Глава 38.

Рик приложил драконью силу, выбивая дверь.

Комната встретила его тяжелой тишиной. На стенах висели цепи, на столе лежали инструменты, металл холодно блестел в тусклом свете. В воздухе стоял сладковато-горький запах, от которого внутри поднялось глухое раздражение.

Лили стояла посреди комнаты, обхватив себя за плечи. На платье не хватало одного рукава, на оголенном плече мягко светилась золотисто-изумрудная вязь.

— Лили.

— Рик… — выдохнула она и шагнула к нему, протягивая руки.

Он сократил расстояние в два шага, подмечая, что оторван не только рукав. Рик на ходу снял с себя рубаху и накинул ей на голову, помогая надеть ее сверху. Только после этого обнял, крепко прижав к себе и коротко проводя ладонью по ее спине, убеждаясь, что она стоит на ногах и не ранена.

— Со мной все в порядке, спасибо, что спросили, — буркнул Граф с его плеча. — Но меня укачало. Ящер-р-р оказался не ездовой.

Лили сразу забрала кота, прижала к себе и поцеловала в нос.

— Ты молодец. Спасибо.

Рик уже прислушивался к происходящему вокруг. В глубине здания двигались люди, слышался лязг оружия, приглушенные стоны.

— Нужно уходить, — сказал он тихо.

— Мне нужно в лабораторию, — упрямо ответила Лили.

Ра’карн внутри резко дернулся, поднимаясь, требуя унести ее отсюда немедленно. По спине Рика прошла знакомая боль — под кожей начали прорезаться крылья, чешуя проступила сильнее вдоль позвоночника. Еще шаг — и он бы сорвался в полудраконью форму, схватил ее и вынес прочь, не спрашивая.

Рик медленно выдохнул, с усилием удерживая порыв. Крылья снова втянулись под кожу.

— Сейчас здесь слишком опасно, — сказал он глухо.

— Но твое кольцо работает.

— И в кого ты такая…

Он задержал взгляд на ее лице. Лили смотрела прямо на него — бледная, напряженная, но в глазах стояло не упрямство даже, а тихая просьба, как будто она уже знала, что он будет сопротивляться, и заранее просила не лишать ее этого шанса.

— Все равно мы уже здесь, — сказала она негромко, но быстро, будто боялась, что он перебьет. — И кажется, здесь больше никого нет. Варрек либо сбежал… либо направился в лабораторию. Если он уничтожит записи, мы потеряем все. Нам нужно туда сейчас.

Он смотрел на нее еще несколько секунд.

Коридоры, через которые он сюда шел, были почти пустыми. Возможно это и правда был их шанс.

— Держись за мной, — сказал он наконец глухо.

Он осторожно высунулся в коридор и замер на мгновение, прислушиваясь. В коридоре стояла тишина, нарушаемая лишь отдаленными звуками боя где-то в глубине здания. Рик втянул воздух глубже, пытаясь выловить резкую смесь алхимии, трав, стекла и старых реактивов.

Он выбрал направление почти сразу.

— За мной, — коротко бросил он через плечо.

Лили шла вплотную за ним, и он слышал ее быстрые шаги.

Коридоры тянулись длинными каменными рукавами, иногда разветвлялись, иногда уходили вниз. Несколько раз он останавливался, снова втягивал воздух, настраиваясь на нужные запахи.

Чем ближе они подходили, тем явственнее становились звуки. Сначала — приглушенный гул голосов, затем — звон стекла. Где-то впереди что-то разбилось, и следом раздался еще один звон разбивающегося стекла.

— Осторожно! Осторожно, безмозглый ты идиот! — взвизгнул тонкий, надтреснутый голос. — Это нельзя просто так бросать! Тут годы работы!

— Да плевать мне на твои годы, — резко ответил другой голос. — Быстрее собирай все, что можешь унести, и уходим отсюда.

Рик остановился у проема, коротко махнув Лили держаться сзади, и осторожно заглянул внутрь. Лаборатория была перевернута вверх дном: столы сдвинуты, стекло под ногами хрустело, на полу валялись раскрытые книги и рассыпанные листы. Старик метался между столами, хватал бумаги, ронял их и снова подбирал, что-то бормоча себе под нос. Варрек стоял рядом, наблюдая за этим с явным раздражением.

Он заметил Рика сразу.

В следующее мгновение Варрек схватил старика за ворот и резко дернул на себя, не давая тому снова броситься к столу, но взгляд держал только на Рике.

— Ну надо же, — протянул он насмешливо. — Сам пришел. Как крылышки? В прошлый раз ты выглядел… менее уверенно.

Ра’карн внутри резко рванулся, отзываясь на голос, на запах, на память о той схватке.

Рик шагнул внутрь, не сводя глаз с Варрека. Старик дергался у него в руках, пытался вывернуться и дотянуться до рассыпанных листов, но Рик смотрел только на противника, отмечая краем глаза расстояние до столов, стен и шкафов.

Пульсар сорвался неожиданно — короткая вспышка летела прямо в грудь.

Рик сместился в сторону и вскинул щит. Удар пришелся на стол позади него, вспыхнуло пламя, и бумаги мгновенно занялись.

— Нет! — взвизгнул старик.

Он вырвался из хватки Варрека и бросился к огню, пытаясь потушить пламя руками. Варрек выругался сквозь зубы, но уже отступал, выпуская второй пульсар.

Рик отбил его рукой, покрытой чешуей и сразу пошел вперед, сокращая расстояние. Варрек сместился в сторону, еще один удар ударил в каменную стену, выбивая крошку.

Старик путался под ногами, метался между ними, хватал обгоревшие листы и снова ронял их. Рик поймал момент, когда тот оказался прямо перед ним, перехватил его за плечо и без церемоний швырнул в сторону выхода.

