20 ноября 996 г. от ВР.

…Не знаю, что именно уязвило управляющего делами Владимирской епархии, ожидание «аудиенции», мой отъезд или моя «отповедь», озвученная Щепкиным пилоту, но иерарх вышел из себя и попытался объяснить Ивану Борисовичу, что мое поведение, по меньшей мере, неразумно. При этом вещал через все того же пилота и усиленно «давил харизмой». Но командир смены не продавился — без каких-либо подсказок с моей стороны заявил, что лицам, проявившим неуважение к его господину, на этой земле не место, взял «Исеть» в захват системой целеуказания «Кипариса» и сообщил охреневшему летуну, что через три минуты всадит ракету в любое чужое корыто, обретающееся в моих владениях. Вот квадрокоптер митрополита Иллариона и ушел к границе частной территории по прямой. А второй борт «подобрал» уже после того, как ЗРПК прекратил сопровождение цели в «активном» режиме.

Как и следовало ожидать, эта ретирада взбесила священнослужителя, не привыкшего к каким-либо отказам, еще сильнее, поэтому уже через четверть часа мне позвонил митрополит Симеон. Но вместо того, чтобы высказать свое «фи», развеселил уже со второй фразы:

— Добрый вечер, Олег Леонидович. Меня только что пытались заставить поступиться своими принципами, но были посланы… замаливать грех гордыни. Увы, этот совет, данный от чистого сердца, даже не поймут. Ну, да и Бог им судья. А вам я считаю необходимым сказать следующее: как ни обидно это признавать, но гордыня — далеко не единственный грех, который ИМ надо замолить. Так что постарайтесь… не подставляться.

Я ответил на приветствие, пообещал смотреть в оба и спросил, кто такие «Чистые», которых мне пытались привезти.

Митрополит вздохнул:

— Де-юре — боевые монахи, которые должны будут защищать церковные святыни от любой иномирной угрозы. Де-факто — телохранители Святейшего Патриарха Владимирского и его ближайшего окружения.

— А мне, как я понимаю, собирались поручить поднять этих монахов на достаточно высокий уровень? — желчно поинтересовался я и не «угадал»:

— Во-первых, не «собирались», а решили. И ваше личное мнение по этому вопросу никого не интересует. Во-вторых, не на «достаточно высокий», а на ваш нынешний и выше. Ибо эти монахи будут охранять Самых Первых Лиц и должны быть в состоянии справиться с кем угодно, включая вас. И, в-третьих, вы должны будете превратить в магов высшей категории не одну дюжину монахов, а не менее пяти. Причем используя все имеющиеся личные наработки и возможности.

— Размечталис-с-сь… — злобно прошипел я, задал Симеону еще парочку уточняющих вопросов, уложил в голове предельно информативные ответы, поблагодарил за помощь и дал понять, что с меня причитается.

Митрополит заявил, что я и так делаю для населения Империи намного больше любого другого дворянина, пожелал всего хорошего, сослался на дела и перед тем, как отключиться, выдал забавный монолог:

— Да, кстати, чуть не забыл: я с первой и до последней минуты этой беседы пытался объяснить вам вашу неправоту, но вы проявили неожиданно хорошее знание основ социальной концепции Русской Православной Церкви, некогда принятой Освященным Архиерейским Собором, аргументированно доказали, что митрополит Илларион нарушил целый ряд основополагающих принципов взаимоотношений между Церковью и светским обществом, и дали понять, что смертельно оскорблены проявленным неуважением. И последнее: выжимку из вышеупомянутого документа, позволяющую… многое, я вам пришлю еще до полуночи…

— Что скажешь? — спросил я у Красовской после того, как вернул телефон в карман и откинулся на спинку кресла.

Она задумчиво посмотрела в окно и пожала плечами:

— Если очень коротко, то Симеон — личность, достойная уважения, его совет не подставляться был дан далеко не просто так, а Илларион и те, кого он представляет, не уймутся. Но прогибаться перед ними нельзя… да и не надо: раз на Земле заработал Закон Силы, значит, прогибаться должны перед нами.

