Глава 13

Забрав вожделенную шляпку, Мари и Биен направились к выходу.

— Что это было? — шепнул ей маг, едва они переступили порог.

Вместо ответа Мари лишь коварно улыбнулась.

В следующем магазине ситуация повторилась, и в следующем, и дальше, и еще в пяти или шести местах, в которых они в этот день побывали.

К вечеру Биен, нагруженный коробками и пакетами, шел за Мари, надеясь, что она утомилась так же, как и он, и они наконец вернутся в поместье.

Но, судя по жизнерадостному виду Мариэтты, она только вошла во вкус.

«Может, мне натворить что-нибудь прямо здесь? Народу много… Тогда меня сразу потащат на плаху, и не придется ходить смотреть эти бесконечные ряды». Мысль казалась заманчивой.

— Мы уже скоро возвращаемся, — девушка словно прочла его мысли. — Зайдем только в кондитерскую. Папа очень любит фруктовые пирожные. Возьмем несколько коробок. Хочу его порадовать.

В кондитерской пахло выпечкой, патокой и ванилью. Воздух был таким сладким, что, казалось, его можно попробовать на вкус. Пирожные, печенье, конфеты ярких цветов, с кремом и без, украшенные фруктами и мастикой, с конфитюром и даже с живыми цветами, круглые, квадратные, в форме звезд и пирамидок были выставлены на большом изогнутом в форме буквы «П» прилавке.

— Госпожа Гудвил, давно вас не видел, — помахал рукой пожилой мужчина из-за прилавка. — А у нас несколько новых десертов появилось. — Он провел рукой вдоль, предлагая посмотреть. — Можете пробовать любое, уверен, вам понравится.

— Спасибо большое, но мне маленькие фруктовые, как обычно. Две коробки, — тепло улыбнулась Мари.

— В таком случае возьму с кухни, там как раз только что сделали свежие, — заговорщическим шепотом сообщил старик и скрылся за дверями подсобного помещения.

Биен же в это время рассматривал то, что лежало на прилавках. В Темных землях всегда был скудный выбор еды. Грибы, коренья, мох, редко мясо. Отец был равнодушен к изыскам, а мать готовила то, к чему привыкла с детства в родной деревне.

Когда Биен сам встал во главе Темных земель и смог беспрепятственно покидать их, то первым же делом наворовал, как ему тогда казалось, изысканных разносолов. Объелся и заработал себе несварение на несколько дней.

И, тем не менее, желание пробовать новое у него не пропало. Вот и сейчас он стоял посреди кулинарного великолепия и не мог понять:

— Как так? Этот старик сказал, мы можем пробовать все, что захотим? А мы просто возьмем то, что тебе надо, и уйдем? — Биен взял с прилавка небольшое печенье и откусил. Оно буквально таяло, оставляя на языке приятное сливочное послевкусие. — Ммм… Попробуй!

Он подошел к Мари, протягивая ей лакомство. Девушка наклонилась и откусила, слегка задев губами его палец. Биен невольно облизнулся, не в силах отвести от ее губ взгляда. Внутри все напряглось, моментально откликаясь на возникшие в голове фантазии, для которых было совершенно не время.

В этот момент уличная дверь в кондитерскую открылась.

— Мариэтта?.. — голос Рональда Фрейма невозможно было перепутать.

Маг едва не выругался от досады вслух. Неужели столица настолько тесная? Или это единственная кондитерская на все королевства? Твари небесные, что этот недорыцарь тут забыл?

— Ох, Мари, дорогая, ты, кажется, испачкалась, — приторным тоном заворковал Биен и легким движением провел несколько раз по губам девушки большим пальцем. — Хочешь еще чего-нибудь?

— Я… — Девушка растерялась при виде Рональда.

— Отойди от нее!

Рыцарь оказался рядом мгновенно и, оттолкнув мага, встал между ним и Мари. Его глаза полыхали гневом.

— Рон, что ты делаешь? — Мариэтта попыталась образумить «героя», но тот не слушал.

— Отойти? — Биен не удержался от ехидных ноток в голосе. — Как же так? Я ведь ее верный слуга и раб. Куда же мне от нее отходить?

— Ты недостоин даже одним воздухом с ней дышать.

— У его величества короля Георга другое мнение, — хмыкнул Биен. — Или ты не в курсе его указа? Тебе его напомнить?

Рон слышно скрипнул зубами:

— Дай мне повод, тварь. Просто дай мне повод от тебя избавиться, — прошипел он, угрожающе надвигаясь.

— Ну да, ведь пока я рядом, тебе ничего не светит с Мари, — гаденько подмигнул маг.

Рональд взвыл и толкнул Биена на прилавок. На звук падающих пирожных из подсобки выбежал старик.

— Что вы делаете? Что происходит?! Хватит! — истошно закричал он, оплакивая полетевшие на пол кулинарные шедевры.

Едва Биен сумел подняться на ноги, как в лавку вбежал еще один рыцарь — должно быть, какой-нибудь телохранитель или охранник Фрейма. Тут же выхватил меч, наставил на Биена, но маг сумел увернуться, подхватил большой металлический поднос, на котором располагались десерты. Печенье с него градом посыпалось на пол, превращаясь в коричневую крошку.

Поднос сработал как щит, помявшись от удара, и Биен перешел в контрнаступление, атакуя острой железной кромкой посудины. Охранник уклонился, и поднос обрушился на его голову.

