— Валар! Валар!

Она вбежала к нему в келью, не задумываясь о последствиях.

Растрёпанная, зарёванная, со всё ещё дымящимися волосами. На двери там, где Морья её коснулась, остался обугленный след от пальцев.

Она ожидала увидеть заспанного мужчину. Возможно, он накричал бы на неё, выгнал или снова сказал какую-нибудь гадость. Но случилось нечто куда худшее: келья была пуста. Валар не стал дожидаться рассвета, чтобы покинуть Храм Двух Светил.

«Уходи», — сказала она ему в последнюю встречу, и он ушел.

Морья словно во сне переступила порог, двинулась к окну, возле которого он ее целовал. Вернее, не он — демон. Или все-таки он? Тронула кончиками пальцев стол, забытую на нём дощечку с вырезанным символом пересечения миров. Треснутая посередине, почерневшая от жара…

Морья сердито скинула ее на пол, словно чёртова доска виновна в том, что Валара здесь нет. Та упала с глухим стуком и окончательно развалилась на две части. А на столеосталось сложенное в несколько раз письмо. Должно быть, уезжая, оплотник его не заметил.

Морья жадно схватила бумагу и бросилась к окну, чтобы прочитать его в тусклом свете факелов на стенах храма.

«Верного подданого Валара де Каттая за героизм и мужество, проявленные при защите Оплота, ожидают в Алмазном дворце для награждения и приставления к званию.

Его императорское величество Антуан Четвертый ввиду глубокой признательности и благодарности произведет вручение лично.

Требуется слепок магии для подтверждения личности»

Письмо было датировано пять лет назад.

Она по слогам читала строки, придирчиво выведенные мелким аккуратным почерком. Смысл их пришёл позднее.

Морья вцепилась в подоконник, чтобы устоять на ногах. Святила небесные! Как всё сложно в этой жизни! Почему всё так запутано?

Вот бы зажмуриться— и вновь оказаться дома! Сидеть за прялкой рядом с Ликой, гонять младших братьев за то, что шпыняют кота.

Но вместо этого даже перед крепко закрытыми глазамиявлялся образ хмурого мужчины с повязкой на изрезанным шрамами лице.

«Я собирался убить тебя!»

Она действительно сумасшедшая дикая ведьма, раз переживает за того, кто произнёс эти слова.

Морья открыла глаза и охнула: по дороге, ведущей от храма, медленно двигался конь. Его бока вызывающе белели в темноте — невозможно не узнать! Когда-то этот скакун принадлежал командиру Золотых. До тех пор, пока Валар не присвоил его.

— Валар!

Но крик потонул в ночи.

Морья с силой толкнула раму, едва не вывалившись в окно.

— Вала-а-а-ар!

Ветер снёс крик в сторону, но мужчина будто бы и впрямь придержал поводья. И возможно, что Морье это лишь показалось, но вроде оглянулся. В темноте было не разглядеть ни этого, ни того, куда смотрит путник. Конечно же, он видел лишь огни на башнях, да мерцающий во мраке шпиль с нанизанными на него серебряным и золотым шарами. Морья снова что есть мочи крикнула. Нет. Бесполезно.

Вот сейчас он уедет. Уедет навсегда и больше не будет тревожить ни её тело, ни душу.

— Проклятье!

Она ударила кулаками по подоконнику, и в разные стороны от дерева полетели искры. Дикая… Вот уж верно, она дикая. И клокочущую в ней страсть не сумела усмирить ни Ивария, ни царящая в стенах Храма благодать.

— Ну и пусть! — прорычала Морья. — Пусть!

И, больше не теряя времени, бросилась прочь из кельи. Она не захватила с собой ни одежды, ни других вещей. Ушла как и явилась: ни с чем. Впрочем, кое-что она всё же взяла. Не украла, нет. Всего лишь одолжила, клятвенно пообещав вернуть, как только закончит начатое.

