Аммидела нервничала, то и дело поправляя тугой ворот платья. Её свадебный наряд, по словам матери, был традиционным — так потребовала эльфийская делегация, и от этого племянница, привыкшая к лёгким платьям, страдала ещё больше.

Нательная белоснежная рубашка с высоким воротом, полностью закрывающем шею, и длинными, до середины ладони рукавами даже на первый взгляд была способна задушить. Нижнее платье алого цвета из плотного материала весило, наверное, как хорошая шуба. Верхняя накидка с расходящимися полами спереди и длинными летящими рукавами, расшитая серебром и жемчугом так, что не было видно настоящего цвета ткани, завершала наряд.

Туфли Амми отвоевала свои. Когда послы продемонстрировали традиционную свадебную обувь на тонкой высокой подошве, невеста саркастически поинтересовавшись, не собирается ли жених сразу после обряда лечить ей переломы обеих ног. Потому что в подобной обуви по каменистым дорогам Седэанелии она и шага не сумеет сделать.

Мне хотелось хихикать, глядя на кислые лица эльфов с Затерянных островов, но было нельзя. Поэтому я сдерживалась изо всех сил, кусала губы и дула щёки. Наверное, меня сочли очень странной, хотя воспитание и не позволило на это прямо указать. Лиамирра сердито сверкала глазами, но не позволила себе сделать ни одного замечания.

Мне позволили одеться в привычную одежду, хотя гости и косились неодобрительно. Ромашка опять рвалась пошить для меня новые платья, но я убедила её, что прошлогодние-то не успела все сносить. Вот одно из них — солнечно-жёлтое — и надела на свадьбу племянницы. С алыми волосами, которые за Стеной я могла не прятать, смотрелось ярко и нарядно даже без украшений, которые демонстрировали остальные эльфийки.

— Об одном только прошу — молчи, во имя Аэриланны! — накануне вечером несколько раз повторил мне брат.

— Кто такая Аэриланна? — только и спросила, потому что это имя я слышала уже несколько раз.

— Эльфийская богиня, — тяжело вздохнул Деалинор. — Покровительница света и покоя. Тебе не мешало бы ей почаще молиться.

Я надулась. Однако сегодня осознала предостережения брата, а потому только молчала и изо всех сил сдерживала смех.

Аммидела не смеялась. В ей глазах плескалось беспокойство. Пусть племянница говорила, что спокойно относиться к необходимости выйти замуж за незнакомца, она была нормальной девушкой, переживающей за своё будущее. Она сжимала и разжимала кулаки, хваталась то за подол платья, то за букет белых пионов и всё время оборачивалась на меня.

— Амми, — подошла я, когда мы остались наедине, — всё в порядке?

— Я боюсь! — эльфийка вцепилась в меня обеими руками.

— Это ожидаемо. Тебе придётся уехать в чужие края, и неизвестно, что там ждёт.

— Вот спасибо! Уж лучше никакой поддержки, чем такая! — возмутилась Амми.

Я сконфуженно замолчала, понимая, что молчание «во имя Аэриланны» действительно самое верное решение.

— Ты ведь поедешь со мной? — неожиданно попросила Амми. — Я боюсь одна отправляться за океан, а вдвоём нам будет веселее. Хотя бы на первое время, пока я не освоюсь. Ну, пожалуйста!

Радость от предложения я успешно скрыла, хотя и не чувствовала себя готовой к дальнему путешествию. Сила не слушается, источник не стабилен, артефакты я толком создавать ещё не научилась — всё это тревожило не меньше, чем будущий муж Аммиделу. Пообещала, что не брошу племянницу, и вышла в зал, где должен был пройти торжественный обряд.

Невеста появилась спустя пару минут и встала рядом с женихом. Лицо было скрыто под вуалью, но магия доносила до меня её тревогу. Всё будет хорошо — послала я Амми ободряющую мысль. Точнее, попыталась послать — вдруг получится? — и прислушалась.

На эльфийском языке я могла более-менее читать и писать, изъяснялась с трудом, а ещё хуже понимала говорящего. Тем более, когда говорил он быстро и совсем не так, как я привыкла слышать. Поэтому плохо понимала, в чём заключался смысл обряда и какие клятвы должны были давать друг другу молодожёны.

