Хоб сидел в кресле, не открывая глаз. Не обратил внимания ни на писк датчиков, который прежде выводил из себя, ни на отдающую в зубы головную боль. Кто-то бережно стянул с него шлем, наклонился ближе, и тень легла на веки.

— Детектив, — взволнованный голос Эспер совсем близко, — слышишь меня?

Он не ответил. Коротко вспыхнул свет, что-то щёлкнуло: Хобу вспомнился непонятный прибор, которым Игрид тыкала в них на Сцеволе, но он не позволил себе отвлекаться на глупости и вновь погрузился в мысли о записи. Быстрые шаги прошелестели куда-то прочь — видимо, на некоторое время его оставили в покое.

То, что он увидел, выходило за все рамки ожидаемого. Кир с Джоу, нашедшие общий язык благодаря любви к технике, Фрэнки, который и словом не обмолвился о каких-то призраках, заметил он или нет полупрозрачный силуэт... И ни одного трупа. Ни одного чёртового выстрела. Мальчишке даже не пришло в голову тащить с собой ствол! Странные, едва уловимые обрывки прежних погружений — больше ничего не напоминало о том, что они были в той же симуляции.

— Не понимаю... — Теперь Эспер встревоженно бормотала откуда-то сбоку. — Показатели в норме, он уже должен был прийти в себя…

— Эсп, оставь… — Голос Клайва прозвучал хрипло и болезненно, а потому парня то ли просто не услышали, то ли напрочь проигнорировали.

— Я делаю инъекцию! — решительно сообщила доктор Кид.

Только когда её тень вновь упала на Хоба, он вынырнул из размышлений и догадался, что речь шла о нём. Детектив открыл глаза как раз в тот момент, когда Эспер уже потянулась, чтобы всадить многофункциональный инъектор, напомнивший солидный револьвер, прямиком ему в шею.

— Всё хорошо! — резко выдохнул Хоб, а после мотнул головой и уставился на напарников: — Нет, всё нихрена не хорошо. Это что, мать вашу, сейчас такое было?

Они смотрели мрачно и задумчиво. Даже Клайв, вопреки всем своим привычкам, сидел на месте, отстранённо уставившись с пространство. Эспер отказалась от идеи немедленно реанимировать друга и просто сунула ему в руки чашку кофе. Судя по запаху, тот стоил как пара месячных плат за квартиру Хоба и точно появился с куста на Земле, а не в лаборатории на Марсе. Детектив покосился на Дорнака: Стив с терпеливым вниманием изучал троих безопасников, ожидая результатов погружения. Сколько денег ушло на четыре напитка для рядовых сотрудников, его явно не слишком заботило. Помощнику велели принести кофе — он и принёс кофе. Вероятно, синтетический аналог член правления вообще за кофе не считал, а потому в этом кабинете его не встречалось даже случайно.

— Долбанная идиллия на отдельно взятом Тлалоке сейчас была... — пробормотал Мор непривычно глухо.

Стив перевёл на него заинтересованный взгляд. Несколько неформальный тон члена правления не смутил. Хоб невольно подумал, что азарт Кир явно унаследовал от отца.

— Вы тоже это видели? — спросил детектив на всякий случай.

— Что именно? — словно нехотя уточнил Клайв. — Симуляцию нормальной работы Экватора — ну да. Запись, которую до этого смотрели кучу раз? Нихрена. Эсп, ты точно подгрузила то, что нужно?

— Она всего одна, — заверила коллега насмешливо. — У меня не было шансов накосячить. Если вы готовы прекратить пялиться друг на друга и начать рассказывать, я попытаюсь помочь разобраться.

