— Кто вас послал? — спросил я, парируя удар второго нападавшего и пинком в колено отправляя его в грязь, то, что это случайная засада на обычного путника почему-то не верилось, хотя, может у меня паранойя.

— Заткнись и сдохни! — просипел бородатый, идя на второй заход.

— Невежливо, — хмыкнул в ответ.

Арбалетчик выстрелил снова. На этот раз болт летел точнее, целясь в грудь. Я не стал уклоняться, просто выставил воздушный щит, который сформировался перед моей ладонью за долю секунды. Болт звякнул о спрессованный воздух и отлетел в сторону, кувыркаясь.

Глаза арбалетчика расширились от удивления. Маг позади чертыхнулся и швырнул в меня сгусток чего-то тёмного, вязкого и очень неприятного. Это был не огонь и не лёд, нечто среднее, мутное, как болотная жижа.

Проклятие? Или просто дрянное боевое заклинание?

Щит поглотил и это. Я почувствовал, как чужая магия впитывается в спрессованный воздух, как кислота в тряпку и растворяется без остатка.

— Ну что же, — произнёс спокойно, — Раз вежливо попросить не получилось…

Я перешёл в атаку.

Первому, бородатому, досталось рукояткой меча в висок. Я бил не в полную силу, но достаточно, чтобы он кулём рухнул на землю и замер, раскинув руки. Второй, тот, которого я пнул в колено, попытался подняться, но я наступил ему на ладонь, прижимая к грязи, и ударил сапогом в лицо, что-то хрустнуло, и мужик взвыл от боли и обмяк.

Третий и четвёртый оказались поумнее. Они не бросились на меня разом, а попытались зайти с двух сторон одновременно, координируя удары. Правый рубанул наискосок, целясь в шею, левый колол в бок. Классическая вилка, которая в теории не оставляет противнику шансов.

Я присел, пропуская клинок правого над головой, перекатился вперёд и оказался между ними, слишком близко для мечей. Оба одновременно попытались отскочить, но я уже поднялся и ударил левого локтем в солнечное сплетение. Воздух вырвался из его лёгких с протяжным свистом, и парень согнулся пополам. Правому я просто подставил ногу, и он, увлечённый собственным отступлением, запнулся и полетел носом в грязь.

Арбалетчик бросил своё оружие и рванул вверх по склону, ломая кусты. Я его не преследовал. Мне был нужен маг.

Маг, видимо, тоже решил, что пора сваливать. Он развернулся и побежал, но бежал он по раскисшей дороге в длинном плаще, путаясь в полах, и я нагнал его в три прыжка.

Мой кулак аккуратно впечатался ему в затылок, не ломая шею, только вырубая. Маг ткнулся лицом в лужу и затих.

Я за шиворот вытащил его бессознательную голову из воды, не хватало ещё, чтобы утонул, перевернул на спину и бегло обыскал.

Ничего интересного не нашёл, кроме дешёвого амулета, кошелька с парой серебряных монет, ножа, мешочка с ядовитым порошком, которым смазывали клинки, а ещё обнаружил свёрнутый в трубочку листок бумаги, засунутый за пазуху.

Ага, очень интересно.

Развернул и пробежался глазами по строчкам, написанным мелким, убористым почерком:

«Инквизитор на гнедой кобыле. Молодой, тёмные волосы. Тракт на Саянск. Живым не брать».

Покачал головой, видимо кто-то очень не хотел, чтобы я добрался до места назначения, и этот кто-то знал мой маршрут.

Я сложил записку и убрал во внутренний карман, потом вернулся к лежащим в грязи наёмникам.

Бородатый уже очнулся и сидел, тупо мотая головой. Увидев меня, он попытался отползти, но я сел на валун напротив и посмотрел наёмнику в глаза.

— Имя заказчика, — произнёс спокойно.

— Пошёл ты…

— Не та фраза, которая поможет тебе сохранить зубы. Повторяю вопрос: кто вас нанял?

Бородатый сплюнул на землю.

— Я не знаю. Мы работали через посредника, который передал записку, заплатил вперёд.

— Как он выглядел?

— Обычный, среднего роста, в сером плаще, лица я не видел, он натянул капюшон, да и темно было.

— Маг?

— Может быть. Голос у него был странный, глухой, как из-под воды.

