Да нет же, это он погорячился. Ну, какие они чудовища? Совсем ведь дети! Такие беспечные, безответственные, слепо следуют своим желаниям и искренне веруют в Бога. Пусть не в того же самого что большинство, но кто сказал, что большинство принимает верные решения?

Как бы там ни было, а девушка была счастлива. Тёмные все счастливы – у них не остаётся мозгов на то, что б полностью осознать, во что превратился их мир. Им некогда думать, они куда больше следуют чувствам и желаниям, нежели разуму. Для них так лучше. Вряд ли нормальный человек сумел бы остаться счастливым, однажды вдруг осознав, что он в Зоне, где попало из него торчат части разных мутантов, а самому ему нравится заниматься сексом со всеми подряд, нюхать Волшебный порошок, молиться демону Баалу и…, да нет же! Ну почему сразу, нормальные там, ненормальные? Вполне они нормальные. Просто немножко экстравагантные, даже оригинальные и, по-своему, хорошие люди. Ну, может уже не совсем люди, но это разве к делу относится? Совершенно нет!

Щелчком он выкинул бычок, поднялся и отошёл подальше от места пропитавшегося запахом гниющей плоти. Там всё напоено этой вонью, каждый клочок земли. Обнаружить запах убийцы, будет сложно. Лучше пройти по кругу, ища один из двух следов, что ушли из этого места и ведут дальше в Зону. Один из них – Семён, этот след ему не нужен…, на миг он замедлился. Хмуро смотрел себе под ноги, почти не обращая внимания на запахи. Что делать с Семёном? С его товарищами всё понятно – он физически не сможет ничего сделать. Их даже не похоронить нормально, будут разваливаться на части при попытке сдвинуть их с места. А вот Семён нет. Его, при желании, можно вовсе унести домой…, Велес тяжко вздохнул, припомнив, какого Семён размера. Такую тушу на своих двоих, даже ему нести будет не так-то просто. И дело не только в солидном весе и расстоянии, которое придётся пройти. Семён большой, просто на плечо его не кинешь, руками не обхватишь. Унести его домой в одиночку, будет той ещё проблемой. Но…, наверное, это не правильно. Хотя бы одного из них, он должен вернуть домой и предать погребению – тому, в которое Семён верил.

Унести домой и вернуть Тёмным, его последней и, наверное, единственной семье.

Ну и надеяться, что они его не съедят. Всё-таки случай особый, потравятся ещё…

Поиски следов убийцы Семёна и его товарищей, затянулись до темноты – пошёл по кругу вправо, а надо было влево. Обошёл всё место последней битвы более чем десятка Псов-воинов Тёмных, нее нашёл никаких намёков на след, весь расстроился, хмуриться стал и мыслей нехороших, в его голове появилось не мало. След от него не скроешь. Замести след, конечно, можно, многие сталкеры так делают, но запах - запах устранить нельзя. Впрочем, можно – перцем например. Это хорошо поможет от тупой как пробка пси-собаки, не особо поможет от Чёрного пса и вообще никак не поможет от человека, способного чуять запахи подобно собаке.

Потому что заметённый след, это всё тот же самый след. Пси-собака вдохнёт запах, чихнёт, по-собачьи выматерится и постарается убежать из этого нехорошего места – она просто не поймёт, что это всё тот же след, что его просто пытались замаскировать.

Однако и увы, не тот случай. Запаха просто нет, а кто может замести след так, что его не останется в принципе? Странная смерть Тёмных, странности со следом – тут одно из двух. Или Хозяин Зоны или бойцы Организации с новыми игрушками. В обоих случая прикончить негодяя за его вопиющую и беспочвенную жестокость не выйдет…, то есть, конечно же, не выйдет догнать, остановить, поговорить с ним дружески, вызнать, как так получилось, не защищался ли он, может несчастный подлец, может, этот грязный убийца, эта аморальная сволочь, был совсем ни в чём не виноват?

