Вернувшись назад в общежитие, я никому ничего не сказал. А зачем? Ребята задали бы десятки ненужных вопросов. Завтра рано вставать, и лучше не тратить на это свое драгоценное время.
Я зашёл в комнату, закрыл за собой дверь и прислонился к косяку спиной. В темноте было слышно, как дышат Игорь и Илья. По этим звукам легко можно было понять, что они уже спали. Я постоял так минуту, потом снял кроссовки и поставил их у двери, стараясь лишний раз не шуметь. Пол был липким, видимо Игорь снова пролил тут свой чай с сахаром. Когда вернусь нужно будет заставить его помыть полы. Видимо, я слишком громко выразил вслух свое недовольство так, что Безухов проснулся.
— Опять где-то полвечера ходил один по академии? Да? — голос Игоря прозвучал откуда-то из темноты, сонный и слегка хрипловатый.
Я повернул голову. Игорь лежал на своей кровати, подложив руки под голову, и смотрел в потолок.
— А ты чего не спишь? — спросил я.
— Уснёшь тут… Когда ты ходишь как привидение, — ответил он, не поворачивая головы. — Скажи честно, Ярослав. Тебе просто не нравится наша компания? Может, я слишком много болтаю? Или Илья слишком громко дышит? Куда ты пропадаешь каждый вечер?
— Твоя компания, Игорь, это лучшее, что со мной случилось с тех пор, как мы с тобой познакомились. Говорю сейчас максимально честно, друг, — сказал я, проходя к своей кровати и садясь на край.
Игорь повернул голову и посмотрел на меня. В темноте его глаза немного блестели.
— Ого, — сказал он. — С каких пор ты стал таким сентиментальным, Ярослав? На тебя это совсем не похоже. Ты же у нас сухарь и циник.
— С сегодняшних, Игорь! С сегодняшних! — ответил я, снимая комбинезон и кидая его на спинку стула. — А теперь спи давай. Уже поздно, а завтра тяжелый день.
— Ярослав, у нас всегда тяжелый день. Не только завтра. — пробормотал он и снова уткнулся в подушку.
Я лёг на спину и посмотрел в потолок. Где-то за рядышком кашлянул Илья, но даже это не помешало бы мне. Я закрыл глаза. Сон пришёл быстрее, чем я успел досчитать до десяти вурдаволков. Отлично.
Проснулся я когда за окном было ещё темно. Я специально попросил разбудить меня Алису в это время. Она явно не проспала бы.
Я сел на кровати, потёр лицо ладонями. Хотя я рано и уснул, но глаза слипались. Я посмотрел на часы. Стрелки показывали пять тридцать. Пора.
Я повернул голову. Игорь все так же спал на своей кровати. Одна нога свисала с вниз, одеяло сползло на пол. Илья лежал на боку, поджав колени к груди, и тихо посапывал. В этот момент даже немного им завидовал.
Я встал и на цыпочках прошёл к шкафу. Дверца скрипнула, и я замер. Никто не проснулся. Фух. Я достал чистую форму. Благо в академии у нас всегда был второй комплект, который нам выдали после поступления.
Столовая ещё не работала, и это меня безумно огорчало. Кухня открывалась только восемь утра. Так что на кофе можно было не рассчитывать. В лучшем случае придётся терпеть до Москвы или до первой попавшейся кофейни по дороге. Но настолько ли я сильно люблю кофе, чтобы пить его непонятно где?
Оделся бесшумно, как чертов ассасин.
Зашёл в ванную, включил воду. Она была ледяной. Видимо, трубы еще не прогрелись и я первый, кто воспользовался водой в академии в этот день. Потом умылся. Холод хоть и обжигал лицо, но помог проснуться. Это большой плюс. Почистил зубы, причесался, посмотрел на себя в зеркало.
Из отражения на меня смотрел парень с тёмными кругами под глазами. Я кивнул сам себе и вышел.
В коридорах было пусто. Неудивительно. Какой дурак еще проснется в такую рань? Я шёл достаточно быстро, но стараясь особо не топать. В такой тишине каждый шаг отдавался гулким эхом в стенах академии. Где-то далеко хлопнула дверь. Может ветер? Да кто знает.
Несмотря на теплое время года, на улице было достаточно холодно. Небо ещё не посветлело, и солнце не прогрело землю. Я стоял у главного входа, дышал свежим воздухом и считал минуты. Не люблю ждать.
Шесть сорок пять… шесть пятьдесят… Шесть пятьдесят девять…
Ровно в шесть из-за угла выехала машина.