Больше бородатый ничего полезного сказать не мог. Я встал, окинул взглядом разбросанные тела и свистнул Красотку. Кобыла вынырнула из кустов, фыркая и недовольно косясь на лежащих на земле людей.

— Передай своим, — обратился я к бородатому, садясь в седло, — что в следующий раз я не буду таким добрым.

Я тронул Красотку пятками и неспешно двинулся дальше по дороге, оставляя за спиной стонущих наёмников, разбитый арбалет и густой запах крови, смешанный с запахом мокрой земли и прелой листвы.

Кто-то очень хотел, чтобы я не доехал до Саянска.

Вопрос кто? Кто-то из чернокнижников, узнавший о моём назначении? Кристина, которая охотилась за Александром Бестужевым? Или кто-то третий, о ком я пока даже не подозревал?

Ответ, скорее всего, ждал меня в Саянске или по дороге к нему.

Оставшиеся до вечера часы прошли без происшествий. Дорога подсохла, выглянуло солнце, и ехать стало приятнее. Мимо тянулись деревушки, хуторки, выпасы с коровами и овцами. Нормальная, мирная провинциальная жизнь, которой не было никакого дела до демонов, чернокнижников и заговоров.

Я невольно залюбовался закатом. Солнце садилось за гряду пологих холмов, расплываясь в золотисто-розовое зарево, и небо по краям окрасилось в такие цвета, которым позавидовал бы любой художник. Воздух стал прозрачным и гулким, каждый звук разносился очень далеко.

Красотка шла шагом, опустив голову и лениво помахивая хвостом. Она тоже устала. Я потрепал кобылу по шее и пообещал сытный ужин и тёплую конюшню.

Постоялый двор обнаружился на развилке дорог, где саянский тракт пересекался с просёлком, ведущим куда-то на север. Называлось заведение «Старый дуб», видимо, в честь огромного, раскидистого дерева, росшего прямо посреди двора. Дубу было лет триста, не меньше: толстенный, корявый ствол, тяжёлые ветви, нависающие над крышей, и крона настолько густая, что под ней можно было укрыться от любого дождя.

Само здание оказалось крепким, двухэтажным, из тёсаного камня, с черепичной крышей и широкими окнами, из которых лился тёплый свет. У коновязи стояло десятка полтора лошадей, похоже это место пользовалось популярностью. Из приоткрытой двери доносились голоса, смех и бренчание какого-то струнного инструмента.

Я спешился, отдал Красотку подбежавшему молодому парню с рыжими вихрами и веснушчатым лицом, наказав обтереть, напоить и задать хорошего овса, и вошёл внутрь.

Зал встретил меня волной тепла, запахов и шума. Народу было много, за столами сидели небольшими компаниями, ели, пили и разговаривали. В углу музыкант с обветренным лицом и печальными глазами перебирал струны гуслей, извлекая мелодию, которая была одновременно весёлой и грустной, как это умеют делать только народные музыканты.

Стоило мне войти, как навстречу вышла крупная, румяная женщина в чистом переднике, вытирая руки о полотенце.

— Комнату, ваша милость?

— Да на одну ночь и ужин.

— Комната есть, последняя осталась на втором этаже в конце коридора. На ужин щи мясные, каша с грибами, пироги с капустой, пиво, квас, медовуха. Что пожелаете?

— Квас, щи, кашу и пару пирогов.

— Кушать будете в зале или в комнате?

— В зале. Сколько с меня?

— Десять рубликов.

— Подал монеты и огляделся, выбирая место, и вдруг замер.

За столиком у окна, наполовину скрытая тенью от плотной портьеры, сидела женщина. Она сидела одна, перед ней стояла тарелка с нетронутым ужином и кружка. Женщина смотрела в окно, подперев щёку ладонью, и в её позе читалась та особенная, задумчивая расслабленность, которая бывает у людей, привыкших к одиночеству и не тяготящихся им.

Я узнал её мгновенно.

Анна.

Соседка с первого этажа доходного дома в столице, та самая Анна, в окно которой я залез, чтобы не попасться на глаза Следопыта и с которой провёл страстную ночь.

На пару мгновений засмотрелся. Красотка, этого не отнять. Сейчас женщина была одета просто, но со вкусом, в дорожное платье тёмно-зелёного цвета, поверх которого был накинут лёгкий плащ с капюшоном.

