Беспилотное такси остановилось перед Хобом, услужливо распахнуло дверь. Детектив расположился в небольшом, полутёмном салоне, знававшем лучшие времена, и невольно вспомнил шикарный, просторный электромобиль Дорнака. Сегодняшняя машинка не шла с ним ни в какое сравнение, но, по крайней мере, могла быстро ездить, и этого было достаточно.

Хоб откинулся на спинку потёртого сидения, со вздохом прикрыл глаза. Вчера, после возвращения из бара, он сел за материалы дела и провёл за ними добрую половину ночи, приговорив при этом большую часть запасов кофе. А с утра мир сполна отомстил ему за неосмотрительность — в недрах раздатчика не нашлось даже замороженного сэндвича, он был пуст. Впрочем, там, куда собирался детектив, можно было отыскать вполне сносный завтрак.

Изученные данные, несмотря на воодушевляющее их количество, не принесли существенных идей, но за мелочь детектив всё-таки уцепился. В досье он обнаружил ключ-доступ от квартиры Кира в университетском районе и отчёты о её обыске. Там не описывалось значимых находок, но у Хоба было кое-что, чего не было у других безопасников — крепко въевшийся в сознание отпечаток личности мальчишки. Понадеявшись, что прежние частые симуляции подтолкнут его к чему-нибудь полезному, как подтолкнули на Сцеволе к ссылкам из досье, детектив рано утром отправился на место.

Пылевая буря за ночь усилилась, и теперь даже дополнительные роботы не справлялись с полноценной очисткой купола. Бурый песок врезался в крышу длинного скоростного туннеля, змеился по стеклу, разбрасывал по поверхности рассеянные волны теней. Непогода приглушала и прежде блёклый свет, усыпляла, и детектив почти дремал, убаюканный тишиной. Густой красноватый сумрак временами прорезали короткие багряные вспышки и желтоватые лучи фар редких встречных машин, причудливыми пятнами отражающиеся от узких стен магистрали, и это добавляло дороге странного умиротворения.

Университетский район, один из старейших в колонии, тоже был проектом Сомнии. Огромный подземный комплекс: научные лаборатории и учебные аудитории, общежития студентов и преподавателей, множество корпусов и факультетов. Место считалось престижным: поверхность возле станции и павильона со скоростными лифтами занимали популярные рестораны, дорогие магазины и офисы фирм, работавших со стажёрами. Здесь же находился помпезный открытый лекторий, предназначенный для очень именитых гостей. В нём когда-то читал лекции и доктор Лихтор Свон, по слухам, всякий раз собирая полную аудиторию.

Административная часть университета располагалась внизу — пять широких ярусов по десять этажей, на каждом из которых давным-давно образовался свой студенческий городок. Немало самых разнообразных качества и цены кафе, баров, игровых клубов перемешались со спортивными залами, представительствами факультетов, какими-то непонятными молодёжными объединениями и местечковыми барахолками в хаотичную сеть, зацикленную на самой себе. На ярусах этого района с лёгкостью можно было заблудиться, но скучать не пришлось бы ни минуты.

Хоб выбрался из такси на площади и сразу отправился к спуску — искать на поверхности ему точно было нечего. Полупустой лифт с шелестящим свистом доставил детектива к нужному этажу — как раз туда, откуда добраться до квартиры Кира можно было по подземной линии. Стоило приблизиться к станции, на глаза тотчас попалось местечко для завтрака — потёртая вывеска обещала лучший кофе сектора и скидки на всё меню, кроме напитков, в утренние часы.

Толкнув несколько помятую дверь, детектив вошёл в помещение, старательно оформленное владельцем-энтузиастом в южноамериканском стиле. Светлые стены с пластиковыми элементами под дерево, искусственная зелень в крупных горшках на полу, плетённая мебель с кричаще-яркой обивкой — заведение выглядело уютным и наверняка пользовалось популярностью.

Звонок коротко пискнул, выдернув из полудрёмы девушку за барной стойкой, — она подскочила от неожиданности и довольно затравленно уставилась на форменный костюм и значок Хоба. Единственная посетительница — молодая студентка, забившаяся в уголок, вздрогнула и, взглянув с рассеянным недоумением, тут же склонилась над планшетом. Она неслышно что-то бормотала одними губами, нервно выстукивая пальцами по столу, и детектив, коротко кивнув официантке, нарочно сел в другом конце небольшого зала, чтобы не мешать подготовке к занятиям.

