Тархун Вандервафлед Ангунский третий из высших людей взирал на то, как к его дому подъехала черная невзрачная машина.

— Покупатели, — фыркнул он и отплыл от окна. Стоило подготовиться к встрече, дабы отбить желание у хозяина продавать особняк.

Дело в том, что Тархун являлся жертвой черной магии. В его мире, что славился искусными войнами и антимагами, он относился как раз именно к последним.

Тархун под непосредственной протекцией святой инквизиции являлся живым воплощением погибели всех нечестивцев, что встали на путь черной волшбы. Бывало так, что целые города оказывались в плену черных магов и приходилось прилагать много усилий для спасения людей. Вот тогда и привлекали антимагов.

В таких городах черные нити, что несли в себе силы разрушения и проклятия, опутывали каждый дом и метр улиц. Там часто происходили несчастные случаи, а вся верхушка покорно служила одному единственному монстру в человеческом обличии.

Тархун поморщился от неприятных воспоминаний, как он в одиночку проник в такой город, как искал дом черного мага, что умело прятался среди элитных коттеджей в пригороде.

Он всё же нашёл его. И чудом выжил, когда на него обрушилась мощь охранной системы, которая, казалось, имела псевдо-разум.

Антимаг тоже не был простым человеком и мог видеть черные силы проклятого мага и успешно защищаться своими — белыми.

Так, окутанный светом, он лицом к лицу встретился с черным магом, и они сразились.

Когда Тархун одолел врага, то весь израненный попытался покинуть дом, но система охраны, несмотря на гибель своего хозяина, по-прежнему была активна, и даже больше.

Тархун ощутил опасность для своей души. В тот момент, когда его силы уже были на исходе, а защита, сотканная из белых светящихся нитей, была на пределе, он создал из антимагии клинок и пронзил своё сердце.

Защита развеялась, и тьма ринулась к нему, пытаясь спасти и сделать своим рабом— новым черным магом. Но не успела. Собственно, на то и был расчёт.

А потом Тархун очнулся в незнакомом месте.

Спустя несколько минут он осознал, что обратился в бестелесного призрака. Это было сложно принять и некоторое время он пытался вернуть себе тело, ведь антимагия до сих пор подчинялась, но всё безуспешно. Он — Тархун Вандервафлед Ангунский третий из высших людей, сильнейший в ордене антимагов, стал почти беспомощным привидением.

С тех пор минуло много лет, и Тархун привык к новой ипостаси, и даже нашёл способ развлекаться.

Облюбовав себе один из особняков, что походил на его собственный, он поселился в нем и стал «шалить». Его нити, невидимые для людей, и как позже выяснилось и для местных магов, могли устроить «случайные» неприятности. Например: сломанные ноги у поскользнувшегося нерадивого Петрова, что мнил из себя хозяина особняка и временами устраивал перестройку, как внешнюю, так и внутреннюю. Тархуну это решительно не нравилось. Он помнил особняк Уварова ещё в те времена, когда тот был наполнен смехом детей и счастьем семейного тепла. А потом глава рода связался с проходимцем Петровым, и тот обманом отобрал дом и вообще обобрал до нитки прекрасных людей.

Тархун не был злым, но в его положении восстановить справедливость никак не мог. Дело в том, что не только нити, но и самого призрака никто не мог увидеть, а его взаимодействие с реальностью проходило исключительно через антимагию.

Увы, но как бы Тархун ни старался, у него не выходило написать письмо с угрозами мошеннику, чтобы тот вернул дом законным хозяевам. А потому, он мог лишь превратить жизнь Петрова в ад, чем и занимался последний год.

И конечно же Петров сдался. Сначала он съехал из проклятого, как ему казалось, дома, а затем и вовсе выставил недвижимость на продажу.

Вот только он не учёл одного. Каждый кто решит войти в дом, поплатится за это, что вызовет отторжение и признание особняка неликвидным. Тархун был готов к сносу дома, и как бы ему ни было жалко своё пристанище в этом мире, ради справедливости можно было и не такую цену заплатить.

