— Ваше высочество, я могу вам чем-то помочь?

Встретивший меня в приемной лорд Фартс был совершенно невозмутим и внезапному визиту императорской невесты вовсе не удивился. Хотя, будучи секретарем императора, наверное, привыкаешь держать невозмутимое лицо в любых ситуациях.

— Прошу прощения за беспокойство, но мне хотелось бы встретиться с его величеством, если это возможно, — внезапно заробела я.

Что-то я как-то не подумала, что он все же не целыми днями просто в кабинете просиживает, отдыхая. Может статься, что у него сейчас совет министров, суд, смотр военных и еще сотня других важных дел, о которых я имею очень малое представление. И с моей стороны было наивно рассчитывать, что я всегда могу найти его…

— Да, конечно, ваше высочество, — оборвал мое беспокойство уверенный голос. — Его величество распорядился пропускать вас в любое время.

И здесь успел этот император. А ведь он что-то такое говорил.

Лорд Фарст первым направился к широким дверям, постучал в них и дождавшись отклика, просто распахнул передо мной:

— Ее высочество принцесса Линария.

Едва смогла удержать лицо — боги, столько пафоса, ради простого визита в кабинет. Вот интересно, если бы я и правда стала женой Ксандра, меня каждый раз бы так представляли? Пожалуй, в таком случае, я бы предпочла ходить к нему только через тайные ходы. К счастью, мне ничего из этого не грозит.

— Линария? — поднялся из-за широкого, заваленного бумаги стола Ксандр, с удивлением разглядывая меня и расплываясь в улыбке. — Какой неожиданный визит… Признаться, я и не рассчитывал, что ты воспользуешься моим предложением. Но мне приятно…

— Ненадолго, — вздохнула я и прошла к креслу перед столом и устало опустилась в него.

— Да у меня признаться тоже свободного времени не слишком много, — с какой-то даже безысходностью посмотрел он на бумаги на столе.

— Нет, ваше величество, вы не поняли, — подняла я на него взгляд. — Приятно вам от моего визита будет недолго.

Император сразу посерьезнел.

— Так… хорошо. Подожди мгновение.

Быстром шагом он покинул кабинет, отдал какие-то распоряжения секретарю и тут же вернулся, плотно прикрыв за собой дверь. Уходить обратно на свое место за столом не стал — вместо этого устроился в кресле для посетителей напротив меня.

— Что-то случилось? Опять слухи?

Я даже удивилась этому замечанию — забыла с чего началось утро.

— Я уже показательно нарычал на утреннем совете, что не позволю трепать имя невесты и обязательно найду того, кто распространяет эти слухи, но быстро это проблему, к сожалению, не решишь, прости. Понимаю, что это неприятно…

— Ксандр, — остановила я его, — я здесь не из-за слухов. Мне совершенно наплевать кто и что там болтает.

— Тогда что…? — нахмурился мужчина, но вопрос его оборвал громкий стук в дверь.

— Ваше величество, к вам капитан Бервийский со срочным докладом.

Ого, а быстро он. Я едва успела дойти до кабинета. Поднявшийся с кресла император перевел напряженный взгляд на меня.

— Я так понимаю, ты здесь по тому же срочному докладу?

— Если этот капитан тот самый, что сопровождал императрицу на выезд в приюты, то да.

— Ты тоже поехала? — чуть удивился мужчина.

— Решила поближе познакомиться с твоими родственницами, — криво усмехнулась я.

И познакомилась… по крайней мере, подтверждение своим подозрениям нашла. Не знаю, насколько можно доверять словам принцессы, но все же… глядя на взаимодействие императрицы и генерала, я склона с ней согласиться.

— Сама мне расскажешь…?

— Давай послушаем сначала, что он скажет. Меня… не было на месте происшествия, — поморщилась я, а Ксандр помрачнел еще больше.

— Впускай! — приказал император и вернулся на свое место за стол.

В кабинет зашел знакомый мне по сопровождению стражник.

— Докладывайте, — не давая времени на расшаркивания приказал Ксандр.

Рассказ капитана в целом соответствовал мои представлениям о произошедшем. Визит проходил как обычно, до того момента, пока императрица со свитой не вышли на крыльцо. Падения герба не заметил никто — отреагировать успел лишь генерал Фрезийский и увести принца из-под удара. После падения стражи обследовали греб и нашли остаточные следы магии земли на креплениях. Администрацию допросили сразу с применением соответствующих артефактов — те клялись и божились, что греб не трогали последнее десятилетие. А еще пытались свалить вину на детей — мол, вредные воспитанники решили так неудачно подшутить — дети, что с них взять. Понятно, что второму заявлению никто не поверил. К счастью, капитан оказался понятливым человеком и предупредил, что расследование будут вести дознаватели, а потому сами учителя пусть даже не смеют пытаться вершить правосудие. С них станется найти среди детей самого бесправного обладающего магией земли и сделать его крайним. Собственно, на этом доклад и был закончен.

