Рон все-таки не удержался и вытащил меч, взмахнул им, рассекая призрачную плоть. Но с таким же успехом можно было рубить воздух. Дымка, из которой состоял призрак, лишь слегка подернулась рябью.

Сорнус Ами улыбнулся и неестественно склонил голову.

— Что-то забыл здесь, рыцарь?

— Ты всего лишь полудохлая тень, — выругался Рон сквозь зубы. — Мои дела тебя не касаются.

Он зашагал в обратную сторону, но призрак обогнал, просачиваясь сквозь ветки и легко скользя мимо стволов.

— Но ты ведь не просто так пришел сюда. Светлый рыцарь в Темных землях, — все не желал отцепляться призрак. — Тут явно какой-то секрет. Или ты не такой уж и светлый?

Рон снова ударил мечом. На этот раз резче, вкладывая всю свою боль и гнев в этот взмах. Лезвие смахнуло призрака, как веер смахивает горячий пар, и того швырнуло в один из стволов.

— Не мертвецам меня судить.

— А я разве судил? — Хохот Сорнуса эхом разошелся по проклятому лесу. — Кто я такой, чтобы это делать? Я лишь тень, не нашедшая покоя из-за своих грехов.

Раньше Рональд часто прокручивал в голове сцену казни этого человека. Сорнус виновен в смерти матери Рона, а потому он ненавидел его всем сердцем и всегда думал, что страдало это ничтожество недостаточно — казнь прошла слишком быстро, слишком легкая смерть. Но теперь, после первого приступа гнева, испытал нечто вроде злорадства. Ни перерождения Сорнусу, ни забвения.

— Так тебе и надо, — прошептал Рон и убрал меч обратно в ножны. — Надеюсь, ты страдаешь.

— Очень страдаю, особенно когда вижу, каким ничтожеством стал мой сынок. Позорит род Ами из-за какой-то девки, — призрак неожиданно охотно поддержал разговор. — Кстати, девка вроде твоя, да? Что ж ты за ней так плохо смотрел?..

Рон невольно замедлил шаг. В душе всколыхнулась ревность, злость, ненависть. Мариэтта принадлежала ему, была лишь его светом. Один Ами отнял у него мать, второй невесту. Весь их род следовало уничтожить, выжечь с корнем.

— …Ты не сердись, что я так прямолинеен, — вещал тем временем над ухом дух. — Сам понимаешь, у меня собеседников за последние годы было немного, мог и подрастерять чувство такта. Но ведь в наших общих интересах вернуть тебе девушку. Она моему сыну не пара. Такая стервозная…

— Что ты сказал? — Рон резко остановился, а дух, не ожидавший этого, продолжал двигаться и в итоге прошел сквозь рыцаря. По коже прошел холод, словно на мгновение окунулся в ледяную воду с головой.

— Я хотел сказать… звездная. Ее улыбка сверкает, словно звезды на небе, — тут же поправился Сорнус.

— Мне плевать, что ты хотел сказать, — буркнул Рон, — просто отстань от меня.

— Не могу. Видишь ли, когда я в свое время пытался снять проклятье с Темных земель, до того, как меня схватили, успел активировать древний артефакт и тем самым связал свою душу с ним. И теперь до тех пор, пока проклятье со здешних мест не будет снято, я обречен на вечные скитания. Но из-за того, что мой сын вместо заботы о собственных землях и людях выбрал женщину и не спешит выполнять свое предназначение, мне остается только бродить то тут, то там.

Призрак умолк, но по-прежнему продолжал следовать за Роном, которому удалось снова выйти к тропинке, и теперь вместе с лошадью они шли обратно к границе.

Рыцарь поглядывал на душу казненного мага с подозрением. Доверять ему нельзя — отец в любой момент донесет вести сыну. Кто знает, может быть, Сорнус Ами уже сообщил ему о местонахождении рыцаря.

— Ты знаешь, где находится дерево в форме арки? — еще раз все обдумав, решил все же спросить Биен.

Дядя перед смертью сказал, что эта деталь сама по себе не поможет найти артефакт, так что риск был не таким большим.

Призрак вздёрнул кустистые брови, и в какой-то момент показалось, что они вылетели за пределы головы.

— Ты ведь не просто так пришел сюда один, я прав? — улыбка Сонуса стала акульей. — Ты узнал, где находится артефакт, способный снять проклятье.