Морья почти ощупью преодолела ступеньки и выскочила из храма на выложенную камнями площадку внутреннего двора. Метнулась к конюшням и откинула засов. Сонные лошади недовольно зафыркали, заржали, почуяв чужачку. Но какая деревенская девка не умеет сладить со скотиной?

Уговорами и лаской она вывела высоченного мерина, наверняка помесь с тяжеловозом. Без стремян забраться на него было почти нереально, и Морья хотела сменить его на коня поскромнее, но в окнах келий один за другим начал загораться свет, и девушку кольнуло дурное предчувствие.

Нет, конечно же, её не станут удерживать здесь силой. С чего бы? А вот за воровство скакуна по головке не погладят и, в лучшем случае, просто его отберут. И тогда оплотника нипочём не догнать…

Она наступила ногой на подпирающий двери конюшни валун, с него вскарабкалась на створку и, с трудом балансируя, неуклюже перепрыгнула на мускулистую спину.

— Тихо, тихо, хороший! — засюсюкала Морья. — Тихо, стой!

Мерин не желал как стоять, так и везти на себе без седла среди ночи незнакомку, но девушка быстро восстановила равновесие и крепко сжала его бока. Вцепилась в нечувствительную гриву на холке и…

— Пошёл!

Крики в храме всё-таки поднялись: мало кого звонкий цокот копыт, далеко и гулко разносящийся по внутреннему двору, мог оставить равнодушным.

Но он уже был позади.

Позади остались и ворота, которые, к счастью, Валар оставил после себя незапертыми. Остался и сам Храм Двух Светил. А с ним вместе и надежда на спокойную жизнь. Но Морью это уже не волновало.

Конь несся по ухабистой дороге так, что захватывало дух и немели ноги. В деревне она привыкла к приземистым клячам, которые легко могли тащить за собой плуг, но вот гнать по полю во весь опор… Этого за ней не водилось!

Морье всё казалось, что она вот-вот свалится. Норовистый конь обязательно встанет на дыбы и скинет с себя неудачливую наездницу. И хорошо если не затопчет копытами.

Ветер бил в лицо, холодя разгоряченную кожу, жёсткая грива резала кожу на пальцах, луна скрылась за облаками, начал накрапывать мелкий противный дождь. Теперь с трудом виднелась даже голова несущего её мерина. О поисках Валара и вовсе не могло идти речи!

«Ох, а если ухаб на дороге или бревно?!» — с ужасом подумала всадница, пытаясь придержать скакуна. Но тотвзял разгон и теперь его не остановила бы ни просьба девушки, ни приказ самих Светил.

И, как назло, на тракте и правда что-то мелькнуло. Зверь ли перебежал дорогу, а может клочок тумана? Да и была ли разница, ведь тело среагировало раньше рассудка: внутри все испуганно сжалось, кончики пальцев нагрелись. . Морья зажмурилась, предвкушая падение и следующую за ним боль.

Тяжеловоз легко и плавно скакнул, перепрыгивая препятствие. А затем вновь тяжело поставил копыта на землю.

Когда девушка открыла глаза, вокруг было светло. Но распространяло этот свет не рассветное Светило, до которого было ещё далеко. И не ночное, ибо тучи заволокли небо. Свет лился от неё. От дикой ведьмы. От ее волос. Языки пламени струились по ставшими рыжими прядям, пробегали вверх и вниз, словно играющие в воде золотые рыбки. Но не обжигали.

Морья судорожно прихлопнула волосы рукой, но сбить плямя не удалось. Более того, теперь лепесток огня доверчиво жался к её ладони. Теплый… и такой красивый! Ведьма весело усмехнулась и, подчиняясь наитию, подкинула его вверх.

— Найди мне Валара!

На мгновение зависнув в воздухе, пламень пощекотал нос мерина и умчался вперёд, показывая дорогу.

Морья вцепилась в гриву что есть мочи и ухмыльнулась.

— За ним!