Рон попытался помочь и выхватил меч, но Биен пинком отправил телохранителя под ноги Фрейму, наконец завладевая оружием.

«Вот оно! — мелькнуло в сознании. — Убить идиота, и дело с концом. Два зайца сразу: избавлюсь от недорыцаря и отправлюсь на плаху. И верну свою силу!»

Пусть отец и утверждал, что Рон был его братом, для Биена он был в первую очередь — врагом и сыном врага, человеком, стоявшим на пути к цели, а также смеющим претендовать на девушку, что принадлежала ему.

Все, что нужно было сделать — рывок, чтобы добраться до Фрейма и вонзить меч ему в грудь.

— Биен, не надо! Пожалуйста! — Мариэтта встала между ними спиной к Рону. Ее грудь часто-часто вздымалась. Почему она просит его? Почему она обращается к нему? Разве он все это начал? — Биен, прошу тебя, брось оружие.

— Да-да… Молодой человек, пожалуйста, — эхом пропищал старый кондитер, жавшийся к стене.

Маг почувствовал, как на запястье, помимо ограничивающих магию оков, сжимаются еще одни путы — невидимые глазу, но реальные: брачные чары Темных земель, связавшие его с Мариэттой и запрещавшие ослушаться ее прямых просьб.

Но даже если бы их не было, разве смог бы он отказать ей? Ее искренний и чистый взгляд буквально молил. За кого она переживала в этот момент? За него? Или за своего честного и благородного рыцаря?

Биену ничего не оставалось, кроме как скорчить кислую мину и бросить оружие на пол. Если она так переживает о своем женихе, Биен не станет его трогать.

Девушка развернулась к магу спиной.

— Рон, оставь его. Он ничего сейчас не сделал. Ты сам это начал.

— Сейчас — нет, — выплюнул рыцарь. — Но я не собираюсь забывать его прошлые грехи.

— Его величество уже приговорил его…

В ответ на это Рональд рассмеялся. Надрывно, громко, неестественно. Смех закончился так же резко, как и начался.

— Он бессрочный слуга, лишенный всех прав, и пытался напасть на свободного. Мой человек это видел и может подтвердить. — Рон кивнул на своего телохранителя. — Так что я забираю твоего дружка для выяснения всех обстоятельств. Его следует допросить. — Голос рыцаря был холодным и твердым, словно металл. — Мало ли что на уме у этой твари. Может быть, он и тебя намеревался обидеть.

— Рональд… — На лице Мариэтты было написано непониманием, глаза ее выглядели стеклянными, словно она не узнавала того, кто стоял перед ней. — Как ты можешь…

Рон подошел к ней вплотную и приложил указательный палец к ее губам.

— Тшшш, не говори ничего. В конце концов, я твой жених и обязан о тебе заботиться.

— Ты не мой жених, между нами все кончено! — воскликнула Мариэтта.

— Уведи его, — приказал Фрейм подручному, словно не слыша ее слов.

— Нет, стой! — воскликнула Мари. — Рон, прошу, оставь его! Давай просто уйдем отсюда вместе и поговорим. Ты и я.

— Ты и я… — эхом повторил Рональд, жестом приказывая своему человеку остановиться.

Мари, обрадованная успехом, повернулась к Биену.

— Возвращайся в поместье, — ее тон был приказным. — Отнеси туда все мои покупки. Я буду позже.

Биен прикрыл глаза, борясь с собой. Больше всего на свете он хотел поднять меч и проткнуть негодяя. Но проклятая магия заставляла подчиняться Мариэтте. Заставляла отказаться от борьбы и просто смотреть, как она уходит под руку с этим…

Перед тем как уйти, Рональд кинул старику-продавцу туго набитый мешочек с деньгами.

— За беспокойство.

На лице старика тут же расплылась улыбка, которая сменилась многозначительным «оооо…», стоило развязать мешочек и сунуть в него нос.

— О, какое беспокойство, молодой граф, приходите хоть каждый день! — тут же с готовностью отозвался он.

«Сколько же он там ему сунул?» — скривился Биен.

Внутри тут же закопошились неприятные мысли. Его соперник богат, хорош собой и многое может себе позволить. На что Биен вообще рассчитывает?

«Ни на что! Мариэтта — досадная помеха! Она мне не нужна, и Фрейм мне не соперник! — рассердился маг. — Сначала надо вернуть себе магию, свободу, освободить Темные земли, а затем…»

Собрав покупки Мари, которые выпали, пока защищался, Биен уже собрался уходить.

— Юноша! — окликнул его старик. — А как же фруктовые пирожные?

Мало было пакетов, в руки Биену сунули еще и коробку.

«Я властитель Темных земель… а не носильщик!» — скрипнул он зубами, а ноги сами несли его к поместью.

Торговые ряды казались бесконечными, тянулись вдоль всей улицы. Воздух был наполнен запахами специй: корицы, имбиря, мускатного ореха. Рядом располагались прилавки с тканями — шелком, бархатом и льном разнообразных оттенков.

Торговцы кричали о своих товарах, покупатели торговались, дети играли в прятки между лавками. Мелкие воришки бегали вокруг, ища возможность украсть что-нибудь незаметно для владельца.

«А если сейчас, пока я один, попытаться добраться до площади? Туда, где я спрятал крупицу магии?»

