Когда пронизывающий порыв ветра пролетел мимо него, едва задев щеку, Покчо рефлекторно оглянулся. Заметив присутствие уже знакомого ему существа, он улыбнулся.

– Вы пришли, – спокойно произнес он.

Обыкновенное вежливое приветствие. Однако в этой ситуации было кое-что необычное: его собеседником был не человек, а ворон.

Покчо подошел чуть ближе к птице, расположившейся на оконной раме, и, внезапно усмехнувшись, протянул к ней руку. На удивление, ворон понял смысл этого жеста и пересел на руку к Покчо.

– В настоящее время трон пустует. Сонхон охраняет его, но вы же знаете, он там всего лишь для виду, словно пугало. Кроме того, повелитель царства Ямы мало того что влюбился в человеческую женщину, он еще и вернется с ней только завтра после захода солнца. Что вы думаете? Мне кажется, сейчас самое подходящее время, – проговорил Покчо убедительным тоном, обращаясь к ворону.

Как ни странно, но, выслушав речь старика, ворон раскрыл клюв и ответил:

– У нас с тобой может быть разное понимание того, для чего настало подходящее время. Что ты имеешь в виду? Подходящее время для чего? – Даже ворон ни во что не ставил Покчо, обращаясь к нему на «ты».

Если бы подобная ситуация произошла в мире живых, там бы все перевернулось с ног на голову, но в царстве Ямы это было в порядке вещей.

В мире, где даже лисы спокойно жили, приняв человеческий облик, говорящий ворон не был чем-то уж больно особенным.

В ответ даже на такой странный вопрос ворона Покчо спокойно и без малейших колебаний сказал:

– Для того, чтобы вы взошли на престол.

Страшно было даже подумать о том, что было бы, если бы его кто-то услышал. Одной своей фразой старик полностью изменил царящую вокруг безмятежную атмосферу. В ответ на его слова ворон высказал свои мысли, от которых кровь стыла в жилах.

– Ты прав. Лучшего шанса, чем отсутствие царя на престоле, у нас не будет. Однако нынешний повелитель царства Ямы – это тот самый великий До Чжиху. Думаешь, в самом деле все будет так просто?

– Не узнаем, пока не попробуем. Кроме того, конечно, хотя ходит много слухов о том, каким могуществом он обладает и насколько невероятны его силы, но это всего лишь слухи. Никто ни разу не видел его в действии. Эта молва может быть просто уловкой Сонхона или того проводника душ, придуманной для того, чтобы подтвердить легитимность царя на престол.

– Покчо, давай не будем так торопиться. Сколько времени мы с тобой уже терпим? Разве не можем мы подождать еще несколько месяцев?

– Но в таком случае… – На лице Покчо ярко проступило разочарование, и он не смог закончить своей фразы.

Старик попытался было еще что-то сказать, но быстро прикрыл рот, решив, что это будет бесполезно.

– Вместо этого нам необходимо объявить войну. – Ворон внезапно потерял всю свою умиротворенность.

Было абсолютно непонятно, что вообще заставило Покчо подчиняться приказам этой птицы. Но одно было ясно: их связь была совершенно необычной.

– Как ты и сказал, люди лишь много болтают о том, как силен нынешний повелитель царства Ямы, но на самом деле никто не знает, каковы его возможности. Нам нужно как следует оценить его способности. Ну если повезет и он просто умрет, нам это будет только на руку.

– Что же вы собираетесь делать?

– Что делать?.. – После этой короткой фразы ворон погладил клюв своим крылом, а затем поднял на Покчо пронизывающий взгляд своих глаз, так сильно похожих на человеческие. – Ты сказал, завтра они возвращаются из мира живых, верно?

– Доверенное лицо передало мне такую информацию.

– Судьба нам благоволит. Он так помешался на какой-то человеческой женщине с миловидным личиком. Такими темпами он сам приведет себя на берег реки Самдо[23].

Ненадолго прервав свою речь, ворон погрузился в раздумья. Вскоре он продолжил, обращаясь к Покчо, по-прежнему ожидавшему от него ответа:

– На этот раз я буду действовать лично. Хочу посмотреть, что он на самом деле из себя представляет. – Затем, будто между прочим, ворон добавил: – Они уже здесь.

– Прошу прощения? – Покчо озадаченно наклонил голову набок, услышав столь неожиданные слова.

– У нас нет времени, поэтому скажу кратко. Доложи мне о том, где примерно появится повелитель царства Ямы. Остальное я беру на себя. На этом все.

Не став слушать ответа Покчо, ворон тут же расправил крылья и улетел. Не желая расставаться с птицей, старик вытянул руку в окно, будто пытаясь схватить ее на лету. Сразу же после этого он услышал, как кто-то позвал его из-за спины.

