Время тянулось медленно. Я чаще стала бывать дома, изредка только выходила куда-то с Кирой. У меня как будто пропал вкус к жизни. Я потеряла любовь, потеряла лучшую подругу… Кажется, эта ситуация очень на меня повлияла.

В один из вечеров я засела на кухне с тетрадкой, чтобы воспользоваться советом Димы. И начала выписывать в столбик всё, что умею. Крестиком вышивать я как раз не умела. Столбик получился очень маленький. В какой-то момент я даже подумала, что недооцениваю себя в чём-то. Если список моих умений такой короткий, то как же я ещё из него что-то вычёркивать буду?

На кухню зашла мама. Заметив тетрадку, поинтересовалась, чем я занимаюсь, но мне так не хотелось ничего рассказывать, что я тут же сменила тему:

– Мама, а что там с тем мужчиной, с которым ты в автобусе познакомилась? Общаетесь?

– Нет, – спокойно ответила мама, но мне показалось, что её голос дрогнул.

– А почему? Не понравился тебе? – искренне удивилась я. Мне казалось, что в старшем возрасте намного проще найти себе пару, чем в юности.

– Он не пришёл. – Кажется, мама была не очень рада обсуждать это.

– Сам позвал тебя на свидание и не пришёл? – уточнила я.

– Как-то так, да, – грустно улыбнулась мама. – Я сорок минут прождала его у входа на «Белорусской», но он так и не появился.

– Странный какой… Может, случилось чего? – нахмурилась я.

– Этого мы не узнаем, потому что номерами телефонов мы обменяться не успели – торопились.

– Мам, значит, не твой это мужчина. И вообще, от них одни неприятности… – Я исподлобья посмотрела на маму, и она рассмеялась.

– Да уж точно не буду расстраиваться из-за неслучившегося свидания.

Мне стало жаль маму. И ещё немного стыдно, что я только сейчас спросила её об этом. Как будто мне совсем не интересно, что с ней происходит. Я настолько погрузилась в свои проблемы, что действительно в последние месяцы кроме Полежаева больше ничем не интересовалась. Но сейчас всё иначе. Я почти вылечилась от этой болезни. Вернее, меня вылечили, не подозревая того.

В школе стало чуть спокойнее, но, конечно, уже не было как раньше и никогда не будет. С Алиной мы не просто перестали общаться – мы вели себя так, будто больше не существуем друг для друга. Я игнорировала её как могла. Просто старалась не замечать. С остальными одноклассниками было сносно. Никаких дружеских отношений, но и никакого негатива в мой адрес. Видимо, мои спортивные достижения так повлияли на них. И действительно, когда мы видим, как человек чего-то добивается, мы невольно проникаемся к нему уважением.

Школьные коридоры теперь служили только для того, чтобы перейти из кабинета в кабинет. Я старалась сделать это быстро, чтоб не сновать туда-сюда. Поэтому Тихонову пришлось звать меня прямо с урока. Я сначала удивилась и напрямую спросила его об этом.

– Да я уж не помню, когда встречал тебя в коридоре. Ты от кого прячешься? В столовке видел сегодня издалека, так пока дошёл, тебя уже и след простыл.

– А позвонить? Или написать? – спросила я, улыбнувшись.

– Нет, так нельзя. Я должен видеть твои глаза. А ты должна смотреть в мои. И тогда ты не сможешь мне отказать.

– Не смогу отказать? В чём? – Я сделала вид, что сержусь, но невольная улыбка выдавала меня.

– Ты мне поможешь? Вот просто скажи, что поможешь, и всё, – не отступал Тихонов, пытаясь сначала взять с меня слово, а уж потом объяснять.

– Говори уже давай, пока я не передумала, – рассмеялась я.

– Ты проведёшь со мной последний звонок? – выпалил на одном дыхании Руслан.

– Да, – ответила я.

– В смысле? Так просто, что ли? – искренне удивился Тихонов.