Они переглянулись и через пару мгновений с некоторым трудом принялись по очереди описывать произошедшее, чтобы найти повторяющиеся детали, которые с наибольшей вероятностью случились в реальности. Но когда Мор и Клайв пересказали свои версии, у детектива не осталось сомнений — напарники видели одно и то же. Мелочи вроде жестов и интонаций не имели значения, смысл оставался общим: Кир и Джоу с удовольствием работали вместе, Фрэнки списал силуэт на переутомление и шум в ушах, а азарт и хладнокровие мальчишки были направлены на борьбу со связью, что добавляло ему расположения начальства. Только глюки с не до конца проявившейся голограммой у каждого произошли немного по-разному, но никто не наблюдал её полностью.

Когда пришла очередь Хоба, он заговорил медленно, старательно подбирал слова и избегал смотреть в сторону Дорнака. Сомния, совет директоров, да вообще всё меркло перед тем, что он должен был описать ощущения Кира во время симуляции. Того паренька, который, пойди дело как в записи, скоро должен был бы вернуться с Экватора и обрадовать отца тем, что сам подыскал себе тёплое местечко в корпорации, а Джоу ждёт нового помощника. Живой и счастливый мальчишка, знакомый детективу по досье, а не свихнувшийся маньяк, оставивший после себя кучу трупов и бесславно подохший на чужой планете… Краем глаза Хоб всё-таки замечал, что Стив остаётся внешне спокойным и сосредоточенным, но понимал, что даже самый чёрствый урод не сможет бесстрастно проглотить такие новости о сыне, а Дорнак, отдать ему должное, оказался не настолько уж плох.

— Эсп, есть идеи? — поинтересовался Мор, когда детектив замолчал. — Что-то глюкнуло в системе? Не подгрузилось или как там это у вас называется? Может, нам попробовать ещё раз?

Эспер уже давно ковырялась с оборудованием и проверяла данные, поэтому сразу качнула головой:

— Бесполезно. Ошибок нет, запись сгенерировалась полностью, а психослепки были успешно наложены. Я... — Она на миг запнулась. — Я не понимаю, но новое погружение ничего не даст — вы увидите то же самое.

Хобу хватило этой секундной заминки.

— У тебя ведь есть предположение, правда, доктор Кид? — с холодной усмешкой произнёс он.

Она тяжело вздохнула, медленно повернулась на кресле и призналась:

— Единственный вариант, который я вижу, — запись не смогла скомпилироваться с этими личностями. Другими словами, ничего в Кире, Джоу и Фрэнке не способно было привести к известному системе результату. А так как симуляция достаточно гибкая, она просто воспроизвела всё возможное по предоставленным данным. Положение в пространстве, погода, некоторые движения… То, что не зависело от психослепков и было частью снятых с купола показаний.

— Но мы видели голограмму и у Кира были глюки про пушку, — нахмурился Мор.

— Это обрывки ваших воспоминаний, — терпеливо пояснила Эспер. — Вы столько раз погружались в симуляцию, что рефлекторно ждали определённых событий. Видели триггеры, которые прежде приводили к каким-то действиям, и готовились к ним. Кир встал на нужной точке кратера, и вы должны были увидеть голограмму — отсюда неясный силуэт, появившийся для каждого в разное время. Так сработала ваша память. Но запись в первую очередь опирается на загруженные психослепки, и если личность Кира не ложилась на данные о наличии голограммы, то та не могла возникнуть при погружении.

— Не ложилась на данные? — выпрямляясь в кресле, переспросил Хоб. — Значит, в этой личности не было информации о его собственном плане? Ты говорила, что воспоминания в психослепке — нихрена не доказанная штука, Эсп!

— Но вероятная, — несколько сдавленно напомнила она.

— Эспер!

— У нас недостаточно материалов! — возмутилась коллега.

— Хорошо... — с глубоким вдохом процедил детектив. — Какова вероятность, что вместе с психослепком могут быть подружены обрывки воспоминаний личности, Эсп?

— Высокая… — Она отвела глаза.

— Да твою ж мать! — не сдержался Хоб.