Огонь запылал в разы жарче. Стёк по волосам на плечи, вспыхнул на локтях…

Мерин метнулся в сторону, спасаясь от него, но костёр на спине не пропадал. Тогда конь встал на дыбы, испуганно заржал и забил копытами. И немудрено! Пылающая женщина на спине вывела бы из равновесия и куда более спокойную животину, чем он.

Но Морья уже почуяла вкус азарта! Крепко сжав его бока коленями, она чуть привстала и наклонилась вперёд.

— Спокойно, дружок! — задорно крикнула она.

И конь, околдованный, опустился на все четыре ноги и послушно продолжил путь, довольный, что освещение дороги позволяет больше не скакать вслепую.

Теперь дорогу чётко видела и сама Морья. Огненные волосы отбрасывали рыжие блики на поле на обочине, и казалось, что травы тонут в алом море. А светлячок, который ведьма отправила вперёд, чётко указывал тропу. Он вихлял, ловко избегая порывов ветра, припадал к земле, словно принюхиваясь, и вновь взмывал вверх.

— Вперёд! В погоню!

Морья заливисто расхохоталась, ощущая, как колдовская мощь бурлит в жилах. И от неё она хотела отказаться? От этой пьянящей власти?!

— Валар, где ты?!

Впереди показались деревья. Путеводный шар нырнул в рощу и заскакал меж ними, как болотный светоч, заманивающий в трясину. Морья решительно повернула за ним.

Огонек вывел на поляну. Зашипел, разбрасывая искры, и нырнул в разведенный костёр, возле которого темнел знакомый силуэт.

Валар. Она всё-таки догнала его. Мужчина успел обустроиться: полог, натянутый меж сучковатых подпорок, защищал от накрапывающего дождя, под ним уже лежал лапник — мягкое ложе для путника, вынужденного ночевать в лесу.

Казалось, здесь наёмник устроился быстрее и привычнее, чем в келье храма.

Ведьма спрыгнула с мерина, едва не переломав ноги, и двинулась к мужчине. Тот выглядел растерянным, но скрывал это за хмурой гримасой.

— Правда она, — пробурчал он себе под нос. — А ты не верил. «Морок, морок»! Больно много чести тебя морочить.

Неуверенно переступив с ноги на ногу, Морья запустила руку за пазуху. Вся ее решимость, весь магический задор потухли вместе с волосами. Теперь она не дикая огненная ведьма, а смущённая девушка со спутанными прядями, почти полностью закрывающими лицо.

— Ты забыл.

Она протянула смятое письмо.

Валар кивнул, принимая бумагу и, не глядя на девушку, сунул в карман.

— Ты только за этим меня догоняла?

Он хотел добавить что-то ещё, наверняка какую-то грубость, но вместо этого подвинулся, уступая ей немного места на лежаке.

— Конечно! — Она с готовностью плюхнулась рядом и протянула ступни к костру. — А зачем мне еще тебя догонять?

— Ну, не знаю. . Довести до белого каления? А то ты к этому уже близка.

— Я старалась, — приняла «комплимент» Морья.

— Что ж, у тебя это получается лучше, чем у кого бы то ни было!

Ведьма сощурилась. Шальная магия всё ещё кипела в крови и наверняка именно она заставила её ляпнуть:

— Лучше, чем у твоей жены?

Ссора должна была начаться после этой колкости. Опасаясь, что Валар вновь причинит ей боль, Морья ударила первой. Ей хотелось, чтобы наёмник дал ей повод, хотелось снова хлестать его словами, как пощёчинами! Да, она догнала его, да, хотела вернуть во что бы то ни стало долг и защитить засранца! Но, Святила небесные, как же она до сих пор на него злилась!

— Лучше, — усмехнулся Валар инегромко добавил: — Сложно злиться на тех, к кому ты ничего не чувствуешь.

Ничего не чувствует… к жене? В горле у девушки пересохло. Она судорожно облизала губы. Быть может, тогда он что-то чувствует к кому-то другому?

