Воздух на Перепутье был по-прежнему холоден. Стоило только выдохнуть, как дыхание тут же оседало на лице ледяным порывом, а если вытащить из-под одежды голые руки, пальцы на них тут же коченели от холода. Словно нарушая местные порядки, откуда-то исходила не просто теплая, но даже обжигающая энергия.

Хасон поднял руку в том направлении, откуда исходил этот необычный порыв, и нащупал нужную точку в пространстве. Лис пару раз провел рукой в воздухе, будто протирая зеркало, и перед ним возникла та же черная дыра, что и пару дней назад. Он открыл проход. Вскоре в нем показались очертания двух силуэтов: мужского и женского.

Пара без промедления шагнула из прохода, одновременно с этим взглядом приветствуя всех встречающих.

– Хорошо ли прошел ваш отпуск? – В голосе Сонхона, склонившегося в приветственном поклоне, послышалась скрытая агрессия.

Советник зло таращил на них глаза, крепко стиснув зубы. Сонхон был очень зол на Чжиху, сумевшего обвести его вокруг пальца.

Кого-то это могло бы смутить, но Чжиху не обратил на это абсолютно никакого внимания и спокойно ответил Сонхону:

– Ты сделал все, что я тебе приказывал?

В одно мгновение Сонхон стал взбешен настолько, что чуть было не закричал во весь голос. Царь вдоволь наотдыхался, а как только вернулся, тут же начал придираться к нему по поводу работы. Если бы он только не был его начальником, Сонхон придушил бы его на месте. Еле усмирив свой гнев, советник глубоко вздохнул и ответил:

– Будьте уверены, я не упустил ни малейшей детали.

– Это мы еще проверим, – необычно резким тоном произнес Чжиху.

Царь и обычно-то был не особо ласков в своих выражениях, но настолько бессердечен не был еще никогда. Странность в поведении царя отметил не только Сонхон, но и другие. Все присутствующие лишь безмолвно переглянулись между собой.

Теперь, когда они обратили на это внимание, стало заметно, что и с Шихён царь тоже вел себя как-то странно. В калейдоскопе они вели себя словно попугаи-неразлучники, но сейчас в том, как они шли, слегка поодаль друг от друга, читалась неловкость.

– Они что, поссорились? – тихо пробормотал Кёнхван на ухо Сонхону.

В ответ на его вопрос советник лишь предостерег коллегу, чтобы тот не был настолько бестактным. Все присутствующие не могли никак понять: еще только вчера эти двое буквально жить не могли друг без друга, так что же вдруг произошло? Никто не мог задать этот вопрос вслух, поэтому они лишь молча кидали друг другу многозначительные взгляды.

Кроме того, по выражению лица Шихён казалось, что она еще более задумчива, чем когда-либо до этого. Девушка стала значительно молчаливее. Даже на радостное приветствие Хасона она лишь махнула рукой.

– Каково это – впервые за долгое время выйти в мир живых и почувствовать, как ветер ласкает ваше лицо? – внезапно задал вопрос лис.

Будто даже пропустив саму суть вопроса мимо ушей, Шихён невнятно пробормотала:

– Неплохо. Нормально.

– Что там нынче в моде? Когда я в последний раз спускался в мир живых…

Хасон продолжил без остановки болтать о всяких пустяках, словно встретил своего давнего друга, только что вернувшегося из путешествия. Однако Шихён совершенно никак на это не отреагировала. Все ее внимание целиком и полностью было сосредоточено на Чжиху: взгляд девушки не отрывался от мужчины.

Все наблюдавшие за этой сценой про себя решили, что Чжиху и Шихён все же поссорились.

– Слышал, вы даже встречались с Шим Воллён? Вчера она связалась со мной и болтала о том, что ей довелось лицезреть ваше величество.

Хасон все не сдавался и на этот раз обратился уже к Чжиху. Когда в ответ на фразу лиса царь слегка кивнул, Вольчжин, которая до этого была предельно спокойна, вздрогнула. Она слегка откашлялась и присоединилась к разговору, произнеся хриплым голосом:

– А зачем вы встречались с этой женщиной?

– Нужно было у нее кое-что приобрести. Ах, кстати, чуть не забыл. Сонхон, через несколько дней тебе нужно будет отправиться в мир живых. У меня есть долг перед Шим Воллён.

– Прошу прощения? Долг? – озадаченно спросил Сонхон.