Психослепок подключился к сети заведения, и встроенный в столешницу экран вывел меню. Хоб, оценив разнообразие блюд, решил, что явно не ошибся с выбором кафе, сделал заказ и уставился в фальш-окно. Проекция демонстрировала смутно знакомый вид — широкую площадь с фонтаном, здания с массивными колонами, густую зелень кустов и деревьев. Мужчины и женщины праздно шатались, поглядывая на свои отражения в витринах, прятались от солнца в рябящей от ветра тени или сидели на парапетах прямиком у воды. Казалось, протяни руку открыть окно, и в уши ударят шум толпы, птичьи крики, стрёкот насекомых — странная шутка разума, воскресившего почти забытое воспоминание. Хоб, коротко хмыкнув, отвернулся, посмотрел сквозь дверное стекло на резко освещённый, узкий коридор, щедро изукрашенный разнообразными студенческими граффити — от невнятных надписей до вполне симпатичных рисунков и смелых социальных высказываний. Здесь, недалеко от поверхности, молодые люди выражали мысли достаточно деликатно, но стоило спуститься ниже, как их философия обретала иные краски.

— Нас уже допрашивали по поводу той драки и сказали, что всё улажено, но если нужно ещё что-то…

Высокий голос официантки, приправленный избыточной вежливостью, вырвал Хоба из раздумий. Девушка довольно нервно поставила перед ним чашку кофе и тарелку, а после замерла, глядя исподлобья с испуганной покорностью.

— Я просто зашёл поесть, — с лёгким раздражением заверил детектив.

Официантка вымучено улыбнулась и, пожелав приятного дня, вернулась за стойку. От Хоба не укрылся её напряжённый взгляд на закрытый в дневные часы барный шкаф — основной источник всего дохода заведения и, конечно, её зарплаты. Лицензия на продажу висела на видном месте, настолько близко к поверхности ничего запрещённого или даже крепкого не водилось, но студенты обычно брали количеством, а после драки опять пошли разговоры о запрете торговли алкоголем в университетском районе. Детектив, неопределённо хмыкнув, приступил к завтраку — ему, к счастью, никогда не приходилось заниматься подобными делами и разгребать их последствия.

Крошечное кафе несомненно заслуживало внимания. Вкусная еда и приличный кофе под аккомпанемент ненавязчивой музыки — что ещё нужно для хорошего начала дня? Хоб допил последний глоток из яркой полосатой чашки, отправил официантке приличные чаевые в дополнение к чеку и поспешил к выходу. Прощальные взгляд и улыбка девушки смогли бы, пожалуй, обогреть неплохую часть Тлалока, и детектив шёл к поезду неприлично весёлым для безопасника при исполнении.

Жильё Кира располагалось в нескольких станциях, поблизости от факультета теоретической физики. Элитный сектор яруса почти у поверхности, закрытая территория, собственная служба безопасность — редкие студенты могли попасть сюда даже в гости. Система отсканировала допуск моментально, и Хоб беспрепятственно прошёл в непривычно аккуратные для подземной части колонии коридоры.

В дневные часы людей вокруг не было — университетский район, в отличие от многих других, жил по расписанию поверхности. Пустое пространство с неплотной чередой однообразных дверей давило белой яркостью — световые панели здесь оказались выкрученными на максимум, что несколько удивляло бессмысленной тратой энергии. Впрочем, вскоре любые вопросы по этому поводу отпали полностью.

Двое крепких парней появилось из-за поворота одновременно: шли спокойно и занимали почти весь узкий коридор. Матовые маски на шлемах скрывали лица, форменные графитовые спецкостюмы вместе с синхронными движениями и пистолетами-пулемётами, которые оба держали наготове, добавляли сходства с антропоморфными роботами. Хобу хватило одного взгляда на них, чтобы остановиться и, не дожидаясь приказа, расшарить идентификатор личности, данные значка и имеющиеся доступы.

Солдаты чуть замедлились, считывая предоставленную информацию, но не задержались, и в полном молчании прошли по одному мимо отступившего к стене детектива. Ему показалось, что последний коротко, едва заметно кивнул, но это мало походило на правду, и Хоб списал всё на игру света. Задумчиво хмыкнув, он аккуратно покосился назад через плечо и тут же отправил Расту единственный уместный в данной ситуации вопрос:

«Какого хрена ОСы прочёсывают верхние ярусы?»

