Эверитин ау-Легин не мог оторвать взгляда от двух женщин, находящихся сейчас в гостиной его дома. Илиррина, жена и мать их сына, ни разу не давшая даже повода заподозрить её в измене, и непонятно откуда явившаяся девица — «дочь» Илиррина. Но ведь у них был только сын!

Это было странно. Прежде всего эльфийский брак не допускал даже мыслей о другом партнёре. Значит, ни о какой измене не могло идти и речи. Но в то же время в эльфийских семьях очень редко бросали своих детей — только если погибали родители. Значит, эта Тенна не могла быть потерянным ребёнком. Но и допустить то, что она пришла из будущего… На такое способна только Лира с её верой в безграничные возможности артефактов!

Тенна сидела неподвижно, уставившись артефактору в глаза. Сейчас было самое удачное время, чтобы рассмотреть девушку подробнее. Чертами лица она действительно походила на эльфийку — изящные высокие скулы, точёный подбородок, лисий разрез глаз. Но при этом было в ней что-то неправильное, словно некто поторопился слепить девушку. Эвертин ни за что бы не назвал её соотечественницей — слишком многое было в повадках, в мимике, в речи от людского воспитания.

Волосы её слишком яркого алого оттенка тоже не соответствовали канонам. Слишком длинные, слишком густые, слишком…

Всё в ней было «слишком»! Отсутствовала лишь присущая эльфам лёгкость и утончённость.

— Кому из нас двоих ты не веришь? — вдруг перебила его мысли Илиррина. — Мне или ей?

Эльфийка кивнула в сторону Тенны.

— Не знаю. — Эвертин ударил себя кулаком по колену. — Так не бывает. Не может быть!

— Мы не знаем, как изменится мир в будущем, а значит, и что ждёт нас, нашу семью. Мне больно от того, что ты сомневаешься во мне. А ещё больнее знать, что девочка останется одна.

— Значит, ты ей веришь?

— У меня нет повода не верить.

Эльфы сердито посмотрели друг на друга и замолчали.

— Директор Гин, — прервал тишину Тейден, о котором ау-Легины вспомнили только сейчас, — надо дождаться вердикта Лиры, чтобы стало понятно, что не так с Тенной. Не стоит переживать раньше времени.

— Да всё с ней не так! — в сердцах воскликнул Эвертин. — От её магии до слов, что она пришла из будущего.

— Тогда я отведу её к Источнику, — предложила Илиррина. — Чистая магия поможет снять все лишние заклинания. Сила не может соврать.

— Тейден прав, — тут же пошёл Эвертин на попятный. — Давай не будем спешить.

Неожиданно Лиру и Тенну окружило алое сияние, затем оно сменилось синим, потом почти чёрным. Тейден подался вперёд, словно мог что-то изменить или как-то помочь, хотя прекрасно знал, что вмешиваться в работу артефактора опасно. Успокоился он только, когда всё закончилось.

Лира пошатнулась и едва не упала, но Тейден вовремя подхватил её. Тенна медленно открыла глаза — они светились, будто два аметиста под лучами яркой лампы ювелира. На коленях её вырисовывались очертания искристого кристалла необычной формы.

— Это было очень интересно! — почти счастливо проговорила Лира, едва немного отдышалась. — Даже не верится, что именно я сумела придумать нечто подобное. Кажется, Тенна ещё не пришла в себя? У нас есть пара минут, так что слушайте внимательно. Она — чистокровная эльфийка, но на её природных способностях стоит очень мощный блок. Видите морок камня? Этот артефактный хрусталь запирает её сущность. Он и ещё что-то — пока не могу понять, но вижу след эльфийской магии. И пока они будут запечатаны — ради её безопасности. Да, она ваша дочь, ей восемнадцать лет, и она уже почти совсем взрослая, но об этом тоже лучше пока молчать. Я не знаю, как лишняя информация может повлиять на прошлое или на будущее. А главное — ни в коем случае не лезть в её магию. Подобной мощи я ни разу не встречала у живого существа. Поэтому пока будет лучше, если она останется среди артефакторов, а не в вашем доме. Я постараюсь немного раскрыть её силу, чтобы она начала учиться использовать магию, потому что пока, как я поняла, это не удавалось. И все попытки творить волшебство заканчивались какими-нибудь катастрофами.

— Ты не стала деактивировать артефакт? — удивился господин ау-Легин. — Почему?