Правда, я внимательно следили за тем, как они сделали на ладонях небольшие разрезы и капнули кровь во вспыхнувший на ладони жреца огонь. Затем трижды обошли этого жреца по кругу, а огонь всё ещё пылал на его ладони. И как он не получил ожогов?! Жених снял вуаль с невесты и надел ей на голову венок из цветов персика — и где только умудрился их найти?

Жрец передал жениху и невесте в ладони пламя, которое обернулось массивной свечой. Присутствовавшие на церемонии цепочкой потянулась к молодым. Каждый подходил к ним, касался свечи и отходил с тонкой горящей свечкой в руках. Потрясающая магия! Я даже не смогла понять, что за заклинание здесь использовано. Или же всё делал какой-то артефакт? Факт состоял в том, что у меня в руках тоже оказалась самая настоящая горящая свеча, с которой я встала рядом с братом. Другие эльфы выстраивались напротив, и в конце церемонии молодые прошли через живой коридор из эльфов с горящими свечами в руках.

— Не ходи сегодня к Амми и не зови её к себе, — тихо попросил Деалинор. — Ближайшие три дня она не должна покидать своего мужа, а нам положено веселиться и поздравлять их, чтобы Аэриланна услышала наши пожелания и благословила их пару.

— Амми не хотела выходить замуж, — невпопад сказала я.

— Хотела, просто забыла об этом. В любом случае Итэсар ау-Дагон — достойный выбор.

— Он уплывёт отсюда?

— Они. Итэсар обязан представить избранницу своим родичам. А потом они, скорее всего, вернутся — Затерянные острова давно уже перенаселены. Но об этом мы поговорим после пира.

Следующие три дня слились в бесконечный поток тостов, хвалебных речей в честь жениха и невесты и угощений. Если бы я не была уверена, что нахожусь в Седэанелии, решила бы, что попала на какую-то деревенскую гулянку. Эльфы пили, ели, опять пили. Засыпали прямо за столом или под столом, просыпались — и продолжали пиршество. Единственное отличие от людей — даже в состоянии полного опьянения они сохраняли свой невозмутимый вид и лишь вежливо извинялись, что вынуждены ненадолго прерваться.

Услышав такой пассаж первый раз, я едва в голос не захохотала, но промолчала — во имя Аэриланны. Позже Деалинор пояснил: всё это пиршество не ради угощения, а традиция ради защиты молодой пары от злых духов — мол. Все они тонут на дне винных стаканов и бутылок. Что ж, мне доводилось слышать и более странные верования, но от вина я всё же отказалась. Как знать, а вдруг там и впрямь какие-то демоны сидят и заставят меня творить всякие непотребства?

Спустя же три дня все угощения неожиданно исчезали — пир завершался, и молодая пара официально становилась мужем и женой.

В тот день, завершающий свадебные гуляния, на закате Повелитель пригласил нас с братом на прогулку. Арбеан ау-Торан выглядел утомлённым и, как мне показалось, ещё более постаревшим. Он завёл нас в какой-то совсем дикий уголок парка, где среди густых зарослей сирени пряталась небольшая беседка, предложил устроится на скамейках и объявил:

— Корабль отходит через пять дней. Тенна, ты будешь готова к этому времени?

Повелитель не стал уточнять, к чему именно я должна быть готова. И без этого всё было ясно: готова уплыть в неведомые дали, готова искать хотя бы след родителей, готова к работе с Источником…

Я молчала, а два эльфа выжидающе смотрели на меня.

— Я не смогу тебя отпустить, если Источник опять станет нестабильным, — всё же продолжил Арбеан ау-Торан. — Я слишком стар, чтобы мне хватило сил справиться к возможными катаклизмами.

— Я не рискну сейчас вмешиваться в работу источника, — пришлось признаться. — Мне не хватит знаний. Но я уже подумала, что можно попробовать создать артефакт, который какое-то время станет стабилизировать всплески силы.

Мужчины неожиданно засмеялись.

— Как давно я не слышал этой фразы! — улыбнулся Повелитель. — Артефакт! Возможно, это выход. Попробуй.

Конечно, попробую, только не здесь.

— Значит, мне можно будет уйти с праздника? Здесь я работать всё равно не смогу.

А без поддержки Лиры и не решусь — добавила про себя.

— Да, конечно, тем более тебе ещё нужно будет собраться в дорогу. — Повелитель повернулся к Деалинору. — Ты знаешь, как выйти, не привлекая к себе внимания. Сообщи страже, что я дал разрешение выпустить вас за Стену.