Я согласно кивнул, усилием воли задвинул мысли о последствиях моего демарша в долгий ящик и встал из-за стола:

— Илларион прогнется еще нескоро, поэтому давай-ка займемся делом.

— Каким именно? — полюбопытствовала Природница, мигом оказавшись на ногах.

— Потренируем Волкову… — ответил я, «прыгнул» к двери и продолжил: — Сегодня она поднялась на тридцать первый, а значит, на тридцать четвертый — последний уровень третьего ранга — может подняться уже завтра. Да, Варя с Валей дрессируют ее добросовестнее некуда и, вроде как, помогли довести до ума рывок, усиление, а так же защитные и атакующие заклинания всех трех стихий, а матушка помогла понять, как драться с магами Молнии, но я хочу разобраться в нынешних возможностях Янины Павловны. Чтобы не зевнуть последний шанс замедлить или вообще остановить процесс ее усиления…

…Я занимался с Волковой хотя бы по полчаса практически каждый день — контролировал прогресс пополнения арсенала заклинаний, объяснял, в какой последовательности их надо использовать в бою с противником, владеющим Огнем, Молнией и Водой, помогал понять принцип алогичных перемещений и финтов, наблюдал за тренировочными боями со стороны и во время каждого разбора полетов тыкал носом в тактические ошибки. Поэтому был уверен в том, что драться в магической дуэли по крайним правилам Янине Павловне слишком рано. Даже с учетом того, что ее противник является таким же магом-скороспелкой, как и любой из нас. Но расхолаживать — не расхолаживал. Сразу по двум причинам: во-первых, понимал, что мать, потерявшая единственного сына, не услышит неудобные аргументы, а, во-вторых, регулярно выслушивал описания новых «геройств» этого ублюдка и ненавидел его лютой ненавистью. Поэтому качественный скачок понимания боя, совершенный подругой семьи за последние сутки, откровенно порадовал: в шести тренировочных схватках подряд — против Вали, Вари, Наташи, Ани, матушки и меня — эта женщина не совершила ни одной сколь-либо серьезной тактической ошибки. Мало того, идеально точно следовала моим рекомендациям, грамотно реагировала почти на любые неприятные сюрпризы, не теряла хладнокровия в экстремальных ситуациях, не «вываливалась» из-под ускорения и постоянно «сидела» на восполнении энергии. Вот я ее и похвалил.

— Все вопросы — к Валентине… — дослушав мой монолог, заявила Волкова и объяснилась: — Она собрала нарезку фрагментов моих боев со всеми вами и иномирным зверьем, замедлила моменты, в которых я совершала ошибки, и добавила предельно понятный закадровый текст. А я посмотрела этот ролик раз, эдак, двадцать-двадцать пять и в какой-то момент прозрела.

Я поймал взгляд чуть покрасневшей, но страшно довольной девчонки, назвал ее красоткой и снова уставился на Волкову:

— Как бы там ни было, сегодня вы дрались умно. И пусть оценивать КПД целительских атакующих заклинаний мы, по вполне понятным причинам, не стали, я считаю, что с противником равного уровня вы справитесь. Поэтому завтра берем три оставшихся и вылетаем во Владимир.

— Вылета-ем? — переспросила она, выделив интонацией последний слог, и нарвалась на предельно логичный ответ матушки:

— Именно: в главной ветви рода Нарышкиных, по твоим же словам, что-то около двадцати пяти магов третьего ранга. Большая часть этих ублюдков усиливается в стиле Руслана, вроде как, запугала весь Владимир и поверила в неудержимость представителей Рода Великих Магов. Поэтому наверняка захочет убрать человека, который, прибив одного из них, как бешеную собаку, подмочит его репутацию. А для того, чтобы сделать это законно, продолжит убивать. Чтобы как можно быстрее подняться на тридцать четвертый уровень и стать сильнее тебя. Среди этой толпы наверняка найдется несколько хороших рукопашников с тремя боевыми стихиями, способных использовать те же тычковые ножи с заведомо большим КПД, чем ты, так что тебя гарантированно положат. Даже в том случае, если ты быстренько прорвешься в четвертый ранг и «полезешь» дальше. Зато присутствие на твоей дуэли Олега и его отмороженной личной помощницы заставит увидеть куда менее приятную альтернативу — конфликт с родом боевых магов высшей категории — и вынудит забиться под веник. Что, в свою очередь, спасет не одну жизнь. Дальше объяснять?