Покчо тут же убрал руку и повернулся, приняв невозмутимый вид.

– Что ты тут делаешь?

На пороге стояли Сонхон, Кёнхван и Вольчжин. Кёнхван решил опустить приветствия и перейти сразу к делу, задав старику вопрос.

– В комнате стало слишком душно. Пришлось проветрить помещение, – равнодушно произнес Покчо, закрывая окно.

Поскольку для него подобные случаи были не впервой, старик и бровью не повел при появлении столь неожиданных гостей.

– Мы слышали здесь чей-то голос, помимо твоего. У тебя кто-то был?

– Нет. Все это время я был здесь один. Похоже, вы перепутали с голосами из какой-то другой комнаты.

– Вот как? – Кёнхван прищурился и добавил: – Нет, голоса определенно доносились отсюда.

По нему не скажешь, но слух у Кёнхвана был очень хорошим.

– Хватит молоть чепуху, – внезапно вклинился в их разговор Сонхон, будто намереваясь перевести все в несерьезное русло. – Возможно, ты уже слышал эту новость, но мы пришли сказать, что его и ее величества планируют вернуться только завтра вечером. Несмотря на то что царская чета была в отпуске, они все равно будут уставшие от путешествия. Так что приготовь заранее еду, постель, ну и в целом все, чтобы они смогли как следует отдохнуть.

Сонхон строгим голосом дал Покчо указания, не подвергающиеся сомнению. Покчо незаметно бросил на него изучающий взгляд, а затем кивнул в знак того, что все понял. Больше им обсуждать было нечего, поэтому старик тут же развернулся и пошел прочь, чтобы поскорее скрыться от этой компании.

– Куда это ты? – бросил Кёнхван в удаляющуюся спину Покчо. Он подошел к старику и, положив руку ему на плечо, внезапно сказал: – Мы еще не закончили, куда ты собрался?

– Ох, у меня так много забот… – выдавил из себя Покчо вместе с улыбкой.

По какой-то причине именно сегодня Кёнхван был слишком проницательным и просто чрезвычайно невыносимым.

Покчо хотелось как можно скорее сбежать от этой неудобной ситуации. Его голова была полностью занята мыслями о том, каким образом ему можно обмануть Кёнхвана, чтобы отделаться от него.

– Ты, случайно, не слышал, не ходили ли здесь какие-то странные слухи в последнее время? – Своим неожиданным вопросом Кёнхван только еще больше загнал Покчо в затруднительное положение.

– О чем вы говорите, начальник Кёнхван?

– Ты же полностью ответственен за то, что происходит в каждом уголке нашего дворца. Через тебя проходит больше информации, чем через кого-либо. Ты общаешься с огромным количеством людей. Поэтому я тебя и спрашиваю: не слышал ли ты каких-то странных разговоров?

Кёнхван будто собирался устроить старику допрос с пристрастием. Покчо встревожило то, что человек, который обычно не проявлял к нему никакого интереса, внезапно стал вести себя так, будто что-то заподозрил, поэтому старик стал еще осторожнее в своих словах:

– Не слышал.

– Ну перестань. Я все слышал.

В мгновение сердце Покчо сделало громкий удар и тут же упало в пятки. Его аккуратно сложенные руки начали слегка подрагивать, а глаз – дергаться.

Была бы его воля, он бы тут же вытворил с Кёнхваном то же самое, что сделал с Чжу Акдоном. Но для этого рядом было слишком много лишних глаз. Компания Кёнхвана превосходила Покчо по количеству, так что он изо всех сил старался подавить в себе нарастающее желание совершить убийство. Для начала ему нужно было как можно сильнее скрыть свои истинные намерения и сохранить невозмутимость в голосе. Старик напряженно поднял голову, всем своим видом стараясь показать, что не понимает, о чем говорит Кёнхван, и вообще, что он слышит подобное первый раз в жизни.

– Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите, начальник Кёнхван.

– Ты правда не понимаешь?

– Да о чем же вы? И почему с некоторых пор вы так себя со мной ведете? – решительно спросил Покчо.

Остальные присутствующие не могли увидеть в этой сцене ничего кроме того, что Кёнхван, несомненно, цепляется к ни в чем не повинному Покчо.

Безмолвно наблюдавший за этой ситуацией Сонхон подумал, что так больше продолжаться не может и, протянув руку, остановил Кёнхвана:

– Хватит. Зачем ты задерживаешь и так занятого человека?

– Советник Сонхон прав, начальник, – даже Вольчжин, тихо стоявшая в стороне, решила вставить свое слово.