Брат, не споря, встал и коротко поклонился.

— Идём, Тенна.

— Нет, — покачал головой Арбеан ау-Торан, — мне нужно ещё кое-что сказать. Тенна догонит тебя.

Деалинор ничем не выдал своего недовольства, хотя я его явно ощутила. Мне тоже не по душе были подобные секреты, но, наверное, тому есть причина.

— Тенна, то, что я сейчас скажу, ты не должна рассказывать никому. Вообще! — Повелитель многозначительно посмотрел мне в глаза, словно знал, что откровенно беседовать я привыкла не только с братом. — Затерянные острова нам не союзник. Они ещё помнят мой бунт и побег. Не верь Совету старейшин и будь осторожна с родичами ау-Легинами. Держи в тайне свои способности и поменьше рассказывай о своей наставнице. И о… котёнке. А лучше, кроме отца, если ты его встретишь — а я очень на это надеюсь! — даже не рассказывай, кто ты такая. Просто — эльфийка из Седэанелии.

— Хорошо, я поняла.

— Ещё один момент — это твой возраст. Я вижу перед собой взрослую девицу, но по сути ты ребёнок. Об этом тоже никому нельзя говорить. Пусть тебе будет лет пятьдесят или шестьдесят — это приличный возраст, когда уже не страшно отпускать девушку в дальний путь. В противном случае тебя просто запрут в каком-нибудь пансионе до эльфийского совершеннолетия, а потом сразу выдадут замуж за подходящего парня.

Я замотала головой. Нет-нет, такого мне точно не надо!

— И главное, Тенна, помни — ты нужна здесь, в Седэанелии.

— Почему я, а не кто-то другой? Неужели никому больше не под силу справиться с Источником?

— За полвека мы такого эльфа не нашли. Возможно, дело в том, что магия сама выбирает, кому служить. Использовать силу может любой — этому легко научиться. Но полностью владеть ею дано лишь избранным. Даже ничего не умея, ты можешь сотворить заклинание. Пусть и с ошибками, и с откатами, но можешь. Потому что сила сама делает за тебя то, чему другие учатся годами.

Я задумалась. А ведь всё так и было! Я по глупости и неопытности чего только не вытворяла, и всё получалось. А ведь даже в школе артефакторов видела, что у начинающих магов срабатывают только простейшие заклинания.

Повелитель неожиданно погладил меня по голове.

— Возвращайся. Как-никак ты моя внучка. Здесь всегда тебя будет ждать дом.

Конечно, вернусь. Не потому, что тут мой дом. Здесь меня будет ждать и моя Хрусталька.

— Ради безопасности с тобой отправится Валлиар ау-Риван, — убедившись в моём согласии, сменил тему Повелитель. — Он присмотрит за тобой, поможет и, в случае опасности, защитит. Кстати, присутствие Валлиара будет отличным поводом не задерживаться на Затерянных островах.

— Ему об артефактах говорить можно?

— Пока сам не узнает, лучше молчать. Всё же настоящие артефакты сейчас слишком редки, чтобы о всеуслышание трезвонить о них.

Тоже верно.

Дав ещё несколько важных советов, Арбеан ау-Торан отпустил меня. Неподалёку от беседки поджидал Валлиар ау-Риван. Интересно, это чтобы я сразу привыкала к его присутствию?

Эльф быстро вывел меня к Стене, к тому месту, где уже готовился уйти в человеческую Седэанелию брат.

Открывать проход мне с каждым разом было всё легче и легче. Интересно, это — опыт или просто заклинание изнашивается? Буквально через пару минут мы уже шагали в сторону дома по узким извилистым улочкам. Втроём.

Был вечер, и даже здесь, на окраине, прогуливались нарядно одетые девушки и парни. В воздухе стоял густой запах жасмина. От него и от трёх дней праздников кружилась голова.

На Валлиара ау-Ривана то и дело оглядывались проходящие мимо девицы. Деалинор, видимо, как-то прятал своё эльфийское очарование, а вот мой сопровождающий или не умел этого, или не подумал, что привлечёт излишнее внимание.

— Возьми Тенну под руку, — со смешком посоветовал брат, после того, как третья девица едва не повисла на шее бедного Валлиара. — Так все решат, что ты не свободен, и внимания станет меньше.

— Ага, а мне прилетит с десяток проклятий от каждой обиженной девицы, — буркнула я.

— Поставь щит, — резонно заметил Деалинор. — Заодно потренируешься.

