Андрей сел за руль, Дмитрий рядом с ним, Сергей и Денис расположились в салоне. В кабине пахло старой резиной и металлом, сквозь приоткрытое окно пробивался свежий утренний воздух. — Ну что, Денис, где в первую очередь можно оружие поискать? — спросил Дмитрий. Его голос звучал спокойно, но в глазах читалась сосредоточенность. Денис, сидевший сзади, наклонился вперёд. Он достал из кармана сложенную карту, развернул её на коленях. Бумага была потрёпанной, с пометками карандашом — видно, что Денис не раз изучал маршрут. — Километрах в пятидесяти есть город, — начал он, водя пальцем по извилистым линиям дорог. — Но там бомбили… Не знаю, осталось там что-нибудь или нет. Может, склады в промзоне уцелели, а может, всё в руинах. Ну и там военный блокпост был, это наверняка. Андрей, державший руки на руле, тихо хмыкнул: — Если там бомбили, то и искать нечего. — Проверим, — коротко ответил Дмитрий. — По дороге внимательно смотрим по сторонам. Андрей, сильно не гони, потише. Нам лишние звуки ни к чему. Андрей кивнул, повернул ключ зажигания. Двигатель скорой заурчал — негромко, но ощутимо. Машина тронулась с места, медленно выкатилась за ворота лагеря. Максим стоял у забора, провожая их взглядом. Он поднял руку в молчаливом жесте. За воротами дорога пошла вниз, петляя между зарослями кустарника и поваленными деревьями. Солнце пробивалось сквозь листву, бросая на асфальт пятнистые тени. Денис не отрывал взгляда от карты, периодически поднимая голову, чтобы свериться с ориентирами. — Через десять километров будет перекрёсток, — сказал он. — Там свернём налево, дальше — вдоль лесополосы. Если повезёт, наткнёмся на брошенные машины. В них иногда что-то полезное остаётся. Сергей, сидевший рядом с Денисом, молча достал бинокль, пристроил его на колене. Его пальцы нервно постукивали по коленке — он явно был на взводе, но старался держать себя в руках. — Главное — не нарваться на бродячих, — пробормотал он. — В городе их наверняка полно. — Будем осторожны, — ответил Дмитрий, глядя вперёд. — Если что — сразу отходим. Никаких геройств. Машина плавно свернула на перекрёсток. Дорога стала уже, по обочинам тянулись заросли травы, местами пробивались молодые деревца — природа медленно, но верно отвоёвывала своё. Андрей сбавил скорость, вслушиваясь в каждый шорох. Внезапно Денис резко выпрямился: — Стоп! Андрей тут же нажал на тормоз. Машина замерла. Все замерли, прислушиваясь. — Что? — тихо спросил Дмитрий, оглядываясь. — В кустах… движение, — прошептал Денис, указывая в сторону обочины. Сергей поднял бинокль, всмотрелся. Через несколько напряжённых секунд он выдохнул: — Это олень. Уходит в лес. В салоне раздался сдержанный смешок — слишком уж все были взвинчены. — Ладно, едем дальше, — скомандовал Дмитрий. — Но бдительность не теряем. Машина снова тронулась. Солнце поднималось выше, тени становились короче. Впереди, за поворотом, уже виднелись очертания города — тёмные, угловатые силуэты зданий, будто застывшие в немом крике. — Так, ребята, машину оставим где-нибудь в лесочке, к городу лучше подбираться потихоньку и пешком, чтобы не шуметь, — сказал Дмитрий, оглядывая обочину. Его пальцы нервно постукивали по панели — не от волнения, а от привычки держать ритм, когда мысли работают на полную. — Я тоже так думаю, — кивнул Денис. — И лучше пойти вдвоём, а двое останутся в машине — на всякий случай. — Молодец, правильно мыслишь. Я в тебе не ошибся, — Дмитрий улыбнулся краешком губ, но взгляд оставался острым, цепким. Сергей с Андреем кивнули. В молчании не было сомнений — только чёткое понимание: правила игры ясны, роли распределены. Андрей крепче сжал руль. — Сколько вас ждать? — уточнил он. — Я рации захватил, так что вслепую ждать не придётся, — ответил Дмитрий, доставая из бардачка две компактные рации. Пластик слегка поскрипел в его пальцах. Он протянул одну Сергею, вторую оставил себе. — Частота одна, вызов — по имени. Если нас не будет больше двух часов — уходите. — О, это дело, — оживился Андрей. Он взял рацию, повертел в руках, проверил антенну, щёлкнул переключателем. — Работает. В смысле уходить? Без вас? — он недоуменно уставился на Дмитрия. — Да, но мы обязательно постараемся вернуться. Ладно, ищем место, где будете