Краска залила её скулы, но если румянца при свете костра было не разглядеть, то вспыхнувшие волосы оказалось не спрятать.

Валар пинком вернул в кострище вылетевшую головешку и протянул к Морье руку. Она вжала голову в плечи, но он не ударил, а осторожно провёл ладонью по волосам. В его руке остался рыжий огненный лепесток.

Валар смотрел на него… и улыбался.

— Кажется, тысячу лет не чувствовал ничего подобного, — прохрипел он. — Ты правильно сделала, что не подавила магию.

— А ты… — Морья запнулась и сердито запыхтела. От дыма слезились глаза, и она сбивчиво закончила: — А ты уехал!

Валар невозмутимо кивнул.

— Потому что так будет лучше для тебя.

— Откуда тебе знать, что для меня лучше?!

— Я старше, опытнее и умнее.

Морья вытащила из лежака ветку и принялась нервно обламывать с неё иголки. Попадая в костёр, те нещадно дымили, но давали волшебный аромат. Она буркнула:

— Упрямее — быть может. Но никак не умнее.

— Упрямее тебя? Это вряд ли!

Морья швырнула ветку в костёр целиком, от той полетели в разные стороны золотые искры. Она спросила в лоб:

— Ты ведь не собираешься в столицу?

— Именно туда я и собираюсь, — холодно подтвердил наёмник.

— Но тебя там убьют!

Валар неопределённо пожал плечами.

— Разберусь.

— Нет! — Девушка вскочила, но рядом с Валаром, невозмутимо шерудившим в костре палкой, это смотрелось донельзя глупо, и она вновь села. Но не рядом с мужчиной, а прямо перед ним. Преодолевая трепет, поймала его испещрённое шрамами лицо в чашечку ладоней. — Тебя казнят!

На мгновение его взгляд потеплел, но наёмник быстро вывернулся и твёрдо отпихнул её в сторону.

— Со своими проблемами я разберусь сам. А твоё дело — слушаться Иварию и не попадаться больше Золотым.

— Нет, не разберёшься! Не разберёшься! У тебя хотят взять слепок магии! Он ведь покажет, что ты — это не ты, а демон. Ты не справишься. Не выживешь… один.

— И кто же мне поможет? — Он стиснул подбородок девушки двумя пальцами и едко выдохнул: — Ты?

Его губы были так близко, горячее дыхание опаляло кожу. Пугающее ижеланное прикосновение… Неужели так бывает? Морья фыркнула:

— Может и я!

— Проваливай, ведьма. Единственное, что ты можешь сделать — это вернуться в храм. Для своего же блага.

— А ты не решай, что для меня лучше!

— Я? Да ты сама это решила! Ты велела мне уехать!

— Я ошиблась.

— А я — нет. Это единственный…

— Заткнись! — приказала девушка, и её волосы вспыхнули ярче. — Ты не единственный, кто в праве выбирать, Валар де Каттай! Хотел ты мне зла или нет, но я обязана тебе жизнью. И намерена отдать долг.

Оплотник нехорошо прищурился.

— И что же ты сделаешь, чтобы остановить меня? Свяжешь?

— Если потребуется, — серьёзно кивнула девушка.

— Ну, давай! — Он выставил вперёд сомкнутые в запястьях руки. — Хотелось бы посмотреть, как ты это сделаешь.

Морья вдохнула, чтобы ответно уколоть его… и выдохнула, так и не найдя нужных слов. Такие, как этот поганец, слов не понимают. Его надо сначала хорошенько выдрать, как Савку или Микея, чтобы понял, что с ней надо считаться! И только тогда…

Мысль не успела до конца оформиться в её мозгу. Морья прыгнула, на ходу сдёргивая с плеч платок Лики, чудом до сих пор не сгоревший (и верно, оберег!). Она завалила мужчину на спину, оседлав, как ворованного мерина, подцепила платком запястья и быстро-быстро намотала сверху концы.