Быстрого ответа не последовало, а это означало одно из двух — либо помощник сам не в курсе происходящего, во что верилось слабо, либо, наоборот, уже влез туда по уши и теперь вычленяет значимую информацию для доклада. Хотя встреча со спецподразделением колонии настораживала сама по себе, дёргаться без отчёта было бессмысленно, потому Хоб отправился дальше, невольно прислушиваясь к глухим звукам подземки — шелесту вентиляции с далёким гулом поездов и лифтов. Других людей, ни военных, ни гражданских, по дороге не отыскалось. Коридоры оставались пустыми и тихими, а к тому моменту, когда детектив добрался до нужной квартиры, система приглушила световые панели — патруль покинул сектор, и ярус вернулся к привычному существованию.

У двери Хоб немного помедлил, словно нехотя активировал доступ и переступил порог смутно, почти неуловимо знакомого места, которое в то же время видел впервые в жизни. При всех достоинствах мальчишки, Кир был обыкновенным студентом и аккуратностью не отличался — по крайней мере, детектив сомневался, что после обыска, который наверняка пытались провести тихо, сотрудники Сомнии оставили бы за собой такой разгром. Он с кривой ухмылкой огляделся, списал бардак на спешку при сборах и полностью сосредоточился на деле.

Двухкомнатная квартира с отдельной кухней вызвала лёгкую зависть — сложно было даже представить, во сколько могла бы обойтись её аренда, не говоря уже о покупке. Мебель из натуральных материалов, комфортные по местным меркам пространства, современная техника — то, о чём большей части марсиан и мечтать не приходилось. Хоб неспешно обошёл всё вокруг, выискивая то, что покажется значимым.

Кухня интересной не выглядела — обыкновенная, темноватая, с качественным, вместительным раздатчиком, кое-как распиханной посудой и брошенной на столе кружкой с накрепко въевшимися разводами то ли чая, то ли ещё какого напитка. В углу робот-помощник, приткнувшийся у давно обесточенной зарядной станции. Хоб, заметив тонкие царапины на новеньком корпусе, присел на корточки и с печальной усмешкой пробормотал:

— Разбирали тебя? Ломался или мальчишке было просто любопытно взглянуть на устройство?

Задерживаться детектив не стал — отношение Кира к бытовой технике точно не относилось к делу. Да и заговорил только ради того, чтобы разбить гнетущую, слишком густую тишину, которая, впрочем, навалилась снова, стоило замолчать. Казалось, не первый и не последний в работе подобный обыск — квартиры покончившего с собой убийцы — но именно здесь Хоб находился вместе с плотно осевшей в сознании личностью хозяина, что вызывало не самые приятные ощущения.

Детектив медленно поднялся и пошёл дальше — в совсем крошечную спальню, где уместились только кровать и душевая капсула со стеллажами за декорированной камнем выдвижной панелью в стене. Полезного здесь нашлось ещё меньше, и Хоб, не задерживаясь, направился в последнюю комнату.

В ней царил удивительный порядок, словно Кир сдавал часть квартиры куда более аккуратному однокурснику. На самом видном месте — прямиком в нише у стола — геймерский шлем, главная ценность коллекции мальчишки. На стене висело несколько фото, и детектив некоторое время недоумённо смотрел на них, пытаясь вспомнить, видел ли хоть раз в жизни нечто подобное. В голову не приходило ничего, кроме исторических видео, и мысли, что парень предпочитал ретро не только в оформлении сетевого пространства. Рассказать многого кадры не смогли — всё те же друзья, что и в профиле, семейный снимок с какого-то праздника и, отдельно, Кир с отцом, живо обсуждающие что-то за парой бутылок пива. Хоб отвернулся, вновь осмотрел комнату и решительно двинулся к световому индикатору выдвижной панели.

Вместо привычной системы хранения там обнаружились стеллажи с разнообразным старым оборудованием, заботливо расставленным мальчишкой с каким-то только ему понятным смыслом. Детектив отметил, что некоторые, вероятно, наименее ценные, экспонаты оказались разобраны. Где-то на грани сознания короткой вспышкой мелькнуло странное чувство, словно ему были дороги эти безделушки. Оно тотчас исчезло без следа, но Хоб всё равно раздражённо тряхнул головой и поспешил вернуться в комнату.

Стационарник на столе активировался, подчиняясь ключу доступа из досье. Детектив, поудобнее расположившись в эргономичном кресле, кажется, обитом натуральной кожей, сосредоточился на экране. Учебные библиотеки, специфические программы для расчётов, та дурацкая игра и прочая бесполезная муть — снова ничего значимого. Впрочем, так просто Хоб сдаваться не собирался — были или нет здесь другие кибербезопасники, а проверить повторно не повредит.