— Есть несколько причин, и одна из них — к артефакту, кроме меня, приложил руку кто-то ещё. — Лира встала с помощью Тейдена, немного постояла, привыкая к головокружению, и объявила: — Нам лучше уйти, пока девочка не пришла в себя. Директор Гин, побеседуйте с Повелителем, но не думаю, что стоит сразу раскрывать все карты. Тенну я забираю — со мной рядом ей будет безопаснее.

— Мы сможем с ней видеться? — с надеждой спросила Илиррина.

— Не сразу, мне — да и ей — нужно время, чтобы разобраться в причинах появления этого артефакты. Ну, и вообще…

Лира неопределённо махнула рукой и активировала артефакт-портал. Тейден, словно читал её мысли, подхватил на руки всё ещё не пришедшую в себя Тенну и шагнул в сполохи голубоватых молний. Артефактор прошла вслед за ним.

Эвертин ау-Легин, проводив их взглядом, повернулся к жене.

— Дочь? У нас будет дочь?!

— Она узнала меня, но не тебя, — тихо ответила Илиррина. — Что же случится в будущем, что нашей девочке придётся жить, как простому человеку?

* * *

— Ты усыпила её, — обвиняюще заявил Тейден, едва они с Лирой оказались на территории школы артефакторов.

— Да, но это не простая прихоть. Я не понимаю, чего от неё ждать и как с ней работать дальше. Я попыталась влезть в структуру артефакта — и поняла, что не справляюсь. Если артефакт мой, то в нём заключена невероятная мощь. Я на такую не способна! Кроме того он притягивает любую магию. И я боялась, что растворюсь в нём, если попробую тронуть. Словно артефакт создавала не я одна, а кто-то ещё очень сильный.

— Эвертин сказал, Тенна поглощала силу Луны.

— Да, её сущность тянется к природе, как и у всех эльфов. Артефакт блокирует эту тягу, но в полнолуние, видимо, становится слабее.

— А этот хрусталь у неё в руках? Он откуда взялся?

— Думаю, она сама его призвала. Помнишь, в самом начале она от нас требовала какой-то хрусталь?

— Помню.

— Но просто так он всё равно не мог появиться. Если это артефакт, то он…

— То он невероятно сложный. Да, я помню, ты говорила.

Лира подошла к окну. Луна ещё не пошла на убыль, но уже казалась немного кособокой. Её свет проникал в окна и точно хотел добраться до спящей девушки.

На щеках Тенны горел лихорадочный румянец, хотя дышала она спокойно. В руках она крепко сжимала иллюзию хрустального кристалла, слишком похожего на спящего кота. И — что было почти невероятно — эта иллюзия никак не развеивалась.

— Я не знаю, что повлияло на создание мной такого ужасного артефакта. И не хочу даже браться за него. Но иначе не понять, как вернуть Тенну в её время.

— Но зачем надо было усыплять девочку?

— Мне нужно подумать.

— И всё это время она будет спать?

— Возможно… Нет… Не знаю! — Лира в сердцах ударила ладонями по подоконнику. — Не дави, Тейден. Мне и так плохо.

Мужчина тихо подошёл и обнял её со спины. Он редко видел свою любимую в таком состоянии, хотя давно уже смирился и с частыми уходами с головой в работу, и с моментами полного молчания, и много ещё с чем. Им вдвоём через многое пришлось пройти, хотя порой хотелось всё бросить и жить вольной жизнью бродячего мага, но чувства не позволили бросить ту, которая вообще не считала себя человеком. Не оставит он Лиру и сейчас.

— Я верю, ты не могла сделать что-то плохое, — тихо сказал маг, погладив женщину по волосам. — Значит, так было надо. Не кори себя за то, чего ещё не совершала. И подумай — для Тенны всё хорошо именно так, как сейчас есть. Она привыкла, научилась так жить, а по-другому, может, и не сумеет и станет страдать.

Лира повернулась к Тейдену и прижалась к нему покрепче. Он всегда был готов подставить ей плечо, умел найти правильные слова и успокоить её. За все годы, что он был рядом, магиана так и не смогла сказать — любит она его или нет. Но без Тейдена стала бы ощущать себя разбившимся артефактом, который уже невозможно восстановить. Его слова вливали в неё силы, веру в себя и в правильность происходящего.

— Ты справишься, поймёшь, для чего этот артефакт и как он работает. В тебя верю я, директор Гин и эта девочка. Поверь и ты сама.

