История нашего человеческого вида началась, видимо, в пещерах – оттуда группами выходили охотники и собиратели. Организованы мы были примерно как перелетные гуси: сильнейший вел стаю, пока не появлялся кто-то посильнее. Это не значит, что не было лидерства, харизмы, вовлеченности, управления, – просто все это естественным образом вплеталось в социальную ткань. К счастью для наших предков, у них не было тысяч книг, восхваляющих все эти концепции, – они просто жили и действовали. У нас такие книги есть, и слишком часто именно поэтому мы перестаем действовать.

Со временем мы становились все более организованными. Сначала, наверное, появились вожаки – те, кто лучше охотился и воевал. За тысячелетия вожаки переросли в вождей, лордов, фараонов, цезарей, императоров, королей, сёгунов, царей, махараджей, султанов, визирей, диктаторов, премьеров и президентов – не говоря уже о менеджерах, директорах, руководителях, боссах, управляющих, генеральных директорах, операционных директорах, финансовых директорах и так далее.

Неужели все эти ярлыки ни о чем нам не говорят? А именно – что мы как вид вышли из-под контроля? В Национальном парке Банф Горд Ирвин рассказывал про «медвежьи пробки»: когда медведь выходит на шоссе, автотуристы останавливают машины (некоторые умудряются вылезти пофотографировать), что приводит в бешенство дальнобойщиков. В парке всерьез говорят об управлении природной средой. Но это же чистейший оксюморон: среда эта тысячелетиями прекрасно обходилась без нашего менеджмента! А теперь у нас появились планы по управлению медведями!

Задумайтесь, во что превратились менеджмент и лидерство в нашей естественной среде обитания. Мы взяли нечто простое и напрочь его запутали: водрузили лидеров на пьедесталы; превратили людей в человеческие ресурсы; контролируем их бесконечными метриками; уверовали, будто менеджмент – это профессия; разрабатываем планы управления медведями, пока сами грыземся за самопровозглашенное право управлять природой. Где же обычный, нормальный менеджмент?

Чтобы понять, что стряслось с управлением, стоило бы спуститься на землю – туда, где лоси бродят по городам, а дальнобойщики воюют с туристами. И уже оттуда подниматься к управленческим абстракциям, которые нас так завораживают. К тому миру, где люди получают огромные зарплаты якобы за важность их работы – хотя, возможно, просто за готовность терпеть весь этот бред, изрядную долю которого порождают их же формализованные системы. Эти конструкции, вроде бы созданные для работы со сложностью, на деле могут оказаться концептуальной дымовой завесой для вида, потерявшего контроль и оторванного от собственной природы. Медведи-то прекрасно понимают: настоящая проблема – «человеческие пробки».