– Ничего серьезного. Просто я купил у нее пару вещей. Тебе нужно будет пойти и рассчитаться с ней.

– Это, конечно, несложно, но…

Как и сказал Сонхон, это была совершенно несложная задача, но почему-то он не мог отделаться от чувства, что что-то здесь не так. Своей интонацией Чжиху заранее дал понять, чтобы ему не задавали никаких вопросов по этому поводу. Поэтому у Сонхона немедленно заиграло любопытство, что же такого он у нее купил. И естественно, советник чувствовал, что если задаст царю этот вопрос, то тут же получит по голове. В конце концов Сонхон сдался и покорно кивнул.

– Идемте.

Все присутствующие, застывшие на своих местах в нерешимости, услышав приказ Чжиху, тут же последовали за ним. Казалось, единственный способ наконец покончить с этой неловкостью заключался в том, чтобы доехать до дворца Ямы и разойтись по своим делам. Все двинулись к выходу с Перепутья.

– Это ваша первая совместная поездка после свадьбы, так что ее вполне можно даже назвать медовым месяцем. Ну так что, как тебе… медовый месяц? А, госпожа?

Какое-то время все шли в тишине, но Кёнхван не смог удержаться и задал Шихён вопрос с мерзкой интонацией в голосе. Более того, вежливое слово «госпожа», в котором чувствовался скрытый сарказм, еще сильнее разозлило Шихён, которая и без того была не в настроении.

Девушка не стала скрывать свои чувства. Нахмурившись, она без каких-либо внутренних терзаний вывалила на него все то, что уже давно копилось у нее на душе:

– Начальник Кёнхван, определись, как ты собираешься обращаться ко мне. Если вежливо, значит, общайся со мной на «вы», а если хочешь быть неформальным – на «ты». Хватит уже переключаться с одного стиля на другой.

По какой-то причине ее привычное, слегка смущенное обращение по имени к этому человеку теперь сменилось на более строгое и официальное – «начальник Кёнхван». Девушка бросила на него сердитый взгляд, полный недовольства, а затем обогнала его настолько, чтобы избежать дальнейшего разговора с ним.

Как обычно, Кёнхван отпустил свой шутливый комментарий, а в ответ получил серьезный нагоняй. Хотя своими словами он даже не пытался как-то ее обидеть. С примесью недоумения и досады он лишь цокнул языком.

– Да что с ними обоими такое? – громко выразил он свое негодование, будто хотел, чтобы все его услышали. – Они же вдоволь навеселились, чего тогда ядом плюются?

Кёнхван вновь начал бурчать, совершенно не следя за тактом. Сразу же после этих слов Сонхон сильно ударил его по спине:

– А ну заткнись и топай уже быстрее.

– В самом деле, начальник. Ведите себя немного… потише. – Вольчжин подалась вперед, чтобы его остановить.

Заметив, что даже его подчиненная сделала ему замечание, Кёнхван дернул плечами от досады. Он перевел взгляд на Хасона, который был весел без особой на то причины, и на его лице отразилась обида. Лис недовольно щелкнул языком и покачал головой, показывая свое отношение к поведению проводника.

– И чего это вы все только ко мне и придираетесь?

– Мы к тебе не придираемся. Это ты ведешь себя слишком неразумно, вот и получаешь по заслугам. – Хасон похлопал Кёнхвана по плечу, словно в попытке утешить.

После такого странного утешения он не то что не успокоился, его настроение испортилось только сильнее.

В тот момент, когда Кёнхван собирался было высказать Хасону все, что о нем думает, лицо лиса резко окрасилось в мертвенно-бледный цвет.

Тут же почувствовав опасность, Кёнхван повернул голову и увидел, как откуда-то издалека пролетает мимо острый кинжал, задевая ногу Шихён.

Вместе с острой болью из раны хлынула кровь. Шихён была так удивлена, что не смогла удержаться на ногах и бессильно рухнула на землю. Девушка оглянулась по сторонам, не в силах осознать ситуацию. Пока она осматривалась, в нее прилетел следующий клинок и, ударив вторую ногу, вонзился в землю рядом с девушкой.

К счастью, порезы были не настолько глубокими, чтобы лишить ее возможности двигаться, но, когда Шихён своими глазами увидела, как на нее летят десятки других кинжалов, она не смогла пошевелить даже пальцем. С широко раскрытыми глазами девушка смотрела на дождь из клинков, стремящихся в ее сторону, не имея возможности даже подумать о том, чтобы как-то от них уклониться.