— Благодарю вас, капитан, — хмуро кивнул ему Ксандр. — Дело будет передано Тайной канцелярии, жду от вас письменного отчета. Свободны.

Стражник отдал честь и поспешил покинуть кабинет. И император перевел тяжелый взгляд на меня. Не знаю, заметил ли капитан, а вот я отметила, как зло смял мужчина металлическое перо в руке, заслышав о нападении на брата. К покушениям на себя он привык и даже, похоже, не воспринимал их всерьез, а вот что могут покуситься на его семью — явно не рассчитывал.

— Что такого заметила ты, чего не заметили они?

— Не в этом дело, — покачала я головой. — Меня вообще не было в тот момент рядом — мы с Кирасой уходили осматривать другое здание. Но мне не нравится, как вся эта ситуация выглядит со стороны. Фрезийски словно знал, что императрица сегодня будет выезжать. Он сказал, что случайно увидел наш кортеж и напросился в сопровождение.

— Да, он был у меня с самого утра с докладом о состоянии восточных крепостей, — кивнул мужчина. — Поэтому вполне вероятно, что уже собираясь покидать дворец он увидел вас.

— Он единственный, кто заметил падение герба.

— Это не показатель, — покачал головой Ксандр. — Бариард опытный военный, у него хорошо развита интуиция. Если ты смогла заметить падение крыши той беседки, а я смог нас вытащить, не стоит удивляться, что и он успел почуять неприятности.

— Это правда. Но… императрица была крайне благодарна за спасение сына. И Киран… мальчик буквально сам вцепился в него и не хотел отпускать.

— И это понятная реакция.

— Согласна. Но Ксандр… Кираса сказала, что подозревает, что генерал влюблен в императрицу. И возможно, это взаимно.

Мужчина вздохнул и устало прикрыл глаза.

— Тогда почему она мне просто не сказала?

— Потому что это императорский дворец, — грустно усмехнулась я. — Чувства тут ничего не значат. Леди Ильяса прекрасно понимает свое положение и не даст никому повода или возможности подобраться к тебе и трону через нее. Пока ты не обзаведешься собственными наследниками. Но ты же понимаешь, если вдруг что-то случится… Она наверняка обратится к тому, кому доверяет и на кого может положиться…

Мужчина резко поднялся с места и начал нервно расхаживать по кабинету.

— Значит, Фрезийский…

— Это все еще лишь наши домыслы, — напомнила я. — Я никого не обвиняю, явных доказательств нет. Но я бы посоветовала все же присмотреться к нему внимательнее.

— Я бы действительно предпочел кого-то другого, — криво усмехнулся Ксандр. — Он… близок к нашей семье и считался доверенным лицом.

— И возможно действительно им является. А потому стоит рассмотреть и другой вариант — кто-то правда хотел избавиться от Кираса, а генерал его спас.

Ксандр остановился у окна и глубоко задумался.

— Я все же склоняюсь к тому варианту, что от меня хотят избавиться, чтобы править через Кираса, — покачал головой мужчина. — Тайная канцелярия проверила все за последние несколько лет по делам дяди и кузена. Да, к дяде наведывалось много аристократов — по делам своих детей в академии. Но как выяснили мои люди, чаще всего эти разговоры не были приятны — приглашали их, чтобы рассказать о неподобающем поведении наследников или же отказать в поступлении. Так что вряд ли бы обиженные лорды стали бы поддерживать его притязания на трон. А с кузеном и вовсе тишина и ничего подозрительного. Сначала гастроли с одним спектаклем по побережью, а последние полгода он и вовсе занят новой постановкой и почти не появляться в свете. Никто из дворцовых рядом с ним замечен не был.

Значит, вариант со сменой правящей династии можно отбросить? Почему мне кажется, что это было бы слишком просто. Конечно, вариант с регентством при маленьком принце куда более рабочий и простой к выполнению, но и… слишком очевидный? Не знаю… какое-то внутреннее чувство не позволяло мне отбросить другую возможность. Пока что…

— Вот кстати опять фигурирует магия земли, — вспомнила я. — А ведь тогда заклинание, что обрушило на нас беседку тоже активировал земляной маг. И находился он среди сопровождения императрицы. Вот только в приют с нами ездило не так уж много людей. И обрушил этот герб точно кто-то из них. У вас же есть сведения о магических способностях придворных?

Думаю, про генерала и уточнять не стоит, Ксандр и сам понимает. Зато в этот раз точно можно исключить из подозреваемых императрицу с принцессой — вот уж в покушении на Кирана их никак не обвинить.