Чёрный представительский седан с тонированными стёклами. Дорогой. Очень дорогой, это была сразу понятно. Такие машины я тут видел только однажды, когда мы ехали с Безуховым подавать документы на поступление в академию. В тот момент мне показалось, что это было очень-очень давно. Лакированный кузов блестел даже в темноте, отражая свет уличных фонарей. Колёса с низким профилем, хромированные диски. Интересно, сколько кристаллов стоит такая…
Машина остановилась прямо передо мной, двигатель затих.
Из водительской двери вышел незнакомый мужчина. Высокий, под два метра ростом, с короткой стрижкой и квадратной челюстью. Тёмный костюм, белая рубашка, галстук. На руках чёрные перчатки. Он обошёл машину, открыл багажник. Мне? Хотя чего это я удивляюсь. Кому же еще.
— Ваши вещи, господин? — спросил он, глядя на меня. Голос у него был низкий и равнодушный.
— Какие вещи? — ответил я, разведя руками. — У меня ничего нет.
Водитель удивлённо посмотрел на меня, потом на пустой багажник, потом снова на меня.
— Как скажете, господин… — сказал он и закрыл крышку багажника
Он открыл заднюю дверцу и жестом пригласил меня садиться. Пора было отправляться в путешествие.
Я уже собрался залезть внутрь, когда услышал сзади крик:
— Ярослав! Подожди…
Я обернулся. По дорожке от главного корпуса быстрым шагом шла Екатерина Витальевна. На ней была та же серая форма, что и всегда, и в руках она держала небольшую книгу в тёмном переплёте. Интересно, что она тут делает?
Она подошла ко мне, протянула книгу.
— В дороге пригодится…. — сказала она. — Путь долгий, нужно же будет как-то себя развлечь…
— Спасибо, Екатерина Витальевна! — ответил я, беря книгу.
Страницы и переплет были заметно потрепаны, явно открывалась ни единожды. На обложке не было ни названия, ни имени автора.
— Будь осторожен, Ярослав, — сказала она, развернулась и пошла обратно в академию.
Я посмотрел ей вслед, потом на книгу. Странно. Очень странно. С каких пор кураторы лично дарят студентам книги на дорогу? Нет, я конечно понимал, что не совсем обычный студент. Лидер отряда икс, рекордсмен, чемпион и прочее… Но всё же…
Я пожал плечами, сунул книгу под мышку и сел в машину на заднее сиденье.
Внутри автомобиль оказался ещё лучше, чем снаружи. Кожаные сиденья, мягкие и достаточно комфортны, как облако. Между задними креслами подлокотник с переключателями температуры, света и так далее. В дверях динамики. Безумно хотелось послушать на них что-то из прошлого мира, но увы. Наверное, музыка — единственное, чего мне прям не хватает тут.
Водитель сел за руль, завёл двигатель. Машина тронулась плавно, почти бесшумно.
— Можно включить радио? — спросил я.
Водитель молча кивнул и нажал кнопку на панели. Из динамиков полилась негромкая классическая музыка. Я разобрал звучание скрипки, виолончели, что-то меланхоличное. Некоторые инструменты были для меня вновинку.
— Спасибо! — сказал я.
Водитель ничего не ответил. Даже не кивнул. Видимо, не привык, что его могут еще и поблагодраить.
Я сидел у окна, смотрел на мелькающие за стеклом поля и леса, и думал. Видимо, у Страховых так принято: слуги мало говорят и просто процентов выполняют указания. Никаких лишних вопросов, никакой инициативы.
Я продолжил смотреть в окно, и видел за ним всю Империю.
За стеклом проплывали деревни. Маленькие, в пять-десять домов, с аккуратными заборами и огородами, не больше. Над крышами вились дымки и топили печи. Все-таки деревни всегда просыпались раньше городов.
В одной деревне я заметил мальчишку, который гнал корову на поле. Корова была рыжей, с белым пятном на боку. Парнишка слегка шлёпал её веткой по заду, и она нехотя переставляла ноги. Я усмехнулся.
Поля сменялись лесами. Берёзы, сосны, дубы. Где-то между стволами мелькали тени. То ли звери, то ли люди.
Потом пошли города. Небольшие, провинциальные. Каменные двухэтажные дома, магазины с вывесками, церкви с золотыми куполами. На улицах редкие прохожие, машины, извозчики. Города жили своей обычной размеренной жизнью.
Дирижабль. Огромный, серебристый, он плыл высоко в небе, почти касаясь облаков. На его боку красовался герб двуглавый орёл с мечом и скипетром. Имперский герб.
Я проводил его взглядом, пока он не скрылся за горизонтом. Огромная махина и безумно красивая.