— Ты будешь слушаться или не-е-е-ет…

Наёмник тоже не стал попусту терять время. Он легко перевернулся, поджав под себя Морью. Его связанные запястья оказались у неё за шеей: не выпутаться из объятий!

— Проиграла, — констатировал он.

Морья зарычала, как волчица, и шарахнула его лбом в переносицу.

Валар выругался и снова оказался повержен. Теперь уж их схватка и вовсе напоминала то, чем молодые обыкновенно занимаются на сеновале в праздник Урожая. Юбка Морьи задралась, бесстыже открывая бёдра, по вискам капельками стекал пот, маленькая грудь мелькала в порванном вырезе платья.

— Проиграл! — ответила она тем же.

— Убирайся в храм! Там ты будешь в безопасности!

— Только вместе с тобой!

— Ноги моей больше не будет в этом гадюшнике!

— Тогда моей тоже!

— Тогда ты идиотка, которая нарывается на неприятности!

— От такого же слышу!

Он сделалсамое подлое, что только мог сделать мужчина в подобной ситуации. Валар дёрнул девушку, заставив распластаться по своему телу, и впился губами в её рот.

А Морья… Морья ответила, сама не понимая, что творит. Бёдра теснее прижались к его ногам, по позвоночнику вниз пробежала волна огня…

Неизвестно, чем закончилось бы это безумие, если бы не вмешался третий. Плащ Оплотника змеёй скользнул по ноге девушки, норовя забраться под одежду. Она взвизгнула и отпрянула, связанные руки Валара не позволили освободиться сразу, плащ накрыл их обоих с головой, и тогда заорал уже Валар:

— Отвали, тряпка!

Когда они, тяжело дыша, распутали объятия и сели спина к спине, Валар проговорил:

— Забыла, что придется иметь дело не со мной одним? — Капюшон плащанадулся, словно вторая голова, ярко блеснули красные глаза. — Не боишься?

— Ты сказал… — Морьятяжело сглотнула, глядя теперь не в лицо Валару, но в глаза демону. — Ты сказал, что вне храма у тебя не получилось навредить мне. Нужны были эти… линии пространства.

— Не навредить, а переселить в тебя демона. — Мужчина прищурился. — Это разные вещи. Если бы я хотел тебя обидеть… — Он скрипнул зубами и сменил тему: — Я служитель оплота, когда-то был диким, а сейчас уживаюсь с тёмной тварью, способной убить любого. Я не нуждаюсь в защите, ведьма. Ни в твоей, ни в чьей-либо еще.

— Что же ты тогда пять лет от награды по лесам бегал, а? — Морья упрямо вздёрнула подбородок. — Неужели что-то изменилось?

Костер, успевший сожрать брошенный в него хворост, начал слабеть, ностоило ведьме вскочить, взвился до нижних ветвей обступивших их деревьев.

— Осторожней, лес сожжешь, — поморщился оплотник. — А что до награды… Всем когда-то надоедает бегать.

— Значит, твой план пойти и… — В голос едва не прокрались плаксивые нотки, но девушка вытеснила их злостью. — И умереть?

Казалось, если хорошенько вглядеться в рисунок шрамов на его лице, она поймёт нечто важное. Морья погладила щетинистую щёку ладонью, а Валар накрыл её своей. Чуть повернул голову на бок и коснулся губами.

От этого простого жеста, без капли пошлости или намека на страсть, защемило в груди. Невыносимо захотелось броситься к нему на шею, прижаться всем телом, чтоб Валар согрел, успокоил, пообещал не бросать… Никогда больше.

— Не собираюсь я умирать. — тихо пообещал оплотник. — У меня есть план.

Но поделиться деталями он не успел. Потому что в шею мужчины вонзилась стрела.

* * *

Валар потянулся к древку, но отдёрнул руку. Коротко глянул за плечо Морьи.

— Вот зараза, — буркнул он и завалился навзничь.

