Матвей отсутствовал, он как обычно, к вечеру так напился, что беспробудно спал в комнате внизу. — Ну, все в сборе, Денис. Что у тебя за новости? — начал разговор Максим, постукивая пальцами по столешнице. Звук получался глухим, но ритмичным — словно отсчитывал секунды перед чем‑то важным. — Первая новость: я нашёл группу людей. Их девять человек — четверо мужчин, четыре женщины и мальчик десяти лет, — произнёс Денис, стараясь говорить ровно, хотя внутри всё сжималось от волнения. Максим оживился, даже чуть подался вперёд: — О, это прекрасная новость! Где нашёл? — Точнее, они меня нашли… помогли мне. Я убегал от толпы бродячих, а они на трейлере подобрали меня на дороге. — Что за трейлер? — с живым интересом спросил Андрей, отрываясь от стены. — Это как дом на колёсах. Сам первый раз такой увидел, — ответил Денис. — Так, про машины потом, — резко вмешался Максим, поднимая ладонь. — Больше деталей о людях. Что они из себя представляют? Чем живут? Денис сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Насколько я понял, главный у них — Дмитрий. Мужчина лет тридцати — тридцати пяти, спортивного телосложения. Всегда начеку, серьёзный, наблюдательный. Говорили мы не очень много, но почему‑то он вызывает доверие. Он, кстати, предлагал мне остаться с ними. Максим хмыкнул, откинулся на спинку стула и скрестил руки: — Ну да. Сразу просёк, что ты парень что надо. Так, а остальные? — Самая молодая девушка из четырёх — его дочь. Ещё одна — Елена, кажется. Она вроде психолог. Третья… какая‑то напряжённая всё время была, вообще мало говорила, не помню, как её зовут. И четвёртая — Аня, вроде. Она фельдшер. Из мужчин: Дмитрий сказал, что был охранником. Дальше — два парня лет, может, двадцати двух — двадцати пяти. Один — Сергей, автомеханик. Второй — Никита, программист. И четвёртый — Александр Петрович. Тому за шестьдесят, тоже так и не сказал, чем раньше занимался. А мальчик… сначала был с отцом, но тот погиб, когда ходили на вылазку за припасами. Денис замолчал, переводя дыхание. В комнате повисла тяжёлая тишина — каждый обдумывал услышанное. — В целом… они между собой сплочённые, держатся друг за друга, внимательные, — добавил Денис, словно пытаясь подвести итог. Остальные продолжали молчать, переваривая информацию. В воздухе витало напряжение — не враждебное, но настороженное. Каждый понимал: решение, которое они примут, может изменить всё. — А что насчёт оружия, как у них с этим? — спросил Максим, подавшись вперёд. — Да так же, как у нас: ножи, топоры, тесак есть, что‑то вроде мачете. Огнестрельного не видел, — ответил Денис, глядя прямо в лицо собеседнику. Он старался говорить ровно, но в голосе всё же проскальзывала лёгкая дрожь. — Ты рассказал, сколько нас и где мы находимся? — вмешался Николай Иванович. Его спокойный, размеренный тон лишь подчёркивал напряжённость момента. Он слегка наклонил голову, внимательно изучая Дениса. — Где находимся — не сказал. О том, сколько нас, тоже нет, сказал лишь, что я не один, — Денис провёл рукой по лицу, словно стирая невидимую пелену. — За тобой никто не следил? — голос Максима прозвучал жёстко, почти резко. Он привстал со стула, его массивная фигура будто заполнила собой всё пространство комнаты. — Нет, я уверен, — твёрдо ответил Денис, встретив взгляд Максима без колебаний. — Так, понятно. Ты сказал, что у тебя две новости. Какая вторая? — Максим опустился обратно на стул, но его поза оставалась напряжённой — спина прямая, плечи развёрнуты, взгляд не отпускает собеседника. Денис глубоко вздохнул, собираясь с силами. В комнате повисла тяжёлая тишина — слышно было лишь тиканье старых настенных часов и отдалённый шум ветра за окном. — Когда возвращался, проходил дачный кооператив… ну, тот, где дачи летние да огороды в основном, ничего там особенного нет, помнишь? — он посмотрел на Максима, ища в его глазах поддержку. Максим молча кивнул, его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалось нарастающее беспокойство. — Ну вот… там… В общем, там на заборе тело