моего оппонента, целясь в те места, где защита была наиболее тонкой.

Получилось.

Конечно, это не принесло моему противнику никакого вреда, зато отвлекло внимание. Воздушник пропустил момент, когда я оказался за его спиной и применил удушающий приём, осторожно опуская бессознательного инквизитора на землю.

Ничего с ним не сделается. Пускай отдыхает.

— Есть! — радостно оскалился я, сразу же бросившись на помощь Змею, который пытался выстоять против огневика.

Противник у него оказался серьёзный. Основные заклинания стихии огня инквизитор сдабривал воздухом, и хоть второе направление у парня было не особенно развито и служило лишь подспорьем, но даже этого ему бы хватило чтобы победить своего оппонента.

Огненные вихри, подгоняемые воздушными смерчами, то и дело обрушивались на Змея, подпалив ему одежду, волосы и брови. Слабая защита практически не держала удар. Если бы он сумел подобраться к противнику поближе, то ситуация могла кардинально измениться, но соперник не позволял этого сделать, держа Змея на расстоянии. К тому же, к огневику присоединился водник и теперь они вдвоем начали теснить Змея к барьеру, зажимая того в тиски.

Пришла моя пора вмешаться.

Будь это настоящий бой, а не тренировка, ударил бы в спину. В смертельной схватке законы чести не действуют. Там: или — ты, или — тебя, другого не дано.

— Эй, вы, я здесь! — крикнул, привлекая внимание и заставляя противников развернуться, тут же бросившись в атаку.

Размениваться на дальние удары не стал, просто выставил мощнейший щит, ловя на него летящие в меня заклинания, и выхватив меч, вступил в схватку.

Змею хватило этих секунд.

Когда оба инквизитора повернулись в мою сторону, он сразу же сократил расстояние и взял на себя водника. Тот почувствовал приближение оппонента и резко развернулся, вступая в ближний бой, но тут у него не было шансов. Ядовитое облако пара ударило прямо в лицо инквизитора, и он зашатался, чтобы в следующую секунду кулем рухнуть на землю.

Заметил, как мой противник усмехнулся, парируя удар. Лязгнула сталь, и мы закружили друг против друга, при этом успевая применять заклинания.

Противник действительно оказался силён. Я уж думал уступить ему в этом поединке, потому что, вынужден был признать, что без применения всех своих способностей, победить огневика не представлялось возможным. Все равно, итог противостояния наших команд зависел от того, победит Саблезубый своего противника или же проиграет.

Развить эту мысль я не успел, потому как с другой стороны огневика атаковал Змей. Теперь уже член противоборствующей команды оказался в невыгодном положении.

В итоге, победа оказалась за нами. Я связал огневика ближним боем, давая Змею подобраться как можно ближе, чем тот и воспользовался, выпустив струю ядовитого пара. Противник покачнулся, и я выбил оружие из его ослабевших рук, ударив в висок рукояткой меча, и отправляя огневика в царство Морфея.

— Отлично сработано, Вампир, — тяжело дыша, произнёс Змей, хлопнув меня по плечу, — Без твоей помощи, меня давно уже вывели бы из игры, так что, спасибо.

— Не стоит благодарности, мы всё-таки в одной команде.

Чуть в стороне громыхнуло. Я и Змей синхронно повернулись в сторону звука, чтобы увидеть, как Саблезубый поставил точку в нашем противостоянии, обездвижив Дуба, чтобы тот не мог формировать заклинания, а затем, похоронив противника под землёй.

— Бой окончен! — донёсся до моих ушей голос Проскурина, и тотчас защитный барьер исчез, словно его не было.

Старший инквизитор бодро зашагал в нашу сторону, раздавая указания.

— Змей, давай лечи пострадавших.

— Я…

— Всех: и своих, и из команды противника.

— Саблезубый… Сам закопал Дуба, сам и откапывай.

— Вот ещё… — возмутился Вячеслав, но получив от Зверя красноречивый взгляд, сразу сдулся и принялся выполнять приказ.

— Вампир, молодец. Позже разберём твой бой на составляющие. Сработал неплохо, но есть недостатки.

Ещё бы, ведь я сам создавал эти недостатки, чтобы не выглядеть на фоне опытных инквизитором более умелым и опытным бойцом.