— Где находится арка? — потребовал Рон.

— Арка, говоришь… — Призрак Сорнуса Ами развеселился от этого вопроса. — Ну ты точно знаешь, как заинтриговать старого духа. Я смотрю, и настроен ты серьезно. Не ожидал подобного рвения от сына святоши Фрейма. Знаешь ли ты о том, что тот, кто снимет проклятие с Темных земель, получит силу магов, что его накладывали? За много веков она напиталась такой чернотой, что способна изменить даже самую светлую душу — голос призрака сочился ехидством. — Мне не так уж важно, кто снимет проклятье. Меня это освободит в любом случае. Но сам-то ты готов к этому? Я тебе помогу, светлый рыцарь. Как я уже сказал, на моего сына в этом вопросе нельзя полагаться.

То, с каким тоном Сорнус произнес «светлый», Рональду совсем не понравилось. Но ему в принципе не нравилось все, что говорил Ами. И сам Ами не нравился. Стоит ли нарушать свои принципы ради сделки с этим ничтожным презренным призраком?

Перед глазами встала сцена, как Биен на помосте на дворцовой площади возвращает себе магию, захватывает Его Величество и весь дворец. Подобное уничтожают подобным. Если ради того, чтобы спасти королевство, Рон должен испачкать душу… что ж, так тому и быть. А если в результате этого тот, кому надлежало мучиться вечность, обретет покой… У Рональда для мести все еще останется его сын, на него можно будет направить весь свой гнев.

— Веди меня туда, — приказал рыцарь.

Рональд вышел на поляну, в центре которой возвышалась арка из переплетенных деревьев. Она выглядела как портал в другой мир, искривленный и странный.

Место находилось почти в десятке километров от той чащи, по которой блуждал Рон на границе между Темными землями и королевством, и располагалось так, что, если не знать точного местоположения, ни за что не найдешь.

— Вот она, — пропел висящий в воздухе Сорнус. — Если, конечно, речь была о ней.

Арка разделяла поляну надвое. С одной стороны трава и живые деревья, с другой — каменистая почва и подножие склона.

— Ну не тяни, чего встал? Артефакт закопан под аркой? Спрятан где-то в ней? Где он? — Сорнус явно был вне себя от нетерпения.

Рон сделал вид, что он ищет: обошел все вокруг, осмотрел саму арку. Удивительно, что деревья так сплелись. Прав был дядюшка Эрмит, когда сказал, что одна арка не поможет найти артефакт. Где может быть этот дурацкий валун в форме великана?

— Сколько бы ты тут ни кружил, я всегда буду рядом, — ехидно напомнил призрак. — Мне не нужно ни спать, ни есть. А вот ты — живой человек. Так что действуй уже. Освободи меня, и я сгину.

Рон вздохнул. Что ж, в этом призрак был прав. Вот только что толку от его правды, если Рон не может найти этот валун. Не спрашивать же у духа.

Плюнув, Рон подошел к ближайшему валуну и принялся мечом ковырять землю под ним. Камень доходил ему до колена и был самым обычным.

«Надо было хоть лопату с собой захватить».

— Он там? Ты уверен? — суетился призрак. — Осторожнее тыкай своей махалкой, вдруг ты его повредишь!

«Нет, так я его не достану, действительно нужна лопата», — вздохнул Рон и снова вернулся к Арке, вытирая со лба пот.

— Где тут ближайшая… — заговорил, обратившись к призраку, но недоговорил, разглядев, как выглядит склон холма за аркой.

«Артефакт закопан под особым камнем. Камень похож на спящего великана», — словно наяву услышал он голос Эрмита в голове.

Сердце Рона забилось быстрее. Холм впереди, если смотреть через арку, действительно был похож на свернувшегося человека, который рукой указывал куда-то вниз.

Уже через десять минут Рон добрался до того места и начал рыть руками и расчищать мечом каменистую почву. Меч сломался, но рыцарю было плевать.

Еще полчаса, и он выудил на свет странную металлическую пластину.

— Наконец-то… — Призрак дрожал от нетерпения, то растворяясь в воздухе, то материализуясь вновь.

«Как же его активировать?» — подумал Рон. В магии был не силен и понятия не имел, что делать дальше.

— Капни на него своей кровью, — услышал он голос Сорнуса, эхом расходящийся по округе.