Оба опять посмотрели на спящую Тенну. Магия смыла с её внешности всё искусственное. Теперь не спрятать было ни тонкие черты лица, ни алые волосы, гораздо ярче, чем у матери, ни — Лира была уверена в этом — сияющие самоцветами глаза, хотя сейчас они и были закрыты. Это была чистокровная эльфийка, которая по какой-то непонятной причине всю недолгую жизнь считала себя человеком. Ребёнок, ведь эльфы взрослеют позднее, которому пришлось бороться за свою жизнь.

— Как думаешь, Повелителю стоит знать? — задала Лира вопрос, который никто не осмеливался озвучить раньше.

— Он всё равно узнает. Пусть уж лучше от директора Гина, чем от придворных сплетников. Повелитель — один из немногих эльфов, с кем можно иметь дело.

— Будь моя воля, я бы ни с кем из них не связывалась, — недовольно буркнула магиана.

Девушка в постели шевельнулась, повернула лицо так, чтобы на него падал лунный свет, и опять затихла.

— Иди, Лира, поспи немного. Ты сегодня сильно вымоталась, — Тейден придержал магиану за плечи и немного отодвинул её от себя. — Я присмотрю за девочкой и усыплю её, если твои заклинания ослабнут.

На удивление спорить она не стала.

— Не стоит, на ней сонный артефакт. Лучше сразу зови меня. Не стоит смешивать магию, а то потом у неё голова будет болеть.

Уверив в том, что непременно разбудит её, если Тенна очнётся, Тейден вытолкал Лиру из комнаты. Первым делом он занавесил окно, отгородившись от света луны. Что-то перестал доверять он этому светилу. Затем, несмотря на просьбу не использовать силу, попытался почувствовать источник магии Тенны. Однако источника как будто и не было. Сила была в ней, вокруг неё, вливалась и свободно выходила. Словно девушка и сама была источником. А в центре всего этого круговорота — артефакт, в котором явственно чувствовалась магия Лиры.

* * *

Лира никак не могла заснуть. Она всё прокручивала в голове сегодняшний день. Конечно, в основном мысли вращались вокруг артефакта. Хрусть для артефактора очень сложный минерал, который вбирал в себя магию настолько трудно, что большинство мастеров предпочитали с ним не связываться. Каким же образом ей удалось сотворить нечто настолько могущественное, что смогло преодолеть время?

Она даже встала, нашла в своих запасах хрустальный обломочек, оставшийся от каких-то давних экспериментов, и принялась его рассматривать. Острый край неловко чиркнул по ладони, разрывая кожу. Кристалл тут же окрасился алым, а кровь горячим ручейком покатилась по руке. Магиана вздрогнула от этого ощущения и опустила взгляд вниз, словно не понимая, почему её догнала боль.

— Камень.. — пробормотала она. — Камнем я уже была. Пожалуй, это вариант, но Тейден не одобрит его. Должно быть что-то очень важное, веская причина, чтобы мне позволили рискнуть жизнью. Забавно, я так старалась избежать клетки, и сама себя в неё загнала. — Лира покрутила быстро покрывающийся сохнущей корочкой кристалл в руках. — А ведь если воспользоваться мощностью источника и пойти до конца, без возврата… Да, хрусталь покорится.

Лира продолжала бормотать себе под нос, размышляя. Кровь на камне окончательно высохла, и стало казаться, что в руках у артефактора необработанный рубин.

— А если создать цепочку камней, которые будут поддерживать связь хрусталя с матрицей? Можно ли их будет соединить друг с другом или структура камней этого не позволит? Впрочем, кристалл в руках Тенны был единым, его нельзя разделять. Как мне сейчас не хватает знаний других артефакторов!

Лира с силой сжала кулаки и вздрогнула, только сейчас ощутив боль в раненой ладони. Она с недоумением посмотрела на быстро собирающуюся в горсти лужицу крови.

— А можно попытаться закрепить всё кровью. Только не моей, а родителей. Но для этого мне нужно будет дожить до рождения этой девочки. А если ей всего восемнадцать, то несколько веков мне не протянуть — я обычный человек, в отличие от Тейдена, мне не дано долгожительство. Даже если стану камнем, душа за такой срок растворится в нём. Значит, артефакт должен вживить в ребёнка и активировать кто-то другой. С активацией проблем нет, а вот настроить матрицу на конкретного эльфа — это непросто. Что же такого я способна придумать и никак не могу? Какие мои знания должны помочь?

Лира подошла к окну и взглянула на стареющую луну. Её серебристый свет, холодный и невозмутимый, напомнил Тенну и прочих эльфов, столь же недоступных и идущих своим путём.