— Фрезийский огненный маг, — тут же заметил император. — Но это не отменяет возможности использования артефакта с зарядом магии земли. Как и остальных, но надо проверять. Если сопоставить списки тех, кто был рядом с Ильясой во время праздника и кто сопровождал вас сегодня, то возможно удастся сократить подозреваемых.

Я облегченно выдохнула — хоть какой-то шаг вперед. А то мне все продолжало казаться, что мы просто топчемся на месте. Да, нам удается пресечь покушения и провокации, но богиня Судьба не может всегда подыгрывать нам. В конце концов, ей надоест следить за столь глупыми людьми, и тогда наш следующий промах может оказаться фатальным.

— Я хочу сделать Нарину и Клаудию своими фрейлинами, — вспомнила я, что еще не поделилась этими своими планами с императором. — Думаю, это может нам помочь…

И получила совершенно неожиданный резкий ответ:

— Нет.

Я недоуменно взглянула на него и встретила твердый взгляд.

— Генерал чуть ли не наш главный подозреваемый, а ты хочешь, чтобы я допустил к тебе его дочь?

— Конечно. Это отличный шанс проверить наши подозрения. Во-первых, я смогу получше присмотреться к Нарине, пока она рядом. А во-вторых, можно подкинуть ей какую-то ложную информацию в качестве проверки и посмотреть случится что-то или нет.

— Вот только это что-то может случиться с тобой, — мрачно возразил император. — Фрейлины будут слишком близко к тебе. Ближе, чем любая моя охрана, а значит, они могут не успеть среагировать вовремя. Меня не устраивает такой вариант.

— Ксандр, послушай, — мягко начала я, надеясь его переубедить, — мы уже убедились, что эти заговорщики довольно умны. Они не станут подставляться открыто. А значит, если Нарина и среди них, то не рискнет явно вредить мне, чтобы не выдать себя.

— Зато станет вредить неявно, — отбрил мужчина. — Нет, Линария. Когда я втягивал тебя в эту авантюру я обещал обеспечить тебе полную безопасность. Назначить в сопровождение возможную заговорщицу ни разу не звучит безопасно.

Я раздраженно выдохнула — это бессмыслица какая-то, мы ходим по кругу. Кто бы мог подумать, что главной сложностью с этим мужчиной окажется то, что мне просто не позволяют выполнять свою работу! А я еще сомневалась в том, что он и правда тиран.

— Обещаю, что буду осторожна. Я же не просто так предлагаю, я знаю на что иду.

Вот как ему объяснить, что такие ситуации практически моя работа?

— Мы склонны преуменьшать опасность. Ты сама мне пеняла, что я рискованно взялся выманивать заговорщиков на себя во время охоты, а теперь собираешься сделать тоже самое? — явно начал злиться Ксандр. — По крайней мере, для меня это было хоть как-то оправданно — это все же меня пытаются убить. А тебе какой резон это делать?

— Я хочу поскорее закончить с этим фарсом с помолвкой! Мне не нравится обманывать всех окружающих и готовиться к грандиозному событию, которого не состоится. А пока мы только топчемся на месте. Что ни день то новая ниточка и все они ведут вникуда. Сколько это еще будет продолжаться? Ты же сам хотел уже спровоцировать заговорщиков? Я предлагаю тоже самое.

— Вот я сам и буду заниматься этими провокациями, — рявкнул он, стукнув по столу.

Вот тут уже и я разозлилась.

— Начинает казаться, что ты специально затягиваешь расследование, — процедила я. — Соглашаясь на этот договор, я думала, что ты не в том положении, чтобы отказываться от каких-то возможностей раскрыть заговор. Особенно с учетом того, что ситуация уже затронула твои родных.

Ксандр аж потемнел лицом, а на лице его заходили желваки — возразить тут было нечего. Сегодняшнее происшествие можно трактовать и как попытку нападения на наследника.

— В каком бы положении не был я, это не повод подставлять и рисковать тобой, — в итоге все же выдавил из себя мужчина, сверля меня упрямым взглядом.

— Так мы не договоримся, — недовольно дернула я головой и поднялась с кресла.

Просто не вижу смысла продолжать этот спор. Императора не переубедишь, но и я не обязана ему подчиняться. В конце концов, я просто хотела сообщить о своем решении, а не спрашивала разрешения.

— Линария, — донеслось мне в спину, когда я уже достигла двери кабинета, — я против Фрезийской и Старвийской на месте твоих фрейлин.

— Это приказ? — обернувшись, холодно уточнила я.

На мгновение его взгляд смягчился, и я заметила сожаление на его лице.

— Это… просьба. Пойми, Линария, я не хочу и не могу подставлять тебя под удар.

— Но я же сама это предлагаю…

— И что, мне должно быть легче от этого? — как-то горько усмехнулся мужчина. — Если ты пострадаешь, я могу просто развести руками: «Ну, она сама это предложила»?