После того, как Дуб был «выкорчеван» из-под земли и подлечен Змеем, Проскурин обязал обоих командиров приводить полигон в порядок. Я не стал сидеть без дела, решив помочь инквизиторам, ведь тоже приложил свою руку к разверзшемуся беспорядку.

Саблезубый ворчал, постоянно косясь на своего противника, но слова Зверя оспорить не пытался, усердно выполняя восстановительные работы.

Когда дело подходило к концу, я заметил, что оба инквизитора уже перестали смотреть друг на друга волками и даже начали перебрасываться фразами, а через пару минут уже дружно хохотали.

— Гляди-ка, вроде как помирились, — пробормотал себе под нос, но стоящий рядом Змей услышал.

— Давно пора, а то нашла коса на камень. Никак Василину поделить не могут, а она и рада, крутит хвостом перед обоими, а не даёт.

— Кхм-кхм, — подавился я воздухом, — Василина? Это Петровна что ли?

— Ага, она. Огонь-баба! Характер поганый, но хороша-а-а, — мечтательно протянул инквизитор и сразу же оглянулся по сторонам, проверяя, нет ли где поблизости Дуба или Саблезубого.

— Не-то слово. Точно дрянь.

— Да ты… — возмущенно взревел Змей, — Да как ты только смеешь…

— Стоп! Я имел ввиду, что не она дрянь, а её характер. На себе испытал, — я потер темечко, вспоминая удар половником.

— О-оо, ясно, — тут же сменил гнев на милость мой собеседник и задорно хмыкнул, — Это Василина может.

— Да уже весь орден гудит о нашей с ней дуэли на поварёшках. Одни вы не знаете.

— Так мы только вчера вечером вернулись, даже отдохнуть как следует не успели, не то, что местные новости узнать.

— Вампир! — прервал наш разговор Саблезубый, — А ты оказывается не промах. Хорошо сражался. Удивлён.

Пожал плечами.

Ну а что на это можно сказать?

— Он, вообще, молодец, — подхватила слова своего командира Стрела, — Даже Удивительно. Учись Ясень, послушник прошёл бой до конца, а ты первым слился.

— Отстань, — поворчал инквизитор, кинув на меня хмурый взгляд исподлобья, словно это я виноват в его проигрыше.

— Отставить разговоры, — резко бросил Проскурин, — Все за ограждение. Будете наблюдать за боем команд Куцего и Вепря.

На следующий день ничего интересного не произошло: такие же тренировки, только теперь нашими противниками были иллюзорные монстры. Кроме этого, мы проходили усложнённую полосу препятствий и спарринговали несчётное количество раз.

— Вампир, сегодня вечером встречаемся в трактире «Баранья нога». Приходи, посидим, отметим наше возвращение, — предложил Саблезубый, — А ещё, я поговорю со Зверем, пускай тебя временно определят в нашу команду. Уверен, ты уже готов к настоящим выездам. Проведём тебе, так сказать, боевой крещение.

Остальные дружно загомонили, соглашаясь с командиром, только Ясень недовольно что-то проворчал и отвернулся.

— Хе-х, опоздали вы ребята. Я уже прикреплён к группе инквизиторов.

— Так — то послушники. Не будешь же ты с ними в «песочнице играть»? Уверен, Проскурин уже оценил твои способности и согласится на моё предложение.

Хмыкнул в ответ.

— Так он давно оценил. Я теперь в команде Зверя на постоянке, мы даже на выезде были, мертвецов упокаивали на Крестовоздвиженском кладбище.

— Да ну? Серьезно, что ли?

— Ага?

— А чего раньше молчал?

— Так вы не спрашивали. К тому же, у вас ведь полная команда, или я чего-то не знаю?

— Ясень переводится в Ивановский центр ордена. Мать у него заболела. Хочет быть поближе к ней.

Светловолосый на это ничего не ответил, лишь зыркнул на Змея недовольно, мол, нечего всем рассказывать о моих проблемах.

— Жаль, ты парень толковый, я бы не отказался иметь такого в команде, — раздосадованно выдохнул Саблезубый, — но насчет трактира, подумай.

— Не получится. Я всего лишь послушник. Ещё двух недель не прошло, как в ордене. Запрет на выход с территории Святой Инквизиции пока что действует.

— Запрет на то и существует, чтоб его нарушать, — хохотнул Саблезубый, и Стрела со Змеем согласно закивали.