Янина Павловна отрицательно помотала головой и попробовала, было, рассыпаться в благодарностях, но я «имел наглость» ее перебить:

— Все разговоры — за пределами зала. А тут ваше дело — тренироваться. В частности, продолжить работу над перемещениями рывком и контратаками. И вот в каком ключе: вы деретесь против боевой двойки; Валя изображает «Танка», а Варя — Огневика; их задача — «высушить» вам резерв, продавить покров и ранить, а ваша — выжить любой ценой. Повторю еще раз: любой. То есть, вы вправе использовать туман, сферы воды и воздуха, акустический удар и любые другие заклинания контроля. И последнее: рубитесь не в зале, а снаружи, за гостевыми домиками. Мам, Ань, на вас — воздушные стены и, само собой, видеозапись для последующего анализа схватки. А мы с Наташей проведем Большую Ротацию — народ, обретающийся тут, в усадьбе, уже взял по два уровня, а дежурная смена Восточного одурела от безделья…

…В Форт прилетели минуты через полторы после обнаружения в его зоне ответственности красного «морского» портала. Высадив первую партию из четырех человек, подняли на борт «ленивцев», ввинтили «Икар» в небо и встали на обратный курс. Квадрокоптером «рулила» Красовская, а я болтал с народом и злился. На бесполезную «дырку», появившуюся вместо полезной и не позволившую усилить моих людей, не катая их туда-обратно.

Трудно сказать, почему, но эта мысль бесила и во время второго рейса. Поэтому, высадив народ и загнав машину в ангар, я раздраженно ткнул в сенсор выключения двигателей, качнулся вперед, собираясь встать с кресла, и застыл. Так как поймал за хвост безумно интересную мысль. А еще через миг почувствовал перемещение «силуэта» Природницы, попросил не торопиться, поднял дверь-трап, связался с Левой, выяснил точные координаты портала, снова вывел «Икар» на оперативный простор и поднял в воздух.

До красного «зеркала» долетели минуты за три-четыре, приземлились на полянке метрах в шестидесяти, выбрались из салона и ломанулись по сугробам к ледяной «линзе», в которую вмерзла стая какой-то мелкой рыбешки.

После того, как добрались, я попросил Наташу поизучать «добычу», а сам присел на корточки в непосредственной близости к алому «мареву», ушел в состояние безмыслия и потянулся к порталу чувством Пространства.

Как ни странно, получилось. И довольно быстро. Мало того, я ощутил не только весь объем «аномалии» межпространственного перехода, но и его структуру. Да, очень и очень «размыто», но даже так смог выделить области с повышенной плотностью этой стихии, области с ее «нулевым» содержанием и точку, через которую энергия, удерживавшая «зеркало» открытым, понемногу рассеивалась. Эта энергия «пахла» приятнее той, которую мы получали при посмертных импульсах, вот я и попробовал ее «втянуть». И смог. Со второй попытки. Кстати, снова поймав себя на ощущении, что эта манипуляция не подбирается «методом научного тыка», а «вспоминается».

Почувствовав тоненькую «струйку», активировал взгляд в себя, нашел кластер, «управлявший» процессом, и направил позаимствованную энергию на его усиление. И перестарался — первая же «порция», «ассимилированная» этим кластером, увеличила мощность «входящего потока» как бы не втрое… а структура портала «поплыла».

Тут проснулась моя паранойя, и я, вдумавшись в ее аргументы, прервал процесс, открыл глаза, добросовестно впечатал в память картинку, которую видел, для вида огляделся по сторонам, встал и увел Наташу к квадрокоптеру. Потом поднял его в воздух, направил к усадьбе, торопливо открыл «дырку» к порталу, «сдвинул» ее вплотную к «точке сброса» и потянул энергию резвее. Само собой, не абы куда, а в тот самый кластер.