– Руслан, как я ещё год буду тут без вас с Настей учиться? – Видимо, в глазах моих промелькнула искренняя тоска, потому что Тихонов вдруг подошёл и обнял меня.

– Ты хороший друг, Маргарита. И наша дружба не закончится со школой. Ты встретишь парня своей мечты, и мы будем дружить парами, вот я прям чувствую. А потом, может быть, вообще семьями. Но сначала нужно провести последний звонок.

– Всё нормально, Руслан, проведём всё по высшему разряду. – Я подмигнула.

– Пойду тогда доложу Елене Андреевне! На связи! – Тихонов почти исчез, а я вернулась в кабинет на урок.

Прекрасная возможность прогулять несколько уроков, ведь будут репетиции, прогоны, да и под конец учебного года никто уже так яростно следить за посещением уроков не станет.

Как всё вмиг переменилось… Теперь я приходила в школу почти перед самым звонком, а уходила одной из первых. Поводов задерживаться не было никаких. Тем более я избегала встреч с Полежаевым. До сих пор не могла выкинуть его из головы. Хоть казалось, что я к нему уже ничего не испытываю, но каждый раз, когда мы случайно где-то сталкивались, моё сердце колотилось как бешеное.

Так и в этот раз. Я уже подходила к дверям, как сбоку откуда ни возьмись нарисовался Полежаев:

– Ритусик?! Как дела?

Это ужасное «Ритусик» сейчас прозвучало особенно гадко.

– Прекрасно, Полежаев, не жалуюсь, – ответила я, изобразив на лице улыбку.

– Чего не звонишь, не пишешь? – спросил он совершенно серьёзно.

Я даже не нашла, что на это ответить. Наверное, вид у меня был, мягко говоря, растерянный. Артём всё ещё шёл рядом. Ну ничего, главное – до калитки дотянуть, а там мы всё равно разойдёмся в разные стороны по домам, как в море корабли.

– Марго! – раздалось издалека.

Мне даже не нужно было гадать, чтобы понять, чей этот голос, пусть я и слышала его всего несколько раз. Это доставляло истинное удовольствие. Обернувшись на голос, я увидела у забора Ваню. Он искренне улыбался, играя ямочками на щеках. Я помахала ему и, даже не попрощавшись с Полежаевым, который (просто чувствовала это) с отвисшей челюстью остался стоять, поспешила к знакомому.

– Привет, – улыбнулась я и только сейчас заметила у него в руках розовую розу. Ваня протянул её мне.

– Спасибо… Это так неожиданно. – Я была крайне смущена. Мне ещё никто из парней ничего не дарил, а тем более вот так просто, без повода.

– У меня есть предложение, – продолжил Ваня. – Если твой вечер не занят, давай сходим в кино?

– В кино? – ещё больше удивилась я. – А что мы будем смотреть?

Я уже приготовилась мириться с тем, что мне предстоят самые скучные два часа в жизни за просмотром какого-нибудь фантастического или страшно ужасного фильма, которые обычно любят смотреть мальчишки.

– Не знаю, – засмеялся Ваня. – Найдём самую смешную комедию и будем весь вечер смеяться от нелепых шуток и нелогичного сюжета.

– Ты серьёзно? – не поверила своим ушам я.

– Вполне. Или ты хочешь что-то конкретное посмотреть?

– Нет, такой вариант подойдёт. Как раз то, что нужно.

Случилось всё почти так, как Ваня и сказал. Мы нашли самое, на наш взгляд, нелепое кино, которое вопреки ожиданиям оказалось на редкость смешным, и прохохотали весь сеанс.

Потом, уже на улице, Ваня предложил съесть по мороженому. И (что было совсем для меня неожиданно и приятно) запретил мне платить за себя.

Мы медленно прогуливались по проспекту и болтали обо всём на свете. И так легко было с ним рядом…

– А ты веришь в любовь с первого взгляда? – спросила я, вспоминая просмотренный фильм. – Мне кажется, она только в фильмах бывает.