Первой реакцией было выдернуть стрелу, невзирая на все правила помощи раненым. Морья точно помнила, что если забиваешь свинью, истинная смерть наступает, когда выдёргиваешь нож, а не когда его вонзаешь. Но в тот миг она от ужаса забыла обо всём. Кровь отлила от щёк, и казалось, что смертельную рану получила ведьма, а не оплотник. Она как во сне повернулась назад, туда, откуда прилетел снаряд, и уже не увидела, как колдовской плащ оплотника пошёл волнами и замотал его шею.

Тут же в ушах раздался свист и жужжание — смертоносное древко с острым наконечником нашло новую цель. Морья припала к земле, оказавшись рядом с неподвижным Валаром. В воздух взвилось сразу несколько стрел с разных сторон. Они неслись к ним, готовые оборвать жизни.

Всё. Теперь точно всё. Морья закрылась руками, чтобы не видеть, как оружие вспарывает плоть.

Казалось бы, что хорошего ждать от демона? Но помощь пришла именно от него. Плащ взмыл в воздух, став прозрачной, чуть мутной стеной. Та отгородила людей от стрел. Наконечники где-то застревали в подрагивающей колдовской дымке, где-то отскакивали. Через защиту не пробился ни один.

Истошное ржание вставших на дыбы лошадей заполнило лес. И, верно, сработала деревенская привычка: своего живота не пожалей, а живность спаси. Без неё точно смерть! Морья вскочила, готовая загородить скакунов хоть собственным телом, огонь в костре отозвался на её решимость, ожил и закружил по поляне, расширяя рыжее кольцо. Кусты, трава, сосновые ветки — пламяплясало повсюду. Сквозь алые всполохи мало что можно было разглядеть, несколько стрел пустили вслепую, а потом раздался истошный крик.

«Кажется, я кого-то подожгла», — отстранено, без капли сожаления подумала девушка на бегу. Успокоить животных, погрузить Валара… До храма недалеко, быть может, ещё удастся спасти раненого! Ивария обязательно поможет воспитаннику, она не откажет!

— Проверь, есть ещё кто-то? — окликнула она демона, а тот, кудивлению, подчинился и скрылся меж горящих деревьев.

Обступающий поляну огонь нервировал куда сильнее стрел, но Морья сумела заговорить отчаянно бьющих копытами лошадей, а потом снова бросилась к оплотнику.

Нужно что-то придумать… Нужно вести себя так, как вёл бы Валар… Если он… Если его уже не спасти… Морья закрылась рукавом от вспышки пламени и закашлялась — дым жёг лёгкие. Когда же удалось сделать вздох, оказалось, что помощь оплотнику уже не требуется. Он тяжело поднялся, потирая шею с тонким побелевшим шрамом.

— Ты жив!

— Визжишь так, будто не рада, — проворчал он, а в следующий миг одним рывком выхватил из-за голенища сапога нож и метнул вверх, будто наёмник собирался проткнуть им чёрное небо.

Короткий всхлип, треск ломающейся ветки— и Морье под ноги свалился мужчина с торчащим из живота оружием.

Валар стиснул рукоять и добил несчастного поворотом лезвия.

— За спиной!

Наёмник успел едко хмыкнуть: дескать, думаешь, без тебя не знаю? Кувыркнулся в сторону, открывая Морье ни с чем не сравнимый вид на высокого и откормленного мужика с занесённой для удара дубиной. Но прежде, чем он успел её опустить, оплотник выгнулся прямо в кувырке и ударил врага под коленом. Тот заскулил и тяжело осел на одну ногу, уронив дубину на вторую. Морья же добавила детине коленом в пах.

Валар аж передёрнулся от такого непотребства.

— Ну ты зверь…

— Что?! Ты же сам их убиваешь!

— Да убить того… погуманнее будет. Пригнись!

Последнего нападающего Валар снять не успел. Тот взвизгнул, потерял равновесие и упал, так что нож оплотника просвистел мимо. А догонять разбойника по тёмному лесу было бесполезно. По крайней мере, самому.

— Разберись, — коротко приказал Валар плащу, и тот мягко стёк на траву.