Иногда ответственные мужчины — это такая морока.

Покачав головой, я все же вышла из кабинета, чтобы чуть ли не наткнуться на слугу с тележкой еды.

— Обед? — с легким вопросом в голосе уточнил секретарь императора.

Я окинула быстрым взглядом тележку. Оу, похоже Ксандр рассчитывал пообедать в моей компании. Но не думаю, что сейчас это возможно.

— Не в этот раз, благодарю, — кивнула я и обогнув тележку поспешила покинуть приемную. И уже выходя услышала, усталый голос императора:

— К гхырлам этот обед… Не до него уже, — и дверь его кабинет громко хлопнула.

И почему мне на мгновение даже стало его жалко, хотя я все еще злилась? Впрочем, наша ссора не меняет моих намерений. Он же сам сказал, что это не приказ. А значит, я действую по своему усмотрению. Мне категорически нельзя затягивать это расследование. Потому что чем дальше, тем больше меня затягивает этот мир и окружение, а это уже опасный звонок. Работа всегда должна оставаться просто работой.

Вернувшись в покои я первым делом заглянула к Линарии.

— Вы знаете, как можно передать записку императрице?

— Да, — удивленно округлила глаза принцесса. — А что ты хочешь?

— Садитесь, ваше высочество. Сейчас будем с вами формировать просьбу, на назначение мне фрейлин.

О, да. Я не собиралась откладывать дело в дальний ящик. Кто знает этого тиранистого императора. Возьмет и правда издаст какой-то приказ, запрещающий мне самой назначать фрейлин. Лучше действовать на опережение.

— Кайлина, — оформив мою просьбу в должную витиеватость принцесса посмотрела на меня с сомнением, — а ты… обсудила этот момент с императором?

— Обсудила.

И это правда. А что компромисса мы по этому вопросу не нашли, это уже другое дело. Записка была отправлена императрице и буквально через полчаса мне пришел ответ — Ильяса полностью одобряет мой выбор и тут же сообщит леди о моем предложении. Теперь мне оставалось только ждать реакции императора. Я даже не сомневалась, что он довольно быстро узнает о моем самоуправстве. Вот только отозвать приглашение на должность уже не рискнет — слишком подозрительно это будет.

Совместного ужина я ожидала с боевым настроем — готовилась ко второму этапу битвы за право вывести наших заговорщиков на чистую воду. Вот только зашедший поздним вечером в столовую император выглядел явно усталым и не настроенным на очередное столкновение характеров.

— Что-то еще случилось? — настороженно уточнила я, каким-то чутьем ощущая, что его мрачность и усталость не связаны с моим самоуправством.

— Мы выяснили личность той фрейлины, что уронила герб на Кирана, — поделился Ксандр.

Я аж подпрыгнула на месте от нетерпения — неужели? Наконец-то зацепка?

— И⁈

— Сразу после возвращения с инспекции пансионата, она отправилась на прогулку в город и там попала под карету. Скончалась на месте.

Под мое ошеломленное молчание, император налил себе бокал вина и залпом опустошил.

— Сама упала под колеса? — сглотнув тихо уточнила я и тоже пригубила из бокала.

— Есть свидетели, что ее как будто случайно толкнул пробегавший мимо воришка, уходящий от преследования. Но никто его не поймали и в лицо его никто запомнил.

— Ясно…

Значит, от исполнительницы поспешили быстро избавится. Но все же… ее еще надо было чем-то взять. Не просто же так фрейлина императрицы не побоялась рискнуть своим местом и предать свою госпожу, да еще и ребенка попытаться убить?

— А почему она это сделала удалось узнать?

— Как выяснилось, муж леди Крайской пристрастился к азартным играм и проиграл практически все их состояние. Даже особняк был заложен. Но леди удавалось успешно скрывать это. Пару десятин назад она внезапно расплатилась со всеми долгами и даже по закладной на дом, — все так же безэмоционально поделился Ксандр.

Как всегда, все решают деньги. Даже моральные принципы можно за них купить.

— Расплатилась до начала отбора? — уточнила я.

Ксандр кивнул.

— Значит… заклинание тогда на беседке тоже активировала она?

— Этого мы не можем сказать. Само заклинание обрушения было завязано на чужой магии, а активатор мы не успели вовремя отследить, — вздохнув покачал он головой. — С герба же сразу сняли следы остаточной магии, а потом сравнили их с личными делами фрейлин.

— У вас есть отпечатки магии всех фрейлин? — удивилась я.

— Неофициальные, — чуть поморщился Ксандр. — Скажем так, леди не осведомлены об этом. В целях безопасности, конечно.

— Конечно.

И несмотря на все эти проверки, в ряды фрейлин все равно затесалась предательница. Причем не одна, если вспомнить еще маркизу.

— А что маркиза? — тут же решила уточнить.