– Честно признаться, не верил никогда. Но недавно случилось нечто, что заставило меня задуматься, не ошибаюсь ли я.

Я усмехнулась, готовясь услышать о том, как он увидел меня и сразу влюбился. В такие сказки я не просто не верила – они меня даже пугали. Вот сейчас он это скажет и тут же окажется в аутсайдерах, превратив эту встречу в последнюю. Не люблю, когда мне вешают на уши лапшу. Именно поэтому я просто шла молча, не спрашивая о том, что же его заставило изменить своё мнение. Но Ваня, видимо, уже принял решение поделиться со мной этой тайной.

«Только не говори, только не говори…» – настойчиво крутилось у меня в голове. Почему-то очень не хотелось, чтобы это свидание (а ведь оно действительно было похоже на самое настоящее свидание) стало последним.

– Ты представляешь, недели две назад заходил к нам в гости папин лучший друг, мой крёстный. И рассказал историю, которая просто не может уложиться у меня в голове. Он ехал в автобусе, когда водитель по какой-то причине резко затормозил. И к нему на колени буквально упала одна из пассажирок. Так вот, он уверяет, что в тот же момент влюбился в неё! Это звучит ужасно нелепо, но они вроде как договорились о встрече. В день икс он прождал эту незнакомку полтора часа, но она так и не пришла. Уже прошло две недели, он каждый день ездит тем же маршрутом в то же время, но до сих пор не встретил её снова. Да и как он её встретит? Она могла быть туристкой…

Пока Ваня рассказывал мне эту историю, мороженое в моих руках начало таять. Я забыла о нём и едва переставляла ноги, думая только о том, чтобы не отстать.

– Ваня! – схватила я вдруг его за плечо свободной рукой и встретила удивлённый взгляд. – Вот ты сейчас ничего только не спрашивай и не смотри на меня, как на ненормальную… Но ты можешь позвонить папе или его другу и спросить, где именно он договорился встретиться с той женщиной?

Ваня открыл рот, чтобы что-то уточнить, но я перебила его:

– Я же говорю: ничего не спрашивай, просто узнай! Это очень-очень важно! – Последнюю фразу я произнесла медленно и чётко, будто разговаривала с маленьким ребёнком.

Достав из кармана телефон, Ваня, почти не отрывая от меня взгляда, набрал нужный номер.

– Дядь Миша, здравствуй! Дядь Миша, у меня к тебе вопрос, ты только не пугайся. Помнишь, ты рассказывал историю о своей незнакомке? Скажи мне, где именно ты договорился с ней встретиться? На «Белорусской»? Я понял, перезвоню.

Я даже закрыла глаза от удовольствия.

– Теперь-то ты мне что-нибудь объяснишь?

– Да, – довольно улыбнулась я.

Со всеми мельчайшими подробностями я рассказала Ване всё, что знала о встрече мамы с незнакомцем в автобусе. Он слушал внимательно, кажется, затаив дыхание. А потом выпалил:

– Вот это чудеса… Уму непостижимо! Как переплетаются судьбы… Если бы ты не пришла тогда выступать в универ, я бы не заметил тебя на сцене. Если бы Дима мне не рассказал о девочке, которая почти никогда не посещала уроки физкультуры, а потом за несколько месяцев вошла в сборную школы, я бы, возможно, не обратил на тебя внимание во второй раз. Потом не пришёл бы за тобой в раздевалку и не пригласил бы сегодня на свидание. Но мало этого, мы пошли в кино, хотя ты могла отказаться и захотеть, скажем, в кафе… И ты не завела бы разговор о любви с первого взгляда, если б не этот фильм… Может, это и называется судьбой?

– Судьбы не существует, – довольно рассмеялась я. – Есть наш выбор, наши поступки и их последствия. И даже не любовь с первого взгляда.

– Всё равно это очень круто. И почти невероятно. Если бы я не сидел сейчас здесь, а просто услышал эту историю, то не поверил бы в неё. Такое только в книжках бывает.

