Каким-то неведомым образом Тео убедил миссис Карпентер оставить будку на футбольном поле до конца весенних каникул – в дань уважения искусству и истории нашего края. Уж не знаю, что за доводы он привел, но они сработали, и теперь, во вторник днем, мы стояли возле этой будки в ожидании моей семьи, ведь за выходные случилось еще одно чудо: Элис написала мне, что нашла в сарае ту самую доску. Это означало, что спустя время она все-таки снова попала к Шерил, но мне не хотелось знать почему.

Я предпочитала сохранить в памяти образ Эндрю с бабушкой в этой будке, влюбленных друг в друга навеки… ну, или до тех пор, пока она не познакомилась с дедушкой.

Мы с ребятами съездили за доской и занесли ее в будку. Кроме нас, на поле были и другие люди. Несколько семей обходили постройку кругом, разглядывали уже немного выцветшие картинки. А вчера сюда приехали репортеры и записали сюжет, в котором даже упомянули мой подкаст.

– Зайдешь внутрь или будешь ждать тут? – спросила Дежа, пока я, нервно заламывая руки, шагала взад-вперед возле крыльца. Тео поначалу пытался взять меня за руку, чтобы помочь успокоиться, но потом сдался и теперь просто нежно улыбался.

– Зачем заходить? – не понял Макс. – Чтобы потом выпрыгнуть с криком «Сюрприз!» и напугать бабушку?

– А разве это сюрприз? – спросила Дежа.

– Ну… вроде нет? – ответила я.

Ли озадаченно посмотрел на меня.

– Я ее предупредила, – объяснила я. – Но она могла и забыть.

– А, точно, – ответил он, и тут я заметила, что к нам приближается бабушка, а по обе стороны от нее – мои родители. Кори тоже был с ними – он приехал домой на каникулы.

Бабушкин взгляд был прикован к будке, на губах играла улыбка.

– Хочешь, я сниму все на телефон? – спросил Тео. – Чтобы ты могла сполна отдаться моменту?

– Спасибо, давай. – Я побежала навстречу бабушке.

– Фин, это потрясающе, – заметила мама. Папа с Кори были согласны.

– Правда ведь? – сказала я.

Папа пропустил меня к бабушке, и я взяла ее под руку.

– Как эта будка здесь оказалась? – спросила она.

– Долгая история, – ответила я.

– Люблю долгие истории.

– Мой парень использовал ее для красивого жеста.

Бабушка сощурилась:

– А ты не путаешь свою жизнь с моей?

– Не путаю.

– Твой парень – это он? – спросила она, когда мы подошли к Тео. Они с бабушкой уже виделись вчера и позавчера, и с моими родителями и братом тоже, но ей сложно было запоминать новых людей.

– Да, он, – ответила я.

– Здравствуйте, я Тео! – Он пожал бабушке руку. – Рад с вами познакомиться.

Меня переполнила благодарность за его чуткость.

– Надо же, какой красавчик, – сказала бабушка. То же самое она говорила в оба прошлых знакомства, и Тео, услышав очередной комплимент, посмотрел на меня с ухмылкой.

– Бабуль, у него и так самомнение выше крыши. Не надо его хвалить.

– Меня надо хвалить как можно больше.

Он и правда был очень красивый.

– Не обращай внимания на мою внучку, – сказала бабушка. – Характер у нее боевой.

– Это точно, – ответил Тео.

– Ну что, готова зайти? – спросила я.

– Готова.

Мы с бабушкой медленно поднялись по ступеням, остальные побрели следом. Я открыла дверь, и бабушка вошла внутрь.

Сквозь окна сочился яркий солнечный свет, заполняя пространство теплой дымкой. Браслет на руке у бабушки, отражая лучи, отбрасывал всюду радужные блики, а сзади нас уже собрались остальные, но все ее внимание было приковано только к доске.

– Ну разве не чудо? – спросила она.

Чудом это и было. Мы вычистили доску так тщательно, как смогли, и она заиграла сочными зелено-бронзовыми оттенками – точь-в-точь как бабушкины глаза. Эндрю сумел безупречно передать не только их форму и цвет, но и сам ее характер – доброту, любознательность. Без всяких сомнений, он хорошо ее знал и любил.

– Как считаете, стоит на ней прокатиться? – спросила бабушка, и все залились смехом. Тогда она нежно меня обняла. – Спасибо, моя заботливая малышка, для меня это очень ценно.

Я обвела взглядом комнатку, где весело общались все мои самые любимые люди, и почувствовала, что, кажется, еще никогда не была так счастлива.