— Пока сидит. Никаких попыток связаться с ней или вызвать на встречу не было.

— Похоже, службе безопасности предстоит непростое время — придется пересмотреть дела всех придворных дам, — вздохнула я и тут же замерла, вспомнив, что и сама решила записать двух сомнительных леди в эти ряды.

— Я уже озадачил их этим, — словно и не вспомнив о дневном разговоре, кивнул Ксандр. — За такой короткий срок вскрыли сразу двух неблагонадежных леди в близком окружении — что-то они там совсем расслабились, сосредоточившись на мне, — недовольно нахмурился мужчина. — Ильяса просто разбита — для нее сегодня непростой день выдался.

Императрицу, конечно, жалко, но императора было жальче — для него непростым выдался не один день, а уже много-много больше. И то что я добавила сложностей… не вызывало у меня гордости. Но это то, что нужно было сделать.

— Я отослала Нарине и Клаудии приглашения стать моими фрейлинами, — не стала я затягивать с признанием. Все же, учитывая случившееся сегодня, вполне возможно, что эта новость могла пройти и мимо него. И придерживать этот камень за пазухой, чтобы потом внезапно огорошить Ксандра, я как-то не хотела.

— Я знаю. Еще вечером леди вселились в выделенные им покои, — устало кивнул император и поднял на меня удивительно спокойный взгляд.

И к чему тогда был весь этот скандал днем? Или убийство фрейлины заставило его пересмотреть политику осторожности?

— Я назначил тебе третью фрейлину — леди Аманду Хравискую, — заявил он внезапно.

На мгновение я опешила, но быстро сообразила:

— Охрана?

— Леди обучалась в Нарвинии в специальном подразделении теней — скрытых охранников. У нее личный кровный контракт со мной на твою защиту. О нем не знает никто, кроме нас троих. Ни перекупить, ни шантажировать ее нельзя — нарушит контракт умрет, — просветили меня. — Куда бы ты не пошла, она должна будет быть с тобой. Я понимаю, что это может быть некомфортно, но это единственный вариант, при котором я соглашусь допустить к тебе Фрезийскую и Старвийскую.

— Я… понимаю, — чуть заторможено кивнула я.

Мда… дожила. Охрана для охраны. Кому в гильдии расскажи не поверят, еще и засмеют. С одной стороны, ситуация становится сложной — обученная охранница может заметить за мной некоторые… странности. С другой стороны — вполне логичный и правильный ход со стороны Ксандра. Решение, с которым я точно не могу поспорить. Эх, придется стать еще более аккуратной. Впрочем, император и так уже осведомлён о моих навыках, так что можно не столь опасаться раскрытия.

Ксандр мою глубокую задумчивость по поводу новой охраны кажется принял за недовольство.

— Леди не доставит проблем, — поспешил заверить он меня. — Ее готовили к работе в высшем свете, так что она обучена всему. Я немного с ней поговорил, в целом спокойная и разумная девушка. Думаю, вы сможете найти с ней общий язык.

Ох, ваше величество… знал бы ты насколько «общий» язык мы с ней можем найти. Боги, почему мне так смешно от этой ситуации? Столько лет я пыталась внушить своим глупеньким нанимательницами вести себя тихо, не нарываться на неприятности и не мешать мне работать, и вот сама оказалась на их месте.

— Я постараюсь, — все же ответила я ожидающему императору. — Но надеюсь в собственных покоях я могу рассчитывать на одиночество?

Ладно в стенах дворца мне уже не привыкать изображать из себя принцессу Линарию, но в покоях я бы предпочла общаться с настоящей принцессой нормально.

— Конечно, — немного удивленно посмотрел на меня мужчина. — Все же Аманда будет изображать твою фрейлину, а не личную прислугу. Да и покои хорошо защищены. Но если ты вдруг захочешь пригласить в личные комнаты новых подруг, не забудь включить и ее в этот список.

— Не захочу, — заверила его я. — Думаю, мы ограничимся встречами в общих комнатах.

Допускать опасных людей до личной территории это последнее дело. В любой момент могут подкинуть либо что-то опасное, либо что-то подслушивающее. Не надо нам таких проблем.

— Так и правда будет лучше, — серьезно кивнул Ксандр.

Меж нами повисла неудобная тишина. Но долго она не продержалась. Хоть в связи с особенностями профессии совесть я свою слушаю не часто, но тут почему-то она начала высказываться слишком громко. Наверное, припомнилось сколько раз я оказывалась на месте Ксандра, пытаясь призвать подопечных к порядку.

— Спасибо, что попытался и смог найти компромисс.

Не то чтобы меня особо радовало наличие дополнительной пары глаз, присматривающей за мной, но стоит взглянуть на это с позитивной стороны — эта же пара глаз будет присматривать и за нашими подозреваемыми, а вот это уже хорошо.