– Ой, в жизни ещё круче, чем в книгах. Кстати, о книгах! Я прочитала «Королеву Марго», – с гордостью заметила я.

– И как тебе? – поинтересовался Ваня.

– Если честно, сначала было трудновато. Я никогда раньше не читала историческую литературу. Какое-то время даже заставляла себя читать дальше. А потом втянулась. Я вот только одного не пойму. Почему ты читаешь книги, да ещё такие? Вот Пол… – чуть не сорвалось с губ, я вовремя запнулась, чтобы не вспомнить Артёма. – Вот большинство наших мальчишек в школе вообще ничего не читают. А некоторые выбирают современные ужастики. А ты – классику?

– О, всё очень просто, на самом деле. Я же мечтаю стать тренером! А значит, я буду разговаривать с разными ребятами, а потом и со взрослыми, когда они вырастут. И мне важно, чтобы меня правильно понимали. Важно уметь донести до целой команды, что я от неё хочу. А все ребята разные. Возможно, мне придётся одно и то же повторять несколько раз и разными словами. Именно поэтому я читаю классику. Как бы банально ни звучало, но так я узнаю новые слова и учусь формулировать мысли. Я тебя больше сейчас удивлю: я ещё иногда и вслух читаю. Потому что одно дело – просто мысленно всё это пропускать, а другое – самому произносить. Как-то так.

Никогда не думала, что услышу от парня, да ещё от спортсмена, такие интересные мысли. Обычно о тех, кто учится на спортфаке, отзываются как о довольно ограниченных умственно людях. А Ваня очень образованный, действительно красиво говорит. С ним интересно.

– Почему ты решил стать тренером? – спросила я.

– Люблю спорт, – улыбнулся Ваня, а через несколько секунд добавил: – Если честно, я на травматолога хотел пойти, но не хватило балла, чтобы в мед на бесплатное поступить. Потому и решил, что буду стараться тренировать спортсменов так, чтоб потом не пришлось их лечить.

Мы оба рассмеялись.

– Ладно, мне пора. Можно тебя домой проводить? Заодно договоримся о новом свидании для наших незнакомцев, – предложил Ваня. – Только пусть для них это будет сюрприз.

По дороге мы и правда обо всём договорились. Дома мне не терпелось рассказать маме обо всём, что сегодня произошло, но я сдержала себя. Ведь мы договорились хранить всё в тайне.

А назавтра в школе, когда я проходила по коридору в следующий кабинет, ко мне вдруг подскочила Лиза.

– Рита! Ты что, встречаешься с тем парнем, что нас судил на соревнованиях? – Мне показалось, что все, кто стоял неподалёку, обернулись.

– Да, – тихо сказала я, пожав плечами и чувствуя, как мои щёки наливаются румянцем. Не знаю, могла ли я говорить о том, что мы встречаемся, но, по крайней мере, одно свидание у нас было. И как минимум должно случиться ещё одно.

– Он такой крутой! – восхищённо заметила Лиза.

– Это который? – тут же отозвался кто-то за мной.

– Тот чёрненький, симпатичный, с чёлкой, у него ещё ямочки на щеках, – ответила Лиза, и я даже удивилась, что Ваню заметили и запомнили.

Я повернулась, чтобы пойти в класс, и чуть не столкнулась нос к носу с Алиной.

– Что? Полежаев уже не нужен? Прошла любовь? – усмехнулась она.

– Нет, совсем не нужен, – смело ответила я. – Неинтересны парни, которые всем девочкам говорят одно и то же. Тебе же он наверняка сказал то же, что и мне. Небось хотел посмотреть, как за него будут драться. Нет, драться никто не будет.

Я прошла мимо неё. Алина не ответила, но мне показалось, что она о чём-то задумалась. В любом случае мне больше нечего было ей сказать. Зла я на неё уже не держала, но очевидно, что дружить мы никогда не будем.