Слава вам, храбрые! Слава, бесстрашные!

Вечную славу поёт вам народ:

Доблестно жившие, смерть победившие,

Память о вас никогда не умрёт.

По итогам битвы на пороге Флоренции Брехт стал философом. Выработал философскую концепцию – система. Как это? Не, даже в институте когда учился, и то философия давалась Брехту со скрипом, хоть и сдал на пять баллов. А тут сам в философы вылез? Кант, мать его! Концепция такая. Вот, например, паровоз… Самая подходящая штука для философии. Есть ведь у него уже в Дербенте. Так вот, взять и шатун у него отчекрыжить. И вся эта огромная шипящщщщщщая паром и матами машиниста гора никуда не поедет. Хоть заматерись. Да и шатун, ну, очень сомнительно, что сам куда поедет.

Или если тачанку представить. И бах – пулемёта нет. На хрена бы она кому нужна без пулемёта??! А без пролётки? Куда пулемёт громоздить, на круп лошадки белогривой. Забавная картина.

И к чему тут эта философия? А понял король Пётр Первый, что его бригада, по крупицам несколько лет собираемая, – это и есть такая система. Нет одного звена – и хрень это полная, а не боевое соединение. Битва под Флоренцией это и показала. Без артиллерии и его лезгин сами по себе егеря и гренадёры сила, ну, как паровоз без шатуна, но успехи так себе. И это касается не только целых соединений бригады, а малейших деталек тоже. Пусть будет у паровоза шатун или поршень и нет гайки или заклёпки, чем там они соединяются. Шпонки? Нет шпонки. И так себе успех будет.

Взять вот кирасир его. Ничего сверх того, что есть сейчас в мире. Кирасы известны тысячи лет. У римлян с греками ещё были. И сейчас есть у французов, у австрияков, у русских. Вот только это полная ерунда по сравнению с кирасами лезгин. Не бронза материал, и даже не мягкое железо. Материал шведское, природой легированное никелем железо, чуть науглероженное, прошедшее закалку и отпуск, а затем и цементацию. Плюсом несколько браслетов на руках, пришитых к ткани. И два двуствольных пистолета. Так тоже ничего экстраординарного, сотни лет существуют. Так, да не так. В стволах нарезы и сидит в стволе пуля Петерса, и к седлу приторочен карабин, тоже нарезной, понятно, и тоже с пулей Петерса. А теперь ещё и мушкетон, заряженный дробью. Пара гранат в подсумке. И шашка длинная и тяжёлая вместо кривой короткой сабли. Убери что из этого списка, всё одно грозная сила останется, но уже не то. И выучка работать сообща – плюсиком ко всей экипировке.

И так по любому роду войск. Хоть артиллерию взять. 12-фунтовые орудия есть у всех. Шрапнельные гранаты в Англии в этом или в следующем году в Реале появятся. И ничего общего эта поделка не будет пока иметь с тем, чем стреляет Ермолов. Всё дело во взрывателях, рассчитанных по времени. Убери их и вставь обычный бикфордов шнур. Хрень получится. Убери эти взрыватели из гранат гренадеров, и тоже эффективность уменьшится в разы.

И по совместной работе соединений. Всё время отрабатывали совместный бой. Артиллерия поддерживала пехоту, кавалерия берегла фланги и устремлялась добивать врага. И чего. Вот выперся без артиллерии, и кучу народу ни за понюшку табака положил. Шесть тысяч французов уничтожил?! Да дались они. При этом же у себя больше сотни убитых, если веронцев считать, и раненых ещё больше десятка. Нет. Такой хоккей нам не нужен. Всё. Хватит экспериментов. Отныне будем воевать только с использованием системы всей. До самого последнего винтика. До шпонки этой.

Последний пример по системе – слонобой. Даже получат французы пулю Петерса, даже получат слонобой и даже додумаются совместить их. А дульного тормоза нет. Отдача, что сломает пару ключиц, и отсутствие современного диоптрического прицела сведут всю радость французов на нет. Ничего общего со слонобоями Брехта эта хрень не будет иметь. А до диоптрического прицела и концепции дульного тормоза ещё как бы не век целый.

Входили во Флоренцию уже всей системой. Все полки перебрались через Апеннины и теперь вполне могли начать резвиться на равнинной Италии. В планах был поход на Рим и «внезапная смерть» от руки французов папы римского. Они гадские лягушатники, и не на такое способны. Безбожники же все.

Однако теперь всем этим планам грош цена. Брехт, естественно, письмецо с пятёркой егерей и десятком местных дворян одвуконь отправил к Францу, что, дескать, брат любезный, всё, выполнил я твою хотелку, Флоренция свободна. Сейчас пройдёмся по мелким городкам королевства Этрурия и давайте сюда законного герцога Фединандо. Короную я тут его в короли, если надо, или если ему герцогский титул милее королевского, то объявлю, что королевства Этрурия больше нет, а будет снова герцогство Тосканское, пусть немного в размерах увеличенное. Но это курьеры. Пока доскачут. Сам же Пётр Христианович понимал, что покуда над этими землями с севера нависает королевство Италийское со столицей в Милане и пока там стоит французская армия, коронация Фердинанда фикция. Он не сможет устоять против Милана. Выходит, замечательный план по постановке на Святейший престол в Ватикане своего баварского кардинала – несбыточная мечта. Не на юг, не на Рим идти надо, а на северо-запад, на Милан.

Дороги было две. Первая – назад в Болонью, через горы опять. Потом Парма, дальше Пьячецца и потом Милан. И Брехт склонялся к этому пути. И тут приходит к нему назначенный им во Флоренции пока вице-королем глава местного городского совета Аугусто Хренпроизнесёшь. На самом деле «POLLASTRONE Liberato», что в переводе означает полную ересь – Курятник Свободный. Ну, Брехту с ним детей не крестить. Так этот освободившийся курятник сообщил между делом, что второй путь есть и проходит по побережью, и не это главное, там есть город Лукка и прилегающие территории, которые совсем недавно, месяцев пару ещё назад, были свободной республикой Лукка, а теперь вошли в состав Франции, и если их освободить от французской тирании, то кто их этих луковок знает, а ну, как захотят присоединиться к Великому королевству Бавария в качестве анклава. Пообещать каждому по пицце, и народ с радостью синьора Брехта корольком признает. Лукка эта всего в шестидесяти километрах на запад, если карте верить, по нормальной дороге. А чего, классный план!

– Как, синьор Аугусто Ролистирол? – Пока мечтал Пётр Христианович, тощий итальянец вещать продолжал.

– Можно объединить республику с княжеством Пьомбино и сформировать княжество Лукка и Пьомбино.

– Показывай на карте! А потом салют в честь победы устроим.