— Мне не нравится ругаться с тобой, Линария, — покачал головой мужчина. — И я привык, что мои решения не оспариваются и уж тем более не игнорируются, — достался мне укоризненный взгляд.

— А я не привыкла, чтобы мне приказывали и лишали возможности действовать по собственному усмотрению, — пожала я плечами в ответ. — Но работать вместе как-то надо. Так что в следующий раз, я бы была благодарна, если бы ты не отвергал сразу категорично мое предложение, даже не подумав. Ведь, как видишь, компромисс можно было найти.

— Хорошо. Но, справедливости ради, я бы попросил не игнорировать мои просьбы, а дать мне хоть немного времени обдумать проблему, чтобы найти устраивающее нас обоих решение.

— Договорились, — кивнула я.

Вот уж и правда, это задание будет самым сложным в моей карьере. Никогда мне еще не приходилось действовать в столь непривычной ситуации, да еще и столько спорить с объектом охраны. Даже с двумя.

— Но я все еще должен тебе извинения за то, что повысил голос. Это было недопустимо, — протянув руку через стол, Ксандр накрыл соей ладонью мою и обеспокоенно заглянул в глаза.

А я признаться опешила — не помнила толком в какой момент он повышал голос. Хотя, я в принципе привыкшая к окрикам в гильдии, так что ни на повышенные интонации, ни на приказы не особо обращала внимания.

— Ничего страшного. Я тоже была не слишком сдержана в словах, — кажется удивила я его своим ответом.

Упрек, что он намеренно затягивает расследование был именно ответным уколом — я прекрасно понимаю, что он не стал бы так делать.

— И все же я, как мужчина, извинюсь за это первым, — улыбнулся Ксандр. — Даже подготовил небольшой подарок, надеясь вымолить прощение.

В этот момент я почувствовала, что легкая улыбка так и норовит сползти с моего лица — подарков мне не хватало. Очень надеюсь, что это не окажется очередной эскиз какой-то короны. Если не уже готовый экземпляр. Нет, от такого подарка надо будет любыми средствами откреститься.

Пока я судорожно размышляла, как отказаться от пока еще неизвестной радости, при этом не выглядя слишком подозрительно, Ксандр уже поднялся со своего места и отошел куда-то в сторону тележки, на которой нам доставили ужин.

К моей радости и удивлению, вернулся оттуда он не с подарочной коробкой или шкатулкой с украшениями, а… с креманкой? Торжественно поставил хрустальную вазочку передо мной и вновь устроился, напротив.

Десерт выглядел… простенько? Для императорской кухни так точно. Как будто фруктовое пюре украшенное каким-то листиком. Пахло цитрусом, вот и все. Я подняла недоуменный взгляд на императора и наткнулась на весьма заинтересованный ответный.

— И что это?

— Десерт. Заказал специально для тебя. Тебе же не слишком нравится, то что подают обычно. И я подумал, что можно найти что-то другое, что порадует тебя, — улыбнулся мужчина.

Типичная мужская логика — накорми обиженную женщину сладким, и она подобреет. Впрочем, я благодарна уже за то, что это не дорогущее украшение или платье, или любая другая бесполезная вещь. Ксандр… просто захотел поднять мне настроение, и я признаться тронута тем, что он не стал следовать привычным для своего положения путем. Хотя все же сомневаюсь, что какая-то сладость действительно может меня порадовать.

— Попробуешь?

Куда же я денусь под этим пристальным ожидающим взглядом. Не подавиться бы только от этого внимания. Зачерпнула ложечкой желтоватой кашицы, отправила в рот и… чуть не зажмурилась от удовольствия. Вот рту растеклась освежающая прохлада, с легкой кислинкой, ни разу не приторная.

— Этот десерт тебе больше по вкусу? — с усмешкой уточнил мужчина.

— Да, — согласилась я и уже не стесняясь отправила в рот еще ложку. Почему-то даже показалось, что вкус мне знаком. Ощущение вот этого фруктового холода, растекающегося на языке, словно пробуждало какие-то теплые воспоминания, но понять, когда я могла распробовать что-то подобное, не получалось. Может, в тех тортах, что мы дегустировали с императрицей, было похожее? Но вряд ли эти воспоминания могли отозваться у меня теплотой…

— Я рад, что сумел угодить. До последнего не был уверен, стоило ли пробовать. Стыдно признаться, впервые в жизни получаю совет по ухаживанию за женщиной от жрицы Любви, — посмеялся сам с себя император, делая глоток вина. — Теряют навык.

— Что? — замерла я. — Что ты имеешь ввиду?

