Из дыры той, выскочили крысы. Штук пять сразу. Ну и что? Крыс он не видал что ли? Видал - у него вон Мурзик, рыжий повеса и любитель красть со стола всё, что плохо лежит, при условии, что оно съедобное, так Мурзик этих крыс за милую душу ловит. Крыса это ведь просто большая мышь, ничего в ней такого нет и ничего кроме раздражения этот мелкий вредитель вызвать не может.

Это всё да, но вот дело в том, что все пять крыс выскочивших из норы, размером чуть больше Мурзика. Да что там! Это ж как маленькая собака! А их тут пять и шелест всё нарастает.

И нарастал он совсем неспроста. Десятки здоровенных толстых крыс и десятки помельче, порой с обычную крысу, иногда меньше, иногда больше, хлынули на поверхность.

Вскоре, на краю ямы, сбившись полукругом, расположилось уже не меньше сотни грызунов. Прижались боками, по сторонам осматриваются, усами шевелят…, а глазищи!

Злобные, красные угольки – где ж это видано, что бы у крыс глаза красные были?

Шелест почти стих, новых крыс выбегает совсем мало. Но появился новый звук – что-то странное, словно вот негромкий топот. Как будто человек по лесу бежит.

Звук из ямы идёт. Становится громче.

А спустя несколько мгновений, из ямы выбралось Нечто.

Первое что он увидел – лапы. Огромные, размером с его руку, крысиные лапы. Следом показалась голова. Мохнатая крысиная голова, со злобными красными глазами и здоровенными, в чём-то забавными ушами – вот если в эти красные угли не заглядывать, забавные, а так…, так скорее жуткие.

Голова осмотрелась, втянула воздух мокрым чёрным носом. Руки-лапы напряглись, и всё это существо оказалось на поверхности. Некоторое время оно стояло там, опираясь на передние лапы, на пальцы сжатые в кулак, почти как горилла в зоопарке.

Крысы сбились вокруг чудовища и стали тихонько пищать, тянуться к нему носами, вставать на задние лапки, передними опираясь на его мохнатую, мускулистую тушу. Существо - размером с теленка, никак не меньше, на крыс внимания не обращает – головой вертит и принюхивается.

Микола стал про себя молиться, что б ветер продолжал дуть ему в лицо. Если это существо его заметит или учует…, думать о том не хотелось совершенно.

Чудище напоминало крысу и обезьяну одновременно. Длинный, голый хвост, серая шерсть, уши, морда – крыса как есть. Только безумно большая. Но всё остальное – плечи широченные, спина и лапы перевиты стальными мышцами. При каждом движении мышцы перекатываются под густой короткой шерстью. Передние лапы несоразмерно большие, они здорово напоминают человеческие руки…

Наконец, чудище открыло пасть и издало писк – тихий, но грубый, больше похожий на рычание и двинулось вперёд, в лес, передвигаясь на лапах, уже совсем как горилла в зоопарке.

Микола с облегчением выдохнул – пронесло.

И тут же пожалел об этом.

Чудище остановилось и обернулось, посмотрев, кажется, прямо ему в глаза.

В этот миг, когда оно смотрело в его сторону, горящие злобой глаза-угли, засветились синеватым светом, в них зажглись искорки молний, воздух наполнился низким, тревожным гулом. По телу существа пробежало несколько ярких иск электрических разрядов, ещё больше их появилось вокруг головы существа. А затем монстр повернулся обратно к лесу, молнии исчезли без следа.

Вскоре исчез и сам монстр и убежавшие за ним следом, странно громадные крысы.

Около часа Микола стоял, обняв дерево и боясь пошевелиться. Руки одеревенели, вниз сами сползли, ноги у него тут же подкосились, он сел на землю, слушая своё истерично бьющееся сердце.

Ещё час он оставался там, не шевелился, дышал через раз. А потом, поверив, что угроза миновала, кое-как поднялся на ноги, прислушался к окружавшему его лесу – не подкрадывается ли к нему чудовище, похожее на крысу? Не прячется ли оно в кустах, что б его сожрать, едва он себя выдаст?

Да нет вроде, всё тихо и спокойно…, только ноги дрожат. Да так отчаянно дрожат, что колени восьмёрки выписывают.

Домой. Надо срочно идти домой. Бегом идти надо, быстро-быстро. Потом выгонять машину из гаража, всё, что ещё не увёз в багажник побросать, а что не влезет – да и пёс с ним. Возвращаться сюда он не станет. В Чернобыль, к дочери и поскорее. Эвакуация неспроста как оказалось, не завод, не самолёт там какой с химикатами, всё куда как хуже.

Стена больше не сдерживает Зону. Её яд, её зло, начинает просачиваться уже и через неё.

Быстрым шагом он уходил обратно к родному селу и чем дольше шёл, тем быстрее двигал ногами.