— Если утрясёте этот вопрос, то с радостью составлю компанию, только недолго. Семён Владимирович на меня повесил группу послушников, к которой я был прикреплён изначально. Теперь буду их тренировать. Вот такие дела.

— Смотри, какой ушлый. Глядишь, через пару месяцев уже командиров группы станешь, а через полгода сместишь самого Проскурина.

— Ээ-э нет, мне такое счастье не нужно.

Распрощавшись с Саблезубым и его командой, направился в столовую, где сразу же заметил сидящих за столом Илюху Малинина, Сергея Воронова и Елизавету Калинину.

— О-о, наша знаменитость решила почтить нас своим присутствием, — усмехнулся Илья.

— Да иди ты… — бросил в ответ и устало опустился на стул, — Между прочим, с завтрашнего дня большинство тренировок у вас буду проводить я.

— Чего? Вот это да? Серьёзно? — прилетело со всех сторон.

— Ага. Проскурину некогда заниматься нами, то есть… вами, вот он и поручил это дело мне.

Зверь «обрадовал» меня этим решением сегодня утром. Я пытался откреститься от столь почётного для послушника задания, но не сумел. Семён Владимирович настоял на своём, заявив, что, если откажусь, он не будет брать меня на выезды. Пришлось, скрепя сердце, согласиться. Правда я тут же напомнил ему об обещании прикрепить меня к расследованию, касающегося культа Лилового сердца.

— Прикреплю. Мне многое нужно будет тебе рассказать, но не сейчас, а на днях.

— Ну так, а когда допрос Матисова?

— Да был он уже, — Проскурин недовольно поморщился, — допрос этот. Перестарался Затейников. Помер твой Матисов. Сердце не выдержало.

Скрипнул зубами.

— Ну как так-то?

— Бывает.

Злости моей не было предела. Я им притащил ублюдка на блюдечке с золотой каёмочкой, а инквизиторы умудрились его так бездарно профукать.

— Саня, Сань! — долетел до меня словно сквозь вату голос Елизаветы.

— А?

— Ты в каких облаках витаешь?

— Просто задумался.

— А к нам в команду двоих новичков определяют с завтрашнего дня, — грустно выдал Воронов.

— Всё правильно. Нас и так было четверо, а теперь и я отсеялся. Нужно укомплектовываться.

— Все равно обидно, — проворчал Малинин, — Мы хотели, чтобы ты был нашим командиром.

— Ну ничего, выберете нового. Вон, Серёга отлично подходит на эту роль.

— Ты уверен? — удивлённо посмотрел на меня Воронов.

— Я-то уверен. Главное, чтобы ты был уверен в себе, а на новичков посмотрим на утренней тренировке.

Саблезубый всё-таки сумел договориться, чтобы меня отпустили с ними в таверну. Ведь я теперь не обычный послушник, а почти полноценный инквизитор.

По большому счёту, мне не особо хотелось куда-то идти, но и отказываться не стоило. Мне нужны были друзья в инквизиции, те — на кого можно было положиться, и начать я собирался с малого: с обычной посиделки в трактире. К тому же, я планировал заскочить в доходный дом и проверить Ивана, а при хорошем раскладе, успеть найти себе «коробочку с соком», чтобы содержимое «отцовской» фляги оставалось заначкой на чёрный день.

Пришлось сказать Саблезубому и его команде, что присоединюсь к ним немного позже, потому как у меня имеются неотложные дела, которые нужно решить в срочном порядке.

Змей подмигнул и похабно улыбнулся.

— Знаем мы, какие это дела. Небось к девушке своей побежишь? Дело молодой, только постарайся не сильно задерживаться.

— Нет у меня девушки.

— Не поверю. Может постоянной и не имеется, а вот какая-нибудь вдовушка, жаждущая твоих страстных объятий, точно имеется.

— Заткнись, идиот! — рявкнула на Змея Стрела.

Я же в это время вспомнил про Анну, соседку с первого этажа, с которой был бы не прочь продолжить знакомство, но, увы, не сегодня.

— Да ты только посмотри на его физиономию, — не унимался Змей, — Я прав на все сто процентов. Ау, за что? — воскликнул парень, получив подзатыльник от Саблезубого.

— Много треплешься и не по делу. Может тебе язык укоротить?

— Зануда ты Слава, вот как есть зануда.