Стрыг не успел отказаться от моего заманчивого предложения, так как пришёл в себя только к концу вторых суток. Да и общее состояние поселения, и число оставшихся в строю его защитников снизилось настолько, что Орочи убедил их без проблем в нецелесообразности оставаться в Озёрном и ждать неминуемой гибели. К тому же озёрные орки привыкли, что калек и раненых мы забираем. А тут две трети оставшегося населения именно такие.

И вот, потратив целые сутки на то, чтобы поднять, кого возможно, на ноги, собрать всё ценное и погрузить на телеги и волокуши, мы отправились в сторону Матрассийска. На месте остался лишь небольшой отряд гоблинов и парочка орков из разведчиков Тали. Быстроногие, выносливые, наблюдательные и отлично знающие окрестности горы Одинокой, они должны будут наблюдать за горизонтом, мастерить ловушки и ждать врага. А когда он придёт — отступить, оставив калечащие подарки в поселении. Ну и похоронить погибших кому-то нужно было…

Вопрос этот скорее этический, чем реально необходимый. Просто культ Аида не мог допустить кощунственного и наплевательского отношения к трупам разумных. Даже если это враги…

С нашими проблемами и поклажей добраться за двое суток до Матрассийска было нереально. Тем более с новыми орками, которые, прямо скажем, тупые и упрямые. Мы бы двигались куда быстрее, если бы не их желание идти, несмотря ни на что. В итоге каждый день до десяти зеленошкурых здоровяков из числа раненых по большей части теряли сознание от боли и усталости. Из-за этого мы задерживались ещё сильнее… Иногда я не выдерживал и приказывал их тащить.

Если бы такой же упрямый Стрыг оставался в отключке — было бы проще… Но как он сперва всем мешал, требуя «вяртать взад», то есть разворачиваться и топать обратно к его Озёрному, так потом, поняв, что его протест и приказ отклонён, мешал тем, что гнал своих поскорее в Матрассийск.

В пути мы трижды останавливались на ночлег, а сколько раз из-за потерявших сознание — даже вспоминать не хочу… В итоге мы только к концу четвёртого дня забрались на холм, получивший в народе название «Здоровый». Во-первых, он реально был очень большой, во-вторых, с него открывался вид на ещё не такой уж и близкий Матрассийск. И с него можно было сказать городу «Здорова!».

К сожалению, сил идти дальше у многих уже не было, как и тащить тяжёлый груз, поэтому отряд разделился: половина осталась на полуночный привал, вторая, скинув вещи, отправилась в поселение.

На самом деле разведка давно ушла вперёд, и я уже видел тянущиеся вереницей факелы горожан, идущих в нашу сторону, чтобы забрать тяжёлую ношу и помочь раненым и обессиленным добраться до защищённых городских кварталов, окружённых каменной стеной.

Матрассийск встретил нас ровно так, как должен встречать город, хозяин которого возвращается с победой и новыми проблемами. Факелы горели вдоль мостовых, гоблины сновали повсюду, помогая раненым оркам добраться до их нового жилья. Кто-то пересчитывал прибывших, кто-то раздавал вещи первой необходимости и еду с кухни, что работала на полную. Матрассийск ждал своих воинов.

Стрыговских орков временно расселили по длинным домам Нового города, места хватало благодаря одержимости Стана. Атари с помощницами немедленно развернула лечебный пункт в своей хижине и начала сортировать раненых по степени тяжести и возможности умереть до утра. Один амулет банально не справлялся с таким огромным количеством бойцов в критическом состоянии. Пока он вытягивал с того света одного, на край гибели перемещались двое новых. Приходилось надеяться на отвары и силу организма.

Я оставил Орочи присматривать за орками, а сам прошёл до дома вождя и рухнул на кровать лицом вниз. Десять минут полежать, пока вокруг всё поутихнет. Прийти в себя и собраться с мыслями лишним не будет.

Луна тут же ткнулась мордочкой мне в ухо и уснула. Тоже устала за эти дни.

— Тали ждёт в зале совета, — негромко произнесла Миори, открыв дверь. — Или соберёмся утром?

— Нет, идём. — Я поднялся и потянулся, разгоняя кровь по телу. — Болт и Эйнштейн на месте?

