— Князь, я ни в коем случае не хотел бы вас оскорбить своим решением, но я вынужден отказаться, потому что не могу поступить иначе, понимаете? — сказал я. — Я не хочу, чтобы вы думали, будто я не ценю ваше предложение или не понимаю, какие перспективы вы мне открываете. Я всё прекрасно понимаю, ваша светлость. Вы очень многое сделали, чтобы мы могли жить в той империи, которой она сейчас является. Просто есть принципы, которые я не могу переступить, увы.

— Позволь мне узнать почему же, Ярослав? — спросил князь. — Объясни мне, чтобы я тоже мог понять твою логику и мотивы. Потому что, видит бог, за много лет я впервые сталкиваюсь с таким, чтобы молодой парень отказывался от того, о чём другие мечтают годами. Многие готовы убить за возможность просто посидеть со мной за одним столом.

— Да, конечно, ваша светлость. Вы имеете полное право знать, — ответил я, чувствуя, что у меня нет страха перед этим человеком. — Я не хочу, чтобы вы думали, что я отказываюсь из-за того, что я какой-то гордый, или что мне ваше предложение не интересно. Мне оно очень интересно, ваша светлость, поверьте. Но есть нюанс…

— Я слушаю тебя, Ярослав, — сказал князь. — Только не затягивай, у меня сегодня ещё встреча с министром финансов, а он терпеть не может, когда его заставляют ждать.

— Мне всегда в жизни хочется поступать по чести, ваша светлость, — сказал я, набрав побольше воздуха в легкие. — Это не пустые слова и не попытка казаться лучше, клянусь вам. Просто быть стукачом, доносчиком, человеком, который следит за своим же ректором и докладывает о каждом его шаге кому-то на сторону, увы, в моём понимании чести совсем не сочетается. Представьте, что вы на моём месте, ваша светлость. Смогли бы вы шпионить за человеком, который протянул вам руку помощи?

— Хм, — сказал князь. — Неожиданно. И даже приятно слышать такие слова от молодого человека. Ярослав, ты меня заинтриговал. Я за последние годы уже начал забывать, что такое честьн. Слишком много вокруг стало людей, готовых продать мать родную за пару лишних монет.

— Но я могу гарантировать вам кое-что другое, ваша светлость, — сказал я, почувствовав, что лёд в его голосе начал таять, а это уже был хороший знак. — Если когда-то я узнаю, что в академии происходят какие-то события, которые могут нанести вред спокойствию Империи, я приму все необходимые меры, чтобы бороться с этим. Я не буду сидеть сложа руки и ждать, пока кто-то другой решит проблемы.

— И что же ты сделаешь, Ярослав? — спросил князь. — Какие меры ты примешь? Пойдёшь в атаку с голыми руками? Вызовешь на дуэль всех, кто посмеет угрожать Империи?

— Сделаю все, чтобы помешать этому. Если моих сил будет недостаточно, чтобы справиться с угрозой самостоятельно, ваша светлость, я подключу вас! — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Я приду к вам, и мы будем бороться с этим вместе.

— А если ты ошибаешься, Ярослав? — спросил князь. — Если тебе покажется, что угроза есть, а на самом деле её нет? Ты же поднимешь ложную тревогу, потратишь моё время и ресурсы впустую.

— Лучше ошибиться и перестраховаться, чем пропустить настоящую угрозу, ваша светлость, — ответил я, пожав плечами. — Это как с пожарной сигнализацией. Пусть лучше сработает десять раз без причины, чем один раз не сработает, когда реально будет гореть. Принимать вам мой ответ или нет, решайте сами, князь.

Он молчал.

— Хорошо, Ярослав, — сказал князь после долгой паузы. — Я принимаю твой ответ и отношусь к твоему решению с уважением.

— Благодарю вас, ваша светлость, — сказал я, чувствуя, как резко стало легче.

— Надеюсь, ты и правда поступишь так, как сказал, — добавил князь. — Если нет, Ярослав, я буду очень разочарован. На данный момент в академии нет ни одного живого человека, который бы разочаровал меня. Не увеличивай число мертвых.

— Это не входит в мои планы, ваша светлость, — сказал я. — Слово Шереметьева, если оно что-то значит в этом мире. Кроме слова у нас ничего и не осталось. Поэтому последнее мы будем беречь до конца.