Вот только едва Биен об этом подумал, как давление на запястье стало сильнее, а при попытке повернуть в другую от поместья сторону он просто не смог сдвинуться с места. «Проклятье! Неужели упущу такой случай?» И что за дурацкие чары?! А если к моменту, когда он придет, поместье будет охвачено огнем? Эта сила все равно заставит его войти внутрь?

Пойдя через весь рынок, оставив за спиной калейдоскоп звуков, запахов и образов, пленник вышел на другой конец улицы, где стояли всего пара самых бедных лавок.

— Господин, купите глиняные плошки. Дешево! — окликнула его торговка.

— Не интересует, — бросил он, не останавливаясь.

— Господин, прошу!

Перед ним лицом к лицу появилась бледная темноволосая женщина лет сорока. Ее лицо отчего-то показалось смутно знакомым.

Секундная заминка, и к женщине присоединилась еще одна:

— У нас глина из самых глубоких горных шахт. Пойдемте, пожалуйста, вам обязательно что-нибудь да понравится, — предложила, словно колокольчик звякнул.

Глину в шахтах не добывали, поэтому слова явно были намеком, а не рекламным слоганом. Да и «глубоких горных шахт» в королевстве, насколько Биен знал, не было, такие имелись только… в Темных землях.

Женщины подтолкли его в сторону лавки. Магический приказ от Мариэтты молчал, не помешав ему проследовать за ними. Возможно, потому что Биен не слишком отклонялся от маршрута и не проявил инициативу?

Едва Биен оказался в лавке, дверь за ним захлопнулась. Он настороженно положил свою ношу на прилавок. Кто эти женщины? Враги ему?

— Господин… — едва слышно прошептали женщины и бухнулись перед ним на колени.

— Я Кара, — представилась первой та, что выглядела старше. — А это Эней, — указала на более молодую и взволнованную подругу.

— Вы из Темных земель.

Это было не вопросом, а утверждением. Так вот почему лицо одной ему показалось знакомым. Вполне вероятно, он видел ее раньше. Так они сбежавшие? Одни из тех, кто оставил своих детей и не вернулся?

Должно быть, на его лице мелькнуло недоброе выражение, потому что обе тотчас постарались уверить в обратном.

— Нет-нет, мы не предательницы… — вновь взяла слово Кара. — Мы здесь ради своих семей, оставшихся дома. Отправляем им вещи, продукты, одежду, на которую зарабатываем здесь. И не мы одни. Женщинам Темных земель приходится трудно, ведь мы вынуждены оставлять своих детей одних. Но не проходит и дня, чтобы мы не хотели вернуться и воссоединиться с ними.

— Похвально, — кивнул Биен с нечитаемым выражением на лице.

С одной стороны, он и так знал, что такое происходит. Мужчины работали в шахтах, скованные проклятием и не имеющие возможности покинуть свои земли, а женщины занимались кто собирательством, кто торговлей…

— Мы знаем, что с вами произошло. Весь город гудит о том, что вас схватили и едва не отправили на каторгу. Господин… — чуть не плача прошептала младшая, Эней. — Неужели это конец? Вы проиграли… Мы проиграли, и нет больше никакой надежды для Темных земель?

Сейчас было не время раскрывать планы. И Биен понятия не имел, не подосланы ли эти женщины. Кто знает, может, Фрейм или даже сам король подговорил их, чтобы таким образом его проверили? Поэтому ограничился лишь коротким:

— Надежда умирает последней. А я и вы все еще живы. — Его голос звучал уверенно, несмотря на то, что он подбирал каждое слово.

— Тогда… Мы можем вам как-то помочь? — тут же подхватила Кара. — Нас не видно, но на самом деле мы не одни, нас много в этом городе и за его пределами. Только одно ваше слово. Если вам нужно помочь, мы это сделаем.

— Мы росли не в таких тепличных условиях, как местные женщины, — уверенно кивнула Эней. — Если нужно, то мы и оружие в руки возьмем.

Биен подошел к единственному небольшому оконцу в лавке рядом с дверью и посмотрел на город за ним. Где-то там, среди этих улиц и домов, теплились сердца, готовые вспыхнуть от малейшей искры.

Тьма сильнее всего боится света. И они станут светом для Темных земель.

* * *

Мы с Рональдом сидели в повозке друг напротив друга. Герцог так и держал мою руку, не сводя с меня странного взгляда.

— Рон… — решилась я заговорить первой. — Я очень плохо с тобой поступила…

— Я тебя прощаю, — мягко улыбнулся он.

— И я тебе благодарна за это, но мы больше не можем быть вместе.

Хватка его стала жестче и болезненнее.

— Кто это сказал? — процедил он, продолжая улыбаться. — Это из-за указа? Из-за того, что ты не хочешь рожать вне брака? Так выйди за меня, я приму твоего ребенка как своего.

По спине покатился холодный пот от того, с каким жаром звучали его слова. С одной стороны, разве можно Рона винить за его доброту? За то, что он искренне хотел мне помочь? А с другой — то, как непримиримо блестели его глаза, как упорно он повторял, что не хочет разрыва, заставляло чувствовать себя худшей женщиной в мире, потому что я не хотела делать ему больно.

— Рон, ты найдешь себе другую девушку, гораздо лучше меня… — мягко попыталась отстраниться, но он не дал этого сделать, напротив — перехватил за плечо и вдруг обнял с такой силой и отчаянием, что стало трудно дышать.