Об убийстве Петрова Тархун тоже думал, но отмёл эту идею сразу. Во-первых, он не был черным магом, а во-вторых, смерть — слишком лёгкое наказание. Петров должен был страдать, и Тархун верил, что самый лучший способ для достижения этой цели, забрать у него то, что тот любил больше всего на свете — деньги.

Тархун уже расставил свои ловушки, и по его замыслу новый покупатель должен был сбежать отсюда в ужасе от наведённых кошмаров.

— Полезно и весело — два в одном, — хохотнул он и провалился через пол, оказавшись прямо напротив входной двери на первом этаже, и с предвкушением стал ждать.

Гости не успели нажать на дверной замок, как хозяин уже открыл им:

— Доброго дня! — нервничая произнёс Петров. — Прошу проходите, меня зовут Иван Матвеевич.

Вот только гость, что стоял впереди своих спутников, не спешил внутрь. Его синие, каких Тархун ещё не видел в жизни, глаза, недоверчиво осматривали окружающую реальность.

— Скажите, — медленно произнёс он, — у вас есть другие двери?

— Есть, — с непониманием ответил Петров.

— Тогда давайте воспользуемся ими, — подытожил странный человек, и они направились к черному входу.

Тархун хотел было ринуться туда и поставить несколько нитей на слабость и что-нибудь ещё, но передумал. Впервые за многие годы ему стало интересно. Неужели и в этом мире существуют антимаги? И этот человек, обладает потенциалом к обретению этой величайшей силы? Нужно проверить.

Несколько нитей опутали двери черного входа, через которые молодой человек без сомнений прошёл, после чего, улыбнувшись, произнёс:

— Не так у вас и плохо.

Оно и понятно, нити обладали свойствами восстановления и бодрости, что означало, у парня просто острая интуиция, а не антимагический дар. Жаль. Было бы интересно понаблюдать за таким.

— Благодарю, — удивлённо сказал Петров.

— Вот только что-то всё же у вас здесь есть, — парень прошёл мимо камина и встал прямо перед Тархуном, словно мог его видеть.

От этого призрак замер, словно боясь спугнуть. А вдруг годы бесконечного одиночества, когда он мог выступать лишь невидимым наблюдателем, закончатся?

— Верно, — с испугом в голосе подтвердил Петров. — Вы ведь благородный носитель двух даров?

— Так и есть, — кивнул парень, и в его образе Тархуну отчего-то почудился умудрённый жизнью мужчина.

— Тогда, возможно, вы сможете совладать с этим домом.

В этот момент синие глаза парня мазнули по Тархуну, после чего он сказал:

— Выйдите из комнаты, мне нужно кое-что проверить.

И тон был у него настолько непреклонным, что Петров даже не пикнул, хотя обычно, будучи мошенником и бесстыдником, имел гонор короля.

— Значит так, — когда в зале с камином остались только четверо: сам покупатель, зеленоволосая девушка с янтарными глазами, седовласый старик с цепким взглядом и простоватый человек в чёрном, парень сказал: — Моё имя Алексей Николаевич. Я стану хозяином этого дома. А ты, кем бы ты ни был, имеешь возможность стать моим дворецким и охранником.

Тархун опешил и возмутился одновременно. Он — антимаг из величайшего ордена и… дворецкий⁈

Стоп!

Он что, его видит?

Мысли бешено заскакали в его разуме, и тут произошло невозможное.

Рядом с Алексеем Николаевичем возникла невероятной красоты женщина в сарафане и с тугой косой. Она окинула пронзительными глазами комнату и с удивлением остановила взгляд на Тархуне:

— И правда дух бестелесный. Только странный какой-то, будто сотканный из непонятной силы. Какие-то нити, — она прищурилась, подойдя к Тархуну вплотную так, что тот перестал дышать. Несмотря на свою смерть, он сохранил все привычки и рефлексы, не даром ведь говорят, что именно из этих мелочей и состоит человек. — Кажется, он может использовать свои способности без источника! — с восхищением воскликнула она.

— Почему его никто не видит? А для меня он лишь размытое пятно? — задал резонные вопросы Алексей Николаевич.

— Я не знаю точно, — протянула красавица. — Даже я его вижу не чётко.

— Ты можешь говорить? — парень обратился прямо к Тархуну.

— Могу, но вы меня не услышите.