— Да, как и все остальные. Стрыг тоже пришёл, его орки все пристроены.

— Хорошо.

Я быстро скинул вонючую и потную экипировку, накинул чистую тканую рубаху, вернул на голову уже чуть ли не приросший венок, накинул свой Гиматий тирана и двинулся к двери.

— Вперёд…

В зале совета было «многолюдно». Скамейки были заняты вещами, папками из оленьей кожи. Я себе одну такую заказал у мастеров, и она понравилась всем командирам. Думаю, скоро у нас появится новая культурная особенность «бюрократы», «любители кожаного хэндмейда» или что-то подобное.

За столом сидели и активно обсуждали проблемы города старшие командиры, мои министры. К слову, мебель у круглого стола сменилась. Теперь зал совета украшали красивые резные кресла.

Выделялся среди них один-единственный стул. Я бы даже назвал его прообразом трона: вдвое выше остальных и украшен изысканной резьбой, редкими трофейными мехами, подлокотники держались на черепах убитых мной монстров. Сам зал тоже преобразился, стал куда солиднее. А Тали время зря не теряла…

Все замолчали, услышав о моём прибытии, и к своему месту за столом я подходил в тишине, смотря на своих соратников. Не хватало лишь Орочи, но и он вбежал в зал за пару секунд до того, как я дошёл до места правителя.

— Итак, полуночное экстренное собрание министров и командиров Матрассийска объявляется открытым. Начнём с докладов о том, что происходит в городе и аванпостах, Тали — тебе слово, — кивнул я девушке и устроился на своём месте.

Тали поднялась с кресла, взяла со стола первый из свитков и развернула его.

— Серьёзных происшествий не было. Население Матрассийска на сегодняшнее утро составляет пять тысяч триста двенадцать жителей, включая прибывших с вами орков Стрыга. Хотя формально они не являются жителями поселения. Рабов — триста семьдесят три. Муравьи — сто пятьдесят девять единиц. Пауки… Начали прирастать. Двадцать новых молодых особей появилось на свет вчера. Итого под контролем сорок один паук. Суточный прирост за время вашего отсутствия стабильно рос. Тенденция устойчивая, снижения не наблюдалось ни разу, число особенных, талантливых гоблинов колеблется от трёх до десяти в сутки, — доложила Тали, перевела дух, отложила свиток и взяла следующий.

Профессионализм, от которого мне становилось тепло на душе. Когда ставишь лучших в пример остальным, другие подтягиваются.

Девушка же тем временем продолжала стоять в своём строгом, облегающем кожаном костюме с металлическими вставками, поверх которого была наброшена напоминающая мундир куртка, и докладывать…

— Продовольственные запасы пополняются, были проведены мелиоративные каналы от нескольких дальних ручьёв, площадь подходящих для засевов полей за время вашего отсутствия выросла приблизительно втрое. За счёт снижения продовольственной нагрузки на время похода число доступных для посадки семян выросло, и мы смогли обеспечить дополнительный урожай. Также успешно совершили торговый обмен и вывезли целое дикое поле желтоцветов… Пюрешка, покажи… — отвлеклась Тали, и наш министр сельского хозяйства встала, доставая из сумки самый настоящий подсолнечник.

— О! Прекрасно! Из него много чего делать можно! Халву, масло, добавки в хлеб…

Про то, что с ними и отряды гопников можно создать, говорить не стал. Один раз что-то плохое покажешь и расскажешь, гоблины сразу заинтересуются и захотят присесть на корточки с семками и заплевать шелухой всё поселение. А если потом Карамелька ещё и введёт моду на гоблинский абибас с тремя полосками — что мне с этим всем делать?

— Хорошая находка. Какой цикл созревания? — обратился я к Пюрешке.

— Три дня роста, два цветения, один на сбор…

— Чуть меньше недели. Неплохо, — кивнул я и посмотрела на кетру: — Тали, давай дальше.

Пюрешка присела на место, и Тали продолжила доклад:

— На складах еды с запасом на четыре дня потребления. До недельного пока не дотянули, но продолжаем наращивать объёмы. Продовольственная безопасность — наш приоритет. А ещё мы начали собирать молоко свыше пятидесяти стандартных кувшинов. Сыр пока не получилось сделать… Сложная технология. Нужно много экспериментов.