— Иркания заходила днем заверить кое-какие бумаги для храма. И весьма проницательно отметила мое настроение, — хмыкнул Ксандр. — Как жрица своей богини, она конечно посчитала, что проблема в наших отношениях — что не так уж далеко от правды. Она и посоветовала порадовать тебя чем-то простым, зато приятным и от души. И предложила этот десерт. Я признаться удивился выбору — это в общем-то довольно простое лакомство, распространенное среди горожан. Не дорогое, не сложное в приготовлении, да и не слишком сладкое, но Иркания заверила меня, что тебе понравится. Ну и кто я такой, чтобы спорить в вопросах взаимоотношений с целой жрицей. Рад, что не прогадал, решившись последовать совету.

Ксандр еще только заканчивал свое признание, а у меня уже выпала из рук это злосчастная ложечка. Я вспомнила…

Жаркое солнце, щебечущие девичьи голоса, шорох просторных белых одеяний — мы с ученицами собирали фрукты в прихрамовом саду. И сегодня делали это с особой радостью — одна из выпустившихся учениц, стала уважаемой жрицей и прислала в храм невиданный подарок — несколько кусков хрустального горного льда. В наших краях он был редкостью и особенно ценился, ведь именно из него можно было сделать самый лучший десерт, спасающий от удушающего зноя. А уж в храме, где единственным сладостями были свежие фрукты, возможность как-то разнообразить трапезу бесконечно радовала маленьких жриц. Делали его всегда вместе — младшие девочки собирали фрукты, те что немного постарше чистили их и тщательно разминали в кашицу, ну а самые старшие и наставницы занимались льдом — наколоть его и размолоть на мелкие кусочки было сложно и требовало немалой силы. Зато после, мы собирались в общей зале и наслаждались этой единственной доступной нам сладостью, мечтая, что когда-то и сами выйдем в большой мир и постараемся прислать обратно в храм еще что-нибудь из вкусного. Или хотя бы побольше того же льда, ведь нет ничего лучше этой разливающейся по телу освежающей прохлады в жаркий день…

Почему я это забыла? Как я могла просто все забыть?

— Линария? — словно что-то почувствовав, осторожно позвал меня Ксандр.

Я медленно отложила ложечку в сторону, не поднимая глаз.

— Прости, что-то у меня внезапно мигрень разыгралась. День выдался тяжелым, сам понимаешь. Я, пожалуй, пойду отдохну.

— Да… конечно, — раздалось немного растерянно в ответ.

Я поднялась и спешно шагнула к двери в свои покои, но на пороге застыл, поняв, что надо хоть немного объясниться.

— И да, спасибо, ты правда меня порадовал, — на мгновение обернулась я, слабо улыбнулась и поспешила закрыть за собой дверь. Чтобы почти тут же сползти по стене рядом на пол, делая глубокие вдохи.

В гостиной царил сумрак, из-под двери в комнату Линарии и Рании пробивался слабый свет, но я не спешила зажигать его в этой комнате. Не хочу, чтобы меня кто-то видел. Только не сейчас. Мне нужно немного времени, чтобы побыть с собой и осознать свой грех.

Почему я позволила себе забыть все связанное с храмом? Почему позволила смерти перечеркнуть те светлые воспоминания, что у меня были? Я забыла про ту заботу и тепло, что получала от наставниц и других учениц, забыла их улыбки и лица. Они погибли, потому я посчитала их слабыми и вычеркнула из своей памяти, чтобы не позволить быть слабой себе? Но разве я права?

Почему я никогда не считала слабой халиссу Уранию? Или ту же Линарию? Чем они лучше тех жриц, что погибли в храме? Они ведь тоже не смогли бы себя защитить во многих ситуация, с которыми справилась я, но это не делает меня лучше, а их хуже. Я все равно продолжаю их уважать, потому что они обе сильные характерами женщины. Женщины со своими сильными сторонами, но всего лишь не обученные искусству войны. А разве они обязательно должны быть воинами? Почему я отказала в уважении и памяти тем, кто растил и воспитывал меня несколько лет?

Какое я имею право обвинять в слабости их, когда это именно я практически сдалась в том колодце? Девушка, что столкнула меня туда… Только сейчас я вспомнила, что она несколько раз пела мне колыбельные успокаивая, когда я просыпалась ночью от кошмаров… Только сейчас задумалась, что она могла сама спрятаться там. Одна или со мной. Но она спасла меня и побежала обратно в храм, возможно надеясь помочь еще какой-то из девочек. И это она была слаба?

Я просто вычеркнула их из памяти. Я никогда не разговаривала с Кайрином о том происшествии. Ни разу не съездила посмотреть, что стало с храмом. Ни разу не спросила, пытался ли он разыскать тех, кто это устроил и не нашел ли следы девушек, которых увели за собой. Ведь далеко не всех убили на месте. Кто-то из них мог остаться в живых. Но я запретила себе думать об этом. Запретила вспоминать. В голове билась лишь мысль, что я должна стать сильнее. И вот я способна отбиться от разных опасностей, но стала ли я действительно сильнее, благодаря этому?