— Странный язык, но суть я улавливаю, — снова шок ударил по антимагу.

— Представься, — потребовал Алексей Николаевич.

— Т-тархун, — еле шевеля губами произнёс безнадёжно одинокий до этого часа призрак.

— Он говорит, — наморщила лоб красавица, судя по всему, тоже являющаяся призраком, — что его зовут Трах-кун, кажется.

Алексей Николаевич приподнял бровь, и Тархун вынуждено повторил, более чётко.

— Ааа, — лучезарно улыбнулась девушка. — Тархун.

— Это точно? — почему-то хмыкнул Алексей Николаевич.

— Точно, — улыбнулась ему в ответ девушка.

— Ладно, — кивнул он. — Пусть расскажет свою историю, а я решу, что с ним делать.

Тархун помедлил, собираясь с мыслями, и рассказал всё как на духу, не торопясь, чётко произнося слова, чтобы красавице было легче его понять.

— Это правда? — уточнил Алексей Николаевич у девушки-призрака.

— Не чую лжи, — покачала она головой.

— Тогда решим так, — спустя секунду размышлений сказал Алексей Николаевич. — Зови этого Петрова, и будем разбираться честь по чести.

Мужчина в черном, к кому были обращены последние слова, кивнул и вышел из комнаты, а спустя несколько секунд вернулся в сопровождении мошенника Петрова.

— Призрак этого дома говорит, что вы обманом завладели этим домом. Это правда?

— П-призрак? — побелел лицом Петров.

— Призрак, — кивнул Алексей Николаевич. — И он не даст вам продать этот дом до тех пор, пока справедливость не восторжествует. Более того, даже если вы снесёте здание и построите новое, результат будет тем же. Хотя, скорее всего у вас не получится построить здесь ничего. Он не позволит.

Петров затравленно огляделся и нервно рассмеялся:

— Да этого быть не может! Призраков не бывает.

— Хорошо, — внезапно легко согласился Алексей, а рядом с ним возникла девушка-призрак. — Разбирайтесь тогда сами, а мы пойдём. И мне больше не звоните. Не желаю покупать недвижимость, запачканную в мошенничестве. Как решите проблему с предыдущими хозяевами, тогда повторим встречу. А пока, надеюсь призрак не решит проблему с вами радикально. Удачи.

Около секунды на лице Петрова, мелком и вороватом, как и он сам, боролись противоречивые чувства, но прошедшая сквозь стену девушка, что перед этим звонко рассмеялась, подтолкнули мошенника к правильным выводам и действиям.

— Господин! — заискивающе заторопился он, с опаской поглядывая на стену, через которую только что прошла девушка призрак. — Был не прав, осознал. Прошу, помогите ради бога, сил уже нету! Я на всё готов!

— Значит он уже долго вас мучил, — остановился Алексей Николаевич, брезгливо разглядывая Петрова. — Ладно, давайте решим всё по-честному. Кто бывшие хозяева и как именно вы их обманули?

* * *

Чая мне в этом доме не предложили, ввиду отсутствия прислуги, да и продуктов в целом. Здесь никто не жил, потому что все боялись. Звали различных псевдомедиумов прямиком из «Битвы экстрасенсов», пытались найти некромантов, но там вообще гиблое дело, так как представителей этой профессии уже более ста лет не видели. А ведь именно они по старым хроникам умели видеть и взаимодействовать с душами, ну и поднимать мертвяков в придачу. Увы и ах! Что бы Петров ни делал, ничего не помогало, неприятности в доме продолжались. То кто-то ногу сломает, то «глюк» поймает, и с криками ужаса мог даже в окно выйти. И длилось это уже очень долго.

— Вы поймите, господин, они у меня деньги взяли в кредит под большой процент. В имперском банке им отказали, а я, по доброте своей душевной, не смог отказать такому важному семейству.

— И они не успели в срок, — подытожил я.

— Увы, — Петров развёл руками.

— А вот призрак говорит, что вы обманом отжали у них дом, да ещё и силой надавили, когда глава семейства не захотел уступать. Детям угрожали, — я впился в этого слизняка взглядом.