И тогда его убивать будет не за что, он сможет со спокойно душой похоронить несчастного как хорошего человека, не успевшего принести в этот жестокий мир ещё немного зла…, то есть, нет, конечно же, нет. Если этот негодяй просто защищал свою жизнь, то всё печально конечно, но, увы, наказывать его будет не за что.

Велес наткнулся на след, когда прошёл по кругу почти до того места, с которого двинулся в поисках следов. Если бы пошёл влево, нашёл бы его на час раньше.

Он долго стоял там, глядя на горизонт, туда, куда ушёл убийца.

Просто так это оставить он, почему-то не мог. В любом случае не мог. Защищался этот подлец или нет, он не мог просто отпустить его. Но что же делать, если он и правда лишь спасал свою жизнь, а молодые талантливые ребята, кстати, ослушавшись его наказов, напали и пытались убить беднягу?

Секунд сорок он размышлял. Потом кивнул сам себе, взял коробку с крысой и пошёл по следу.

Если парень защищался – ничего страшного. Он только ограбит его, чем возместит моральный ущерб по поводу своей грусти от смерти Семёна. А ещё, возможно, что-то не особо полезное совершенно не важное негодяю этому сломает – тут всё уже зависит только от самого негодяя. Если он добровольно сообщит, каким образом перебил Тёмных, отдаст прибор или что там у него есть, по доброй воле, то ни каких самопроизвольных переломов у него не случится.

Или же расскажет ему, кто или что убило Тёмных – вполне возможно, что этот человек всего лишь свидетель их гибели. Как минимум большей их части.

Одного, с огнестрельными ранами, точно убил он.

Этот человек пах как самый обычный местный бродяга. Немного немытый, пропитался потом и грязью. Пахнет военным концентратом – совсем не бедный сталкер раз может позволить себе хорошую походную еду. Концентраты не просто так завоевали сердца сталкеров. У них непомерно высокая цена, но они лёгкие, насыщают как целый рюкзак самой разной снеди, при этом все витамины, микроэлементы и так далее, там присутствуют.

Военный концентрат, это самое здоровое и полезное питание, какое только можно найти в Зоне.

Одет парень просто – одежда тоже пахнет, особенно, если она пропиталась потом.

В его запахе нет тонких ноток резины, металлов. Он путешествует без тяжёлой и неудобной брони или костюма, стойкого к воздействию аномалий. Парень опытный сталкер, возможно, проводник. Что ж, это хорошо – у парня точно есть чем оплатить безвременную кончину Тёмных и чудовищную психологическую травму, какую, из-за этого человека, был вынужден перенести Велес.

Сталкеры двигаются по Зоне медленно. Даже если это проводники. К утру, он его догонит.

А потом вернётся за Семёном.

11.

По лесу, по самому обычному лесу, даже не особенно густому неторопливо шёл человек. Ничем он и не выделялся, если б не камуфляжная зелёная куртка, такие же штаны, да старенькая двустволка за спиной. Он часто останавливался и полным горечи взглядом окидывал окружавший его лес. Седые, коротко стриженные, волосы растрёпаны, на лице недельная щетина - седая, как и его волосы.

Порой он останавливался, чтоб присесть на поваленное дерево, передохнуть там немного, да выкурить сигаретку. В такие моменты он смотрел прямо перед собой, а на его губах возникала едва различимая, грустная, улыбка – он искренне любил этот лес. Всю свою жизнь прожил в этих местах, знал лес как никто другой. В прошлом, когда ещё не было Стены, помогал людям пройти через леса к неохраняемым участкам ограждения. Он знал все тропки, овраги, знал о всех блокпостах, знал маршруты патрулей охранявших Периметр – всё знал и тогда не плохо зарабатывал.

Не понимал, зачем люди рвутся туда, к земле отравленной неведомым злом, пришедшим из недр разрушенной взрывом ЧАЭС. Не понимал и не хотел понимать – зачем? Он вполне приличные деньги получал, выводя людей туда и очень редко, встречая людей оттуда, сопровождая их за пределы территории, регулярно прочёсываемой военными патрулями.