— Карамелька, запиши в список потребностей книгу знаний сыродела, — тут же отдал я указание, понимая, что за чизбургер, пожалуй, и убить готов.

— Хорошо, повелитель, помечаю, — ответила красавица, занявшая кресло по левую руку от меня.

— Что дальше? — повернулся я к Тали.

— С продовольствием всё. По остальным ресурсам ситуация стабильная. Что-то в дефиците, чего-то избыток. Запасы руды страдают, камень уходит весь, что получаем, древесина понемногу накапливается, несмотря на большие расходы. Направила к лесничему три гоблина-новичка в помощники, чтобы ускорить восстановление леса, — ответила девушка, давая понять, что прислушалась к моим словам и природный баланс хоть как-то будет соблюдаться.

Без деревьев ведь и земли начнут деградировать, ветер начнёт нагонять песок, поднимать пылевые бури. Или ещё какую-нибудь неприятность принесёт. Деревья должны быть!

— По остальным нестандартным ресурсам: там расход околонулевой. Постепенно пополняется то одно, то другое.

— Счастье? — уточнил я не менее важный момент.

Хоть я и видел текущие показатели, но важно и остальным напоминать, что это важнейший из показателей.

— Колебалось в районе девяноста процентов. Сразу после вашего возвращения подскочило до девяноста пяти. Жители видели обоз с ранеными и победоносную армию. Слухи разносятся быстрее любого гонца, так что все уже знают про победу в Озёрном, — ответила Тали с едва заметной улыбкой. — Но до ста процентов нам по-прежнему немного не хватает. Основная причина прежняя — нехватка жилья в старом городе. Новички не очень охотно селятся в новом городе, где нет надёжных стен.

— Стены будут много где, но не сразу. Уплотнение же городской застройки возможно, но несёт в себе серьёзные риски, связанные с гигиеной, пожароопасностью и необходимостью разрушать то, что уже построено. Болт, оцени целесообразность модернизации кварталов старого города и перестройку с уплотнением жилого фонда: дом к дому, больше этажей, подвалы и всё остальное. Проект и собственные мысли на этот счёт мне на стол через три дня положишь, понял?

— Так точно! — вскочил главный строитель.

Я кивнул, позволяя всем сесть.

Пять процентов недовольных при пяти тысячах населения означают двести пятьдесят ворчунов. Невозможно сделать так, чтобы все были довольны всем… Но можно сделать так, чтобы у каждого счастливые моменты превышали тревожащие. И тут можно использовать некоторые хитрости…

Когда все узнают, что нас ждёт война с могущественным объединённым племенем орков, счастье определённо рухнет. Нужно компенсировать это сейчас, в период незнания, и дать усиление Матрассийску.

Нам нужен праздник! Настоящий, громкий. С танцами, с музыкой и с бесплатной выпивкой. Позже дам указание Карамельке…

— Ещё одна новость есть. Хорошая. О нашей с Орочи и Миори коллеге… — продолжила Тали, так и не сев на своё место, хотя я думал, что с её частью докладов мы уже закончили.

— Арахна? — произнёс я, и в зале как будто все перестали дышать.

— Да, господин. Паучиха, заключившая божественный контракт, полностью пришла в себя три дня назад. Ведёт себя спокойно, даже заинтересованно. Её кладка уже успела проклюнуться. Новые яйца она тоже отложила. Пропитанием занимается сама, ходит на охоту в лес со своими пауками. В дальний лес, нами не используемый.

— Кто взял под контроль молодых пауков?

Тали выдержала паузу и продолжила с улыбкой:

— Нашими молитвами и милостью Диониса среди наших новых жителей появилась гоблинша по имени Сливка. Прибыла позавчера, после того как мы осознали грядущее пополнение паучьей семьи. Она, как и Коржик, приручитель со специализацией. Класс — «Укротитель членистоногих». Мася определила её к Арахне, и за два дня Сливка установила ментальную связь с молодыми паучками. Все они подчиняются ей напрямую, как и Арахне. Получается двойной контроль.