То есть, всё это: Шами, Шаман, Док, якобы спешащий за Киром, — имело неиллюзорную возможность быть долбанной правдой, с которой сразу можно было работать всерьёз, а не сомневаться в каждом шаге из-за того, что детектив нихрена не умеет общаться с чёртовыми учёными! Ему очень захотелось стрельнуть у Клайва сигарету.

— Допустим, с записью относительно разобрались, — задумчиво протянул тем временем Мор. — Едем дальше. Откуда у тебя эти психослепки, Эсп?

— Это то, что предоставил доктору Кид я, — сообщил Дорнак. — Данные комиссии.

— Подделка? — Безопасник перевёл взгляд на Хоба.

— Нихрена, — возразил Клайв прежде, чем детектив успел ответить. — Они бьются с досье, воспоминаниями знакомых с погибшими, вообще со всем. Зато прежние симуляции, в отличие от этой, бьются с реальностью и грудой трупов. А значит...

— Эти психослепки были сделаны до правки, — озвучил Хоб уже очевидную всем троим мысль. — Эсп, мог ли кто-то удалённо обработать сотрудников Экватора во время полёта, пока они были в гибернации?

— Система не всесильна, детектив! — недовольно нахмурилась она. — Как ты вообще это себе представляешь? Куда деть перебои со связью, задержку сигнала, разницу во времени? Если бы кто-то попытался провести процедуры на таком расстоянии, к Тлалоку прибыли бы не новые личности, а три недееспособных овоща!

— Мог Гарнер подкупить кого-то, чтобы тот сделал правку прямо на борту? — Мор оглядел напарников.

— Вы подозреваете Джона?! — с изумлением выдохнула Эспер.

— Сама посуди, — сказал Клайв, — он винит Свона во всех бедах, своих и человечества, ненавидит Игрид...

— Джон не мог этого сделать, — с прохладой перебила учёная.

— Будешь его защищать, серьёзно? — возмутился Мор. — Он тебя грязью поливает, а ты его жалеешь?

— Он не подключен к системе! — отрезала Эсп.

— Чего? А как он работал с Лихтором?

— Это было много лет назад. После университета Джон удалил чип из-за болезни и просто потому, что задолбался не меньше, чем задолбал нас всех.

В пылу спора Эспер не задумывалась, что каждым словом топит Игрид всё глубже. Но даже это уже ничего не меняло — обработанные до неузнаваемости психослепки напарникам на Сцеволе подгружала доктор Свон, а взять их, если лично не участвовала в создании, ей было неоткуда. Это не пакетик наркоты, который Гарнер мог подкинуть незаметно — Сомния умела обеспечивать безопасность данных. Но нахрена? И как она умудрилась угробить программистов Джевенса, пока сама неслась сквозь космос со всеми описанными Эсп проблемами?

Напарники тоже были слишком увлечены, чтобы понять очевидное. Они с азартом доказывали Эспер версию с виной Гарнера, а Хоб слушал вполуха и сосредоточенно думал. Ему казалось, что все детали картины наконец у них в руках и осталось только собрать их в целое. Но одного элемента ещё не хватало. Мотива.

— Ты настолько уверена, что он не мог подключиться вновь позже? — с насмешливой улыбкой вопрошал Мор. — Что же должно было ему помешать?

— И только не говори про нелюбовь к системе, — добавил Клайв. — Ради важной цели кто угодно способен потерпеть.

— Да серьёзно?! Я не могу перелопатить миллионы психослепков марсиан, чтобы продемонстрировать вам, что чип Джона неактивен! А даже если нет, просто нафига? В чём эта ваша важная цель? Он редкий придурок, но не убийца и, тем более, не маньяк! Отыгрываться на посторонних за недовольство Своном он бы не стал!

— «Шаман», — азартно выдал главный аргумент Клайв. — Ему нужна эта система, чтобы заполучить себе здоровое тело!