Лезвия летели на нее, холодными синими вспышками разрезая воздух. Когда они уже оказались практически перед носом девушки, она неосознанно крепко зажмурила веки. У Шихён не было времени даже на одну короткую мысль. Она столкнулась с этой нереальной ситуацией с абсолютно пустой головой. Однако, в отличие от предыдущих разов, не было ни боли, ни каких-либо других ощущений соприкосновения с кинжалами. Девушка приоткрыла глаза.

Перед ее взором предстала совершенно другая картина. Шихён от удивления могла только беззвучно открывать рот. Если бы она сама не стала свидетелем этой ситуации, то ни за что бы не поверила, что такое возможно.

Первым, что она увидела, была спина Чжиху, загораживающая девушку. Клинки, которые летели на Шихён, застыли прямо в воздухе, словно ненастоящие. Вся эта сцена была настолько нереалистичной, что девушка замерла, уставившись на происходящее, словно это была картина, нарисованная на холсте.

Не только Шихён, но и остальные присутствующие не могли прийти в себя от такого неожиданного происшествия. Чжиху выглядел настолько взволнованным, что внезапно яростно прокричал:

– Кто посмел?!

Голос Чжиху заставил помутненное сознание Шихён проясниться. Девушка резко подняла голову и увидела, как направленные в ее сторону клинки один за другим начали опадать на землю, словно осенние листья.

Чжиху действительно впечатлял: он смог остановить целый арсенал всего лишь одним взглядом. Шихён запоздало поняла, что это и есть та самая сила, то могущество, о котором он уже несколько раз упоминал.

Дзынь-лязг!

Некоторое время у всех присутствующих в ушах звенели звуки падения клинков на землю. Резкий металлический звук, наполнявший окружение, создавал напряжение. Только после того, как все клинки были обезврежены, Сонхон наконец смог прийти в себя.

Советник поспешил к царской чете, чтобы убедиться в том, что с ними все в порядке, и помочь подняться распластавшейся на земле Шихён:

– Вы в поря…

В тот момент, когда он протянул руку, тело Шихён взмыло в воздух. Едва девушка успела взглядом выразить свое удивление, как она тут же начала падать на землю. У нее не было возможности даже вскрикнуть. Чтобы хоть немного защитить свое тело от падения, Шихён обняла себя обеими руками за плечи.

Все это произошло в одно мгновение. К счастью, Чжиху сохранил хладнокровие и сразу же двинулся в сторону падающей Шихён. Мужчина оказался быстрее, чем скорость падения девушки, и, вытянув руку, подхватил ее и притянул к своей груди, чтобы она не пострадала.

Им пришлось несколько раз прокатиться по земле в обнимку, прежде чем они полностью остановились. Как только все вокруг стихло, Чжиху в первую очередь проверил состояние Шихён:

– Ты в порядке?

Когда Шихён вновь открыла глаза, перед ее взором так же предстал Чжиху. Он был весь в грязи, но в первую очередь беспокоился о Шихён, не обращая на себя никакого внимания. Взглянув ему в глаза, девушка почувствовала, как на нее нахлынули все эмоции разом. Ее сердце, бешено бившееся от удивления и испуга, наконец начало успокаиваться. Расслабившись, она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

Шихён сморгнула слезы, с трудом подавила эмоции и взяла себя в руки, понимая, что не может показать слабость в ситуации, когда и так уже заставила окружающих так сильно о ней беспокоиться.

Усмирив свои чувства, Шихён начала разглядывать Чжиху. Неизвестно откуда взявшаяся небольшая царапина отчетливо вырисовывалась прямо рядом с красивым глазом мужчины. Несмотря на то что травма была незначительная, Шихён почувствовала, как ей жаль, ведь он пострадал именно из-за нее.

– Чжиху, ты сам-то в порядке? У тебя кровь, – спросила она, указывая на рану на его лице.

Чжиху вытер ладонью вытекшие капли крови, будто для него в этом не было ничего серьезного.

– У тебя кровотечение гораздо сильнее моего. – Он не отрывал взгляда от ноги Шихён, все сильнее окрашивавшейся в кроваво-красный цвет.