девочки, прибито гвоздями, выпотрошено, и кожу сняли с неё. Только лицо нетронуто, а тело… всё изуродовано… И она… теперь тоже мертвяк… — тихо закончил Денис, опустив взгляд. Его голос дрогнул на последних словах, а пальцы бессознательно сжали край стола. В кабинете повисла оглушительная тишина. Даже часы, казалось, перестали тикать. Денис снова обвёл всех взглядом. Сначала в глазах каждого читалось непонимание — словно мозг отказывался воспринимать услышанное. Потом, по мере того как смысл сказанного доходил до сознания, выражения лиц начали стремительно меняться. Андрей резко выпрямился, его всегда насмешливое лицо исказилось. Он инстинктивно отступил на шаг в сторону, словно пытаясь отстраниться от этих слов. Николай Иванович медленно прикрыл глаза, его пальцы сжали подлокотники кресла так, что побелели костяшки. Губы беззвучно шевелились, будто он пытался произнести какую‑то молитву или просто подбирал слова. Светлана, до этого сохранявшая ледяное спокойствие, резко побледнела. Её руки, всегда такие уверенные, теперь мелко дрожали. Она медленно опустилась на стул, словно ноги внезапно перестали её держать. А Максим… Максим замер, словно статуя. Его лицо стало каменным, но в глубине серых глаз вспыхнуло что‑то дикое, необузданное — смесь ярости и отчаяния. Он медленно сжал кулаки, костяшки пальцев хрустнули. За окном внезапно раздался резкий порыв ветра, заставив оконную раму дрогнуть. Этот звук разорвал оцепенение, и каждый из присутствующих словно очнулся от кошмарного сна. В воздухе повисло тяжёлое, почти осязаемое напряжение — страх, гнев, неверие смешались в один удушающий комок. Заговорили вдруг все разом, перекрывая друг друга. Голоса звучали резко, прерывисто, словно каждый пытался выплеснуть охвативший его ужас. — Блять, это что такое происходит?! — вскинулся Андрей. Его лицо исказилось, руки непроизвольно сжались в кулаки. — Кто мог такое сотворить?! — Это что же, как такое возможно? — воскликнула Светлана, прижимая ладони к щекам. Её обычно невозмутимое лицо побледнело, глаза широко распахнулись, в них застыл неподдельный страх. — В наше время… да ещё и сейчас, когда… — Ужас! — тихо, но отчётливо произнёс Николай Иванович. Обычно сдержанный, он вдруг резко провёл ладонями по лицу, словно пытаясь стереть увиденную мысленно картину. Плечи его поникли, голос дрогнул. Максим резко поднял руку, прерывая нарастающий хаос: — Тихо! Не все сразу! — его голос прозвучал как удар хлыста, заставляя всех замолчать. Он обвёл присутствующих тяжёлым взглядом, затем медленно опустил руку. — Похоже, где‑то рядом у нас тут маньяк… или секта какая обосновалась. Что делать будем? Давайте по очереди. Николай Иваныч, что думаешь? Николай Иванович помолчал, продолжая растирать лицо ладонями. Когда он наконец заговорил, голос звучал глухо, с непривычной для него хриплостью: — Что думаю… Это плохо, ребятки. Очень плохо. В нынешней ситуации, когда ни власти, ни управы нет, это катастрофично. Нас мало, сами, без оружия — что мы можем? Да ничего. Если этот маньяк один, ещё, может, и справимся. А вот если их много… тогда не знаю. Он тяжело вздохнул, опустил руки на колени и уставился в пол, словно ища там ответы. — Так, понятно. Андрей? — Максим перевёл взгляд на младшего товарища. Андрей нервно провёл рукой по волосам, затем резко выдохнул: — Ну, Иваныч прав, в принципе. Даже и добавить нечего. — Он запнулся, потом добавил тише: — Страшно это всё. — Светлана? — Максим повернулся к женщине. Та лишь молча покачала головой. В глазах блеснули слёзы, но она быстро смахнула их тыльной стороной ладони, пытаясь сохранить самообладание. Губы дрогнули, но она не произнесла ни слова. — Денис? Ты сам что думаешь? — обратился к нему Максим, пристально глядя в глаза. Денис выпрямился, собравшись с силами. Его голос звучал твёрдо, хотя внутри всё ещё клокотал ужас от увиденного: — Нас мало — это факт. И нам нужны люди. Предлагаю объединиться с группой Дмитрия. Так хотя бы какой‑то шанс. Они сплочённые, не слабаки… вместе мы сможем защититься.