ждать, и мы с Денисом уходим. Время на месте не стоит, — произнёс Дмитрий. Машина плавно свернула с дороги в густую поросль молодых берёз. Лес встретил их тишиной — ни птичьих трелей, ни шороха листвы. Только скрип веток под колёсами и редкое постукивание металла. Дмитрий приглядывался к рельефу: — Вон там, за бугром, есть ложбинка. Можно спрятать машину, почти не видно с дороги. Андрей кивнул. Он медленно провёл машину по склону, пока кузов не скрылся за зарослями шиповника. Выключил двигатель. В салоне сразу стало тихо — слишком тихо. Все четверо вышли. Сергей и Андрей начали осматривать окрестности: проверяли, нет ли следов, прислушивались к звукам. Денис тем временем достал бинокль, всмотрелся в очертания города на горизонте. — Вижу вереницу машин, не очень много, дальше не видно, дорога сворачивает, — прошептал он. — Если проберёмся туда, будем в промышленной зоне. Там меньше окон, меньше глаз. — Хорошо, идём туда, — согласился Дмитрий. — Сергей, Андрей — остаётесь здесь. Следите за рацией. Сами не суйтесь никуда. Ждите. Андрей хотел возразить, но передумал. Вместо этого он похлопал Сергея по плечу: — Будем здесь. Главное — возвращайтесь. Денис затянул шнурок на рюкзаке, проверил нож на поясе. Дмитрий перехватил поудобнее топорик, поправил рацию на поясе. Они обменялись короткими взглядами — без слов, но с пониманием, что назад пути нет. — Пошли, — скомандовал Дмитрий и первым шагнул в тень деревьев. Солнце пробивалось сквозь листву, рисуя на земле пёстрые узоры. Каждый шаг отдавался в тишине, каждый шорох заставлял замирать. Город приближался — молчаливый, зловещий. Подобравшись ближе к городу, Дмитрий и Денис остановились передохнуть за густым кустарником, сливаясь с тенями деревьев. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом пыли и тления. Где-то вдали каркали вороны — резкий, тревожный звук, будто предостережение. Денис достал бинокль, прижал его к глазам и замер, всматриваясь вдаль. Его пальцы слегка дрожали — не от страха, а от напряжения, от осознания, что каждое движение, каждый взгляд могут стоить жизни. — Смотри, вон там, — тихо произнёс он, передавая бинокль Дмитрию. Его голос звучал приглушённо, словно он боялся, что даже шёпот может привлечь внимание. Дмитрий взял бинокль, навёл резкость. В окулярах всплыла картина: поперёк дороги — массивные заграждения из бетонных блоков и искорёженного металла. Рядом стояли три военных грузовика, их кузова были открыты, внутри — хаос из ящиков и обрывков ткани. Вокруг бродили мертвяки. Один, два, три… Дмитрий начал считать, задерживая дыхание: — Четыре… пять… шесть… — его голос звучал монотонно, будто он пытался убедить себя, что это просто цифры, а не живые (или уже не живые) угрозы. — Семь… восемь… девять… десять… одиннадцать… Двенадцать, — наконец выдохнул он, опуская бинокль. Его лицо стало жёстче, линии вокруг глаз углубились. — Двенадцать — это много. Без оружия не справимся. Денис кивнул, не отрывая взгляда от города. Он провёл рукой по рукояти ножа, висящего на поясе — привычное движение, успокаивающее. — Может, обойти? — предложил он, водя взглядом по контурам зданий. — Есть проходы через промзону. Там меньше открытых пространств, можно двигаться скрытно. — Можно, — согласился Дмитрий, но в его голосе не было уверенности. — Но если там тоже бродячие… И в первую очередь нам нужны именно те военные грузовики... Он замолчал, обдумывая варианты. — Двенадцать бродячих… — Дмитрий посмотрел на Дениса. В его глазах читалась холодная расчётливость. — Что будем делать? Уходим? — спросил Денис, невольно сжимая рукоять ножа. Его взгляд метался между заграждениями и тёмными проёмами ближайших зданий. — Нет, там могут быть автоматы, пистолеты — они нам нужны, — Дмитрий не отрывал взгляда от мертвяков, которые, словно стая падальщиков, бродили вокруг столь желанного оружия. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Попробуем их отвлечь. Он сделал паузу, собираясь с мыслями, затем продолжил: — Они же реагируют на звук… Значит, план такой. Я захожу со стороны брошенных машин сзади, начну там шуметь — стучать по металлу или покидаю камни, что найду в общем… Как только они все пойдут на звук, ты пробираешься сбоку и потихоньку, лавируя между машинами, осматриваешься. Постарайся забрать всё, что найдёшь: главное это оружие, патроны. И потом — сразу уходи обратно в лес. Денис нахмурился, в глазах мелькнула тревога: — А ты? — За меня не переживай, я тебя догоню, — Дмитрий хлопнул Дениса по плечу, стараясь придать голосу уверенности. — Я знаю, как уйти незаметно. Главное — чтобы ты успел. Он быстро проверил снаряжение: топорик в руке, рация на поясе. Затем наклонился и пошарив по траве подобрал несколько камней. — Это пригодится для приманки, — пояснил он, заметив вопросительный взгляд Дениса. — Если кто-то останется на месте, буду кидать в сторону — отвлеку. Денис кивнул, но в его движениях чувствовалась напряжённость. Он достал бинокль, ещё раз осмотрел местность, запоминая расположение мертвяков и возможные пути отхода. — Ладно, — выдохнул он. — Когда начинаем? — Сейчас, — коротко ответил Дмитрий. — Ну всё, удачи! Он развернулся и бесшумно скользнул в сторону брошенных машин — пригибаясь, прячась за машинами, двигаясь так, чтобы тень скрывала его. Денис наблюдал за ним, пока тот не исчез из виду, затем перевёл взгляд на заграждения и мертвяков. Ветер усилился, шелестя сухими листьями и поднимая пыль. Где-то вдалеке раздался протяжный скрип — то ли от ветра, то ли от движения металла. Денис сглотнул, глубоко вдохнул и приготовился ждать. Через несколько минут тишину разорвал резкий металлический лязг — Дмитрий начал действовать. Мертвяки замерли, повернули головы в сторону звука. Один за другим они начали медленно двигаться к источнику шума, их движения были неуклюжими, но целеустремлёнными. Денис напрягся, наклонился к земле, наблюдая. Когда последний из мертвяков скрылся за машинами, он тихо выдохнул: — Пора. Он, пригнувшись, осторожно пробирался между машинами. В правой руке крепко сжимал охотничий нож с широким лезвием — рукоять приятно холодила ладонь, напоминая: «Это не игра». Бродячие ушли на шум, но кто знает, какие сюрпризы могут поджидать в этой металлической ловушке. Ветер шелестел рваными полосами тентов, скрипели кузова. Каждый звук заставлял Дениса замирать, прислушиваться, всматриваться в тени между машинами. Он двигался короткими перебежками, прячась за колёсами, сливаясь с тенями. Наконец он добрался до грузовиков. Возле первого, стоявшего поперёк дороги, ничего не было — только пустые ящики и обрывки ткани. Денис осторожно обошёл его, прижимаясь к металлу, и двинулся ко второму. Возле переднего колеса что-то блеснуло. Он замер, напряжённо вглядываясь. «Оружие?» Осторожно оглядываясь по сторонам, сделал несколько шагов ближе. Да — автомат! Денис облегчённо выдохнул, но тут же заставил себя собраться. Наклонился, поднял оружие, быстро проверил — есть патроны, полрожка. Ладонь невольно сжалась на цевье — твёрдое, надёжное. Заглянул в кабину. На месте водителя сидел человек — убитый выстрелом в голову. Лобовое стекло было забрызгано кровью, капли застыли причудливыми узорами. Денис сглотнул, отгоняя тошноту, и подтянулся, чтобы залезть внутрь. Снял с пояса убитого водителя кобуру с пистолетом — кожа была жёсткой, но застёжка поддалась. На сиденье обнаружил две гранаты — аккуратно положил их в карман разгрузки. Больше там ничего не было. Вылез, огляделся. Ветер усилился, поднимая пыль, заставляя прищуриваться. «Надо двигаться дальше». Направился к третьему грузовику. Здесь находок оказалось больше: ещё два автомата, россыпь патронов в цинковых коробках, пять гранат. Денис присел на корточки, быстро пересчитал, проверил состояние оружия. «Неплохо», — подумал он, чувствуя, как в груди разгорается азарт. Сделав ещё один круг вокруг грузовиков — тщательно, метр за метром, чтобы убедиться, что ничего не пропустил, — Денис развернулся и пошёл назад. Дмитрия нигде не было видно. Бродячие ушли уже достаточно далеко — их силуэты едва виднелись у края дороги. Он выбрался с дороги и побежал к лесу. Под ногами хрустели ветки, ветер бил в лицо, но он не замедлялся. Каждый шаг отдавался в ушах, каждый вдох обжига́л лёгкие. Уже на опушке Денис остановился, обернулся. Город лежал за спиной — молчаливый, враждебный, но теперь чуть менее опасный. Он похлопал по оружию на плече, проверил гранаты в кармане. И облегчённо выдохнул: «Получилось».