Кёнхван, который и ухом не повел, когда к нему обратился Сонхон, услышав голос Вольчжин, тут же обернулся и, вместо того чтобы последовать их уговорам, с досадой выпалил все, что было у него на уме:

– Ты же сама мне говорила, что прошло уже много времени с тех пор, как Чжу Акдон перестал появляться в поле зрения. Кто мне говорил о том, что беспокоится, ведь от него нет никаких вестей? Не ты ли? И ты еще и недовольна тем, что я пытаюсь об этом разузнать? Менеджерам адского пламени тоже приходится нелегко, ведь исчез их начальник. Как ни посмотри, а этот парень сейчас очень нужен! Нужно поскорее его найти. Если и можно где-то об этом разузнать, то начинать нужно с дворца. Поэтому логично было бы расспросить об этом Покчо, ведь до него все слухи доходят быстрее, чем до кого-либо, верно?

Крепко стиснув зубы, Кёнхван предупредил Вольчжин, чтобы она не высовывалась, стараясь говорить более шутливым тоном.

Покчо не мог не удивиться словам Кёнхвана. Старик, конечно, ожидал, что слухи об исчезновении Акдона быстро достигнут чужих ушей, но не думал, что это произойдет так быстро. Кроме того, его еще больше удивило, что эту тему поднимет именно Кёнхван. Начальник проводников душ не имел совершенно никакого отношения к нему, поэтому Покчо даже представить не мог, что услышит от Кёнхвана подобное.

Внутри Покчо все кипело, будто там шла яростная схватка, но даже несмотря на это, внешне он не подал виду и лишь спокойно произнес:

– Чжу Акдон исчез? Я впервые об этом слышу. Это очень странно, ведь этот благородный человек явно не из тех людей, кто мог бы так безответственно оставить свою работу.

– На днях мне необходимо было встретиться с ним и о многом расспросить. И, на удивление, он так вовремя исчез.

Голос Кёнхвана сочился сомнениями. Поглаживая свой подбородок, он совершенно не скрывал того, как же много проблем доставляло ему исчезновение Акдона. Стремясь перевести разговор в другое русло, Покчо намеренно затронул тему, практически не касающуюся дела:

– Судя по всему, в Отделе проводников душ теперь занимаются и детективными расследованиями.

– Так ведь последние дни у нас полный застой. Работы совершенно нет, вот я и хожу тут, собираю различные слухи.

В мгновение ока Кёнхван изменил свое отношение и начал оправдываться. Он положил свою руку Покчо на плечо и дружелюбно произнес:

– Так что я не отлыниваю от работы. Ее просто нет. – Он вернулся к своему туповатому и шутливому образу. – Поэтому не нужно никому говорить, что я слоняюсь без дела, забыв о работе.

В своей последней фразе Кёнхван изо всех сил постарался как можно тщательнее скрыть угрозу. Затем он, широко улыбнувшись, поднял большой палец вверх:

– Понял?

– Вы разве что-то сказали?

– А ты всегда мне очень нравился, Покчо.

Кёнхван подтолкнул его в спину, как бы намекая на то, чтобы Покчо уже быстрее шел по своим делам, будто это не он пару минут назад крепко вцепился в старика, не давая тому двинуться с места. Однако вся эта ситуация вызывала в Покчо сильное беспокойство, поэтому он не смог так просто уйти.

Старика все еще беспокоило странное и абсолютно непредсказуемое поведение Кёнхвана. И все же сейчас он не мог сказать чего-то определенного. Покчо решил думать о том, что все сложилось довольно неплохо: ему удалось перевернуть диалог в выгодную для себя позицию и без каких-либо подозрений удалиться.

Недолго поколебавшись, он взглядом попрощался с Сонхоном и Вольчжин и поспешил покинуть помещение.

– Что с тобой? С чего это ты так пристал к Покчо? – нахмурившись, спросил Сонхон, как только старик скрылся из виду.

Среди всех подданных царства Ямы в коварстве и интригах Кёнхван уступал разве что только Хасону, но именно сегодня его поведение было чересчур уж подозрительным, поэтому Сонхон гораздо пристальнее, чем обычно, следил за его поведением.

– Да я же не со злости… – Кёнхван попытался уйти от ответа, пробормотав что-то себе под нос.

– Ты в курсе, что ведешь себя сегодня как-то странно?

– Аргх, достали! Я просто ненавязчиво полюбопытствовал, а вы оба теперь смотрите на меня так, будто я сделал что-то плохое.