Но всю дорогу тщательно прислушивался и постоянно поглядывал по сторонам, дыба заприметить подходящее дерево, на которое можно будет забраться. Ружьё у него конечно за спиной, да вот патронов в карманах штук пять, а крыса размером с телёнка, у которой из глаз молнии искрятся – что-то сомнительно, что ружьё тут аргумент хоть сколько-то серьёзный.

Домой, скорее домой – к чёрту родину малую. Валить отсюда надо - жизнь, она всяко дороже.

12.

Открыв глаза, Велес сел спиной к стене и стал смотреть, туда, где зелёное поле стелется до самого горизонта. Там, впереди стены давно нет, всё видно прекрасно на километр или даже больше. Когда-то стена тут, конечно же, была, даже крыша была. Но время, ветер, дождь, местные обитатели и Выбросы сделали своё дело. Одинокий домик, стоявший на невысоком холме, практически исчез. Осталась одна стена и наполовину сгнивший, смешавшийся с землёй пол. Чудо, что хоть одна стена да три трухлявые доски на полу смогли уцелеть – много лет прошло, как люди покинули эти места.

Покинули, что б вскоре вернуться. Ради наживы, науки, а кто и по причинам более сложным – те самые легендарные и почти забытые первые сталкеры давно ушедшей эпохи.

Велес закурил, размышляя об этом. О временах, когда большая часть привычных и почти обыденных ужасов Зоны, ещё были чем-то удивительным, новым, таинственным и страшным. Конечно, в большинстве своём, всё это таким и осталось, просто к этому всему, добавилось масса нового, а кое-что из прошлого, почти полностью исчезло. Как вот звериные химеры. Злобные, мощные твари, чья шкура обладала удивительным свойством собирать на себя всякий хлам и склеивать его в прочную, толстенную корку, непробиваемую для пуль мелкого калибра и осколков. Теперь их трудно повстречать. Кое-кто полагает, что этот вид химер и вовсе вымер. Но не в том суть. Когда-то это всё было таинственным и необъяснимым, ужасным и чуждым, для всех. Сегодня всё не так.

Молодой неопытный сталкер увидит поразительную небывальщину и в аномалии Трамплин и даже в обычном полевом суслике – больше нигде таких животных не встречается, новый вид, всё такое. Однако есть в мире люди, для которых большинство тайн Зоны давно уже объяснимый, понятный и воспроизводимый феномен. Мутанты, аномалии, Выбросы, очень многое объяснено и даже поставлено на службу человечеству. Что-то на службу всему человечеству, что-то лишь для той его части, что изредка можно увидеть на плакате «их так и не смогла поймать милиция».

Но основная часть всего, что было порождено Зоной, так и осталась запертой в надёжных местах, предназначенная для использования лишь очень небольшой группой людей.

Как-то ему было грустно от этих мыслей. И ведь непонятно почему. Организация, с её максимально циничным подходом ко всему вообще, не сделала исключений и для Зоны. Разве стоило ожидать чего-то иного? Так чего ему грустно так и печально стало вдруг?

Он выкинул бычок, достал из кармана телефон.

Вот уже и позвонить можно. В принципе уже давно можно и давно есть телефоны у его, своего рода, группировки, несколько разношёрстной, находящейся не совсем под единым управлением, со странным, не понятно насколько прочным союзом с Грехом и запутанными связями с другими группировками Зоны. Не новость нынче и телефоны, и датчики, способные помочь материализоваться артефакту, появление которого в прошлом, зависело от множества самых разных случайностей.

Как удалось выяснить, артефакты формировались довольно причудливым образом, процесс сложный, не до конца понятный, но не плохо изученный и разобранный на этапы, каковые можно было зафиксировать специально для этой цели созданными приборами. На последних этапах формирования артефакта, имелось несколько случайностей, которые прямо определяли вероятность его появления. Организация нашла способ стабилизировать эти этапы и создала удобный, простой в использовании прибор, ныне пользующийся огромным спросом у сталкеров. Короткий импульс, пучок энергии и разнокалиберных излучений, устранял эффект случайности. Если будущий артефакт прошёл две трети стадий своего формирования, этот прибор делал его появление неизбежным.

Телефоны, датчики, оружие, броня…, а не портит ли вмешательство Организации, этакий первозданный дух Зоны? Понятно, что это всё не просто так. Прибор, стабилизирующий артефакты в процессе их формирования – больше артефактов сталкеры принесут. Телефоны – их кому попало, не продают, каждый проданный телефон учтён и не все они одинаковы. Самые дешёвые, баснословно дорогие, позволяют держать связь на расстоянии от ста метров, до километра. Самые дорогие, на которые не каждая группировка может средств наскрести, могут обеспечить связь в любой точке Зоны, но продают их единицам и после смерти владельца, за утраченным прибором, обязательно кто-то придёт и намерения у этих «кто-то» будут отнюдь не добрыми. Почему так? Всё дело в стоимости телефонов? Велес в том сильно сомневался. Он полагал, что всё куда прозаичнее. Связь на короткой дистанции полезна для бизнеса – группы сталкеров могут координировать свои действия и лучше выполнять поставленную Организацией задачу, по поиску и доставке артефактов в её жадные, с позволения сказать, руки. Но связь в любой точке Зоны, уже опасна. Это позволит координировать действия уже не отдельным группам искателей приключений, а целым группировкам. Что может негативно сказаться на противостоянии группировок – кто-то может одержать верх и начать контролировать больше, чем это будет полезно для Организации.