— А мы, — добавил мужчина, — разберёмся тут.

Он обвел взглядом полыхающийлес и кивнул Морье:

— Возьми огонь под контроль.

Легко ему говорить! Но ведьма послушно зажмурилась

«Огонь не снаружи, огонь внутри»

Когда она открыла глаза, вокруг витал только едкий густой дым, а в лесу разом стало темнее. Даже лицо пойманного разбойника различалось с трудом. Откормленному детине повезло выжить в схватке. Ну или, если хорошо подумать, не повезло. Валар поднял свой нож, брезгливо вытер о рукав и повернулся к пленнику.

Он попытался отползти, но Валар ударом сапога помешал ему это сделать.

— А теперь мы с тобой побеседуем. Ты ведь не против побеседовать?

Второй тычок в живот заставил пленника усиленно закивать.

— Зачем явились?

Морья закусила губу, уже представляя, что грядёт.

— Да и так ясно! — обличительно воскликнула она. — Грабануть нас хотели.

Наверняка увидели красавцев-скакунов и решили, что у путников с такими лошадьми должна быть и мошна, набитая золотом.

— Не слишком похоже на разбойников. — Валарнедоверчиво поцокал. — Кто вас послал?

Он еще раз пнул детину под ребра, тот согнулся от боли, и вдруг у него из рта пошла густая белая пена. Глаза закатились, толстяк начал трястись всем телом, словно его без конца тормошили. Нет, от удара, даже хорошего, такое не приключается.

— Что с ним?!

Морья отпрыгнула, опасаясь, что пена попадёт на кожу.

Валар попытался удержать пленника, повернуть на бок, с силой разжимая челюсть, но тот уже затихал.

— Сердце не бьется, — доложил наёмник, пощупав жилку. Он проверил крепко сомкнутые ладони, и с трудом разомкнув их, выудил пустую склянку. — Отравился.

Прежде Морья видала мертвецов. Ещё ребёнком отец отвёл её поглазеть на казнь дикой ведьмы, после, взрослее, девка сама, по традиции, омывала мёртвую бабку, а прошлым летом, в самый покос, на краю луга нашла порванного медведем соседа. Да и тот разбойник, которого Валар снял с дерева, не дышал.

Но чтобы вот так…

Девушка склонилась под кустом и хорошенько порадовалась, что давненько плотно не ела. Вытерев с губ горечь, она проморгалась.

Валар приблизился к ней, глядя в сторону. Ясно, ему любоваться на эдакое непотребство никакого удовольствия!

— На вот, промочи горло…

Девушка приняла флягу, сделала глоток и тут же всё выплюнула.

— Эй! Я сказал, промочи горло, а не переводи драгоценную жидкость!

— Это что? Брага?

Горло обожгло, зато отвращение отступило на второй план.

— Но-но! Это тебе не какая-то там брага! Это ежевичное креплёное!

— А на вкус гадость…

— Что бы ты понимала, — пробормотал Валар, тоже прикладываясь к горлышку.

Тем временим вернулся демон, волоча за собой последнее бездыханное тело. Голова разбойника была запрокинута назад и дергалась, цепляясь за кочки. На губах виднелись следы пены.

Демон подтащил труп к чёрному кострищу и закинул на угли.

— Надо ехать. Останавливаться на ночлег тут опасно.

Не обращая внимания на творящееся непотребство, Валар сворачивал лагерь: снимал навес, упаковывал сумки…

Плащ же недовольно захлопал полами, как петух крыльями. Морья опасливо покосилась в его сторону, не желая подходить близко к трупу.

— Что ему надо?

— Чтоб ты ему приготовила жаркое, — усмехнулся оплотник. — Некогда нам. Или жри так, или поехали! — велел он демону.

— Жри?

Девушка растерянно икнула, а затем снова склонилась под кустом.

— А ты думала, он только кроликами питается? — кисло скривился Валар, одним движением затягивая ремень на сумке. — Выезжаем.