Единственные, кого боялись дома у Морьи больше, чем Золотых, были Чёрные.
Если о первых говорили шёпотом, но всё ж понимали, что они живые люди, пусть и наделённые властью, то про вторых не рисковали говорить вовсе: ну как накличут?
Всадники в чёрных мундирах были предвестниками смерти. Где они появлялись, оттуда исчезали люди. И даже вспоминать о пропавших считалось дурной приметой.
И вот Морья ехала вместе с ними туда, откуда не возвращаются. И, что самое страшное, ехала с почётом!
Разбудившие их близнецы вежливо подождали, пока Валар со спутницей приведут себя в порядок и оденутся подобающе случаю, после чего с величайшей вежливостью сопроводили к экипажу, ожидающему на площадке перед входом в имение.
В этом экипаже, с мягкими сидениями, прохладительными напитками, а также закусками, они и провели следующие несколько часов. Назвать такое путешествие арестом у Морьи не повернулся бы язык. Однако всё равно было страшно.
— Куда они везут нас?
Смотреть на Валара было стыдно, взгляд сам собой соскальзывал на его пальцы, ловко разбирающие гранат. От воспоминаний о том, на что ещё эти пальцы способны, Морью бросало в жар.
— К Государю вестимо. — Валар протянул ей пригоршню алых семян.
Девушка потянулась за ними, но мерзавец перехватил её за запястье, дёрнул на себя и впился поцелуем.
Первым порывом было оттолкнуть его, но потом Морья вдруг поняла, что ее больше ничто не сдерживает. Если уж Кайла сама отказалась от мужа, признав, что все эти пять лет мечтала стать вдовой с хорошей пенсией, то чего еще ждать?
Внутри разгорелся небывалый азарт, и Морья сама придвинулась к оплотнику, жадно целуя его жесткие губы.
«Вот и посмотрим, насколько ты не железный!» — усмехнулась она, запуская ладони ему под рубашку.
— Ты что творишь! — зашипел Валар, отодвигаясь, словно благородная девица. — Нам выходить через полчаса!
— Это я творю? — засмеялась ведьма, подкидывая вверх зёрнышко граната и ловя его на лету. — Сам целоваться полез!
Валар смерил её уничижительным взглядом, старательно заправляя рубашку обратно в штаны.
— Даже демон тебя осуждает, развратница! Демон, осуждай!
Капюшон плаща ленивоколыхнулся из стороны в сторону, словно старая сварливая бабка трясла головой, вспыхнули красные угольки глаз. Один погас и тут же появился снова.
— Он мне подмигивает! — захохотала Морья, но весёлость вдруг смыло, как весенним паводком. — Пока у нас есть эти полчаса, нужно ими воспользоваться. Лучшего момента уже не будет. Отдай мне демона.
Вместо ответа Валар схватился за новый гранат, хотя не доел предыдущий, и принялся чистить его с превеликим усердием.
— Это не так просто. Нужен символ, специальное место…
— Или просто моё согласие. В этот раз я не стану сопротивляться. А демон и подавно. — Морья ухватила его за руку, заставив поднять взгляд. — Валар, я не боюсь. Я готова.
— Да неужели?
Угольки глаз демона опасно вспыхнули, а Валар резко подался вперёд, заваливая девушку на сиденье экипажа. Зафиксировал её руки над головой, чувствительно укусил за шею, оставляя след, грубо запустил руку под юбку.
— Эй!
— Что? Хватит? Уже не хочешь получить демона? — Кажется, он злился. Намеренно грубил и делал больно, лишь бы напугать девушку. И у наёмника прекрасно это получалось!
— Перестань! Ну не так же, — тихо попросила она.
— А как? Я иначе не умею! Я кровожадный наёмник, который собирается передать тебе своё проклятье. Только так и можно это сделать!
Он толкнулся бёдрами, заставляя Морью заскулить от ужаса. Больно и страшно. Когда вот так — даже с любимым…
Она зажмурилась.
— Давай. Только побыстрее, пожалуйста.
Стоило ей прекратить сопротивление, как оплотник сразу охладел. Он отодвинулся, потянув за собой Морью, помог ей сесть и заботливо опустил задравшуюся юбку.
— Ты сдурела никак? — спокойно спросил он. — Правда решила, что я тебя…
Морья не решилась поднять на него глаз. Она комкала юбку из тяжёлой ткани, некогда принадлежащую Кайле, и от этого становилось ещё противнее.
— Я сама хочу.
— Перехочешь. — Оплотник дружески хлопнул её по плечу. — Я пытаюсь доказать тебе, дурёха, какая это глупая затея! Ты не справишься с демоном, да и ни к чему тебе с ним справляться! Это моя ноша.
— Ровно до тех пор, пока не начнётся испытание! Оно покажет, что в тебе сидит эта тварь!