Я надулась, но совету последовала. Впрочем, как и мой будущий надзиратель. Хотя, наверное, уже настоящий. Брат тихонько посмеивался. Интересно, это так на него свадьба Амми повлияла или он заметил что-то смешное? Казалось, он не торопился, позволяя Валлиару сравнить человеческий облик города с эльфийским. Мне же хотелось поскорее оказаться дома, запереться в комнате с Хрусталькой и заняться артефактами. Удивительно, но руки сами точно требовали работы.

Не стала отказывать себе в удовольствии и так и поступила. Едва наши девушки во все глаза принялись рассматривать красавчика-эльфа, я сбежала.

«Можешь ничего не рассказывать, — заявила кошка после приветствия. — Я всё видела твоими глазами — мне хватило сил на это заклинание».

— И всё слышала?

Мы устроились на чердаке, чтобы нас никто не побеспокоил. Полнолуние уже прошло, новолуние ожидалось только через неделю, так что даже Адейлу сюда вряд ли потянуло бы — её сила очень зависела от фаз луны.

«Слышала. А вот точно ли ты всё поняла, мне очень интересно».

— О том, что мне придётся уехать да ещё и в сопровождении? Поняла.

«Твой сопровождающий умеет чувствовать чужую магию, видит чужие заклинания… — Хрусталька немного помолчала. — Никаких разумных мыслей не появилось?»

Я только покачала головой. Кошка повторила моё движение, и у неё это вышло весьма забавно, что я не сдержалась и хихикнула.

«Зря смеёшься, — рассердилась она. — Твой эльф — некромант! Среди эльфов это большая редкость, они предпочитают не развивать эту сторону своей силы. А если он пошёл по этому пути, значит, готовился быть чьим-то телохранителем. Скорее всего, Повелителя. Значит, о каждом твоём шаге будет докладывать ему».

— Повелитель — мой двоюродный дедушка. Думаешь, он желает мне зла?

«Думаю, что артефакты нужны всем. Может, я и ошибаюсь. Такое тоже уже было. Давай лучше подумаем, как создать твой стабилизирующий артефакт, чтобы источник не загнулся».

— Я уже обо всём подумала. Для этого нужен разумный артефакт.

«А! Поняла! — Хрусталька захихикала. — Так ты для этой цели притащила эльфика? Правильно — принесём его в жертву и создадим отличный артефакт, который однажды сам сможет стать новым Источником».

Какая кровожадная! Но я поспешила разубедить кошку.

— У меня уже есть такой артефакт — ты. Ты ведь сможешь управлять другим, более простым артефактом? Условно включать и выключать его?

«Не пробовала, — быстро посерьёзнела она. — Это даже интересно!»

Я улыбнулась, узнавая наставницу.

* * *

Пять дней спустя я ступила на палубу изящного корабля с высоким ростром в виде витого рога и тремя мачтами. Племянница с мужем держались немного в стороне. Кажется, я не сильно нравилась новому родственнику, поэтому он не разрешал нам много общаться. Валлиар тоже не навязывал мне своё общество, и я могла полностью раствориться в бескрайнем синем просторе, расстилавшимся вокруг.

У Лиры всё получилось — она смогла контролировать работу «выключателя». Конечно, для этого требовалось потратить некоторые силы артефакта Хрустальки, но зато я могла с чистой совестью отплыть. К тому же, немного повозившись, я разобралась, как помочь кошке быстрее восполнять утраченную магию, и связала её с Источником — чтобы точно быть уверенной, что она меня дождётся и не пострадает. Тетрадь, найденная в доме брата, оказалась очень полезной — в ней я нашла несколько интересных идей. Например, управление одним артефактом через другой.

Поздно вечером, накануне отплытия, я разместила артефакт-выключатель около Источника и убедилась, что всё работает. Позже, когда город заснул, эльфы создали проход. Пространство человеческой части Седэанелии будто раздвинулось, образуя коридор для эльфийской делегации. Здания и воздух за пределами этого коридора колебались в мглистом мареве магии. Это бы одновременно невероятно и жутко — что, если магия развеется и мы застрянем прямо в середине стены какого-нибудь дома?!

Но всё прошло успешно. За городом ждали осёдланные лошади, от встречи с которыми мне хотелось рыдать — я так и не поняла этого удовольствия, подпрыгивать на жёсткой спине огромного животного. Поэтому палубе корабля радовалась, как отчему дому.