Он снова увеличился в размерах, «потемнел» и добавил процессу так много дури, что секунды за четыре «втянул» всю энергию, поддерживавшую структуру. Вот тот и схлопнулся. А меня… подняло на следующий, восемьдесят второй уровень!

Я озадаченно почесал затылок, вдумчиво изучил ядро и магистральные каналы, не обнаружил ничего криминального, открыл глаза, закрыл «дырку» и уставился на Красовскую:

— Наташ, я только что вытянул из красного портала все Пространство. Он закрылся, а я взял уровень.

— О-о-о!!! — восхищенно выдохнула она и собралась, было, продолжить, но я жестом попросил ее помолчать, вошел в оперативный канал и сообщил дроноводам, что мы возвращаемся. Чтобы они не пригнали к ловушке новую партию зверья. Затем отключил микрофон гарнитуры и поделился с женщиной своими соображениями:

— Не все так радужно, как кажется на первый взгляд. Вот смотри: красные порталы держатся от тридцати до шестидесяти минут. Этот конкретный был обнаружен чуть более получаса тому назад, а значит, находился на последнем издыхании. Но даже так энергии в нем было немерено. Вывод напрашивается сам собой: закрывать этим способом порталы других цветов — самоубийство: переизбыток энергии сожжет мою энергетическую систему. Зато теоретически мы можем использовать ослабленные порталы для личного усиления. Поэтому я сейчас объясню, какой кластер отвечает за этот вид работы с Пространством, а ты постараешься хорошенечко развить этот сектор периферийных каналов за счет посмертных импульсов. Правда, я пока даже близко не представляю, как «подключать» тебя к порталу или делиться энергией этой стихии, но очень надеюсь, что мы что-нибудь придумаем…

— Придумаем. Без вариантов… — согласно кивнула она и встрепенулась: — Кстати, об усилениях: а почему бы нам не начать собирать видеозаписи мест, в которые ведут самые перспективные межмировые переходы? Тогда можно будет выманивать к себе нужное зверье, вывешивая ваши порталы впритирку к морским или откровенно слабым. А это позволит усиливать ближний круг или весь род тогда, когда заблагорассудится.

Оценив открывающиеся перспективы, я назвал ее умницей и сообразил, как убедительно объяснить окружающим внезапное возникновение интереса к иным мирам:

— Мы будем делать такие фотографии и видеозаписи вроде как в подарок Таньке: она — девица увлекающаяся, следовательно, может захотеть собрать коллекцию самых крутых видов других планет и попросить меня, любимого братика, о помощи.

— Коллекционировать крутые виды других планет с удовольствием стала бы и я… — призналась Природница, мечтательно расфокусировала взгляд и добавила: — А еще я бы с удовольствием приобрела настенный телеэкран для своей гостиной и заливала в него такие фотообои.

— И что тебе мешает это сделать? — полюбопытствовал я, загнал «Икар» в ангар, вырубил движки, встал с кресла и снова поймал взгляд погрустневшей помощницы.

— Меня пугает цена… — после недолгой паузы вздохнула она. — Да, вашими стараниями я себе могу позволить и гораздо более дорогие покупки, но привычка экономить на всем и вся никуда не делась.

— Что ж, придется тебя избаловать… — пошутил я, первым выбрался из квадрокоптера и вспомнил о «зависшем» вопросе: — Так, в бункер спустимся чуть попозже. После того, как дойдем до логова Марии Тарасовны, поделимся с ней кодами доступа к контейнерам с пищевыми добавками, описанием их действия на организм и рекомендациями по употреблению в пищу, поставим новую боевую задачу и заиграем что-нибудь вкусненькое.

— От вкусненького не откажусь и я… — заявила Красовская и потопала к особняку следом за мной. А через десяток шагов задала «шкурный» вопрос: — Олег Леонидович, перед прилетом митрополита Иллариона я взяла еще один уровень, а со стайным носорогом порубиться не успела. Вы позволите оценить свои возможности еще раз?

Я вспомнил, как ее «обозвала» матушка, и не удержался от шутки:

— Конечно, позволю: тебе, моей отмороженной помощнице, положено выносить такое зверье в одну калитку…