Сперва требовалось получить полный доступ, которым в досье с ним никто делиться не собирался. Небольшой тёмный прибор перекочевал из кармана на стол, коротко вспыхнул синим, устанавливая соединение, а Хоб тем временем полностью сосредоточился на работе. Кир, несомненно, был талантливым парнем, но на взлом системы не ушло много времени. Зато на поиск чего-то полезного среди бессмысленного мусора оказалось потрачено изрядно сил. На странный сетевой сигнал детектив наткнулся совершенно случайно и решил попытаться его отследить.

Здесь стояла защита не столько серьёзнее, сколько её было просто во много раз больше. Мальчишка со всем, пусть дилетантским, но старанием, прятал нечто важное, и чем глубже продирался по следу Хоб, тем больше его охватывал непривычный, несвойственный ему прежде азарт. Наконец последний барьер пал, и детектив, бегло осмотрев удалённое хранилище, откинулся на спинку с весёлой улыбкой:

— А ты был не таким уж послушным паинькой, приятель?..

Огромное информационное озеро технической и научной направленности на защищённом сервере. Проекции, видео, курсы лекций, записи конференций и статьи с напрочь сломанными лицензионными ключами или вообще без них, что вызывало серьёзные сомнения в готовности и согласии авторов на размещение материалов в сети. Хоб, оглядывая надёжно спрятанное от посторонних богатство, задавался закономерным вопросом: на кой чёрт мальчишке могло понадобиться ломать сертификаты для личного использования? Со спёртыми из закрытых источников исследованиями всё было проще — детектив на своей шкуре испытал азартность младшего Дорнака и понимал, что парня от получения новых знаний вряд ли остановили бы дурацкие условности вроде отсутствия разрешения на публикацию.

На некоторое время Хоб полностью погрузился в изучение ворованной коллекции мальчишки, параллельно запустив поиск по Экватору, — в конце концов, версии с украденными наработками они не оставили. Впрочем, верилось в неё всё ещё слабо, а доказательств на сервере не находилось — даже открытой и обнародованной информации о станции среди материалов не было. Тлалок в результатах мелькнул всего раз — в древней технической статье разработчика Джевенса о квантовых системах управления, где планету упоминали в качестве некого амбициозного проекта Сомнии, о котором «в скором времени будет известно больше». Учитывая любовь мальчишки к квантовой физике и технике, логичнее было предположить интерес к ним, а не к задворкам Солнечной системы. Тем более, что заметка почти десятилетней давности была опубликована в открытом доступе, и, вполне возможно, просто стала началом коллекции, а после продолжала болтаться в озере исключительно из-за ностальгии.

Перед тем, как окрестить статью малозначимой и отложить, Хоб на лишний миг зацепился взглядом за имя её автора. Майкл Янг, добродушный, весёлый парень, в прошлом был его коллегой. К тому же, тогда талантливый молодой разработчик, сейчас он неплохо продвинулся — не далее как вчера вечером знакомый мелькнул в досье среди ключевых специалистов, работавших в Джевенсе над Экватором. Сильнее связанной с расследованием статью подобное не делало, но настроение эта мелочь немного исправила, и к другим документам детектив приступил с чуть большим энтузиазмом.

За разгребанием материалов он совсем потерял счёт времени и вернулся в реальность только после настойчивого сигнала планшета о новом сообщении. Хоб несколько рассеянно взглянул на экран, но увидел имя Раста, нахмурился, тут же открыл доклад, и чем дальше читал, тем мрачнее становился.

Утром какой-то чокнутый придурок расстрелял людей на станции одного из довольно престижных ярусов недалеко от поверхности. Этот сектор не относился к отделу детектива, но его ребята сейчас не отрывались от новостей, потому что их вполне могли дёрнуть в помощь местным безопасникам. Никакого официального заявления пока не было, но все понимали, что оно появится очень скоро — в том районе жило немало достаточно высокопоставленных сотрудников Сомнии, в том числе…

Он нервно пробежал глазами список пострадавших, но Эспер Кид не нашёл ни среди погибших, ни среди раненых. Зато взгляд зацепился за другое имя, которое встретилось детективу далеко не первый раз за последние дни. Майкла Янга убили в перестрелке, и просто так списывать всё на череду совпадений Хоб не собирался.