— Мне не нужна лучше, слышишь? Мне нужна ты. Мариэтта, я уже упустил тебя однажды, позволил этому мерзавцу украсть тебя у меня, я больше не допущу такой ошибки. — Его голос дрожал, а руки гладили мои плечи, заставляя каменеть всем телом. Никогда раньше Рон не позволял себе подобного, и я понятия не имела, как реагировать. — Мы можем начать все сначала, забыть прошлые ошибки.

Меня раздирало на части. Я искренне жалела Рона, его боль отзывалась во мне. Но сейчас я уже не могла себя представить рядом с ним. Его прикосновения казались удушающими, тяжелыми, вместо теплоты я чувствовала лишь неловкость, вместо томления — скованность.

— Рон, я... — Слова застряли в горле. — Прошу, отпусти меня.

Повозка двигалась, но сквозь стук сердца, отдававшийся в ушах, скрип колес и шум городской суеты едва слышались.

— Отпустить? — горько усмехнулся рыцарь. — Скажи, Мари, что ты в нем нашла? Ты переспала с ним. Как это было?

— Рон…

Не верила собственным ушам. Это было так не в духе молодого герцога и звучало настолько ужасно, что в первый момент я просто впала в оцепенение и не знала, как реагировать.

— Он взял тебя силой? — голос Рона стал громче и жёстче, он ждал ответа.

— Что ты такое… — Я забилась в его руках, пытаясь оттолкнуть.

— Так ведь я тоже могу, — процедил он, запустив руку мне в волосы.

Его губы накрыли мои грубо и жестко, мазнув слюной по щекам. Это был не нежный или страстный поцелуй, а заставляющий окаменеть. Рон подавлял меня, прекрасно понимая, что я бессильна в его крепких руках. Неужели ему это нравилось?

Кажется, я своего жениха и не знала. За его лаской и заботой скрывался человек, которому приятно ломать женщину?

Я попыталась оттолкнуть его, но тщетно. В какой-то момент я укусила его до крови, и лишь это заставило Рона ослабить хватку.

Я снова дернулась и смогла оттолкнуть его от себя и вытереть рот. Рональд смотрел мне в глаза с обидой, будто я не имела права отталкивать его.

— Не смей меня трогать, — процедила я, отстраняясь еще дальше.

— Мариэтта, я всего лишь хотел понравиться тебе так же, как он! — выпалил Рон с самым невинным видом.

Он даже не понимал, в чем ошибался.

Его дыхание было рваным, он смотрел на меня с безумным выражением лица.

— Ты плачешь… — хрипло произнес он, вытирая выступившую на нижней губе кровь. — Не плачь. Мы будем вместе.

В моих глазах действительно стояли слезы: от страха, отчаяния, от боли.

«Не будем, Рон», — подумала я, но вслух побоялась сказать, чтобы не спровоцировать его снова.

Атмосфера между нами стала еще более напряженной.

Когда повозка остановилась, я вышла, не оглянувшись.

— Ты все еще моя невеста, Мариэтта, — услышала вдогонку голос некогда самого близкого мне человека, — я не откажусь от тебя.

Я направилась в свою комнату.

— Госпожа, что с вами? На вас лица нет! Все в порядке? А где… этот?.. — спросила служанка.

Под «этим» она наверняка подразумевала Биена.

— Все в порядке. Оставьте меня!

Буквально влетев в комнату, я закрылась на замок и рухнула на кровать. Беспомощно обхватив себя руками, пытаясь унять дрожь во всем теле. Слезы катились по щекам.

Мужчина, что ехал со мной в карете, не мог быть Роном. Добрым, милым, благородным рыцарем, которого я знала. Как же мы до этого докатились?

* * *

Биен вернулся через несколько часов. К тому моменту я уже успела привести себя в порядок и успокоиться. Но, тем не менее, произошедшее, видимо, так или иначе отражалось на мне, потому что весь вечер маг странно косился в мою сторону.

В итоге я ушла в отцовскую библиотеку, оставив его одного, и вернулась в комнату, только когда стемнело. Биен к тому моменту уже лег на сооруженную из кресел лежанку. Он спал лицом к стене. А может, только притворялся. Не раздеваясь, я легла под одеяло и почти мгновенно уснула.

* * *

Следующее утро для меня началось с приема гонцов, которые приносили приглашение за приглашением: от герцогини Моблан — на обед, от господина Виттора — на званый вечер, от виконта Рихарда — на бал. И еще много других. Мой план увенчался успехом — сплетни быстро разлетелись по городу, и презрение быстро сменилось интересом. Все хотели увидеть не только меня, но и моего темного мага — во всех приглашениях в количестве персон было дописано «плюс один».

Я сидела за туалетным столиком, бездумно перебирая купленные вчера безделушки и косметику, пока Биен разбирал сваленные в кучу конверты. В душе все еще царил сумбур, я была растеряна. Мне уже не казалось хорошей идеей проводить время в кругу дворян, ведь среди них мог быть Рон.

— Ты собираешься посетить все эти, — Биен скривился, — мероприятия? Надеюсь, хотя бы меня туда не потащишь?

Я отложила кисть для румян и взглянула на него через зеркало.

— Ты ведь сама не хочешь этого. — Он неодобрительно покачал головой.

— Я же обещала тебе попытаться разузнать побольше о проклятии.

Он в ответ хмыкнул и неопределённо качнул головой, а потом выдернул конверт из стопки.