Вот и к Коржику суженая пришла. Хоть свадьбу организуй…

Появление Сливки, вообще, напрашивалось. Новая приручительница будет выполнять для Арахны, её потомства и функцию промежуточного звена, как и Коржик между королевой муравьёв и остальными «лошадками».

Без такого связующего элемента контроль над живностью теряется на расстоянии, ведь и у Арахны, и королевы муравьёв есть предел. Механика простая: Арахна контролирует выводок рядом с собой, но стоит паучкам уйти на сотню-другую метров, связь слабеет. Дрессировщик замыкает цепочку и превращается в автономного командира, способного вести подчинённых тварей хоть на другой конец континента, ведь его самого считают той же «мамой».

— Отлично. Этих паучков растим и оберегаем. Шёлк и паутина так же полезны, как и боевые пауки в прямом бою. Представьте Сливку Коржику, пускай обменяются опытом.

— Наконец-то! — встрепенулся Коржик с другого конца стола и поднялся с горящими глазами. — А какая она? Опиши! Высокая? Низкая? Волосы какого цвета? А уши? У неё длинные уши? А глаза? Какого они цвета?

Тали посмотрела на него, улыбнулась, получила моё молчаливое одобрение и описала обычную курносую гоблиншу с зелёной кожей, оттопыренными большими ушами, тёмными волосами и карими глазами. Рост классический — полторашка. Ничего примечательного.

Коржик откинулся на скамье и прижал ладони к груди.

— Она идеальная… Эталон красоты…

— Ты же её ещё даже не видел, — улыбнулся я.

— Я чувствую, мы созданы друг для друга… — закатил он глаза, но лёгкий подзатыльник Шрама быстро привёл его в чувство.

Тали продолжила, не обращая на Коржика внимания:

— Вождь, мой доклад окончен. По строительству и исследованиям доклады последуют от профильных министров.

Главный учёный Матрассийска поднялся с места и развернул свой свиток, испещрённый цифрами и схемами, в которых мог разобраться только он и, возможно, я. Я же отметил, что он получил-таки свой десятый уровень и стал хобгоблином.

— «Инженерия» изучена. Исследование завершили на четвёртый день вашего отсутствия, — начал Эйнштейн. — Немедленно приступили к «Продвинутому животноводству». Текущий прогресс: тридцать девять процентов. Тали одобрила приоритет, исходя из продовольственных нужд.

— Разумно, — кивнул я и, прикрыв глаза, ещё раз обратился к своим навыкам анализа.

Всё в пределах ожиданий, как и наши приоритеты… Надо дать дополнительные указания…

— Продолжайте животноводство. Следующим после него будет «Военное дело». Думайте об искусстве войны у камней мудрости. Когда освоите военное направление, думайте, как нам проложить и построить дороги, а после них было бы хорошо улучшить нашу медицину. Именно в такой последовательности. Всё понял?

Эйнштейн кивнул, записывая на своём свитке. Изменение приоритетов он воспринимал без обид. Первоначально после «Инженерии» планировались Дороги, но война вносит свои коррективы. Продовольственная база, военная наука, логистика, а потом уже можно думать о здоровье.

— Скорость изучения продолжает увеличиваться, но скорость исследования в днях падает, — добавил Эйнштейн с характерным для него неудовольствием. — Каждый новый исследователь после сотого даёт всё меньше эффективности.

— Таковы особенности нашего мира, Эйнштейн. Сосредоточься на собственном развитии, обретении новых способностей и повышении Интеллекта. Я тоже помогу тебе, это ускорит процесс. Опять же повысим счастье — и темпы взлетят в два раза.

Я прикинул, какие проблемы нам предстоит пережить по мере увеличения числа БОИ на новых технологиях. Без абсолютного счастья некоторые вещи придётся ждать неделями. А после античности, видимо, месяцы будут уходить на изучение.

Впрочем, как я знаю, чтобы начать строительство Грандиозного чуда света античности, нужно самому оставаться в античности. Посмотрим, может, мне ещё всех учёных придётся от камней мудрости отлеплять, чтобы притормозить прогресс… Но лучше это делать с полностью изученной веткой технологий.