Какого демона она здесь делает? В нескольких днях пути от столицы, на саянском тракте, в придорожном трактире?

Совпадение?

Великий Инквизитор Лорн не верил в совпадения: ни в прошлой жизни, ни в этой.

Я подошёл к её столику. Женщина повернула голову, и на мгновение в её глазах мелькнуло удивление, смешанное с тревогой, а ещё я заметил, как её лицо на мгновение дрогнуло, выражая досаду, но тут же приобрело выражение вежливой приветливости.

— Александр? — произнесла она, и в голосе прозвучало ровно столько удивления, сколько подобало случайной встрече, — Вот уж не ожидала вас здесь встретить.

— Анна Дмитриевна, рад ас видеть, — кивнул в ответ, — Позволите присесть?

— Конечно, — женщина указала на свободный стул напротив.

Я сел, устроив секиру так, чтобы она не мешала, и откинулся на спинку.

— Далековато вы забрели от столицы, — заметил я, — Путешествуете?

— По делам, наследственная тяжба, — коротко ответила вдова и устало улыбнулась, — Мой покойный муж владел землями в нескольких губерниях. Часть документов затерялась, приходится восстанавливать лично. Вы же знаете, как у нас обстоит с канцелярией, пока сам не приедешь, ничего не сдвинется.

Объяснение звучало гладко, поэтому я не стал давить, вместо этого кивнул с пониманием.

— Знакомая история. Бюрократия — страшнее любого демона.

— Вы-то куда направляетесь, если не секрет? — поинтересовалась Анна, отпивая из кружки, — Я думала, вы в столице, при ордене.

— Перевод. Еду принимать дела в Саянском отделении.

— Саянск? — брови Анны чуть приподнялись, — Какое совпадение. Мне тоже нужно в ту сторону. Одно из поместий мужа расположено неподалёку.

Вот теперь совпадений стало слишком много.

В это время хозяйка трактира принесла мой ужин: огромную миску ароматных щей, тарелку каши с жареными грибами, горку пирогов и большую кружку кваса. Я поблагодарил и принялся есть, пока Анна тихо сидела напротив, время от времени подносил к губам свою кружку.

— Угощайтесь, — предложил женщине, но она отрицательно качнула головой и сделала очередной глоток.

Молчание не было напряжённым, скорее, уютным, как бывает между людьми, которые достаточно хорошо знакомы, чтобы не заполнять каждую паузу словами, но недостаточно близки, чтобы молчание стало интимным.

Я украдкой наблюдал за ней, стараясь не выдать интереса. Мой взгляд опустился на руки Анны: тонкие, с длинными пальцами, ухоженные, но без излишней изнеженности. На безымянном пальце левой руки блестело тонкое серебряное кольцо.

Я почувствовал лёгкое гудение магии. Похоже на защитный артефакт, причём хороший.

Под плащом, на поясе, угадывались контуры оружия. Слишком маленькие для меча, слишком большие для ножа. Скорее всего там скрывался небольшой кинжал.

Графиня-вдова, путешествующая в одиночку по дорогам империи, с защитным артефактом и скрытым оружием. Очень интересно.

— Вы путешествуете одна? — спросил я между делом.

— Мой кучер и охранник остались с каретой, — Анна кивнула в сторону окна, — У них своё жильё, при конюшне. Я предпочитаю ужинать в одиночестве, точнее, предпочитала, — она улыбнулась чуть теплее, — до вашего появления.

— Надеюсь, я не помешал?

— Напротив. Приятно увидеть знакомое лицо вдали от дома.

Мы разговаривали ещё около часа. Анна рассказывала о своих имущественных делах, о сложностях наследственного права, о жадных родственниках покойного мужа, которые оспаривали завещание. Говорила спокойно, с лёгкой иронией, без надрыва. Я слушал внимательно, кивал в нужных местах, задавал уточняющие вопросы. Параллельно мой мозг работал в фоновом режиме, анализируя каждое слово, каждый жест, каждое микровыражение на её лице.

Она врала, но не во всём, история о наследстве вполне могла быть правдой, хотя бы отчасти, но истинная причина её появления на саянском тракте была другой. Анна это скрывала мастерски, но мой опыт был на порядок больше, чем она могла предположить.

Два момента выдали её.

