Хроноференции – важнейшие компоненты цайтшафта, который нуждается в исторической и пространственной конкретизации609. Цайтшафт является не фиксированным пространством (то есть его не следует путать с застывшим пейзажем), а пространством гораздо более подвижным, динамичным и гибким. Если бы для выражения цайтшафта потребовалась метафора, наиболее подходящим наглядным образом было бы облако. Ведь, как и облака, цайтшафты отличаются многообразной динамикой: их нельзя постичь в точных и окончательных очертаниях, они подвержены извне, как единое целое, постоянным изменениям и движению, а кроме того, бесконечно переменчивы изнутри. Как облако во всей его сложности не поддается описанию, даже если бы удалось его на время заморозить, так невозможно детально вникнуть в суть цайтшафта. Поскольку не только каждый человек в любой момент может быть по-разному связан с различными прошлыми и будущими, но и для всех одушевленных (нечеловеческих) существ и неодушевленных вещей важны соотношения времен, с которыми мы имеем дело, мы фактически сталкиваемся в каждую секунду жизни с такой гиперсложной ситуацией – мириадами временностей, что было бы полнейшей иллюзией пытаться описать их во всех разветвлениях. Но это не означает обратного – что она совершенно неописуема. Даже если молекулярная структура облака не может быть описана полностью и всесторонне, мы все равно в силах составить о нем представление. Точно так же, хотя цайтшафт невозможно описать досконально, он не остается по этой причине непрозрачным.

Во многих отношениях такой цайтшафт, состоящий из бесчисленных хроноференций, может функционировать без всяких проблем, ведь в повседневной жизни мы почти не замечаем, в какие временны́е отношения вовлечены. И все же не стоит заблуждаться, принимая цайтшафт за приятную и бесконфликтную вещь. Если каждый день в мире где-то обнаруживают неразорвавшуюся бомбу и, хочется надеяться, обезвреживают мину, такое оружие вовсе не игрушка для разглагольствований об исторической теории. Наоборот, это вопрос, который нужно поднимать снова и снова, – вопрос о том, почему люди творят такие вещи друг с другом. Это смертоносные технологии, которые каждый день выполняют свою разрушительную работу, и они созданы и размещены людьми и государствами, взявшими на себя право распоряжаться чужими жизнями.

Однако насилие, применяемое с помощью такого оружия, демонстрирует кроме прочего, что временны́е связи, в которых и с которыми мы живем, не являются ни простыми, ни несущественными. Современные действия могут устанавливать такие хроноференции, последствия которых проявятся, возможно, лишь спустя годы или десятилетия. Точно так же и сегодня нам приходится переживать последствия решений, которые были приняты задолго до нас и от нас не зависят. Поэтому важно не только налаживать отношения с помощью хроноференций, но и брать на себя ответственность – ответственность за тех, кто не может постоять за себя в настоящем, потому что уже умер или еще не родился.

Таким образом, работа с хроноференциями имеет не только аналитические или производственные, но и этические составляющие. Ведь когда в центре внимания хроноференции такого рода, мы должны осознавать, что ответственность за них несут те, кто создал эти временны́е отношения. А это не в последнюю очередь мы сами.