— Продолжай работать, — кивнул я Эйнштейну. — Может быть, присоединение орков Стрыга даст бонусы к тем или иным технологиям.

Миори наклонилась ко мне и шёпотом произнесла:

— Только что пришло уведомление. Мася завершила очередную культурную особенность.

Я открыл соответствующую вкладку в системном меню и пробежал глазами по тексту.

[Культурная особенность обретена: «Гоблинская чистоплотность».

Племя освоило регулярные водные процедуры и уход за телом. Появились общественные купальни вблизи водных источников, жители научились создавать мыло из животного жира и древесной золы. Чистота тела стала социальной нормой, а опрятный внешний вид вызывает уважение сородичей.

Бонус: +3 % к счастью, +5 % к привлекательности поселения для путников и торговцев, −15 % к распространению заболеваний. Снижает шанс конфликтов между расами на 5 %.]

Аллилуйя! Хвала провидению за мои старания! Как я устал гонять гоблинов мыть жопы… Наконец-то для них это стало нормой! Ещё и варка мыла, купальни… Я так понимаю, тут всё будет как с деревянным настилом на улицах. Загляну-ка я в меню построек…

ХОПА! КУПАЛЬНЯ! Кайф! То что надо! Мечтал об этом с первого же дня в этом мире… Новый чертёж появился, и чего зря времени терять… Строим! Прямо на берегу нашего ручья и строим. Всё, запущен процесс!

Мыло же, судя по всему, в рецепты наших ремесленников добавилось. Ну и кто-то из гоблинов наверняка получит божественное вдохновение ночью о том, как его варить. Всё, жизнь налаживается… Ещё бы римские термы построить, но это, боюсь, нам недоступно. Культура не та. Если только чертёж где-нибудь не откопаем или не вымолим.

Ещё и плюс три процента к счастью. До заветной сотни не хватает всего капли радости!

Я выдохнул, довольно потирая руки. Ниже мерцала новая пара потенциальных культурных элементов. Оба на нуле.

Потенциальные культурные элементы:

Боевой марш (Прогресс: 0 %)

Воины и ополченцы начинают формировать традицию марширования под песни в общем строю, что повышает дисциплину отрядов, боевой дух и скорость перемещения по дорогам.

Бонус при освоении: +5 % к боевому духу в сражении, координация строевых перемещений улучшается на 5 %, скорость всех бойцов на марше по дороге +1

либо

Обережные руны (Прогресс: 0 %)

Жители вашей цивилизации увлечённо начинают вырезать защитные руны на экипировке, строениях, личных вещах и даже делают татуировки на теле.

Бонус при освоении: +3 % к счастью, +2 % к вере, +5 % к прочности предметов с нанесённым оберегом. Появляются «Обережники» — мастера, способные наносить особо качественные обережные руны, повышающие случайные характеристики, чаще всего Живучесть.

Ой, а мне и второй вариант нравится! Первый очень боевой. Прям необходим в преддверии войны, которая всегда будет рядом с нами. Второй вариант… Более повседневный, но не менее полезный. Если будет много мастеров-обережников, они смогут так улучшить экипировку жителей, что все получат пару единиц бонусных характеристик.

Блин, даже не знаю, что лучше… В долгосрочной перспективе второй вариант выглядит интереснее. Но, если полностью избегать военных традиций, мы рискуем проиграть. Придёт армия, заточенная культурой на битву, и разобьёт нас за счёт увеличенной дисциплины, более плотного построения и прочих бонусов.

Ладно, как всегда — будь что будет. Судьба направит нас. А мы воспользуемся обретённым благом по полной.

Мысли вернулись к совету, где Эйнштейн что-то вслух анализировал.

— Спасибо, Эйнштейн. Садись, — кивнул я учёному.

Тот аккуратно свернул свитки и с достоинством опустился в кресло. Самые важные вопросы мы разобрали. Теперь перейдём к строительству.

Да, работа Болта была видна невооружённым глазом ещё со Здоровенного холма. И всё же лучше выслушать, что скажет мне наш главный строитель. Вдруг и он что-то интересное расскажет?

Я указал на Болта. Тот поднялся и — сумел меня приятно удивить. Порой оставлять без присмотра гоблинов с достаточным Интеллектом очень даже полезно…