Как бы там ни было, а телефонов стало достаточно много, что б среди сталкеров прочно разошлись слухи о том, что некий умный человек придумал возможность связи в условиях Зоны, что такое в принципе стало возможно. Однако где и за сколько купить подобную связь, толком никто не знает. Продажа телефонов Организацией поставлена была своеобразно. Сталкер мог прийти к торговцу у Кордона и наудачу поинтересоваться – не продают ли тут такую штукенцию, типа рации, которая мол, в Зоне как связь работает? А ему и ответят – да, конечно, с вас три «Души», один «Ломоть мяса» и «Золотая рыбка», изволите оплатить? Удивится сталкер, покряхтит, мол, вы там с дуба рухнули, головой ударились, что за цены такие? Да обратно в Зону уйдёт, а там может и передумает, да купит. А спустя неделю к тому же торговцу придёт сталкер, да с тем же вопросом.

-А вы простите кто? – Спросит его добрый торговец пожилого возраста и необъятной величины, коего только что, некто мимо проходящий, дядей Пашей почему-то назвал.

-Косяк я, сталкер. – Скажет сталкер молодой, покраснеет, покряхтит. – Неделю тут уже.

-Неделю? – Удивится дядя Паша. – А лет тебе сколько?

-Тридцать пять. – Удивится в свою очередь сталкер.

-Такой взрослый, а в сказки веришь. – Ответит ему дядя Паша, потому как понятия он не имеет что это за Косяк такой и проживёт ли он хотя бы ещё пару дней.

Не денег ради, Организация продаёт свои телефоны, хотя и из-за них тоже.

Телефоны эти, ведь не просто средство вести торговлю, это не совсем товар. Телефоны Организации, это инвестиции, вложения в бизнес. Соответственно, даже самый фуфлыжный телефон, сталкер, едва-едва таковым ставший, не сможет получить – он никто и звать его никак, всего лишь мясо для ненасытной, крайне прожорливой Зоны. Смысл продавать ему дорогостоящий прибор, да и заплатить он вряд ли сможет. Совсем другое дело сталкер опытный, а ещё лучше, наёмник с собственной группой – вложение в этих людей, уже может иметь серьёзные дивиденды.

Так что купить телефон в Зоне не так уж и просто. За то, если сталкеру известно у кого такой телефон есть, его можно попытаться отобрать, получив почти бесплатно – потраченные патроны, это ведь тоже деньги, не говоря уже о времени и медикаментах, какие будут израсходованы, если владелец телефона начнёт отстреливаться.

И иногда отобрать телефоны пытаются. В виду чего, их счастливые владельцы, ныне стараются не афишировать, что есть у них такое чудо, как работающий в Зоне телефон.

В прошлом году у Нищего появились телефоны – для Организации, успешная и сильная банда, вполне себе перспективный сталкер. Бандиты не особо скрывали свои средства связи, в результате, очень скоро неизвестные лица попытались изъять у них несколько единиц таких телефонов.

Валдис вышел с группой на работу – сталкеров ловить, вещи у них воровать под дулом автомата, а его в низинке уже ждут с пулемётом наголо. Троих бандитов там и закопали, Валдису ногу прострелили, чуть живые смогли отступить за деревья, да кое-как отбились.

Впервые в истории Зоны, случилась крупная перестрелка с жертвами, из-за телефона.

Организация изменяет Зону, не так, как Зона изменяет захваченную её влиянием землю. Но изменяет, делает её немного иной, не похожей на себя прежнюю.

Любопытно. И, почему-то, вот именно сейчас, как проснулся от долгого сна без сновидений, ему кажется, что это как-то не правильно. Может дело в том, что он, много лет назад, стремился стать частью совсем другой Зоны? Тогда она заметно отличалась от того, чем стала сейчас.

Или дело в том, что он больше не сам по себе, не одиночка, ищущий приключений, а демократически избранное божество, легендарный сталкер и просто пожилой уставший человек?

Вот нынче он преследует обычного сталкера - вроде как обычного, тут не факт, но ему нужно спешить, что бы вернуться и унести тело Семёна обратно, до того как оно начнёт разлагаться. Ему нужно поскорее поговорить с апостолом Олегом о новой партии автоматов Калашникова, которые заказал Пророк Михаил для Греха – совсем они там обнаглели по поводу оплаты, артефакты искать не хотят, грех это, видите ли. С демоном адским торгуют, а артефакты искать грех! Лицемеры…