Вполне себе взрослый мужчина, возраст которого был настолько внушителен, что в мире живых он вполне мог бы сойти за чьего-то дальнего предка, обиделся, когда ему сказали пару безобидных слов. С недовольным выражением лица Кёнхван со всей силы пнул ковер, расстеленный на полу. Пока он выплескивал свою злобу в месте, совершенно не подобающем для этого, во взгляде Сонхона все больше проявлялось подозрение.

– И что в твоем поведении вообще можно назвать ненавязчивым любопытством? Это был самый настоящий допрос. Правильно подметил Покчо: ты что, решил поиграть в детектива? Ты тратишь слишком много сил на бесполезные дела, пренебрегая своей основной работой. Возвращайся-ка ты лучше в свой Отдел проводников душ.

Сонхон укоризненно цокнул языком. Потеряв какое-либо желание дальше спорить с Кёнхваном, он направился к выходу из помещения.

– В любом случае нет никакой пользы, – произнес Сонхон, поочередно посмотрев на Кёнхвана и Вольчжин, оставшихся в комнате.

После того как советник прожег их своим презрительным взглядом, он скрылся в том же проходе, где минутой ранее исчез Покчо.

Несмотря на то что в последнем предложении Сонхона не было так очевидно, о ком речь, только последний дурак мог не понять, что он говорит о Кёнхване и Вольчжин. Поэтому взвинченный Кёнхван громко крикнул в спину медленно удаляющемуся Сонхону:

– Вот же собака… Эй, ты сдохнуть хочешь?! Я к тебе обращаюсь! А? Да от тебя еще меньше пользы, чем от нас! Понял?

– Начальник, успокойтесь, пожалуйста. Если вы поднимете сильный шум во дворце, вам объявят выговор за нарушение порядка. – Попытавшись остановить начальника, Вольчжин быстро схватила за руку Кёнхвана, вопящего во весь голос так, будто он уличный пьяница.

– Кто еще из нас тут на самом деле дурак? Сам дальше своего носа не видишь, а других оскорбляешь?! Если я дурак, то ты полнейший чурбан, понял? Чурбан! – закричал Кёнхван, размахивая в воздухе кулаками.

Вольчжин, изо всех сил пытавшаяся остановить Кёнхвана, услышав незнакомое слово, слегка заинтересовалась и на мгновение остановила свои попытки.

– Чур… бан? – осторожно спросила она у Кёнхвана, глядя на него с недоумением на лице.

Торжествуя оттого, что смог вызвать такую реакцию у Вольчжин, Кёнхван прокричал:

– У этого парня на физиономии написано, что все у него идет через одно место… Он думает, что он тут самый умный, но он не просто глуповат, он беспросветно туп.

– А…

Как бы сильно она ни любила этого человека и как бы любовь ей ни помогала относиться ко всем его действиям благосклонно, то, что он сейчас сказал, ни капли не забавляло и совершенно не впечатляло. Даже всепрощающей Вольчжин было трудно смириться с этим.

Редко когда она умывала руки и отворачивалась от Кёнхвана. Не то чтобы девушка об этом не знала, но Вольчжин вновь убедилась, что Кёнхван действительно не имеет ни малейшего чувства стыда.

Когда даже эта девушка стала избегать его взгляда, подавленный было гнев Кёнхвана взорвался с новой силой и близким к воплю голосом он упрекнул ее:

– Что? Ты меня стыдишься?

Вольчжин на мгновение едва не кивнула, но вовремя напрягла шею, удерживая ее на месте. Однако, так как она не стала это отрицать, Кёнхвану стало только еще больше не по себе.

От досады его гнев стал сильнее, но затем он вдруг неожиданно сделал глубокий вдох и усмирил свой пыл. Его лицо приняло такой умиротворенный вид, будто перед Вольчжин возник совершенно другой человек. Кёнхван сухо обратился к девушке, которая, растерявшись, совершенно потеряла дар речи:

– Сейчас не время для этого. Пойдем, Вольчжин.

– Куда на этот раз? – В ее голосе послышалась сильная усталость.

Оставив ее без ответа, он первым пошел в сторону выхода. И без того непредсказуемое поведение Кёнхвана сегодня было еще сложнее предугадать, чем обычно. Со своей стороны Вольчжин изо всех сил старалась помогать ему во всем. Но даже несмотря на это, было сложно вытерпеть его незрелое поведение. Она посмотрела вслед Кёнхвану взглядом, полным усталости.

Но разве она могла что-то с этим сделать?

«Прежде чем рассуждать о том, как я к нему отношусь, нужно помнить, что он – мой начальник, которому нужно беспрекословно подчиняться».

Вольчжин последовала за Кёнхваном, до последней секунды не желая этого делать. Пока она шла за ним по пятам, девушка усердно пыталась понять, что вообще творится в голове у этого мужчины.