Шаман... Хоб откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и сдавил голову руками. Лихтор... Фрэнки... Нет, это не было случайной деталью, не могло быть. Слова астрофизика, как и образ голограммы в симуляции, — обрывки воспоминаний покойников. Запись не содержала данные о псевдопризраке — их содержал психослепок Кира. Мальчишка должен был включить оборудование, испугать Фрэнка и обезопасить себя от выстрела Джоу. И образ в погружении был результатом его восприятия. Парень просто понятия не имел — или, скорее, ему помогли забыть, кто это, потому остался невнятный астронавт. Зато Фрэнк помнил и Свона, и чёртово прозвище. Услышав которое на Сцеволе, Игрид аж побледнела и запретила им дальнейшие симуляции. Так всё-таки дело в нём?

— Не надо было вообще вам рассказывать! — Эспер с медленным выдохом откинулась на спинку кресла и закатила глаза. — Вы помешались на несчастном «Шамане» больше, чем когда-то им был одержим сам Лихтор. Разработки давно прекращены, смиритесь.

— Ничего не мешает их восстановить.

— Мор, система — не чёртова волшебная палочка! Простая правка мелких особенностей личности занимает от месяца! Ты представляешь, сколько уйдёт на полное замещение? Годы, если не десятилетия, регулярных процедур! И даже предположим, что у Джона в кармане завалялось всё время мира, где он возьмёт это ваше «новое здоровое тело»? Нужно максимальное сходство носителей, поймите уже! Ему понадобился бы клон или, на худой конец, собственный ребёнок, который невероятной случайностью унаследовал почти всё от отца!

Детектив резко выпрямился и уставился на Эспер, но этого никто не заметил. Функция, выполняющая заданную программу после смерти создателя... Очередной эксперимент своего папаши... Лихтор лично принимал участие в развитии плода...

— Гарнер мог... — начал Клайв.

— Оставьте его в покое! — рявкнул Хоб, вскакивая. — Ваш Гарнер мог оказаться чертовски прав!

В кабинете на несколько долгих мгновений повисла звенящая тишина.

— Детектив? — с лёгким удивлением произнёс Дорнак.

Хоб обернулся к нему:

— У корпорации остался психослепок Лихтора Свона?

— Все личные данные хранятся в архивах Сомнии не менее пятидесяти лет после ухода сотрудника, — Выдержке этого человека можно было только позавидовать. — Он зачем-то требуется вам в расследовании?

Доступа к кадровым архивам у Игрид в жизни не было — это Хоб знал точно, а потому с мрачным азартом улыбнулся:

— Да. Мне нужно, чтобы доктор Кид сравнила данные психослепков Лихтора и Игрид Свон.

— Зачем? — пробормотала опешившая Эспер.

— Потому что есть очень большая вероятность, что ты не найдёшь там различий.

— Ты с ума сошёл, — выдавила она с отвращением. — Такое омерзительно даже представить.

— Так докажи, Эсп! — Хоб резким жестом ткнул в монитор. — Давай! Ты потратишь пару десятков минут, а я буду чувствовать себя идиотом всю оставшуюся жизнь. Неплохой размен, а?

— Доступы открыты, — сообщил Стив тем временем.

— Мистер Дорнак, это нелепо! — возмутилась учёная.

— Мы должны проверять все версии, доктор Кид, — напомнил он безразлично. — Детектив прав: если это ошибка, мы потратим на неё не более получаса. И за отведённое время я хотел бы выслушать подробности, Хоб.

Эсп со злостью развернула кресло и сосредоточилась на оборудовании.

— Итак… — Детектив, заложив руки за спину, принялся бродить кругами среди слушателей. — Гениальный учёный Лихтор Свон, создатель системы психослепков… Наверняка он трепетно относился к своему изобретению, но продал патент без вопросов, едва Сомния вышла на него после случая с шахтой. Потому что это должно было стать только началом — по-настоящему одержим Лихтор был идеей «Шамана», фактическим бессмертием. Своим бессмертием. Корпорация отказалась выделять средства на такие исследования, но это не стало препятствием — поднятая вокруг него шумиха позволила Свону иметь на подхвате послушных и преданных студентов. Которые, сами того не сознавая, многие годы помогали ему править собственную дочь, заботливо подготовленную к процедуре ещё в утробе матери.