Тот запутался в собственных ногах и рухнул на пол, скользнув по камню.

Из коридора выскочила Лили — она сразу перехватила его, таща за собой в коридор. Там прижала к стене и начала что-то быстро говорить, удерживая, чтобы не бросился обратно.

Рик быстро про себя это отметил и все внимание сконцентрировал на Варреке.

Варрек отступал, вынуждая держать дистанцию. Пульсары били один за другим, вспыхивали в воздухе, разрушали столы и выбивали камень из кладки.

Но Рик приближался, встречая каждый пульсар своим щитом. Удары вспыхивали на поверхности защиты и рассыпались искрами, не давая ему замедлиться ни на шаг. Варрек пятился все быстрее, смещаясь вдоль стены, выпуская короткие удары один за другим — без пауз, без лишних движений. Камень вокруг уже был побит, столы расколоты, стекло под ногами хрустело при каждом шаге.

Рик почти сократил расстояние до броска, когда Варрек резко изменил направление атаки. Вместо удара в него пульсар сорвался в сторону коридора, туда, где оставалась Лили. Вспышка ударила в стену рядом с ней, выбив кусок кладки и взметнув облако каменной пыли. Рик на мгновение повернул голову — проверить расстояние до нее, оценить, задело ли.

Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы заметить другое движение.

Варрек резко присел, и Рик увидел, как тот быстрым движением полоснул ладонь кинжалом. Кровь потекла сразу. Следом он ударил этой рукой в пол.

Только теперь стало видно, что на камне под его ногами уже был вычерчен узор — тонкие линии, едва заметные под слоем пыли и мусора. Кровь легла точно в центр, и линии вспыхнули багровым светом.

Это было не атакующее плетение.

Трещина появилась прямо под ладонью Варрека — сначала тонкая, почти незаметная, затем еще одна, и еще. Они побежали по полу во все стороны, пересекали каменные плиты, взбирались на стены. Камень застонал глухо, тяжело, как будто внутри здания что-то сдвинулось.

С потолка посыпалась пыль.

Рик уже разворачивался к коридору, оценивая расстояние до Лили и первую трещину ползущую по стене, когда краем глаза уловил резкое движение позади.

Удар пришелся в спину. Боль рванула вдоль позвоночника — резкая, выбивающая дыхание на короткое мгновение. До этого Варрек прощупывал защиту, бросал удары один за другим, но теперь бил всерьез — и это почувствовалось сразу.

Рик качнулся вперед от силы удара, но не остановился. Только сильнее стиснул зубы и рванул к Лили, игнорируя жжение под чешуей и тепло крови, которое уже начинало расползаться по спине. Трещина над ее головой расползалась быстрее, камень там уже начал отходить, и времени больше не осталось.

На бегу тело пошло в изменение — вдоль позвоночника проступила чешуя, мышцы свело тяжелым напряжением, под кожей потянулись кости. Крылья развернулись почти одновременно с первым глухим ударом сверху, и он успел накрыть ее собой в ту же секунду, когда на спину обрушился тяжелый обломок.

Ра’карн чувствовал всем телом как сначала посыпалась мелкая каменная крошка, затем сверху сорвались куски кладки. Они били по хребту, скатывались по крыльям, с глухим стуком падали рядом.

Грохот бил по ушам, пыль стояла плотной стеной, мгновенно забивая дыхание.

Под лапами треснул каменный пол. Когти скользнули, но он тут же вонзил их глубже в кладку, цепляясь за нее, как за последнюю опору. Обломки продолжали валиться сверху, один за другим, и с каждым новым падением давление усиливалось, все сильнее вдавливая его в камень.

Сначала дыхание еще подчинялось — глубокое и тяжелое, — потом каждый вдох стал короче: под навалившимся весом корпус терял свободу движения, и грудная клетка уже не раскрывалась так, как прежде.

Ра’карн глухо зарычал, сдерживая напряжение. Вес нарастал — камни смещались, оседали, искали себе место, и с каждым секундой становилось тяжелее. Одну плиту перекосило — край врезался между пластинами чешуи, заставив мышцы вдоль крыла судорожно дернуться. Он стиснул челюсти, не позволяя телу дрогнуть.

Обратиться он не мог. Стоило уменьшиться — и все это обрушилось бы внутрь, прямо на тех, кого он закрывал.

Под его телом оставалось небольшое пространство, которое он инстинктивно удерживал грудью и крыльями. Камни лежали на спине тяжелым слоем, позвоночник гудел от напряжения, плечи медленно наливались тупой болью. Она не вспыхивала — она накапливалась, растекалась по телу, заставляя каждую мышцу работать на пределе.

Пыль начала оседать. Шум стихал, оставляя после себя только мелкий треск осыпающихся обломков и его собственное тяжелое дыхание.

Где-то под ним раздался кашель.

— Ра’карн… Рик…

Он ощутил движение у лап — осторожное, медленное. Теплые пальцы коснулись чешуи между когтями, и вместе с этим прикосновением потянулась знакомая магия — мягкая, живая, как когда она лечила его раны.

— Я здесь, — прошептала она.

Он не мог повернуть голову — шея удерживала часть перекрытия. Камни давили сверху все сильнее: где-то наверху снова сдвинулся кусок кладки, и вес на спине резко утяжелился, заставив его глубже врезать когти в пол. Одна из плит съехала, прижав край крыла неровно, и боль вспыхнула вновь.

Он чувствовал ее страх — не за себя, за него — и это удерживало лучше любой магии, крепче любого щита.

— Не смей… — прошептала она, прижимаясь к его лапе. — Только не смей сейчас сдаться.

Ра’карн глухо рыкнул — коротко, упрямо.

Он не сдастся.

Пока под ним есть жизнь — он будет держать.