— Хм, его еще не вскрыли. — И передал мне.

Надорвав, я вытащила приглашение и пробежала по ровным каллиграфическим строчкам. Как странно. Этого я явно не ожидала. Неужели дедушка постарался?

— Через неделю во дворце бал, — сообщила Биену. — Его величество хочет лично провести нашу церемонию бракосочетания.

До бала было еще семь дней. Поразмыслив, я решила отказаться от всех остальных приглашений до этого события.

После случившегося с Роном требовалось время, чтобы прийти в себя.

* * *

Биен всю неделю вел себя на удивление спокойно: не ввязывался в споры со слугами, не пытался никого провоцировать. Он словно вжился в отведенную ему роль. Охотно ездил город с поручениями, помогал по дому, не обращая внимания на косые взгляды. Не спорил со мной.

За день до бала портной принес наши свадебные наряды.

Я долго рассматривала легкие струящиеся ткани. Наряды выглядели произведениями искусства. В нашем королевстве жениху принято надевать голубой наряд — в цвет неба, а невесте жёлтый — в цвет солнца. А еще повязывать красные ленточки на запястье в знак скорой свадьбы.

Устраивать торжество во дворце совершенно не хотелось, но ведь не откажешь его величеству, если в приглашении он указал «прибыть для проведения церемонии»? Как вообще все это будет выглядеть? Как бал, на котором устроят своеобразное развлечение для гостей в виде обручения несостоявшегося каторжника? Или действительно как свадьба, на которой гости короля станут нашими гостями?

Может быть, его величество таким образом хочет убедиться, что Биен не взбунтуется в будущем? Что освободить его от каторги было не ошибкой, а правильным решением?

На следующий день родители уехали во дворец первыми, так как тоже обязаны были присутствовать на церемонии. Я тянула до последнего, но все же вместе с Биеном села в повозку.

— Ты как будто не рада, — улыбнулся мне маг. — Не ты ли ходила по магазинам и изображала взбалмошную девицу, чтобы добиться приглашения в местное общество?

— Да, приглашения в общество, но не на собственную свадьбу! — в сердцах воскликнула я, нервно теребя кружевной платок.

— А как бы ты сама хотела устроить свадьбу? — неожиданно спросил Биен.

Первый раз он поднял эту тему. Я на мгновение замерла, пытаясь собрать мысли, понять, не шутит ли он. Я прежде не задумывалась о свадьбе как о чем-то реальном. После указа короля это была, скорее, вынужденная формальная мера. Чтобы спасти Биена от каторги, а не чтобы соединить наши судьбы.

А воображение подкинуло мне замок, окруженный глубоким ущельем. Вспомнилось, как мы стояли на одном из балконов, как обнимались и смотрели в темную даль… Тогда мы были вдвоем.

— Я... — начала, но остановилась, пытаясь найти правильные слова. — Никогда не думала об этом. Но это точно не должно быть скопление людей, которые пришли только поглазеть и посплетничать.

Биен внимательно посмотрел на меня, но больше ни о чем не спросил.

Высокие белокаменные стены дворца украшали роскошные фрески и золотая лепнина. Воздух был наполнен ароматом цветущих садов, окружавших дворец, и где-то вдалеке слышалась музыка.

Мы с магом вошли в просторный вестибюль с высокими потолками и массивными кристальными люстрами. Стены тут были украшены портретами прошлых королей и королев, а пол выложен мозаикой из драгоценных камней.

Пройдя анфиладу арок, мы попали в бальную залу. Огромное помещение озаряла сотня свечей, играл небольшой оркестр.

Я шла впереди, Биен, как и положено слуге по этикету, чуть позади. Я изо всех сил улыбалась, приветствуя тех, кто подходил. А желающих со мной поздороваться оказалось очень много.

— Дорогая Мариэтта! Я ждала вас на обед, какая жалость, что вы не смогли.

— Госпожа Гудвил! На будущей неделе придете на прием?

Но здоровались не только те, кто отправлял приглашения:

— Какая радость вас видеть! Я так хотела пригласить вас к нам домой, но муж не разрешил.

— О, миледи Харви! Как жаль, мне, к сожалению, не понять таких проблем. Мой жених во всем меня слушается! — воскликнула я, отвлекаясь на очередную барышню, которая подошла с изысканной улыбкой.

Я заметила, как взгляд миледи быстро скользнул по Биену, стоявшему чуть позади.

Потом были танцы, быстрые и медленные, со сменой партнёров и только для двоих. Пары кружились на фоне зеркальных стен.

Я же, стоя в желтом платье невесты, чувствовала себя не в своей тарелке.

— Ох, сегодня опять натанцуюсь, и будут ноги болеть, — пожаловалась одна из дам, выбежав из круга танцующих и встав недалеко от меня.

— А вы попросите мужа сделать вам массаж ног, как домой вернетесь, — фыркнула я негромко, но она все равно услышала.

— Не думаю, что он согласится, — печально вздохнула она и посмотрела на Биена так, что захотелось спрятать его за своей спиной.

И чего это она на него пялится? Нет, на нас сегодня много кто смотрел, но ее взгляд был другим: не любопытствующим, а с заинтересованностью совсем другого рода.

— Принеси мне, пожалуйста, воды, — попросила я Биена, желая его хоть ненадолго спровадить подальше от этой дамочки.

