Знакомость, не вызывающая пренебрежения, порождает привязанность. Мы прекрасно понимаем человека, который привязан к старым домашним туфлям, которые кажутся всем окружающим довольно старомодными. У такой привязанности могут быть разные причины. Вещи человека – продолжение его личности. Лишиться чего-нибудь из них, думает он, – значит уменьшить свое человеческое значение. Одежда – самое личное, что есть у человека. Практически любому взрослому человеку станет не по себе, если он окажется голым, каждый почувствует угрозу собственной неповторимости, если ему придется надеть чужую одежду. Кроме одежды, существует дом, а за пределами дома – его окрестности, в которые каждый человек со временем вкладывает много своих эмоций. Быть насильственно выселенным из дома или из мест своего проживания означает лишиться оболочки, которая своей знакомостью защищает личность от потрясений внешнего мира. Поэтому одни люди с трудом расстаются со своим старым бесформенным пальто, когда приходит пора купить новое, поэтому другие, особенно пожилые, сопротивляются переезду из своего старого района в новый жилой дом.

Знание прошлого – важный элемент любви к месту. Патриотическая риторика всегда обращает внимание на происхождение народа. Укрепляя привязанность к месту, в ландшафте ставят памятники, чтобы сделать историю зримой, и, веря в то, что кровь героев освящает почву, вспоминают о битвах прошлого. Бесписьменные народы могут быть сильно привязаны к родной земле. Они могут не ощущать характерного для современного западного человека хронологического чувства необратимости событий и, пытаясь объяснить свою привязанность к месту, либо указывают на родственные узы (тема воспитавшей человека матери-земли), либо обращаются к истории. Тед Стрелоу, этнолог, работавший в Австралии, говорил об аборигене племени аранда347, что он

привязан к родной земле всеми фибрами души… Даже сегодня на его глаза наворачиваются слезы, когда он вспоминает о наследственной территории своего племени, которая была осквернена белыми захватчиками, иногда даже того не осознававшими. Любовь к родине, тоска по родному очагу – это центральные мотивы, которые также постоянно повторяются в мифах о тотемных предках.

Любовь к родной земле объясняется исторически. Для аранда горы, ручьи, источники и водоемы – не просто интересные или красивые элементы ландшафта. Они – творения предков, от которых аранда ведут свое происхождение.

Он видит вокруг запечатленную в ландшафте древнюю историю жизни и деяний бессмертных существ, которым поклоняется; существ, которые на короткое время могут снова принять человеческий облик; существ, со многими из которых он знаком самолично, как со своими отцами, дедами и братьями, как со своими матерями и сестрами. Вся страна – это его живое, издавна существующее генеалогическое древо348.