— Сколько беспокойства от тебя, девочка, — с усмешкой покачала Лира головой. — Но это так интересно! Я жила слишком скучно после переезда в Седэанелию.

Рука медленно потянулась к тонкому браслету — артефакту связи. Слишком несовершенный, но расстаться с ним никак не получалось. Один способ, которым можно было получить доступ к нужному уровню силы, она знала.

— Нет, не один! — вдруг одёрнула сама себя Лира. — Есть же ещё моя приёмная семья. И у Елии имеется доступ к источнику. А переместиться можно и с помощью артефакта.

— А назад как? Седэанелия — закрытый от чужой магии город Мы возвращаться только полгода будем.

— Тейден! — Лира быстро обернулась. — Зачем подкрадываешься? И вообще ты обещал быть рядом с девочкой.

— Не забывай, что Тенна, хотя и считает себя человеком, остаётся эльфийкой. Не стоит таскать её по человеческим государствам. До добра это не доведёт.

— А Повелителя ты не боишься? Он на многое может пойти, чтобы защитить свою мечту.

— Тенна — часть этой мечты, дитя, рождённое на Прайме. Именно к этому и стремился Повелитель — вернуть эльфов на их исконные территории.

Оба замолчали, сердито глядя друг на друга. Между ними едва не искрило. И, возможно, Лира бы даже рискнула броситься на Тейдена с кулаками, но тут хриплое «Пить хочется» из какого-то артефакта заставило их замереть. Мгновение — и оба поспешно вышли в коридор и двинулись к комнате девушки.

— Артефакт разрядился? — обеспокоенно спросил Тейден.

— Не мог он так быстро! — возмутилась Лира.

— Тогда в чём дело?

— Возможно, в эльфийской крови?

Они вошли в комнату и остановились около кровати. Тейден налил в стакан воды и осторожно напоил девушку. Лира проверила сонный артефакт — он был почти разряжен. Вряд ли получилось бы быстро его восстановить.

«Как мне сотворить артефакт, если на неё они не действуют?» — мелькнула у Лиры тревожная мысль.

* * *

Мне очень хотелось пить, но сознание было затуманено. Никак не получалось ни открыть глаза, ни позвать хоть кого-нибудь. Такое чувство, что подобное состояние становится для меня привычным.

Неприятно.

Но со мной оставалась моя сила. И я вдруг обрела уверенность, что смогу побороть это странное состояние. Судя по моим ощущениям, прошло не менее двух часов, прежде чем у меня получилось попросить воды.

Спустя некоторое время надо мной склонились лица госпожи Эзерлир и господина Тейдена. Они что-то говорили про артефакт, но мозг отказывался воспринимать информацию. Зато моих губ наконец-то коснулась прохладная влага.

— Ещё…

— Хватит, — строго одёрнула меня госпожа Эзерлир. — Тебе только кажется, что ты хочешь пить. Сейчас я уберу воздействие артефакта, и станет легче.

Опять артефакты! Наверное, никогда я к ним не привыкну. Однако после того, как госпожа Эзерлир поколдовала, в голове действительно прояснилось, и я даже смогла сесть.

— Вы заколдовали меня? — спросила я, начав немного соображать.

— Только ради твоего блага. Но артефакт почему-то не сработал. Это очень интересно!

Сбоку раздалось насмешливое фырканье.

— Берегись её, Тенна. Когда Лире что-то интересно, это может обернуться неприятностями… для объекта этого интереса.

— Не пугай девочку, Тейден, — рассмеялась госпожа Эзерлир. — У неё очень мощная защита. Возможно, даже не моя.

— Что вы смогли выяснить, госпожа Эзерлир? — перебила я её рассуждения.

Голова кружилась, и постепенно возвращалась слабость. Поэтому мне хотелось поскорее получить ответы на те вопросы, ради которых я пустила магиану в свою голову.

— Твой Хрусталь — это действительно мой артефакт. Точнее я принимала участие в его создании, но был и кто-то ещё. Но я пока не сообразила, как именно его создали.

— То есть если вы разберётесь в артефакте, я смогу вернуться домой?

Молчание и взгляд, которым обменялись госпожа Эзерлир с господином Тейденом, мне не понравились. Оба были какими-то… виноватыми. Словно они сомневались то ли в том, что госпоже Эзерлир удастся создать артефакт, то ли в том, что этот артефакт сработает.

— Отдыхай, Тенна, — непривычно ласково посоветовала магиана. — Светлые мысли всегда приходят после тёмной ночи.