Биен еще не успел вернуться, когда я увидела, как в мою сторону идет принцесса Матильда. Сегодня она была в воздушном темном платье в тон волосам. Щеки ее горели, глаза блестели — видимо, только что танцевала. По крайней мере, я подумала именно так.

— Мариэтта! — воскликнула она, взяв меня за руку. — Что вы тут делаете?

Она казалась чем-то искренне расстроенной.

— Его величество сказал, что устроит мне свадьбу сегодня…

Матильда наклонилась ближе, словно хотела рассмотреть бусину на моем платье.

— Мари, вам лучше уйти отсюда, — шепнула она и тут же отодвинулась, показывая глазами на выход.

— Что? Почему? — Во мне вспыхнуло беспокойство.

Но не успела я ничего предпринять, как из ряда танцующих вышел Рональд.

Я на миг задержала дыхание. После того, как он попытался силой поцеловать меня в карете, видеть его не хотелось. Но я постаралась не показать, как меня смутило его появление.

— Дорогая Мариэтта. Как я рад вас здесь видеть! Пойдемте со мной, его величество желает вас видеть.

У меня сердце ушло в пятки. Обернулась к Матильде, ища в её глазах поддержку или хоть какой-то знак, что всё в порядке, но Матильда сделала «страшное лицо» и скосила глаза в сторону.

Ну и что это значит?

Рональд же стоял рядом, протягивая руку, и отказаться казалось невозможным.

— Прямо сейчас? А я могу забежать сначала в дамскую комнату? — нервно улыбнулась я. — Нужда прихватила…

— Хорошо, пойдем вместе с тобой.

— Со мной? Может быть, принцесса мне составит компанию? Дорогая Матильда…

Я схватила принцессу за руку и потянула за собой. В конце концов, это же она пыталась меня о чем-то предупредить. Вот зайдем в уборную, и узнаю подробно.

Дамская комната во дворце оказалось очередным произведением искусства. Правда, запахи тут витали так себе, несмотря на множество цветов и целые лохани, наполненные духами.

— В чем дело? — спросила я, едва мы оказались за закрытыми дверями.

— Я не знаю точно, но отец и Рональд что-то задумали, — зашептала принцесса мне на ухо. — Я слышала, как они обсуждали твою свадьбу, а потом отец приказал позвать палача. Не знаю, связано ли это все, но решила предупредить тебя…

— Что? — Я вся похолодела.

Король все-таки собрался казнить последнего из Ами?

Принцесса взглянула на меня обеспокоенно, в глазах плескалась тревога.

«Лучше просто уйти отсюда под предлогом плохого самочувствия. А там уже во всем разобраться». Что мне делать? Как найти Биена? А родителей? Может быть, все не так плохо, а Матильда что-то напутала? Если я сейчас покину бал без позволения, какие будут последствия?

Выскользнув из уборной, я хотела смешаться с толпой. Вот только не успела сделать и пары шагов, как мое запястье перехватили.

— Рональд… — выдохнула я.

— Его величество ждет нас в другой стороне.

— Нас? Только тебя и меня?..

Вместо ответа рыцарь потянул меня за собой.

— …Рон, подожди. Прошу, остановись, Рон, давай поговорим… — Я попыталась выхватить руку, но он упорно продолжал тянуть меня сквозь толпу. — Мне больно!

Рональд наконец остановился и обернулся. Он оглядел наши руки — его пальцы крепко обхватывали мое запястье, оставляя на нем красные следы.

— Прости, я... я не хотел тебя обидеть. — Голос звучал искренне, но в нем чувствовалась напряженность.

— Если ты сейчас же не отпустишь мою невесту, то я сломаю тебе руку. — Голос Биена заставил вздрогнуть.

В его руках был стакан с водой, которую я просила принести. И судя по тому, как сжимались в напряжении его пальцы, Биен был близок к тому, чтобы выплеснуть эту воду Рону в лицо.

— Жених? Ты всего лишь слуга. И как слуга ты не имеешь права вмешиваться в наш разговор, — процедил Рон, испепеляя Биена взглядом. — Ты забыл свое место?

— Как слуга я обязан защищать свою госпожу, — мрачно ответил маг, нисколько не смутившись.

— Твою госпожу? — На лице Рона неожиданно мелькнуло странное выражение, а затем он схватил Биена за рукав и рванул вниз. Послышался треск ткани. — В былые времена бессрочные слуги носили клеймо принадлежности с именем господина. Смотри-ка, у тебя его нет. Значит, Мариэтта не твоя.

В этом «не твоя» слышалось нечто большее, чем отношения госпожи и слуги.

— Рон, перестань. Что ты делаешь? — Я попыталась встать между ними, но Биен мягко отстранил меня.

Люди вокруг притихли, ожидая очередного поворота в этом «шоу». Не нужно было обманываться, ведь за этим меня и позвали. Чтобы повеселить гостей.

— Хм… Действительно, а ведь такое правило существует. — К нам троим приближался король со свитой. Гости, стоявшие рядом, тут же склонили головы. Я сама и Рон тоже поклонились. — Как же мы все забыли об этом, когда принимали указ?..

Гости начали шептаться, но уже с другим настроением. Кто-то хихикал, кто-то злорадствовал.

«Да они затеяли все это, только чтобы поиздеваться над последним из Ами!» — с горечью осознала я.

— Так что, все дело в отсутствии клейма? — хмыкнул маг и, прищурившись, всем телом подался к Рону. — В таком случае, я с удовольствием его приму.