Эспер съёжилась в кресле, а данные на мониторе стали прокручиваться чуть быстрее прежнего.

— Экватор был бы невозможен без системы. Естественно, и о проекте ядра, практически искусственного интеллекта на базе психослепков, Свон знал. Даже начинал разработки лично, верно, Стив?

Дорнак медленно кивнул, не сводя прищуренных глаз с Хоба.

— Вот где было его фактическое бессмертие! Физическая оболочка хрупка и ненадёжна — уж кому, как не бывшему нейрохирургу с нижних ярусов это понимать? Сколько таких, как Билли Браун или Джон Гарнер он видел — тех, кто не может рассчитывать даже на полноценную жизнь, не говоря уже о вечной? Вшить себя в ядро Экватора, дать ему ту самую свободу воли, которой не хватало до полноценной разумной сущности, стало бы победой над смертью. Лихтор не дожил до запуска, только ему и не требовалось. Потому что их было двое — две идентичные личности, он и его бывшая дочь. Не скажу с уверенностью, оказалась ли кончина оригинального Свона случайностью или частью плана — я не сумасшедший учёный, чтобы утверждать наверняка. Но могу предположить, что этим могли попытаться похоронить любые воспоминания о «Шамане». Уход учёного, несвязанные между собой трагедии с его учениками... И система сгинула вместе с ними. Оставалось трое: Шилд, Гарнер и Кид. Один — вне зоны доступа, но и не опасен. До второго сложно незаметно дотянуться без активного чипа, но и чёрт бы с ним, — этот сам об учителе и его исследованиях говорить не желает, и вообще неизвестно, сколько протянет со своим здоровьем.

— Значит, действительно целили в Эспер? — глухо произнёс Клайв.

— Скорее всего — в обоих, но основная пуля должна была достаться Эсп. — Хоб не обратил внимания на судорожно вздохнувшую подругу: всё его сознание было наполнено хладнокровием с азартом изуродованного Кира, и в них не оставалось места сочувствию. — Она была гораздо опаснее для их плана, чем простой разработчик Янг, и его наверняка планировали зацепить по остаточному принципу, а если не удастся, то чёрт с ним, можно же убрать позже и иначе.

— Тогда почему она всё ещё жива? — Мор хмуро покосился на тихонько всхлипнувшую учёную.

— По чистой случайности. Она провела несколько дней с Растом, и разыграть несчастный случай, не привлекая лишнего внимания, было проблематично, а после я слишком быстро вытащил её из лаборатории, не позволив им сориентироваться.

Дорнак нахмурился и слегка вскинул подбородок. Впервые за всё время знакомства Хоб уловил на его лице хоть какое-то подобие нетерпения. Заставлять члена правления ждать дольше необходимого детектив не хотел и понимал, о ком он желает услышать.

— Но вернёмся к началу. На станции им нужен был кто-то, кто тихонько установит «Шамана» в ядро. Хороший техник, увлечённый и азартный человек, обладающий выдающимся терпением и достаточной сдержанностью, чтобы себя не выдать. И тут им в руки прилетает Кир Дорнак — мальчишка, идеально отвечающий всем требованиям, к тому же сын одного из совета директоров Сомнии, а значит, парня доверят только Игрид и ни у кого больше не будет доступа к результатам правки.

— Уроды... — выдавил Мор сквозь зубы.

— Киру снимают психослепок до начала процедур. Мы все видели: там нечего было править, и комиссию данные устроили. А мальчишку тем временем месяц уродуют в хладнокровного маньяка, вбивают ему в голову план по внедрению «Шамана» и выбивают оттуда Лихтора Свона настолько тщательно, что обрывки воспоминаний сохраняют только невнятный образ астронавта. Зато Свона узнаёт Фрэнки, тоже поправленный достаточно, чтобы испугаться духа и в случае необходимости помешать выстрелить Джоу, когда Кир потянется за пушкой.