«Тварь» обиженно раздулась и всплеснула руками-крыльями: я о них, стало быть, забочусь, а в ответ никакой благодарности!
— Это если я вообще стану его проходить, — понизил голос Валар.
Морья нахмурилась: никак шутит? Или серьезный? Или все же специально пытается ее убедить, чтобы она расслабилась, а сам героически самоубьётся, став мертвым героем и воплотив в жизнь мечту Кайлы?
— У тебя есть план? — осторожно спросила Морья, не рискуя даже моргать, чтобы не пропустить и малейшего движения мышц на лице оплотника. А то ведь она и без Валара с демоном может договориться! В Храме Светил тот почти вытеснил Валара из тела!
— Да, у меня есть план, — без единой запинки подтвердил Валар. — Ну? Все? Полегчало?
— Немного. — Морья побарабанила пальцем по сиденью. — И в чем он заключается? Убить Государя?
— Для начала поговорить с ним. Наедине. Судя по сопровождающим нас Чёрным, мои былые заслуги еще помнят. Так что может и выйдет что из этого разговора.
— А я?
— А ты… — Валар сгреб ее в охапку и усадил на колени. — А ты, лучшая из Академии магов, вытащившая меня из болота… или купившая у деревенских? Как там ты меня спасала? У меня ж память повредилась, я те события плохо помню… Ты сейчас скажешь «а-а-а-х!».
— Что?
Прежде, чем Морья сообразила, к чему клонит мужчина, его ладонь скользнула по бедру вверх, отодвинула шелковистую ткань белья и…
— А-а-а-ах!
— Именно это я и хотел услышать!
Их дыхание сплелось воедино, и в этом поцелуе растворились все их страхи, все опасения, обиды и боль. Их снесло волной безумной нежности, сожгло диким пламенем. И Морья позволила ему гореть…
Что бы Валар ни говорил ей, одно Морья знала твердо. Погибнуть она ему не даст. Ни от рук государя, ни от чьих-либо еще.
Разве что сама его убьёт, если оплотник сейчас остановится…
Когда, миновав многочисленную стражу, скрипучие ворота и подъёмный мост, они наконец прибыли к Государеву поместью, Морья осознала, что от страха приросла ягодицами к сидению.
Вдруг подумалось, что Государь, связующее звено между людьми и Светилами, тот, за свет на чьём пути деревенские молились сызмальства, обязательно всё сразу поймёт. И то, что тяжёлое бархатное платье неимоверно узко девушке в груди, и то, что оно ей не принадлежит вовсе. То, что сверкающая на предплечье бляшка Академии никогда ей не принадлежала, а дикой ведьме место только в застенках. То, что плащ Валара не плащ вовсе, а проклятая тварь. Одна из тех, которые его Святейшество поклялся изничтожить, дабы последствия Разлома не оскверняли землю…
Их схватят. Обязательно схватят и казнят. И ладно бы только её, Морью. Она ведь и впрямь скрыла своё проклятье и сбежала от Золотых. Но Валар-то служитель Оплота! Герой! Тот, кто пожертвовал собой ради спасения народа! А то, что к нему прицепился демон, не его вина. Ведь так?
— Ну, долго будешь пялиться?
Морья опомнилась и тут же снова смутилась: наёмник успел выпрыгнуть из экипажа и стоял рядом, протягивая ей руку, как благородной даме. Ах да! Она ведь и выглядит таковой со стороны! Лучшая выпускница Академии, облачённая в вызывающе алый дорогой наряд. И вести себя нужно подобающе.
Морья облизала пересохшие губы и оперлась на протянутую ладонь.
Простая деревенская девка знать не знала, что место, куда их… сопроводили Чёрные, всего лишь летняя резиденция Государя. Да и кто бы на её месте подумал, что высоченные каменные ступени с золотой лепниной по перилам ведут не в самое богатое место страны, а лишь во временный домик.
Якобы из одной вежливости, Валар положил её руку на своё предплечье.
— Под ноги не смотри, — шёпотом подсказал он.
— Ага, как же!
Легко ему говорить: сам-то Оплотник оделся в мундир! Пусть и парадный, узкий, необычайно подчёркивающий его статную фигуру и… Морья раздражённо выдохнула: нашла время любоваться! Так или иначе, но на Оплотнике были дорожные сапоги, резко контрастирующие с нарядным мундиром. Девушку же обули в расшитые сверкающими каменьями туфельки на каблуках. И, спрашивается, зачем? Пышная юбка волочилась по земле, безнадёжно пачкая подол, обуви всё одно не видно! К тому же туфли Кайлы ужасно жали. У Морьи создалось впечатление, что их соперница пожертвовала лишь потому, что размер пришёлся маловат даже ей самой.