У меня похолодело внутри. Какое еще клеймо? Зачем Рону выжигать на Биене раскаленным металлом мое имя? И ограничится ли он этим?

А вот гостям это очень понравилось. Они загудели в ожидании.

Глаза бывшего жениха искрились темным торжеством. Как будто у него уже созрел план, как сделать, чтобы клеймение стало не просто пыткой, а смертным приговором для мага, чтобы он не выдержал.

Мое сердце замерло от ужаса.

— Нет, Рон. Это безумие, — прошептала я, но никто не услышал.

Биен стоял спокойно. Я смотрела на него и не понимала: неужели гордый наследник Темных земель так легко на это согласится?

Я обернулась к принцессе, стоявшей поодаль, надеясь найти в ее лице поддержку. Но она, опустив взгляд в пол, не смотрела в нашу сторону.

— Стража, отведите слугу семейства Гудвил на дворцовую площадь, — приказал король. — Все же есть традиции, которые нельзя нарушать. Выжгите ему рабское клеймо с эмблемой владельца. А после этого сразу заключим брак.

Когда стража подошла к Биену, чтобы отвести его на площадь для клеймения, он не сопротивлялся.

— Я пойду сам, — сказал он и скользнул по собравшимся холодным темным взглядом.

Король махнул рукой, разрешая ему это.

Маг казался спокойным и уверенным, как будто шел не на пытку. В его походке не было испуга, только решимость.

А вот я от страха не чувствовала под собой ног. Ведь ясно же как день, что Рон задумал что-то. Это ловушка. Неужели Биен не понимает?

Или план Рона был в том, что гордость мага Темных земель не позволит ему принять унизительное клеймо? Что он будет сопротивляться, и его можно будет казнить за неповиновение?

В воздухе витало напряжение.

Собравшиеся гости следовали за процессией, возбужденно перешептываясь. Рон триумфально шагал впереди всех. Он уже видел себя победителем в этой игре. Принцесса, стоявшая в стороне, казалась потерянной и одинокой. Ее молчание было громче любых слов. Она пыталась предупредить меня и помочь, и я ей за это благодарна.

На дворцовой площади уже все было готово. На возвышении, на котором казнили преступников, уже лежал на углях штамп для клеймения. Гости заняли места вокруг, ожидая начала.

Праздные любопытные дворяне в ярких нарядах и с перчатками в руках обсуждали предстоящее зрелище, как будто это очередное представление в театре. Их смех и оживленные разговоры никак не вязались с мрачной целью этого сбора. Они не видели человека перед собой, видели лишь развлечение.

Биен стоял перед углями, глядя на раскаленное железо без малейшего страха.

«Это я втянула его в это», — кольнула болезненная мысль. Неужели все зря? Неужели король не успокоиться, пока не казнит Биена?

На мгновение наши взгляды встретились.

— Не бойся. Это всего лишь твое имя, — подмигнул он и улыбнулся.

Раскаленный железный штамп поднесли к коже Биена. Рон, стоявший рядом со мной, сделал шаг вперед, словно защищая меня от этого зрелища, но я нарочно отодвинулась. Это из-за меня, и как бы страшно не было я должна видеть.

— Стойте, — вдруг воскликнул маг.

— Ну что такое? — закатил глаза Его Величество.

— Я читал ваши законы. Разве не хозяин должен клеймить слугу? В моем случае хозяйка. Будет странно, если это сделает, — Маг скорчил смешное лицо и покосился на палача. Толпа отозвалась на это дружным хохотом.

— Тише, тише… — поднял руку Георг. — Мариэтта, подойди. — Его Величество неприятно улыбнулся. — В конце концов, мы все это делаем, чтобы соблюсти закон.

Я медленно подошла к возвышению. Руки дрожали, но я старалась не показывать своего страха перед лицом всей толпы.

Зачем ему, чтобы это сделала я? Он хочет отомстить таким образом? Или что-то задумал?

Я взяла раскаленный штамп, его тепло обжигало кожу даже через очень плотную ткань перчатки. Посмотрела на Биена, ища в его взгляде последнее подтверждение. Он кивнул, словно говоря: «Сделай это».

— Быстрее. — бросил король, и в этот момент палач схватил меня за руку, и дернул вперед. В воздухе повисла тишина. Все затаили дыхание в ожидании его крика. Но Биен стоял неподвижно, не издавая ни звука. Запах паленой плоти мгновенно заполнил воздух, вызвав у меня приступ тошноты, но я осталась стоять неподвижно.

Лицо мага было спокойным и невозмутимым.

У меня закружилась голова, если бы не палач, все еще державший меня, то наверняка бы упала. На мгновение мне показалось, что вокруг запястья снова блестит золотистая цепь, но исчезла так же быстро, как и появилась. Просто растаяла, оставив после себя холодок на запястье.

Я заметила, как взгляд мага от меня заскользил по толпе, словно он искал что-то или кого-то.

По кивку короля палач выпустил мою руку и тяжелый тамп с громким стуком тут же полетел вниз — я попросту не удержала его.

На руке остался раскрасневшийся след от ожога, которого я даже не чувствовала толком.

— Больно? — тихо спросил у меня Биен.

Даже сейчас он больше беспокоился обо мне, чем о себе. Его клеймо на плече даже на вид выглядело ужасно, черное с обезображенной покрасневшей кожей вокруг, кое-где взявшейся или лопнувшей и сочившейся кровью.