— Тогда до свидания, Ярослав, — сказал князь. — И хорошей дороги тебе.

— До свидания, ваша светлость, — ответил я. — Сасибо.

Князь развернулся и ушёл, а я ещё некоторое время стоял на месте, глядя ему вслед.

«Ярик, — позвала Алиса, когда мы выехали за ворота усадьбы, и Москва осталась далеко позади, сменившись полями и лесами. — Ты как? Адреналин еще играет в твоей крови или уже отпустило?»

«Как на качелях, Алиса, — ответил я, откидываясь на спинку сиденья. — Никак не пойму, то ли я только что совершил самый умный поступок в своей жизни, то ли самый идиотский. Время покажет. Если, конечно, у меня ещё будет это время, чтобы что-то показывать».

«Ты поступил правильно и смело, — сказала Алиса. — Я в этом уверена».

«Ага, — ответил я. — Правильно и смело. И ещё я только что, возможно, подписал себе смертный приговор. Потому что такие люди, как князь Страхов, не прощают отказа. Они просто ждут удобного момента, чтобы напомнить тебе, кто здесь главный».

«Ладно, хватит об этом, — сказала Алиса. — Лучше расскажи, что думаешь про Оксану? Если бы ты знал, как я смеялась, глядя на её лицо, когда ты, стоя в одних трусах, пытался выставить её за дверь в одном плаще. Это было бесценно. Если бы у меня было тело, я бы от смеха упала на пол».

«О! Оксана это отдельная вообще песня, — вздохнул я. — Красивая, как богиня, и такая же опасная, как ядерная бомба. С такой лучше не связываться, если не хочешь остаться без головы. Она реально, как самка богомола. Не заметишь, как голову тебе отхреначит».

«Ярослав… А если бы князь не узнал? — спросила моя призрачная помощница. — Что тогда? Ты бы поступил по другому? Если бы точно был в этом уверен…»

«Всё равно нет, — ответил я. — Во-первых, Анжелика. Я не могу её предать. У нас с ней всё серьёзно. А во-вторых, я не хочу быть игрушкой в руках богатой девочки, которой скучно, и она ищет приключений на свою пятую точку. Такие связи до добра не доводят, поверь мне. Вон, в прошлой жизни я видел несколько таких историй, и ни одна не закончилась ничем хорошим».

«Мудро, Ярослав… — сказала девочка-призрак. — Придумала! Отныне я буду звать тебя 'Ярослав Мудрый».

«Спасибо, подруга, — усмехнулся я. — С твоей поддержкой я чувствую себя почти супергероем. Осталось только плащ найти и трусы поверх штанов надеть».

«Не за что, Ярик!» — ответила она.

* * *

Я проснулся от того, что машина остановилась.

— Приехали, господин, — сказал водитель. — Академия воинов и аристократов.

— Спасибо большое, дружище, — ответил я, вылезая из машины.

Екатерина Витальевна стояла у входа. Она была в своей обычной серой форме, с волосами, собранными в тугой пучок, и её лицо было напряжённым, хотя она и старалась выглядеть спокойной и невозмутимой, и как всегда. Точно ждала моей реакции на эту встречу, особенно после того, как я узнал правду.

— С возвращением, Ярослав, — сказала она. — Ну как дорога и поездка?

— Спасибо, Екатерина Витальевна. Всё нормально. — ответил я, подходя ближе.

Я достал дневник и протянул ей. В момент, когда передавал я еле заметно погладил её по руке.

— Вот, — сказал я. — Спасибо за книгу. Это ваше.

Она взяла дневник. Её пальцы слегка дрожали.

— Я рада, что ты вернулся, Ярослав, — сказала она тихо.

— Я тоже рад, Екатерина Витальевна, — ответил я, глядя ей прямо в глаза.

Мы улыбнулись друг другу. Она развернулась и ушла быстрым шагом, как будто боялась, что если задержится, то скажет что-то лишнее.

* * *

Я прошёл в академию. В коридорах было тихо. Я зашёл в комнату. Виктор сидел на кровати Ильи и листал какую-то книгу.