Раздавшийся рядом щелчок заставил меня нервно вздрогнуть и едва не подскочить со своего места, но я почти сразу поняла, кто это и поспешила спрятать лицо в ладони — проклятье и когда я вообще умудрилась расплакаться? И это я себя-то считала сильной?

Мужчина прикрыл за собой дверь и, тоже не став включать свет, просто опустился на пол рядом со мной.

— Все же… не следовало слушать жрицу, — тихо вздохнул Ксандр, и пододвинулся еще чуть ближе, подставляя плечо. — От служителей богов вообще не стоит ждать ничего хорошего.

— Она здесь не причем, — проскрипела я. — Мне стоит ее поблагодарить. Она напомнила о том, о чем я предпочла забыть.

— Возможно это было к лучшему?

— Нет, не было.

Отказ от той боли не сделал меня сильнее. То, что я спряталась от случившегося не сделало меня лучше. Я все та же маленькая девочка, застрявшая в том темном колодце из страхов, только почему-то решила, что мокрые каменные стены — это не моя могила, а убежище. Пока я в этом колодце, никто не сможет мне навредить. Но пока я в этом колодце, я не могу никуда из него деться. Я так жаждала искупить свой долг перед покровителем, но не задумывалась, а что дальше? Что собственно говоря для меня изменится? Я все так же продолжу барахтаться в этой холодной воде, потому что это удобно, потому что это привычно, потому что несмотря на всю мою подготовку, в душе я осталась слабой. Я не готова вцепится в протянутую веревку и выбраться наружу…

Когда на плечи опустилась теплая рука, я не отстранилась. Когда она притянула меня, заставляя устроить голову на чужой двигающейся в такт дыханию груди, я тоже не сопротивлялась. Казалось, что его тепло, почему-то отгоняет холод той ледяной воды в моей душе.

— Хочешь, я сниму Ирканию с должности верховной жрицы? — прозвучало неожиданное над головой.

От удивления я чуть ли не хрюкнула, все еще пытаясь справится со слезами, от которых столь отвыкла.

— Почему?

— За то, что она расстроила свою императрицу.

— У тебя нет таких полномочий, — фыркнула я. — Это во власти лишь самой богини. Пойдешь на конфликт покровительницей целой Грани?

— Попробовать стоит…

— Не надо. Это… был нужный мне удар.

Наверное, мне напомнили, что если богиня простила и забыла мое предательство, то и мне пора сделать тоже самое. Пора повзрослеть и двинуться дальше от той трагедии. Осознать правду, о том, кто виноват в произошедшем.

А виноваты вовсе не жрицы, не сумевшие дать отпор грубой силе, и даже не богиня, что не обеспечила им защиту. Мне ли не знать, что боги крайне редко вмешиваются в людскую жизнь напрямую, для этого у них есть свои ставленники среди людей. Но на грани бога Войны, у богини Любви почти нет власти. Так кто же тогда виновен?

Как и всегда — люди. Правители сразу нескольких стран, которых храм обеспечивал жрицами и столь редкой возможностью заполучить настоящее благословление от богини Любви, на грани принадлежащей другому богу. Запросы на жриц приходили в храм постоянно и от правителей, и от аристократов, но никто из них никогда не подумал озаботиться безопасностью тех, кого они так жаждали заполучить. А жрицы… жрицы были слишком горды, чтобы что-то просить. Последовательницы богини Любви принимали лишь дары сделанные от всего сердца, и потому жили мы весьма скромно. А окружающих это устраивало…

И что-то мне подсказывает, что после разрушения храма, ни один брак не получил больше благословления богини. Пусть я не знаю этого точно, но практически уверена, что права. Богиня не простила тех, кто не смог защитить ее дар этому чужому миру. Но простила ту, что из страха отвернулась от нее.

Пусть я не смогу исправить случившегося, но все же… на кое-что, что нужно было сделать давно, я способна. Вернувшись в родной мир, я расспрошу Кайрина, что он помнит и знает про ту трагедию. Не думаю, что, вытащив меня, он успокоился и все забыл — наверняка пытался и сам разузнать, что там произошло и остались ли выжившие. Я съежу в храм и посмотрю, что с ним или что от него осталось. Если каким-то чудом он еще работает, я приложу все силы, чтобы той трагедии не повторилось. Я обязательно попытаюсь разыскать тех, кто мог выжить в той бойне. Кто-то же должен был спастись! Пусть участь уведенных в плен была едва ли не хуже смерти, но вдруг… я смогу сейчас им чем-то помочь? Разве не ради этого я так усердно тренировалась и пыталась стать сильнее? Чтобы иметь возможность спасти хоть кого-то.

Я должна вернуться туда и пережить ту трагедию вновь. И только тогда, я найду в себе силы двигаться дальше.