— А с техником-то что? — мрачно спросил Клайв. — Он же в последней симуляции был приятнее прошлого.

— Тоже постарались уменьшить вероятность ответной агрессии. И под шумок сделали более невыносимым, чем прежде, чтобы ни к нему, ни к его стажёру лишний раз никто приближаться не желал. Продолжаем. Кир кладёт сотрудников во время бури и проблем с оборудованием. А после ждёт дока, который вот-вот за ним прилетит. Доктора Свон он ждёт — это нихрена не кличка приятеля. Она уверяет, что корабль близко, и парень выходит за купол — маринуется там, пока не догадывается об обмане. Вернуться, конечно, не успевает — никто бы не позволил ему вернуться.

— Нахрена понадобилось всех там угробить? — холодно процедил Клайв.

— Чтобы Сомния отправила расследовать происшествие именно Игрид. Она с математической точностью подбирает подходящих сотрудников для полёта, предлагает эксперимент с симуляцией, заранее понимая реакцию, и ни черта не предупреждает о последствиях. А затем устраивает погружение за погружением с изуродованными после правки личностями, пока мы, как выразилась Эсп, не начинаем рефлекторно реагировать на триггеры. Останавливает её не переживание за наше состояние, а «Шаман», всплывший в последней записи. Она запрещает дальнейшее использование системы, но уже уверенна, что всё идёт как надо. Пока она внедряла свой психослепок в ядро станции, я должен был всех нахрен перестрелять, услышав команду, от которой у меня вклинят мозги.

— Врубить связь, — криво усмехнулся Мор. — Сказанную человеком, которого ты ассоциировал с Джоу.

— Да. И только чудом что-то пошло не так, а я сдержался. Помните, как она потянулась к кобуре, когда мы зашли? Игрид планировала пристрелить меня и вернуться одна. Да даже если бы не вернулась, никакой разницы — ядро станции получило свою свободу воли и личность Лихтора. А он, к слову, наверняка уже наплодил хренову кучу своих резервных копий по всей чёртовой сети.

— Почему Игрид не прикончила нас в гибернации на обратном пути? Были же все шансы.

— Это привлекло бы к ней слишком много лишнего внимания. Тем более, она была уверенна, что наша роль тут закончится. Даже признала ошибку в системе, чтобы наверняка получить трёх отстранённых безопасников. А я бы нахрен всё бросил, не осядь в башке личность Кира. Но что получится, если нас объединить, не могла предугадать даже она. И характер мальчишки не позволил оставить дело без разгадки.

— Сотрудников Джевенса тоже убил Лихтор? — Дорнак с безраздельным вниманием наблюдал за Хобом и его метаниями по кабинету.

— Цифровой вариант. Пока мы летели сквозь космос и подозревать в содеянном его физическому оболочку никому не пришло бы в голову, он устроил ту идиотскую аварию. После с помощью системы грохнул кардиостимулятор старика Ральфа…

— И остаётся только Билли… — процедил Мор.

— Уильям Браун, фанатик и проповедник гениального Свона, — с гортанным смешком кивнул Хоб. — Лихтор знал этого парня как свои пять пальцев и, полагаю, не потратил много сил и времени на убеждения. Единственное, что ему требовалось сделать после — слегка помочь старому чипу коротнуть, тем самым наверняка избавив Билли от возможности случайно ляпнуть что-то лишнее.

— Он же его когда-то спас… — с отвращением выплюнул Клайв.

— И, видимо, после по гроб жизни считал обязанным, — холодно бросил Мор.

Детектив, остановившись, резко обернулся к напарникам и приказал:

— Вы двое немедленно выключаете свои долбанные психослепки.

Они не стали спорить и молча потянулись к чипам.