Рон колебался лишь мгновение. Он уже прошел через столько всего не для того, чтобы остановиться сейчас. Слегка качнув головой, он поднял обломок меча и сделал неглубокий надрез на ладони. Капля крови упала на металлическую пластину. В тот же момент воздух загудел, как будто сама земля вздохнула от облегчения.

Пластина начала светиться, сначала слабо, потом все ярче и ярче, пока не озарила всю округу светом, сравнимым с дневным.

Рон зажмурился, чтобы не ослепнуть, а когда снова открыл глаза, то увидел, что небо над ним стремительно светлеет, словно в эти земли наконец-то пришел рассвет.

— Неужели так просто? — удивленно выдохнул рыцарь.

— Если бы все было так просто, думаешь, я бы задержался, чтобы меня могли поймать твои отец и дядька? — Сорнус Ами стоял перед Роном в полной материальной форме, как будто никогда и не был призраком.

Внезапно на Рональда кто-то прыгнул, он инстинктивно перебросил нападающего через себя, но тот успел ударить его ножом в спину.

— Я сделала, как ты просил, папа… — прохрипела молодая темноволосая девушка, сбитая с ног.

— Спасибо, милая. Ты сделала правильно. Этот человек очень хочет обидеть твоего горячо любимого братца. Нельзя ему этого позволить…

Рон пошатнулся. Почувствовал, как кровь сочиться сквозь одежду, горячая и вязкая. Рана в спине горела огнем. В горле тоже забулькала кровь — кажется, были задеты какие-то важные внутренние органы. Перед глазами начало темнеть.

— Не волнуйся, ты не умрешь. Вернее, твое тело не умрет. Оно мне еще понадобится.

Голос звучал где-то рядом. Все вокруг казалось нереальным, как в туманном сне. Рон попытался подняться, но руки не слушались, а мир вокруг продолжал кружиться.

— Что ты собираешься со мной сделать? Если не убить, то что?

— Твое тело станет сосудом для моей души, а твоя воля будет подчинена мне. Видишь ли, когда много лет назад я активировал артефакт, я связал себя с ним. Вот только не на уровне магии, а на уровне души. И теперь тот, кто попытается забрать себе мощь артефакта, тот получит и мою душу в придачу. Для этого нужно лишь ослабить твою, чтобы она перестала сопротивляться. Разве это не чудесно? — Смех безумного мага звенел в ушах и разлетался по округе.

Кажется, он вырывался из горла Рона.

Последние дни во дворце были странными. С одной стороны, между мной и Биеном словно разом исчезли все преграды. Мы любили друг друга, не могли надышаться, захлебывались нашим счастьем.

С другой стороны, воздух во дворце был пропитан тревогой, ощущением неизбежного. Словно темные тучи сгущались над нашими головами, предвещая бурю. Но в моменты, когда я смотрела в глаза Биена, казалось, что мир вокруг перестает существовать. Его улыбка была моим прибежищем, его объятия — моей крепостью.

Однако любовь, как и все великое, имеет свою цену. Меня окружили презрение и ненависть всех, кто остался во дворце и из страха или яда служил Биену. Они видели во мне предательницу, женщину, которая продала свою душу и верность королю за обещание безопасности и власти.

Шепотки втыкались в мою спину как отравленные стрелы.

— Она тоже ведьма.

— Любовница темного.

— Предательница.

Чужие слова и взгляды преследовали повсюду, даже в самых укромных уголках замка. Я видела страх и отвращение в глазах дворян, когда они отворачивались, стараясь не встречаться со мной взглядами. Разве что приставленные магом служанки, которые оказались родом из Темных земель, обращались со мной уважительно.

— Пожалуйста, — я начинала этот разговор снова и снова, — давай оставим это все. Уедем куда-нибудь подальше отсюда. Начнем все с начала. Вернемся в Темные земли…

— Чтобы вернуться в Темные земли, нужно найти способ снять с них проклятие. А пока я никак не могу найти того, кто знает, где спрятан артефакт.

Вот только вскоре нужный человек нашелся. Только не живым, а мертвым.

— Эрмит Фрейм, господин, — отчитался очередной гонец. — Погиб, когда его пытались задержать.

В глазах Биена загорелся потусторонний огонь, и Мариэтта видела, что Биен едва сдерживается.

— Приказ был доставить его ко мне живым. Или сообщить о местонахождении, если не удастся поймать!

