Как мы видели выше, подтекстом традиционного города является космос. Традиционный город символизирует центр, то есть сакральное и упорядоченное пространство, стеной огороженное от профанного мира. Когда жители средневекового города хвастались тем, что городской воздух делает их свободными, они понимали, что за пределами городской стены свобода была ограничена: за воротами толпились небогатые торговцы, а в сельской местности трудились под зорким оком своих владык крестьяне и крепостные. Средневековый ученый Алан Лилльский (ок. 1120 – 1202) сравнил Вселенную с городом. В центральном замке, Эмпирее, на троне восседал император. Пониже, на небесах, обитало ангельское рыцарство, а люди были вытеснены на окраину и проживали за городской стеной. К. С. Льюис отмечает изысканность, с которой Алан лишил наш вид даже горького утешения считать себя отверженными, превратив человечество в простых обывателей из пригорода641. В наши времена на «центральность» города намекают указатели, которые можно увидеть на границах французских городов, – Centre-ville et toutes directions642.

Город – символ цивилизованности. Слово «цивилизация», впервые введенное в обиход в середине XVIII века, поначалу означало просто вежливость и учтивость, которых, как предполагалось, можно было ожидать, оказавшись в компании горожан. Быть жителем пригорода, таким образом, – это не совсем то же самое, что быть неотесанным деревенским жителем. В буквальном смысле быть sub-urban – значит быть не только «не совсем городским», но и «менее воспитанным», «не очень вежливым», «не совсем цивилизованным»643. За этим, конечно, стояли факты: за пределами традиционного города оказывались представители самых непрестижных профессий и сословий, изгои общества. В одном из диалогов, включенных в «Кентерберийские рассказы» (1386), Чосер отразил отношение своих современников к пригородам:

В Англии, как и на континенте, пригороды начались с расселения за городской стеной людей, которые во всех смыслах находились на задворках городского общества. К XVI веку и во Франции, и в Англии в городах выделяются предместья (faubourg и fore-streets)645. Они обладали общими чертами. К примеру, за пределами города размещались гостиницы, увеселительные заведения, небольшие промышленные предприятия и такие неприятные ремесла, как мыловарение и кожевенное производство646. В пригородах селилась английская беднота, а также приезжие иностранцы, занимавшиеся ремеслами и вступавшие в конкуренцию с городскими гильдиями. Во времена Тюдоров поддерживать закон и порядок в лондонских пригородах было непросто. Согласно народной этимологии, первый из элементов, образовавших слово faubourg, толковался как faux, то есть «имитация» или «подделка». Хотя слово faubourg («предместье») сейчас утратило первоначальную ассоциацию с бедными кварталами, слово faubourien («слобожанин») все еще ее сохраняет.

Идея иерархического градиента, понижающегося по мере движения от возвышенного центра к скромным окраинам, была представлена в идеальной форме в столице Мидии Экбатане. Даже в XX веке в последовательности зон большого мегаполиса сохраняется определенный ценностный градиент. Ричард Сеннет отмечает: «Города представляли собой кольца социально-экономического благосостояния, с располагавшимися на окраинах фабриками и прилагавшимися к ним рабочими пригородами или кварталами, а затем все более богатыми по мере приближения к центру города жилыми районами»647. В центре города располагались монументальные здания, предназначенные для администрации, торговли и искусства. Вплоть до Второй мировой войны европейские города, такие как Турин, Вена и Париж, придерживались этой модели. Один из лучших жилых районов Парижа располагается между площадью Звезды и Булонским лесом648. Богатые могли позволить себе оставаться в городском центре, в то время как растущие с 1870‑х годов цены на землю вынуждали бедняков перебраться в пригороды. Утонченные европейцы предпочитали жить поближе к культурным объектам, располагающимся в центре города. Исследование, проведенное в Вене в 1950‑х годах, показало, что 82% опрошенных хотели бы жить в центре города. Даже в Соединенных Штатах такие крупные городские центры, как Нью-Йорк, Бостон и Чикаго, до начала нынешнего столетия представляли собой традиционную городскую структуру.

Пока центры городов продолжали сохранять состоятельное население и культурный статус, пригороды, образно говоря, оставались за пределами городской стены. Однако со времен промышленной революции все более распространенными становились искажение и инверсия традиционного социально-экономического градиента. Центры торговых и промышленных городов Европы, не обладавших серьезными культурными институтами, были загрязнены и перенаселены бедняками, жившими неподалеку от своих рабочих мест. За их границами простирались пригородные зоны возрастающего благосостояния. Центры американских городов, особенно старых городов среднего размера, находились в хорошо заметном упадке, а пригороды и отдаленные торговые центры становились богаче и красивее. Именно в центре города, рядом со старым железнодорожным вокзалом, можно обнаружить дешевые отели, забегаловки и их убогих клиентов. Модные рестораны и новенькие блестящие мотели расположены на окраинах города. Житель пригорода восседает на троне в своем полутораэтажном особняке649, в то время как центральная часть города, включающая в себя мэрию и государственные учреждения, пребывает в нищете.