Порез был тонким, но довольно длинным, поэтому и кровотечение оказалось сильнее, чем можно было представить. Чжиху с досадой смотрел на ее рану. Он без остановки винил себя в том, что не был хоть чуточку быстрее и не смог вовремя заметить опасность, чтобы начать действовать раньше.

После того как все улеглось, оставшиеся члены группы бросились к Шихён и Чжиху. Они окружили собой царскую чету, готовясь к возможному второму нападению летящих кинжалов. Кёнхван огляделся со своей оборонительной позиции и настойчиво спросил у Чжиху:

– Что тут, черт возьми, происходит?

– Мне-то откуда знать? Мы только что вернулись из мира живых. Это вы все время были тут, неужели не заметили никаких предпосылок для этой ситуации? – леденящим душу голосом упрекнул присутствующих Чжиху.

– Мне кажется, выяснить, кто прав, а кто виноват, лучше будет во дворце Ямы. Сейчас в первую очередь нам нужно уйти отсюда, – произнес Сонхон, поклонившись Чжиху и запоздало извинившись за свою грубость.

В ответ на слова советника Чжиху лишь глубоко вздохнул. Будь его воля, он бы прямо сейчас обрушил на голову Кёнхвана и Сонхона все имеющиеся в его арсенале оскорбления, и то этого было бы недостаточно. Однако, увидев, насколько сильно была напугана Шихён, он заставил себя промолчать. Царь пока что решил оставить все как есть, но пригрозил им быть готовыми предстать перед ним в аудиенц-зале чуть позже.

Чжиху вновь перевел взгляд на Шихён. Из ее ноги по-прежнему хлестала кровь. С каждой минутой он беспокоился за нее все сильнее. Подхватив девушку под шею и колени, он без колебаний поднялся с ней на руках. Быстрым шагом он первым направился дальше, громко крикнув при этом Сонхону:

– Карета готова?

– Да, конечно. Мы оставили ее у входа на Перепутье, – без колебаний ответил Сонхон.

Пока все вокруг действовали с бешеной скоростью, Шихён чувствовала себя отрезанной от этой суеты в объятиях Чжиху. Все, что ей нужно было знать, что он держал ее, остальное даже не достигало ее слуха. Шихён была в полуобморочном состоянии, поэтому едва могла просто держать глаза открытыми.

В этот момент в ее затуманенном поле зрения мелькнула незнакомая тень. Силуэт, явно принадлежавший человеку, на корточках сидел на высоком дереве и спокойно наблюдал за разворачивавшейся ситуацией. Он находился слишком далеко, чтобы разглядеть его лицо, но по телосложению больше походил на мужчину.

Таинственный мужчина, казалось, смотрел на Шихён в ответ. Он поднял руку и помахал ей, словно здороваясь. Одновременно с этим в другой его руке сверкнула яркая вспышка. К расширившимся от удивления зрачкам Шихён начал приближаться еще один кинжал. Острие лезвия приближалось, с характерным звуком рассекая воздух. У Шихён не было времени взвешивать все за и против. Она инстинктивно обхватила голову Чжиху своей рукой. В этот же момент боль, по силе совершенно несравнимая с предыдущей, пронзила тыльную сторону ее ладони.

– Агх! – На лице Шихён отразилась испытываемая ею боль.

С другой стороны, она была спокойна: к счастью, клинок пронзил лишь ее руку, а не голову Чжиху.

Девушка быстро окинула взглядом дерево, пытаясь отыскать преступника. Его тени больше не было видно. Он бесследно исчез. Накопившееся в ней напряжение исчезло в одно мгновение. Взгляд Шихён вновь обратился к Чжиху, в его глазах читался страх, еще бо́льший, чем когда-либо до этого.

Когда напряжение исчезло, ее тело полностью расслабилось. Пропали силы даже на то, чтобы пошевелить хотя бы пальцем. Понемногу у девушки начала кружиться голова. Сквозь помутненное сознание до ушей Шихён донеслось бормотание, не было понятно, сон это или все же реальность.

Последним, что она услышала, был голос Чжиху, который впервые назвал ее по имени. После этого у девушки тут же потемнело в глазах.

– Шихён! – Его крик был резок.

Забавно, но среди всей этой суеты она отметила, как непривычно выглядел Чжиху, зовущий ее по имени. Девушка сама так подумала, а затем сама же и посчитала это абсурдным и ухмыльнулась. Не в силах больше терпеть боль, она закрыла глаза и потеряла сознание.