— Ну юбку же придерживай! — Валар ловко подхватил девушку, иначе та позорно расквасила бы нос, наступив на подол. — Говори мало. Лучше вообще рта не открывай. Если о чём спросят, мило улыбайся и растерянно хлопай ресницами. Да, вот как сейчас. При встрече с государем сделаешь реверанс. Я видел, ты умеешь. И… — Перед самой дверью наёмник придирчиво осмотрел девушку, стряхнул с её обнажённого плеча невидимую пылинку и резко потянул платье вверх. — Титьки прикрой. А то с таким декольте без внимания не останешься.
Морья смущенно поддёрнула вырез платья, да без толку. То былоспециально создано, чтобы показывать, а не прикрывать.
— Шарфик надо найти какой-нибудь. Или шаль, — подсказал Валар, но быстро передумал: — Хотя, с другой стороны, если все будут смотреть туда, лица точно никто не запомнит. Да и на гербАкадемии меньше будет внимания.
Если бы не вышагивающие впереди Черные, Морья от души пихнула бы Валара под бок, но пришлось довольствоваться сердитым взглядом. Любое лишнее движение грозило перерасти в падение, да и стражники не теряли бдительности. Пристрелят ещё из арбалета…
Не сбиваться с шага было решительно невозможно: замок оказался воплощением роскоши. Каждый зал, каждый переход соревновались меж собой в том, кто из них богаче украшен, у кого больше лепнины и фресок на стенах, дороже бархат занавесок и изящнее золочёные подсвечники.
— Дом будет почти в полном вашем распоряжении, капитан де Каттай, — рассказывал младший из Чёрных. — Внизу повара и горничные в количестве семи штук и еще три садовника. Можете приказывать им как вам вздумается. — Но дом Его Величество просил вас не покидать. У меня задание активировать защитный контур вокруг резиденции. Скоро все подготовят для испытания, и после его прохождения вас представят к государственной награде и почетному чину. Планируют большой праздник…
Паренек так вдохновенно говорил о празднике в честь возвращения героя Оплота, что становилось ясно: он и мысли не допускал о том, что Валар может это самое испытание не пройти.
Морья же боялась неловко вздохнуть, чтобы ненароком не разбить какую-нибудь драгоценную вазу. А уж слугами командовать…
— Что, прямо так и приказывать?
Чёрный растерянно улыбнулся, так и не поняв суть вопроса, а Валар дёрнул девушку за рукав и поспешил сменить тему:
— И что же? Мы тут должны безвылазно сидеть семь дней? От скуки не сдохнем?
— К вам отослали лучших поваров королевства! А садовники такие искусники! Из простого куста такие шедевры делают! Может быть, хотите музыкантов?
— Если бы я хотел остаться в глуши и одиночестве, то мог бы и дальше сидеть в лесу… или где я там сидел?
— В болоте, — буркнула Морья.
Чёрный не на шутку смутился.
— У вас же будет все самое лучшее, капитан! Я лично прослежу! А исключительно для вашей безопасности! Нельзя допустить, чтобы с героем хоть что-то случилось! Империя вас любит, ценит, заботится…
— Угу, и где ж та империя была, когда… — Наёмник исправился в последний момент: — Я в болоте сидел.
Парнишка обиженно моргнул: подумать только, неужто кто-то может говорить об империи без восторга?! Потупился и пробубнил:
— Не могу знать, капитан…
Сопроводив дорогих гостей в длинный и такой светлый зал, что глаза сразу заслезились, Чёрные поспешили ретироваться. И, надо признать, сделали это они с такой расторопностью, словно это их под конвоем привезли в золотую клетку.
— Ну-с, надеюсь, хоть про поваров они не соврали!
Валар жадно растёр ладони друг о друга и проследовал к бесконечно длинному столу, накрытому белоснежной скатертью. Наёмник по-свойски плюхнулся на ближайший стул и закинул ноги на скатерть, Морья же осторожно смяла в пальцах её край: такой дорогой ткани в её деревне и на свадебный наряд бы пожалели! Да и в голову бы никому не пришло накрывать стол скатертью. Запачкается же…
— Садись, не стесняйся. Нам тут ещё долго куковать.
Наёмник хлопнул сначала по рядом стоящему стулу, а там и по ягодице девушки. Та сердито запыхтела, но, опускаясь на мягкую подушку, будто бы ненароком повернулась к мужчине и второй ягодицей тоже. Однако Валар уже переключил всё внимание на вызывающе торчащее вверх золотистое утиное крыло.
— И правда ничего так готовят, — заключил он, поочерёдно облизав пальцы.
— Да, мне тоже так кажется, — отозвался кто-то с противоположного края стола.
Если бы Валар не подскочил так же удивлённо, как и Морья, девушка сгорела бы со стыда. Но, к счастью, они оба имели честь уронить челюсти на белоснежную ткань: в дальнем конце комнаты во главе стола сидел сам Государь.