Дмитрий добежал до первых машин и пригнулся, осматривая обстановку. Сердце билось ровно, но сильно — каждый удар отдавался в висках. Воздух пах ржавчиной, горелым маслом и чем‑то сладковато‑гнилостным — следом мертвяков.

Мертвяки разбрелись: пятеро держались кучкой у дальнего грузовика, остальные медленно бродили поодиночке, словно потерянные марионетки без кукловода. Их движения были рваными, неестественными — то резкий поворот головы, то внезапная остановка, то неуклюжий шаг в сторону.

Дмитрий замер за небольшим автобусом, прижался к холодному металлу. В голове прокручивал план.

Он размахнулся и кинул первый камень — тот, что подобрал в траве. Камень гулко ударился о капот старой «Газели» и отскочил, запрыгал по асфальту. Звук разнёсся далеко, будто удар гонга.

Бродячие один за другим стали поворачивать головы в сторону шума. Сначала медленно, будто не понимая, потом — резче, с нарастающей жадностью. Их глаза, мутные и пустые, вспыхнули тусклым огнём.

Дмитрий переместился за автобусом, стараясь держать мертвяков в поле зрения. Они уже начали двигаться в сторону звука — сначала неуверенно, потом всё быстрее, сбиваясь в неуклюжую толпу.

"Хорошо. Ещё чуть‑чуть."

Он кинул второй камень — дальше, за ряд легковушек. Тот звонко щёлкнул по крыше, отскочил и затих. Мертвяки дружно повернулись, зашагали туда, хрипло дыша, цепляясь друг за друга.