– Даня! Улыбайся!

Мамин голос врывается в мои мысли. Я снова здесь. На экскурсии. Смотрю на сосредоточенную маму и думаю: «А ведь я действительно могу вести себя как взрослый».

Что-то вдруг щёлкает у меня в голове, я улыбаюсь в ответ и говорю:

– Мама, давай лучше я тебя сфотографирую. И сними рюкзак, что ты его носишь?

Я беру из рук слегка опешившей мамы рюкзак, надеваю на плечи и начинаю командо-вать:

– Встань сюда. Теперь повернись. Вот так. Ага. Улыбайся. А теперь сердечко покажи. Я в художке твой портрет нарисую на фоне этих гор. Ты же их так любишь. Нам для выставки нужно.

Камера телефона фокусируется в моих руках.

Щёлк, щёлк, щёлк.

Мама делает всё, что я прошу, позирует, улыбается.

Потом смотрит на меня внимательно и говорит:

– Даня, а ведь ты уже такой взрослый! В школу сам ходишь, на шахматы… Скоро и в художку самостоятельно ездить будешь…

Я киваю ей в ответ и улыбаюсь.