— Простите, господин… мы допустили ошибку. С ним был молодой рыцарь. Ему удалось сбежать.

«Они говорят о Роне? Что с ним случилось?» — беспокойство затопило сознание.

— Найдите его.

Поиски продолжились. Биен ходил каждый день чернее тучи, периодически сам перемещался по королевству, обыскивая места, откуда приходили донесения, что там видели похожего человека. Но все без толку.

Возвращаясь с очередных безуспешных поисков, Биен выглядел истощенным, но в глазах все еще тлела искра надежды. Я пыталась поддерживать его как могла, но чувствовала себя беспомощной.

Пока однажды не пришло неожиданное известие.

— Враг на подступах к королевству. Война неизбежна! — кричал ворвавшийся в зал гонец.

В этот момент в зале были Биен, я и король Георг, все еще не терявший надежды выдать Матильду замуж за мага.

— Как война? Кто посмел нас атаковать? Соседи с юга или с севера? — ахнул его величество.

— Темные земли, — ответил запыхавшийся гонец.

Король повернулся к Биену.

— Как это так? Мы же с вами вроде не воюем, а всячески сотрудничаем, так сказать. Я же даже выдал вам своих людей для поисков Фрейма. — Король был возмущен.

Маг присел рядом с припавшим на одно колено гонцом.

— Говори, что случилось.

— С Темных земель слетело проклятие, и после этого мужчины Темных земель, вооруженные вилами и топорами, пошли на королевство. Но их ведет очень сильный маг. Ему хватило одного заклинания, чтобы захватить несколько деревень.

— Что еще за мужчина-маг? Биен! Кто еще из вас, Ами, остался? Разве не ты единственный маг? — потребовал ответа взволнованный король Георг.

— Сбежавшие из гарнизонов на пути этого войска солдаты сказали, что слышали, как мага называли именем Сорнус…

Имя прозвучало как гром среди ясного неба. По коже пробежал мороз.

Биен встал, его лицо побледнело.

— Сорнус... — прошептал король Георг. — Но разве он не мертв? Мы ведь его казнили…

Мое сердце замерло от страха не за себя — за Биена, за нас, за королевство, за все то хрупкое счастье, которое мы обрели.

— …Как такое возможно? — требовал король ответа от мага.

— Понятия не имею, — ответил Биен. — Но раз проклятие с Темных земель снято…

«Он собирается уйти и оставить всех людей королевства один на один со своим вернувшимся из мертвых сумасшедшим отцом?!» — ужаснулась я.

— Люди говорят… — вдруг произнес гонец, словно сомневаясь, стоит ли вообще это говорить. — Что этот маг выглядит как тот рыцарь, которого вы велели искать по всему королевству.

Воздух в комнате стал тяжелее.

— Тогда, возможно, это не мой отец. Рональд нашел артефакт, активировал его, получил магию и решил захватить власть, — пожал плечами Биен.

— Рональд? Наш Рон Фрейм? — Брови его величества взлетели вверх, в глазах зажглась надежда. Зажглась, но тут же потухла. — Но что же нам делать, если это не он? Если это Сорнус вернулся из мертвых? Как мы можем противостоять ему? — заламывал руки король. — А если он захочет захватить все королевство? Молодой человек, — он снова обратился к Биену, — вы обещали нам противоядие от вашего яда, когда вернете себе артефакт. Судя по тому, что проклятие уже снято, артефакт больше не нужен. Но вы не можете уйти, оставив королевство на грани войны. Про ответственность что-нибудь слышали? Я, между прочим, за вас единственную дочь отдать готов!

— Вашу дочь можете оставить себе. — Биен смерил его недобрым взглядом. — Как и ваши проблемы. Я дам вам противоядие, и на этом все. — Биен повернулся ко мне. — Мариэтта, не ты ли хотела покинуть дворец?

— Хотела, но…

— Тогда уходим. — И он протянул мне руку.

— Моя семья в столице, как я могу ее бросить?

— Заберем с собой.

— И всех остальных жителей тоже?

Биен на мгновение прикрыл глаза. Затем кивнул, словно принял решение.

— Хорошо, я попытаюсь встретиться с этим магом, кем бы он ни был. Узнаю его мотивы и цели.

— Я пойду с тобой, — твердо сказала я, встречая взгляд Биена.

— Нет, Мариэтта. Это слишком опасно. Я не могу рисковать тобой. Ты должна остаться здесь.