— А ты что тут делаешь, Виктор? — спросил я. — Во-первых, сейчас идут занятия, и ты должен быть в аудитории с остальными студентами, а не прятаться по углам, как шпион. Во-вторых, ты тут больше не живёшь, так что объясни мне, что ты забыл в нашей комнате в такое время?

— Я кое-что забыл, когда собирал вещи, — ответил Виктор, даже не поднимая головы от книги.

Он подошёл к тумбочке Ильи, открыл её и достал оттуда какую-то книгу в кожаном переплёте.

— Тебе не стоит сюда ходить, Виктор, — сказал я, скрещивая руки на груди. — Особенно когда нас нет в комнате. Потому что если мы вернёмся и увидим тебя здесь, то можем неправильно понять, и тебя отсюда унесут. Сам уйти ты уже не сможешь.

— Я сам решу, куда мне ходить, — ответил Виктор. — Не тебе меня учить.

— Надеюсь, со временем ты поймёшь, что не все твои решения правильные, — сказал я.

Виктор посмотрел на меня, развернулся и вышел, не сказав больше ни слова.

* * *

«Алиса, — мысленно сказал я. — У меня будет к тебе задание».

«Какое, Ярослав? Я вся во внимании» — спросила она.

«Тебе нужно отправиться в библиотеку в раздел истории Империи, и поискать там всю информацию, которую сможешь найти, про род Чеховых, — сказал я. — Хочется узнать правду, а не ту лапшу на уши, которую нам вешают все кому не лень. Князь Страхов сказал одно, Виктор — другое, а где-то там, посередине, наверняка истина. Мне нужно её узнать».

«Хорошо, Ярослав, — ответила Алиса. — Я сделаю это. Если что, зови, и я сразу приду на помощь».

«Хорошо! Если найдешь что-то интересно, свистни, и я сразу же примчусь», — сказал я.

Я переоделся в форму и пошёл в столовую.

* * *

Ребята сидели за столом. Анжелика увидела меня первой из всех.

— Ярослав! Ты вернулся! — крикнула она и побежала ко мне, даже не дожидаясь, пока я дойду до стола.

Француженка бросилась мне на шею.

— Я так рада, что ты вернулся! — сказала она.

— Я тоже скучал, Анжелика, — ответил я, обнимая её. — Очень скучал. Знаешь, без тебя Москва не такая яркая и красивая. Правда.

— Садитесь уже, голубки! — крикнул Игорь. — Не привлекайте к нам лишнего внимания, а и еда вся остынет.

Мы сели за стол.

— Ну, рассказывай, — сказала Елизавета. — Как съездил? Что там было? Кого видел? Какие новости?

— Ого, сколько вопросов! Ну если коротко… Мне предложили после академии пойти на службу к Страховым. — ответил я.

— И что ты ответил? — спросил Илья.

— Сказал, что подумаю, — ответил я. — Пока рано, ещё учиться и учиться. Куда торопиться?

— Но как же отряд Икс? — спросила Настя. — Ты же не бросишь нас? Ты же наш командир, без тебя мы как без рук.

— Конечно же я вас не брошу, но про это надо будет поговорить отдельно, — сказал я. — Но не сейчас. Я устал, хочу поесть, а возможно мне нужно будет сходить в одно место. Вообщем поговорим потом и все обсудим.

— Ладно, — сказал Игорь. — Потом так потом. Давайте кушать.

* * *

Я доел достаточно быстро. Всё это время Анжелика, моя милая француженка, держала меня за руку под столом. Алиса подала сигнал.

«Ярослав, я нашла кое-что, — сказала она. — И оно стоит того, чтобы ты это увидел. Там есть кое-какие истории про Чеховых, которые заставят тебя по-новому взглянуть на ту историю».

«Я приду в библиотеку после ужина», — ответил я.

«Я там буду ждать тебя», — сказала она.

— Ребят, я вынужден вас покинуть. Мне нужно кое-что посмотреть в библиотеке, — сказал я, вставая. — Не ждите меня. Возможно, я на долго.

— Я пойду с тобой, Ярослав! — сказала Анжелика.

— И я тоже, — добавил Игорь.

— Нет, — ответил я. — Нужно много книг посмотреть, и я хочу сосредоточиться. Вы будете меня отвлекать. Я сам. Спасибо за желание составить мне компанию.

— Ладно, — сказала Анжелика. — Только не задерживайся слишком долго. Завтра учеба, и всем нам рано вставать.