Государь был округл, плешив и невысок. За башней из бокалов с шипучим напитком виднелась лишь посверкивающая лысинка, так что немудрено, что гости не заметили хозяина поместья.
— Эм… Ваше Святейшество? — Валар подозрительно прищурился. Мало ли как меняются люди за пять лет! Может, это вовсе не Государь, а какой-нибудь его родственник. Брат, сват, дети успели подрасти…
— Азм есмь! — Государь спрыгнул со стула. Росточек императора произвел на Морью впечатление. Да и Валар за пять лет порядком отвык от того, что тот был даже ниже его дикой ведьмы. — Рад тебя видеть, Валар. Сколько лет, сколько зим!
— А что вы тут делаете? — пролепетала Морья, очевидно забывшая, что должна сидеть тихо и не привлекать внимание. — А… где дамы, гости… слуги?
— Как где слуги? — удивился император. — А повара, семь гувернанток, три садовника? Они такие искусники! Из простого куста такие шедевры делают! Может быть, хотите музыкантов? Я немедля за ними пошлю! Если успеют приехать… Хотя нет, на испытание вас уведут раньше…
Государь задумчиво почесал кончик длинного носа, прикидывая, как разрешить задачку. Этот жест был знаком оплотнику. В былые времена при дворе тайком посмеивались над этой привычкой, а шуты порой имели смелось пародировать Государя.
Ныне же Государь сам превратился в пародию. Он хлопнул себя по лбу.
— Валара уведут на испытание. А девушка, может, останется? Как тебя зовут, прекрасная госпожа?
Брови Валара медленно, но верно, ползли к переносице. Этого человека он собирался убить, разом разрешив свои проблемы и проблемы государства. Но что-то подсказывало, что так просто план реализовать не получится.
Морья бочком придвинулась к оплотнику.
— Это точно Государь? Или душевно больной в изоляции? — шепнула она. — На портретах он выглядел… внушительнее.
Говоря откровенно, на портретах Государь выглядел совершенно иначе. Да, конечно, картины не передают роста, а художники могли слегка приукрасить действительность, дабы не прогневить заказчика… Но где роскошная шевелюра? Где гордая осанка? Где статный торс? Где венец, в конце концов?!
Вместо венца темя Его Святейшества украшала длинная полоса крема. Видно, неудачно потянулся за десертом… Все остальные черты, возможно, и были свойственны Государю, но лет эдак двадцать назад.
Толстячок прокатился по залу, на ходу выхватывая с блюд самые привлекательные закуски (что два раза-то ходить?). Сначала он двумя руками сжал и затряс ладонь Валара. Когда же отпустил, оплотник незаметно вытер жир с неё о скатерть.
После внимание Государя переключилось на Морью. Точнее, Валар оказался прав, на её декольте, пришедшееся аккурат на одну высоту с округлой физиономией Государя.
— Позвольте представиться! — Он с некоторым трудом склонился и, пыхтя, разогнулся. — Моё Святейшество Лилибат Прекрасный! — пафосно изрёк Государь.
— Очень приятно…
Забывшись, Морья протянула ему руку, но вовремя спохватилась и присела в реверансе. Надо признать, получилось даже изящнее, чем у Лилибата.
Сальный взгляд Государя, затерявшийся где-то в вырезе платья его ведьмы, Валару не понравился. Он оттеснил девушку, коротко поклонился и поспешил поднять деловые вопросы:
— Заседание совета по каким дням теперь проводится?
Лилибат попытался выглянуть из-за плеча оплотника, но тот не желал пропадать из поля зрения.
— А я почём знаю? — раздражённо отмахнулся Государь. — Приносят мне их по пятым дням.
— И?
— И я их подписываю! — гордо надул пузико Прекрасный. — Их и указы ещё. У меня, между прочим, почерк ого-го! Хотите посмотреть?
— Спасибо, — разочарованно пискнула Морья, — как-нибудь обойдёмся…
Подумать только! Сам Государь! Наместник Светил! И такое разочарование…
А вот Валар вдохновился.
— Почерк? А показывай, вашество. Неси сюда, оценим.
Лилибат подскочил, словно обрадованный ребёнок, залихватски ударил в прыжке одной ногой о другую и, едва не сбив молчаливого охранника у дверей, выскочил в соседнюю залу.
— Сейчас принесу! — крикнул он оттуда. — Никуда не уходите только!
Морья, наконец, плюхнулась на стул и скинула жмущие туфли.
— Ты хочешь по почерку удостовериться, настоящий ли это Государь?
— Да нет, я уже, к сожалению, удостоверился, — скривился Валар. — Лучше посмотрим, кто теперь страной управляет. По протоколам это понять несложно.
Над столом носились жирные шумные мухи, то и дело присаживаясь на жареное мясо. Аппетит от этого пропал окончательно.