— Но если это Рон…

— Ты должна остаться здесь. Тем более если это Рон.

Я хотела было возразить, но тут в зал вбежали несколько военных.

— Ворота города атакованы!

* * *

Воздух здесь, за пределами города, был пропитан дымом и магией. Биен смотрел на армию во главе с фигурой в черном. Люди за фигурой, казалось, были лишены воли и разума и следовали за ней, управляемые невидимыми нитями темной магии. То были крестьяне — с вилами, топорами, лопатами. Если кто-то из них падал, то остальные шли прямо по нему с отсутствующими выражениями лиц.

У Биена никогда не получалось подчинить себе магией даже одного человека, и потому он представить не мог, какой силой должен обладать тот, кто способен управлять тысячами, и понятия не имел, что делать. Одному ему точно эту армию не остановить. Выдержат ли стены города, когда их атакуют? Нападение крестьян с лопатами выдержат — их все же против более сильной армии возводили, но вот остановить того, кто ее ведет — это вряд ли.

Фигура в черном остановилась и повернулась к Биену. Между ними было не меньше ста метров, лицо предводителя толпы скрыто под глубоким капюшоном, но Биен сразу почувствовал на себе взгляд — пронзительный и холодный.

Взмах черного плаща указал на небольшую возвышенность в стороне от замка, с которой хорошо просматривалось все, что происходит перед крепостными стенами. А затем фигура вдруг исчезла в искрах темного пламени.

«Это было приглашение?» — хмыкнул Биен и решительно перенесся в указанном направлении.

Перед глазами на миг вспыхнула волна магии, и он оказался прямо перед фигурой в черном. Темный стоял спиной и совсем не заботился о том, что на него могут напасть.

«Кто это? Рональд? Мой отец? Кто-то еще?»

Первые два варианта казались слишком безумными: отец умер, Рон слишком светлый для фокусов с массовым порабощением, да и зачем ему нападать на собственное королевство? Тогда это кто-то другой? Но кто? Эрмит Фрейм мертв — Биен лично видел его тело.

— Кто ты? Чего добиваешься?

Если бы еще год назад кто-нибудь сказал, что он будет переговорщиком от королевской столицы с атаковавшей ее армией, Биен бы плюнул этому человеку в лицо. Какая глупость!

Маг коротко посмеялся и наконец повернулся. Откинул капюшон.

— Рональд Фрейм?!

Биен моментально призвал голубое магическое пламя и выставил перед собой. Дыхание участилось от предчувствия противостояния, тело само собой встало в атакующую позу.

— Не угадал, сын. — Лицо Рона неприятно оскалилось.

— Как такое возможно? — Биен от неожиданности отступил на шаг, но магический огонь перед собой так и не погасил.

— Говоришь так, будто не рад мне, — усмехнулся маг и взмахнул рукой, показывая на атакующих стены крестьян, от которых защитники города отбивались стрелами. — А ведь тебя как одного из Ами должно все это очень даже забавлять.

— Зачем ты привел сюда этих людей? Их же перебьют, и все…

— Для антуража, — ответил Рон-Сорнус. — Так ведь эффектнее. Больше криков, больше хаоса.

Биен сжал губы, стараясь удержать свою магию от неконтролируемого всплеска. Разговор принимал абсурдный оборот, каждая секунда затягивания этой беседы приближала город к катастрофе.

— Ради чего все это? Театрального эффекта? — Биен недоумевал. Он по-прежнему не мог поверить, что перед ним отец в чужом теле. — Я слышал, что проклятие с Темных земель пало, разве этого не достаточно?

— Конечно, не достаточно. Нужно отомстить. Продемонстрировать силу и заставить жителей королевства заплатить за свой снобизм и высокомерие. — Голос Сорнуса стал холоднее. — Поэтому, — он снова указал рукой на атакующую город армию крестьян, — заставить их убивать друг друга — это отличная затея. В конце концов, все умрут.

— Все? — переспросил Биен.

И перед его глазами встало лицо Мариэтты.

— В этом городе? Да. Все. Без исключения, — пообещал отец, словно прочитав его мысли. — У нового, объединённого под властью Темных земель королевства будет новая столица, а этой суждено быть разрушенной в назидание. Все они жили хорошо пока темные земли страдали, теперь пусть страдают другие, пусть боятся. Ты один из Ами. И ты знаешь свой долг. Встань на мою сторону.