Максим медленно обвёл взглядом всех присутствующих. В комнате снова повисла тяжёлая тишина. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах читалась напряжённая работа мысли. Он переводил взгляд с одного на другого, словно взвешивая каждое мнение, оценивая каждого из них. Наконец он глубоко вдохнул, выпрямился и произнёс, чеканя каждое слово: — Хорошо. Тогда завтра утром отправимся к ним. Выбор у нас в любом случае небольшой. Он устало закрыл глаза на мгновение, затем откинулся на спинку стула. Движение вышло резким, словно он пытался сбросить с себя гнетущее напряжение. — Всем отдыхать. Завтра будет тяжёлый день. Денис выходил последним из кабинета. Дверь тихо скрипнула, пропуская его наружу, и он на мгновение замер на пороге, обернувшись. — Макс, я забыл сразу, только сейчас вспомнил, — произнёс Денис, понизив голос, чтобы не нарушить тяжёлую тишину, повисшую после принятого решения. — Дмитрий сказал, что будет ждать ровно сутки, потом они уедут. Максим, всё ещё сидящий за столом, поднял усталый взгляд. В его глазах читалась не только усталость, но и напряжённая работа мысли — он мгновенно начал просчитывать временные рамки, взвешивать риски. — Во сколько ты ушёл от них и сколько добирался? — спросил он, слегка наклонив голову, словно пытаясь уловить малейшие нюансы в ответе. — Ушёл я примерно около двенадцати дня, — Денис провёл рукой по волосам, вспоминая путь. — Часов шесть-семь шёл, последние километры бежал… после того… кооператива. Он запнулся на последнем слове, и в глазах на миг отразилась та самая картина, от которой кровь стыла в жилах. Глубоко вдохнул, пытаясь отогнать видение. Максим помолчал, обдумывая его слова. Он медленно провёл ладонью по лицу, затем резко выпрямился. — Хорошо. Выйдем с тобой за час до рассвета, должны успеть. — Его голос звучал твёрдо, без тени сомнения, хотя в глубине души он понимал: времени в обрез. Денис кивнул, не говоря больше ни слова. Он шагнул за порог, осторожно прикрыв за собой дверь. В коридоре царила почти полная темнота, энергию экономили. Он постоял несколько секунд, прислушиваясь, затем медленно направился к своей комнате вниз. Каждый шаг отдавался глухим стуком в висках. Мысли крутились в голове, наплывали одна на другую: «Успеют ли? Правильно ли они поступают? Что ждёт их завтра?» Он попытался отогнать тревожные размышления, но они цеплялись за сознание, как колючки. Перед глазами снова всплыла жуткая картина на заборе. Денис резко остановился, сжал кулаки, заставляя себя сосредоточиться на настоящем. «Завтра. Всё решится завтра». Он дошёл до своей комнаты, Матвей спал на кровати, источая непереносимый запах перегара. Денис устало вздохнул и пошёл к раскладушке, опустился на жёсткий матрас и уставился в потолок. Где-то вдали прокаркала ворона, и этот звук, резкий и одинокий, лишь усилил ощущение надвигающейся неизвестности.