— А теперь повтори ещё раз, что я свихнулся, Эспер. — Хоб перевёл взгляд на сжавшуюся в кресле подругу. — Давай, скажи, что я неправ. Ты нихрена представить себе не можешь, как я сам хочу сейчас ошибаться!

— Это один человек, — отозвалась учёная тихим шелестом. — Основные показатели полностью идентичны.

Свет монитора Дорнака на миг отразился от его костюма — все данные отныне были у Стива.

— Вырубай чип, живо, — велел Хоб, и на этот раз она даже не попыталась возражать.

На несколько долгих секунд в кабинете повисла тишина. Единственными, что ещё был подключен к системе, оставались сам детектив и Дорнак: ни один из них даже не дёрнулся обрубить связь.

— Благодарю за расследование, Хоб, — наконец произнёс Стив со спокойствием, за которым сложно было не заметить едва сдерживаемый гнев. — Вы прекрасно справились. Но, думаю, на сегодня мы закончим. Детектив, доктор Кид, прошу вас завтра приехать ко мне снова — машина будет ждать у филиала, а вам лучше не использовать психослепки до входа в кабинет.

Любой человек в этом здании, большая их часть во всём чёртовом городе, были постоянно подключены к системе. Всё здесь — такси, лифт головного офиса, оборудование, терминалы оплаты, камеры и вентиляция — к ней подключены. Впервые в жизни детектив чувствовал себя так, словно его окружили и загнали в угол, из которого не выбраться в любой точке этой долбанной планеты, да и на остальных проблематично… Оставалось уповать лишь на то, что пока ещё напарники не привлекли внимания доктора Лихтора Свона.

Парни хранили мрачное молчание и почти тащили за собой Эспер, а она, спотыкаясь, отрешённо брела следом до самой улицы, чтобы там застыть, обхватив себя за плечи, и дрожать, глядя в землю.

— Надо вызывать два такси, — тихо произнёс Клайв. — Мы вчетвером не влезем в одну машину.

Он хотел включить психослепок, но Мор оказался проворнее, быстрым движением подрубил себя с сети и холодно процедил сквозь зубы:

— Ещё раз потянешься к чипу — руки вырву нахрен.

Они уехали первыми. Хоб проводил такси напряжённым взглядом, после усадил Эспер во второе, назначил маршрут и вытащил планшет. Среди множества уведомлений больше других выделялась куча сообщений и пропущенных вызовов Раста. Прежде помощник никогда не пытался настолько настойчиво с ним связаться. Детектив скомандовал перезвонить.

— Хоб, какого чёрта происходит?! — выпалил безопасник, едва установилось соединение. — Куда упёрли Эспер? Что за хрень с продажей данных? Почему она недоступна?

— Всё спросил? Молодец. А теперь ты собираешься и срочно летишь к ней. Мне плевать, какие у тебя долбанные планы. Глаз с неё не спускать до завтрашнего утра, пока не доставишь к филиалу. При оборудовании, подрубленном к сети, не обсуждать даже хренов ужин, понял меня?

Раст хмуро кивнул и отключился. Хоб откинулся на сиденье, устало прикрыл глаза. Осталось просто доехать живыми.

Эспер за всю дорогу не обронила ни слова. Её трясло, а у детектива не было сил утешить подругу. Ближе к скоростному лифту до её яруса он подумал, что помощник может исполнить приказ дословно и явиться к её двери, а вот она тогда рискует домой уже не попасть. Хоб почти готов был отпустить такси и пойти провожать её самостоятельно, но Раст каким-то чудом догадался, что тащатся они из офиса, и ждал на улице у лифтового павильона.

Вернувшись в квартиру, детектив вырубил психослепок, завалился на кровать и закрыл глаза с пониманием, что вполне может больше не проснуться: он разгадал эту загадку, и, если теперь Лихтор захочет от него избавиться, неактивный чип его нихрена не остановит, а осторожность в случае Хоба наверняка покажется уже излишней.