Странные то были люди – те люди, что пришли оттуда, из-за колючей проволоки, с земли, искажённой неведомым злом. Молчаливые, глаза у всех волчьи, на руках и лицах не редко странные, ни на что не похожие шрамы. Не любил он выводить людей оттуда – они возвращались другими, не такими как все. Земля за Стеной, что-то делала с ними, превращала человека в нечто иное.

Он много думал об этом, часто вспоминал тех людей, но так и не понял, почему они кажутся ему такими странными, пугающими. Было в них нечто чуждое этому миру. Нечто, словно бы не отсюда, не из этой реальности. Но такие люди платили больше всего, а кто ж откажется от хороших денег? В селе особо не разбогатеешь, картошка там, свекла, это всё прекрасно конечно, но стоит мало, а выращивать трудно. Да и выращивать – технику надо, удобрения, пестициды и тому подобный полезный инвентарь, а это всё тоже денег стоит. И времени на это и сил положишь массу. А он вот привёл к колючке пять человек и всё, четверть урожая уже в кармане. У колючки встретил странного молчаливого человека, из лесу вывел и вот уже пол урожая в кармане лежит. За два дня, считай пол лета фермерского и отработал. Кто ж откажется? Работа лёгкая, лес он знает…

-Эх. – Вздохнул он, глядя перед собой, на зелёный, такой тихий и спокойный лес.

Там, далеко за деревьями, стоит Стена. С тех пор как она появилась, весь его маленький бизнес накрылся медным тазом. Да собственно загибаться это всё стало гораздо раньше – как в Чернобыле-145 новый мэр появился, не отсюда, чужой этой земле. Откуда-то с России он был. Вот тогда, когда он появился, всё и стало другим. К колючке уже редко кого-то удавалось отвести. В те дни, в лесу заимки тайные появились, люди подозрительные, да с оружием все. Вот они и возили людей туда и оттуда. А им, таким как он, работы считай, и не осталось. Редко когда бывало, придёт в деревню человек, да попросит отвести или встретить кого-то оттуда. В основном же, никто не приходил – людской поток туда и оттуда, пошёл другим путём, утёк в иное русло. Хорошо, что он этим заниматься начал одним из самых первых. К тому времени, когда всё закончилось, он успел сколотить хороший капитал, дом свой в деревне отремонтировал, машину купил, ещё и осталось, что б хозяйство поднять.

-Эх… - Повторил он с грустью в голосе и своих уставших глазах.

Всю жизнь здесь прожил. Даже вот в лесники записался. Впрочем, это он давно сделал, почти сразу как провёл первого из своих нанимателей к колючке окружавшей Зону. Леснику ружьё полагалось без всяких справок и бесплатно. А к нему и патроны раз в неделю выдавали, не интересуясь, куда старые делись. Он когда спросил, а чего так-то? Патроны без учёта-то почему? А кум ему подмигнул и говорит «ты Микола патроны-то бери, а вопросы не задавай, всё посчитано, всё списано, подарок это тебе, чего с патронами делаешь – дело твоё, а я может, однажды, чего у тебя попрошу, а ты и поможешь». Видать, не всем так можно было, что патроны-то без учёта…

Странно, но кум так ни о чём и не попросил. Год как умер – рак, будь он не ладен.

Эх…, сколько уже людей от рака перемёрло вокруг – тьма!

Говорят, это из-за Зоны. Мол, даже так, издали, она всё равно влияет и вот – рак у людей, там, инфаркты и всё такое. Ага. Как же…

Он бы, наверное, поверил, в рак и прочие напасти, рвущиеся из-за колючки, если б этой Зоной не затыкали б всё вокруг. Удои у соседа никакие стали – чего случилось? Зона виновата – влияние её дурное, коровы себя плохо чувствуют. Хрень какая-то урожай сожрала под корень – почему? Ну, так ясен пень – Зона виновата. Это из неё что-то убежало и давай всё вокруг жрать. У Васьки жена жалуется – всё, на пол шестого у Васьки и никак. Врач поселковый только руками разводит – Зона рядом, вот и влияет зловредно повсюду и всегда, а лечить никак – Зона, будь она неладна.