А потом матросы подняли паруса, и я погрузилась в окружающий нас простор.

Плавание с эльфами отличалось от плавания на купеческом корабле, которое ещё живо было в памяти. Люди боролись с океаном — корабль плясал на волнах, почти ложась на борт, снасти скрипели и трещали, паруса оглушительно хлопали. А потом ветер стихал, наступал штиль, и над водой нёсся пронзительный визг дерева — команда садилась на вёсла и гребла под сонное биение барабана.

Эльфы были частью окружающего мира. Они не могли повелевать водой — океан поглощал и их способности, но могли приказать кораблю почти лететь над волнами или ветру дуть в нужную сторону. Не ощущалось качки, не нужно было постоянно прятаться от пьяных матросов или отбиваться от назойливых кавалеров, не ругался никто, что девица лезет на нос корабля. Может, эльфам что-то и не нравилось, но они молчали, и я могла наслаждаться плаванием.

Порой в голове мелькали тревожные мысли. Будет ли работать мой артефакт, пока меня не будет в Седэанели? Хватит ли Хрустальке сил? Со всеми ли я успела попрощаться перед долгим путешествием? Тётушка Мариль только причитала и всплёскивала руками — мол, приличной девице не пристало так часто одной уезжать из дома. Ромашка и Адейла завистливо вздыхали — им бы и самим хотелось выбраться, мир посмотреть, но я просто не имела права посвящать кого бы то ни было в свои планы. Остальные к известию отнеслись весьма спокойно, попросив только заранее прислать весточку, когда меня ждать обратно.

Лишь мысли о том, что путешествие может не увенчаться успехом, старательно гнала от себя прочь. Так посоветовала Хрусталька — чтобы не притягивать плохие события.

«И если вдруг так выйдет, что твой путь пересечётся с путём Тейдена, скажи ему, что я была не права, — попросила она очень тихо. — Мне кажется, он ещё не покинул этот мир».

Я старательно повторяла про себя это напутствие, как и прочие, полученные от Повелителя, и любовалась Бескрайним океаном. Особенно красив он был на восходе и закате, когда небо загоралось алым огнём, и его отблески пылающей лавой рассыпались по волнующейся водной глади. Ветер бил в лицо, трепал волосы, и мне пришлось найти ленту, чтобы завязывать их.

А ночью на небо выплывали звёзды, образуя причудливые узоры, и я уходила на корму, где была обустроена лежанка — по-видимому, кем-то из матросов. Там хотелось проводить ночи напролёт, но глаза закрывались, и, убаюканная плавным покачиванием корабля, я засыпала, но просыпалась всегда в своей каюте.

Это маленькое чудо заставляло улыбаться, но в то же время вновь и вновь напоминало о присмотре. Валлиар ау-Риван, пусть ненавязчиво, был рядом. Он не мешал, не показывался на глаза и при этом делал свою работу.

Спустя неделю плавания внутри стало нарастать тянущее чувство. Я уходила на нос корабля, спускалась в каюту, поднималась вновь на палубу — точно что-то потеряла и никак не могла найти. Даже Валлиар выказал удивление такому поведению. К вечеру пришло понимание — это требовала выхода сила. Автор записей говорил о том, что слишком долгое воздержание от магии может спровоцировать непроизвольный выброс, причём требовалось работать именно с артефактами, а не плести первое пришедшее в голову заклинание.

И как тут сохранить свой секрет?!

На свой страх и риск, запершись в каюте, я достала мешочек с мелкими камнями, собранный для меня Деалинором по требованию Лиры. Нашла маленький агат и задумалась. Светлячок у меня был, «посланник» тоже. Может, это паранойя, но у Лиры всегда было много охранных артефактов — не стоит ли мне попробовать создать такой же? Заклинание там не очень сложное.

Несмотря на то, что последний свой артефакт я создала довольно давно, всё получилось легко — магия как будто сотворила всё за меня сама. Удивительно, насколько прав оказался этот страшный человек, написавший свои заметки — настоящий артефактор не может ни дня прожить без создания артефактов.

Я подняла камень на уровень глаз и всмотрелась в него. Хорошая работа получилась, но это страшно — страшно, что невозможно прожить без этой магии. Кажется, мне потребуется немало таких охранок, чтобы скрыть свою магию от эльфов, и как можно скорее, потому что — по словам матросов — плыть нам оставалось не больше суток.