На вершине холма рос лес. Жили в этом лесу зайцы — веселые беспечные ребята. Днем отдыхали, а когда наступал вечер, выходили пастись. Каждый ел то, что больше ему нравилось. Один налегал на кисловатую заячью капусту, второй — на сладкий костер безостый, третий обгладывал горькие побеги осин. Все были довольны.

Одному зайчишке захотелось отведать морковки. Все, к кому он обращался с вопросом: «Что такое морковка?» — глаза от восторга закрывали:

— Ах, ах и ах!

Про себя зайчишка решил:

«Этой же ночью сбегаю в село, раздобуду на чьем-нибудь огороде морковку».

Бежит зайчишка к селу, а у самого душа в пятках. Страшно. Село хоть и небольшое, а собак… Своры! Неровен час, наткнешься на какого-нибудь Барбоса — удирать придется.

Подбежал зайчишка в плетню, стал на задние лапы, насторожил уши… Тихо. Лишь где-то на другом конце села брехала собака.

«Бреши, — подумал зайчишка. — Тебя я не боюсь. Я боюсь той, что молчит».

Отыскал зайчишка дыру в плетне, пробрался на грядку, выдрал морковку, давай тут же есть. Морковка сладкая, сочная. Съел одну, выдрал другую. Та еще слаще оказалась. Сок так и брызжет.

Ест зайчишка морковку, глаза жмурит от удовольствия. И даже сторожиться перестал.

На пожарной вышке ударили в колокол. Ударили всего один раз, но зайчишка так испугался, что на какое-то время перестал соображать: где он, что с ним, потом пришел в себя, дал тягу. Прибежал в лес, перевел дух. Старый заяц лапами всплеснул:

— Слушай! Что с тобой? У тебя зубы красные, все в крови!

— В селе был, льва задрал.

— Здесь львы не водятся.

— Значит, тигра.

— И тигры не водятся.

— Тогда волка.

— Волков всех повыбили. Давно.

— Не знаю кто, что и где водится, кого и когда повыбили, а только какого-то зверя я растерзал. В клочья!

— О!!! — в один голос воскликнули зайцы. — Теперь храбрее тебя зверя нет!

Зайчишка выпятил грудь, с независимым и гордым видом прошелся по поляне. А по лесу покатился гул. То смеялись зайцы. Старые, молодые и совсем маленькие. И деревья смеялись, и травы, и ручей, что бежал через лес. Даже солнце, только начавшее подниматься из-за горизонта, не могло удержаться от улыбки.

Вот как бывает.