Зону, ну-ну - брешут всё, тут уж и к бабке не ходи. Нашли куда все проблемы списать, вот и списывают, что б лишний раз работать не пришлось.

Да и закрыли они всё в этой их Зоне. Как там чего-то влиять будет? Стена эта – высоченная, ворот всего несколько по всей длине и все под серьёзной охраной. Уже не пройдёт никто, не проскочит. Поговаривают даже, что Стена специальным составом покрыта – излучения всякие отражала что бы. Даже радиацию. Ничто не пройдёт туда, ни что не выйдет наружу…, и это хорошо.

Микола вздрогнул, передёрнул плечами – помнил он, как однажды, наружу что-то вышло.

Волна, как это называют военные, ударила сразу после Выброса, если не одновременно с ним. И угораздило же так попасть – всё время боялся, что однажды такое случится. И вот…, правда, было всего раз и больше не повторилось. Везло ему.

Впрочем, Волна явление не частое, а Выброс ощутить можно лишь так близко от Стены.

Странное, признаться, ощущение. Как будто нечто давит на тебя, да на всё тело сразу, давит, давит, а потом раз! И проходит сквозь тебя, обволакивает, пронизывает и течёт дальше, по своим делам. А потом просто исчезает.

«Пиздец странная хуйня, впервые Выброс, вот так чуется, блять буду» - удивлённо проговорил мужик, которого он вёл тогда к селу через лесные тропки. «А разве бывает по-другому?» - хотел он тогда спросить, но тут с Периметра донеслись новые звуки. Поначалу бухало что-то – артиллерия била, что за Периметром, да ближе к селу раньше стояла.

А вот как мужик тот заговорил, они оба услышали совсем другие звуки. Стрельба автоматов, пулемётов, крики людей, а затем – жуткий, протяжный и зловещий вой. Он тогда чуть с инфарктом не свалился, а мужик ощерился злобно, глазами сверкнул, словно бы весёлое что-то услышал и говорит:

-Химера. На блокпост вышла, теперь солдатиков в салат крошит. – Мужик прищурился, вытянул шею, словно что-то высматривал. – Далеко. Даже если проскочит, всё в ажуре, мимо нас пройдёт.

Мужик к нему повернулся, усмехнулся – а он белый как мел, от испугу и слова сказать не смог.

Странный то мужик был. Самый странный из них всех. И не только потому, что был единственный, кого он вёл оттуда, а спустя три дня, обратно туда, в Зону. Плащ рваный, волосы лохматые, не бритый, ну это понятно – парикмахерских там нету. И всё жё было в нём что-то эдакое, отличавшее его даже от тех, кто приходил оттуда. На карикатурного нищего чем-то походил. А повадки и речь, словно вот сват, когда с тюрьмы домой вернулся. Тоже словечки всякие выдавал, да речь у него заковыристая стала. Сват потом освоился, год пожил на воле, так и повадки свои в прошлом оставил, почти прежний стал. А тот мужик, чем-то на бомжа похожий, видать таким на всю жизнь и остался. Видать, за Стеной, такие люди не меняются…, странно это всё-таки. До сих пор мучился Микола – зачем этот мужик вернулся обратно, если сумел выйти оттуда? Дело это рискованное до колючки дойти, а там ведь, на незнакомого человека положиться надо, что проведёт мимо патрулей, а не сдаст им на блюдечке с голубой каёмочкой. И ладно, те, кто за Стеной не бывал, кто озолотиться жаждал так, что ослеп и не видит куда идёт. Но тот мужик видел, знал, что его ждёт по ту сторону Стены – он ведь оттуда и пришёл, ему ли не знать. И всё равно, вернулся обратно.