— Постараюсь, — ответил я.

* * *

В библиотеке было пусто. По указаниям призрака я прошёл к книжной полке, где лежали нужные мне рукописи и достал их.

«Вот, Ярослав, — сказала Алиса. — Первая — 'История знатных родов Империи. Том третий». Вторая — 'Тёмные страницы нашей истории. Документальные свидетельства.

— Спасибо, Алиса, — ответил я вслух.

Я открыл первую книгу.

Первая история: князь Чехов приказал сжечь целую деревню, когда жители отказались отдавать половину урожая. Тогда был неурожай, и им не осталось бы достаточно пищи, чтобы пережить зиму. Людей согнали в церковь, закрыли двери и подожгли. Спаслись только двое, мальчик и девочка, которых спрятали в подполе.

Вторая история: Чеховы устроили охоту на людей. Они выпускали на территорию усадьбы крестьян, а потом травили их существами из порталов. Те, кто выживал, получали свободу. За десять лет таких смельчаков было трое.

Еще одна история: Чеховы уничтожили целый род, который посмел перечить им на тему разделения кристаллов и ресурсов. Сожгли усадьбу и убили всех, от младенцев до стариков. Землю продали соседям за бесценок.

Я закрыл книгу.

«Ну, это многое меняет… — сказала Алиса. — Согласись?».

«Я конечно понимаю, что возможно это не все правда… — ответил я. — Но если хотя бы половина, то теперь я понимаю, почему князь Страхов так упорно убеждал меня, что Чеховы были чудовищами. Теперь еще мне и понятно, почему про это мало кто знает⁈ Не сказал бы, что лет много прошло. Точно остались еще в живых свидетели тех самых событий».

«Есть и этому объяснение! — звонко заявила девочка-призрак. — Когда рылась в документах, я нашла указ самого императора, что после революции, организованной князем Страховым, император лично издал указ о том, что любое упоминание их в летописях, литературе и в устной форме теперь под запретом. Он присвоил эту победу. Да и на многие свершения Чеховых он опускал глаза. Стерев их, он обелил и свою репутацию тоже»

«Хитро. Не зря он управляет такой большой империей,» — сказал я.

Я взял книги и пошёл искать Виктора. Хотелось показать ему то, что я нашел. На самом-то деле он хороший парень, просто его мозг отравлен историями родителей.

* * *

Я нашёл его в общем зале. Он сидел в углу, один, и читал.

— Вот, — сказал я, подходя. — Почитай, Виктор. Ты же любишь читать.

— Что это? — спросил он, не поднимая головы.

— Книги по истории, — ответил я. — Про твой род. Про то, что вытворяли Чеховы. Прочитай, может, поймёшь что-то… Я не утверждаю, что все это прям истина и события описаны точь в точь как было. Но даже если лишь часть… Это ужасно! Пока еще не поздно почитай и, может, сделаешь какие-то выводы.

— Да я догадываюсь, что ты мне там принес, Ярослав. Это все подлый обман! — сказал Виктор, поднимая глаза. — Я слышал некоторые из этих историй. Это всё ложь. Выдумки победителей, которые переписали историю под себя. Разве ты никогда не слышал одну фразу? Историю пишут победители. Точка. Так было, есть и будет всегда.

— Может быть… Только вот написаны они все еще тогда, когда твои предки правили империей. Ты думаешь, это тоже дело рук Стахова? Как-то сомнительно, Виктор… — сказал я. — Но ты всё равно прочитай. Я указал страницы, на которых самые интересные истории. Я

Виктор взял книгу, открыл на нужной странице и начал читать.

Я стоял рядом и не сводил с него глаз.

Сначала его лицо было спокойным. Потом появилась лёгкая гримаса. Потом глаза расширились. Он перечитал абзац заново.

Он перелистнул страницу. Прочитал историю про сожжённую деревню. Перелистнул. Прочитал про охоту на людей. Перелистнул еще дальше. Прочитал про уничтоженный род. Перелистнул. Прочитал про украденную невесту.

Он долго читал. Некоторые моменты перечитывал по два-три раза. Его лицо менялось. Там был целый поток эмоций. Самых разных эмоций.

Потом он закрыл книгу и положил её на стол…