Денис шагал впереди, настороженно бросая взгляды по сторонам. Каждый куст, каждая тень заставляли его напрягаться — после того, что он видел в дачном кооперативе, любая неизвестность казалась угрозой. За ним уверенно шёл Максим: плечи расправлены, взгляд цепкий, в руке — широкий топор. Солнце уже ярко светило, припекая вовсю. Лучи пробивались сквозь листву, рисовали на земле пёстрый узор из света и тени. Воздух был напоён запахом разогретой хвои и сухой травы. Где-то вдали перекликались птицы, но их пение звучало непривычно тревожно. — Далеко ещё? — спросил Максим, на мгновение остановившись и поправив лямку рюкзака. — Нет, почти пришли. Ещё один поворот дороги — и мы на месте, — отозвался Денис, не сбавляя шага. Он провёл рукой по лицу, смахивая капли пота, и бросил взгляд на часы. — Минут десять, может, меньше. — Тогда меняем маршрут. Будем держаться леса, чтобы остаться незамеченными, — резко произнёс Максим, свернув к густой полосе елей. Денис удивлённо развернулся, брови сошлись на переносице: — Не понял? Почему? Мы же договаривались… — Хочу понаблюдать сначала за ними немного. Оценить обстановку, понять, как они себя ведут, кто главный, кто на что способен. Не люблю идти вслепую, — спокойно, но твёрдо объяснил Максим, уже пробираясь сквозь заросли. Денис поколебался пару секунд, взвешивая слова товарища. В голове промелькнула мысль: «А вдруг они подумают, что мы замышляем недоброе?» Но он кивнул, молча свернул правее в лес, где высокие берёзы и ели создавали естественную завесу. Они двигались осторожно, пригибаясь под низко нависающими ветвями. Под ногами хрустели ветки, но оба старались ступать бесшумно, сливаясь с лесным шумом. Через некоторое время впереди показалась прогалина — часть дороги, ведущая к предполагаемому месту стоянки трейлера, была как на ладони. Максим припал к земле, достал бинокль и медленно повёл им по открытому пространству. В поле зрения появился трейлер — массивная конструкция, уютно устроившаяся на небольшой возвышенности с краю дороги. Двое мужчин стояли на страже, внимательно оглядывая окрестности. — Удачно выбрали место, — одобрительно хмыкнул Максим, опуская бинокль на мгновение. — На сотни метров вокруг всё просматривается, незаметно не подберёшься. Умные ребята. Денис, сидящий рядом за мощным стволом берёзы, терпеливо ждал, нервно постукивая пальцами по колену. Он то и дело поглядывал в сторону трейлера, пытаясь разглядеть знакомые лица, но расстояние пока не позволяло. — Ну, пойдём, — наконец сказал Максим, аккуратно убирая бинокль в рюкзак. Он поднялся, отряхнул колени и бросил короткий взгляд на Дениса. Денис молча кивнул, сглотнув ком в горле. Сердце билось чаще обычного, но он заставил себя сделать глубокий вдох и шагнуть вслед за Максимом, выходя из тени леса на открытое пространство. Солнце ослепительно блеснуло в глаза, а впереди, среди деревьев, уже отчётливо виднелся трейлер и фигуры людей возле него.

В трейлере атмосфера накалялась с каждым часом. Лица людей становились всё мрачнее, разговоры стихали, сменяясь тяжёлым молчанием. Дмитрий, нервно ходил по трейлеру, в который раз посмотрел на часы. Стрелка безжалостно отсчитывала минуты. Он разочарованно вздохнул, сжал губы. — Ну, судя по всему, едем дальше, — негромко сказал Никита, сидевший с котом на ступеньках, ведущих на верхний ярус трейлера. — Да, начинайте готовиться к отъезду, — подтвердил Дмитрий, слегка повысив голос, чтобы все услышали. — Через сорок минут выезжаем. Александр Петрович, стоявший у входа, кивнул без слов. На его лице мелькнула горькая улыбка — не от юмора, а от осознания, что надежды тают. Он молча вышел из трейлера, скрип дверей эхом отозвался в напряжённой тишине. Аня, сидевшая напротив Дмитрия у маленького столика, подняла глаза. В них читалась не столько усталость, сколько тихая тревога. Она тихо спросила: — И куда дальше? — Вперёд, куда же ещё, — мягко ответил Дмитрий, стараясь вложить в голос уверенность. Он наклонился к ней, положил руку на плечо. — Не расстраивайся. Прорвёмся. Ещё через полчаса он вышел из трейлера. Окинул взглядом пространство вокруг — ни души. Лес стоял недвижно, лишь редкие птицы нарушали тишину резкими криками. Он посмотрел наверх: на крыше трейлера стоял Сергей. Их взгляды встретились. Сергей отрицательно покачал головой — ни движения, ни следа чужих. Дмитрий тяжело выдохнул, сжал кулаки в карманах. — Спускайся, — тихо сказал он Сергею. — Через пять минут выезжаем. В этот момент справа в лесу послышался шорох — резкий, будто кто-то наступил на сухую ветку. Дмитрий напрягся, рука непроизвольно потянулась к поясу, где висел нож. Он вгляделся в густой пролесок, сердце забилось чаще. Через минуту он выдохнул с облегчением: из-за деревьев показались двое. Денис — его лицо было покрыто пылью и потом, но глаза горели решимостью — и ещё один мужчина, высокий, широкоплечий, с сосредоточенным выражением лица. Они уверенным шагом направлялись к трейлеру. Сердце Дмитрия радостно забилось в груди. Он провёл ладонью по лицу, словно стирая следы тревоги, и шагнул вперёд, навстречу пришедшим. Мужчины остановились в нескольких шагах, внимательно оглядывая друг друга. Воздух будто наэлектризовался от напряжения — каждый оценивал собеседника, прикидывал, можно ли доверять. Солнце било в глаза, заставляя прищуриваться, а лёгкий ветерок шевелил листву, создавая нервный шелест. Дмитрий нарушил молчание первым. Его голос звучал ровно, но в глазах читалась неподдельная радость: — Денис, здравствуй, рад тебя видеть. А вы, стало быть, лидер? — обратился он к Максиму, внимательно изучая его лицо. Максим шагнул вперёд, протянул руку — твёрдую, сильную: — Да, Максим. Они обменялись рукопожатием — крепким, словно проверяя друг друга на прочность. Пальцы сжались на мгновение, затем разомкнулись. — Мы думали, вы уже не придёте. Собирались уезжать, решили, что вам не нужны лишние люди, — сказал Дмитрий, слегка разведя руками. В его голосе не было упрёка — только лёгкая усталость и облегчение от того, что ожидание закончилось. — Нас задержали непредвиденные обстоятельства, — ответил Максим, глядя прямо в глаза собеседнику. — Узнав их, возможно, вы сами не захотите остаться. Денис, расскажи. Денис глубоко вдохнул, собираясь с силами. Он говорил чётко, без лишних эмоций, но каждое слово будто оставляло тяжёлый след в воздухе. В наступившей тишине слышно было лишь дыхание людей и отдалённые крики птиц. Дмитрий и остальные стояли, поражённые рассказом. Лица побледнели, глаза расширились от ужаса. Карина инстинктивно прижалась к отцу, прячась за его спиной. Её пальцы вцепились в рукав Дмитрия, а взгляд был полон страха. Аня стояла рядом, прижав ладони к губам — в её глазах застыл неподдельный ужас. Ольга хмурилась, её губы сжались в тонкую линию, а пальцы непроизвольно сжали рукоять ножа на поясе. Елена, обычно спокойная и рассудительная, сейчас выглядела так, будто мир вокруг неё рухнул — в её глазах плескался чистый, незамутнённый страх. Никита и Сергей выругались сквозь зубы, их кулаки непроизвольно сжались. Александр Петрович лишь тяжело вздохнул, провёл рукой по лицу, но ничего не сказал — его молчание было тяжелее любых слов. Хорошо, что Руслана они оставили в трейлере присматривать за котом. Подобные истории не для детских ушей. — Ясно, — после недолгих раздумий ответил Дмитрий. Его голос звучал глухо, но твёрдо. — Какая-то тварь развлекается. Что вы намерены делать? Максим пожал плечами, его взгляд скользнул по лицам собравшихся: — Пока не решили. На первом месте стоял вопрос — принимать ли к себе вас. — Ага, и что, принимаете? — снова задал вопрос Дмитрий, чуть наклонив голову. В его глазах мелькнула надежда, но он старался держать себя в руках. — Да, нам нужны люди. Так больше шансов выжить, — просто ответил Максим. Его голос звучал уверенно, без тени сомнения. — Тут наши мнения сходятся, — улыбаясь, сказал Дмитрий. На его лице наконец появилась искренняя, хоть и немного усталая улыбка. — Мы будем рады присоединиться к вам. Остальные закивали, подтверждая его слова. Напряжение постепенно спадало, сменяясь робким облегчением. Но вопросов оставалось много. — У вас лагерь укреплён? — первым подал голос Никита, делая шаг вперёд. — А там есть заражённые? — тут же добавила Аня, её голос дрожал, но она старалась держаться. — А дом большой? — поинтересовалась Карина, выглядывая из-за спины отца. Максим, впервые улыбнувшись за всё время разговора, поднял руки в примиряющем жесте: — Давайте доберёмся и сами всё увидите. На месте решите, подходит ли вам наш лагерь. Впереди ждала дорога — новая глава в их общей истории выживания.