— А теперь на колени, — приказал Биену король. — Я дарую вам брак.

«Прямо на помосте для казни?» — ужаснулась я, дрожа всем телом.

— Видите ли, Ваше Величество, — ухмыльнулся Биен, и на этот раз его улыбка показалась мне недоброй. — Моя невеста не хотела шумной свадьбы, поэтому мы вынуждены отказать вам.

— Слуга смеет со мной спорить? — Король кивнул палачу, который все еще держал в руках раскаленный штамп, и тот моментально замахнулся.

Одновременно с этим из-под помоста вылетел магический шар. Он двигался слишком быстро, чтобы кто-то мог отреагировать, и ударил прямо в антимагические наручники на руках Биена. С легким щелчком они раскрылись, и маг свободно их сбросил.

Вихрь энергии обрушился на палача и стоявших по краям помоста стражников, сбив их с ног на землю. Толпа застыла в оцепенении…

…а затем началась паника. Люди начали пятиться, дамы истошно завизжали.

— Взять его! — закричал король.

Но Биен оказался быстрее — схватил Его Величество за горло, выставив перед собой как живой щит. Рональд бросился спасать короля, но не успел и застыл с выставленным вперед мечом.

— Что вы теперь скажете, Ваше Величество? — звонким голосом спросил Биен, сжав сильнее горло короля.

— Бросьте оружие, — сдавленно прохрипел король, вытаращившись на Рональда.

Но тот не пошевелился.

— Кажется, они вас не слышат.

— Бросьте оружие! Все, живо! Делайте, как он говорит! — истошно испуганным голосом повторил Георг.

Охране и Рону ничего не оставалось, кроме как починиться. Оружие с треском упало на каменные плиты площади, и эхо разнесло звон по всей площади. Те, кто не убежал, стояли как вкопанные, наблюдая за разворачивавшейся драмой.

Король Георг дрожал от страха и ярости, понимая, что потерял контроль над ситуацией.

— Чего ты хочешь? — прохрипел он, стараясь сохранить хоть какое-то достоинство. — Убраться в свои Темные земли? Так убирайся, никто тебя не задержит.

— Да бросьте. Хотел бы я там остаться, пришел бы добровольно к вам?

— До… добровольно?

— Ну а как, по-вашему, вашей страже удалось поймать меня? — Биен насмешливо кивнул на Рональда, а затем вдруг вскинул руку вверх и выпустил ввысь сноп ярких голубых искр.

«Что он задумал?» Сердце зашлось в недобром предчувствии.

— Биен, давай уйдем отсюда? — тихо попросила я.

— Повторюсь, — с холодным нажимом произнес он, — пришел бы я сюда, если бы собирался уйти?

На площадь, словно вихрь, ворвалась толпа женщин. Они были одеты в самодельные доспехи из сковород, с кастрюлями на головах вместо шлемов и крышками от них вместо щитов. Нижняя часть лица у каждой были закрыты платками.

Но, несмотря на свое смехотворное вооружение, глаза у каждой горели решительностью. Женщины шли по площади и отбирали оружие у ошарашенной стражи.

— Не сопротивляйтесь. Или ваш король умрет, — предупредил Биен дернувшегося было рыцаря.

Количество женщин все увеличивалось. Вскоре они встали плечом к плечу, образуя непроницаемую стену вокруг мага и короля. Помимо них в этом круге оказался Рональд и я.

Женщины не произнесли ни слова, но их действия говорили сами за себя.

— Это… это восстание! — закричал Георг, но стих, едва Биен крепче сжал его горло.

— Нет, это восстановление справедливости. Только и всего.

— Хочешь справедливости для ваших людей? Может быть, объединить королевства? — зашептал Его Величество, так что слышали только еще Рональд и я. — Выдам за тебя свою дочь. Объединим наши земли. Это же все решит! Как тебе такое, а? Отпусти меня, и мы все уладим. По-родственному…

— Кажется, вашей милостью у меня уже есть невеста.

— Невеста? Опозорившая себя добрачной связью девка? Зачем она тебе? Матильда намного ее лучше! — принялся увещевать король.

Наверное, в другом случае меня бы такие слова довели до слез, но сейчас страх и волнение перекрывали все остальные чувства.

А вот Рональд с каменным лицом дернулся вперед, словно сам захотел придушить короля.

— Мне надоело это слушать, — скривился маг и взмахнул рукой.

Воздух перед ним затрепетал, и над площадью взвился густой туман. Он казался живым, когда плелся между людьми и обволакивал их собой. Кажется, я поняла, зачем были закрыты лица ставших на сторону Биена женщин.

— Что это?

— Что за гадость? — испуганно заголосили люди, но их голоса слышались недолго.

Один за другим, а затем десятками, люди начали падать на каменные плиты площади.

— Что с ними?! — воскликнула я. — Это какой-то яд?

— Не переживай, все просто уснули, — хмыкнул маг.

Рон, кажется, первый понял, что происходит. Он закрыл лицо сгибом локтя и попытался прорваться через окружение. Женщины хотели остановить его, но Биен махнул им рукой:

— Пусть уходит.

В этот момент уже вся площадь была усыпана спящими людьми.

Наконец, этот дым добрался и до меня. Его прикосновение было легким, как шелест страниц старинной книги. Один короткий вдох — и я мгновенно погрузилась в сон.