Вопрос не в том, что призрак мог лгать, а в том, нужно ли ему это? Да и после моих слов тело Петрова само себя выдало: глаза забегали, он заелозил на стуле, и даже мимика показала, что человеку было что скрывать.

— Это не совсем так… — начал он, а голос его дрогнул.

— Так, — кивнул я. — Точнее, вы не говорите правды, оттого и я вам поверить не могу.

Всё же презумпцию невиновности никто не отменял. И пусть мне, как оперативнику со стажем, все более-менее ясно, но стоило выслушать обе стороны. Нужно привыкать быть не только следователем, но и судьёй.

Петров помолчал, явно нервничая, пожевал губами и рассказал.

История получилась мерзкая, со всех сторон.

Глава семейства, что тут проживало, тайно увлекался азартными играми, и как следствие, постоянно прибывал в долгах. И действительно занял крупную сумму денег у Петрова, но не ради семьи, а для участия в покерном турнире, где в итоге в пух и прах проигрался.

А ещё, когда он подписывал договор займа, не прочёл самое главное, а конкретно то, что было написано мелким шрифтом. И как итог, семья потеряла дом. И как потом слышал Петров, отец семейства с горя ушёл в длительный запой.

— Ясно, — покивал я. — Сколько он был вам должен?

— Сейчас, — Петров торопливо вытащил из пиджака чёрный блокнот и, секунду поискав нужную страницу, озвучил сумму. Она была почти в два раза меньше запрошенной им за особняк, даже с учётом скидки на привидение.

— Смотрите, — я начал загибать пальцы, — от проклятого дома я вас избавлю, жизнь вашу сохраню, ещё и эту сумму заплачу.

— А остальное? — его глаза вспыхнули жадностью.

— Найду бывших хозяев, точнее хозяйку с детьми, и вручу им. Они стали жертвами вашей махинации и игромании главы семейства.

— Но… — начал он, набрав в грудь возмущение, и в этот момент одна из ваз рухнула сама по себе, разлетевшись на мелкие осколки так, что пришлось ставить защиту перед лицом Петрова, иначе бы тот не избежал множественных порезов. — Ладно! Я согласен! — взвизгнул он.

— Вот и славно, — вежливо улыбнулся я, доставая контракт, что заранее подготовил. — Там осталось лишь вписать ваши данные и конечно же адрес дома с квадратными метрами, а для этого мне нужно свидетельство о праве собственности и ваш паспорт.

Всё это я собирался сделать самостоятельно, ни на йоту не доверяя этому черному кредитору.

В отличие от моего родного мира, в этом не существовало такой профессии как нотариус. Но, даже несмотря на то, что Петров не был одарённым, магия клятвы работала и у него, просто это требовало дополнительных приспособлений.

Он вытащил из кармана дорогой на вид лакированный футляр и, раскрыв его, достал толстое металлическое перо.

Нажав на торец, Петров тяжело вздохнул, посмотрел на меня, после на бумагу, и с видом обманутого человека, поставил свою подпись. Та засветилась и окутала светом Петрова, заставляя его поморщится. Я тоже поставил свою, но уже обычной ручкой, вложив каплю силы.

— Вот и славно! А теперь ваши деньги, — я вытащил из пространственного кармана нужную сумму. — И мне нужна вся информация о бывших хозяевах, в особенности о женщине с детьми.

Петров поражённо посмотрел на меня:

— Так вы не обманывали⁈ Вы действительно собираетесь отдать деньги им⁈ — видимо в его голове любое обещание без магической печати на душе не имеет никакого веса и смысла. Оно и понятно, каждый ведь по себе судит.

— Запишите мой номер и я буду ждать от вас контакты, — перебил я и с нажимом добавил: — Я ведь дождусь? Верно?

Петров посмотрел на меня как кролик на удава, после чего судорожно сглотнул и поспешил кивнуть:

— Конечно-конечно! Такая мелочь, всё будет в лучшем виде.

— Хорошо, — удовлетворённо ответил я. — Если что, я знаю ваши паспортные данные и смогу найти вас. Ну, это так, для информации.

Когда Петров вышел из дома и поспешил покинуть лужайку перед фасадом, я обратился к Алене:

— А теперь узнай у Тархуна вот что. Убил бы он Петрова или нет?