Первый — когда я упомянул Саянск, в глазах женщинымелькнула не просто заинтересованность, а узнавание, так реагируют люди, когда слышат название, которое уже крутится у них в голове. Она знала, куда я еду, ещё до того, как я ей об этом сказал.

Второй — она ни разу не спросила, почему я, вчерашний послушник, вдруг получил назначение руководить целым отделением. Любой нормальный человек удивился бы, а вот она этого не сделала.

Анна знала обо мне больше, чем показывала, и это знание не было случайным.

Кто мог её отправить?

Варианты множились, как грибы после дождя.

Распутин, который обещал присматривать? Кристина, которая нашла более утончённый способ следить за мной, чем прямое нападение? Кто-то из культа?

А может… Алексей Бестужев, Великий Канцлер, человек, который инсценировал смерть собственного сына, чтобы спасти его и обезопасить свой род. Он вполне мог приставить ко мне незаметного, неброского, не вызывающего подозрений наблюдателя, кого-то вроде красивой вдовы-графини, поселившейся по соседству.

Чем больше я об этом думал, тем больше убеждался в своей правоте. Доказательств у меня не имелось, только домыслы, поэтому я решил внимательнее присмотреться в женщине.

— Александр, — мягкий голос Анны прервал мои размышления, — Вы витаете в облаках.

— Простите, — усмехнулся в ответ, — Задумался немного.

— Понимаю, — она наклонила голову, изучая моё лицо, — Вы выглядите уставшим. Длинный день?

— Можно и так сказать, по дороге пришлось немного размяться.

— Размяться?

— Шестеро наёмников решили, что одинокий всадник, это лёгкая добыча и очень об этом пожалели.

Глаза Анны чуть расширились, но она быстро взяла себя в руки.

— Вы не ранены?

— Ни царапины, — заверил её, — А вот они, скажем так, некоторое время не смогут ни на кого нападать.

— Обычные разбойники?

— Не совсем, они знали, на кого охотятся.

Эту фразу я произнёс не просто так, на секунду подумав, что это именно Анна заказала моё убийство, и не стал отметать внезапно возникшую мысль, решив посмотреть на реакцию женщины.

Анна замолчала, пальцы графини, державшие кружку, чуть дрогнули, но голос остался ровным:

— Какой кошмар. Я так понимаю, что они напали на вас по чьей-то наводке.

Хм-м, умная женщина.

— Похоже, что так.

— И что вы будете делать?

Пожал плечами.

— У инквизиторов много врагов. Знаете, анна, мне бы не хотелось сейчас говорить об этом.

— Ваша воля, Александр.

Мы помолчали. За окном совсем стемнело, гусляр закончил играть и теперь тихо пил пиво в углу. Зал понемногу пустел, а постояльцы расходились по комнатам.

— Пожалуй, мне тоже пора, — Анна поднялась, — Завтра ранний выезд. Если вам по пути со мной, то может, проедем вместе? — Анна замялась, словно пыталась подобрать слова, — Дорога безопаснее в компании.

Предложение было разумным и очевидным. Она хотела быть рядом, наблюдать и контролировать, а я хотел понять, насколько далеко простирались её полномочия, потому что бы л уверен, что графиню послали шпионить за мной.

— С удовольствием, — кивнул в ответ, придерживаясь пословицы, держи друга близко, а врага ещё ближе, — Я отправляюсь утром, примерно в шесть утра.

— Договорились, буду непременно. Спокойной ночи, Александр, поднимаясь, — лукаво улыбнулась Анна, вставая из-за стола, — Я очень рада, что судьба столкнула нас на этой дороге.

— Ага, рада она, — проворчал мысленно, а вслух произнёс: — Спокойной ночи, Анна Дмитриевна.

Графиня ушла, оставив после себя лёгкий запах лаванды и полевых цветов. Я ещё некоторое время сидел за пустым столом, глядя на пламя свечи и собирая мысли в кулак.

Итак, ближайшие дни мне предстоит путешествовать в компании красивой, умной женщина, которой что-то было от меня нужно, точнее не её, а её нанимателю.

Ещё раз перебрал в уме тех, кто желал мне зла или как-то хотел контролировать, и в очередной раз пришёл к выводу, что Анну отправил сюда мой отец. Я уверен, что в доходном доме, где я снял квартиру она поселилась не просто так, жаль, что при первой встрече даже не подумал ни о чём подобном, впрочем, может быть так даже лучше.