Через час я уснул. Дорога меня всегда выматывала, и даже в такой машине и на таких комфортных сиденьях это не изменилось. Глаза слипались сами собой, и я провалился в темноту.
Я проснулся от того, что машина остановилась. Мы были на заправке.
— Мы уже в Москве, господин, — сказал водитель. — Еще немного, и мы доберемся до места.
Я глаза. За окном снова был этот город. Высокие здания, широкие проспекты, рекламные вывески. Люди в дорогих костюмах, женщины в шляпках, мужчины с дипломатами. Все куда-то спешат. У этого города явно был свой, особый ритм.
Я потёр лицо ладонями, зевнул.
— Остановите у ближайшего торгового центра, — сказал я. — Мне нужно кое-что купить.
Водитель кивнул и свернул к ближайшему зданию.
Торговый центр был огромным. Стеклянные стены, золотые буквы на фасаде, охранники в униформе. Я вышел из машины и направился к входу.
Внутри было светло. Магазины, различные бутики, кафе. Пахло кофе, дорогими духами и свежей выпечкой. Я прошёл мимо витрин, рассматривая товары так, чисто из любопытства.
Я нашёл отдел мужской одежды.
— Добрый день! Вам помочь? — спросила молоденькая продавщица.
Она была высокой, под метр восемьдесят, с длинными светлыми волосами, уложенными в идеальную причёску. Бёдра узкие, талия тонкая, грудь небольшая. На ней был строгий чёрный костюм, белая блузка и туфли на каблуках. Улыбка у неё была такая же идеальная, как причёска. Где они таких находят? Вообще, мне кажется, я еще не видел в этом мире некрасивую женщину. Ну или мне просто всегда везло.
— Мне нужна чёрная водолазка, чёрные брюки и чёрные ботинки, — сказал я, оглядываясь по сторонам. — Найдётся у вас такой набор?
— Конечно! Следуйте за мной… — она развернулась и пошла в глубь магазина.
Она шла быстро, цокая каблуками по плиточному полу. Мы прошли мимо стеллажей с рубашками, пиджаками, джинсами.
Она остановилась у стойки с водолазками.
— Какой размер вы носите? — спросила она, перебирая вешалки.
— Средний… — ответил я. — Если честно, я даже и не знаю… Можете как-то определить на взгляд?
Она осмотрела меня, слегка прикусив нижнюю губу, потом достала чёрную водолазку и протянула мне.
— Примерочная вон там, — она указала на дверь в конце ряда. — Если вам будет нужна моя помощь, то просто позовите. Меня зовут Ирина.
— Обязательно! — ответил я ей.
Я зашёл в примерочную. Ткань была мягкой, эластичной, приятной на ощупь. Она облегала плечи и грудь, но не жала.
— Как сидит? — спросила продавщица, оглядывая меня, когда я вышел.
— Просто отлично! — ответил я.
— Можете посмотреть в большое зеркало, — она указала на дальнюю стену.
Я подошёл. Водолазка сидела идеально. Я повернулся боком, потом спиной.
— Беру, — сказал я.
— Тогда пройдёмте к брюкам. — она снова развернулась и пошла.
Брюки мы нашли быстро. Чёрные, прямые, без стрелок.
— Так, их я тоже беру.
— Обувь? — спросила продавщица.
— Да! Последний элемент остался, — кивнул я.
Мы подошли к стойке с ботинками. Я выбрал чёрные, кожаные, с толстой подошвой и шнурками.
— Примерьте, — она протянула мне правый ботинок.
Я сел на маленькую скамеечку, снял свои кроссовки, надел ботинки. Зашнуровал. Встал, прошёлся.
— Хорошо! — сказал я. — Очень даже удобно. Обычно я не ношу такую обувь как раз таки из-за того что она неудобная.
— Я рада, что вам все подошло! — сказала Ирина.
Я даже не смотрел на цены. Просто расплатился биометрической системой, как меня учил Игорь.
Она кивнула, аккуратно сложила вещи в пакет.
Я уже собрался уходить, когда заметил на витрине очки. Тёмные, в тонкой металлической оправе.
— А это можно примерить? — спросил я.
— Конечно, — продавщица достала очки, протянула мне.
Я надел их. Посмотрел в зеркало. Очки сидели хорошо.
— Вам идёт, — сказала она.
— Мне кажется, я буду похож на агента тайной полиции, — ответил я, снимая очки и ставя их на место.
— А вы кто? — спросила она, улыбнувшись.
— Охотник, — сказал я и вышел. — Последний охотник империи…
Рядом с торговым центром была кофейня. Маленькая, уютная, с деревянными столиками и живыми цветами на подоконниках. Колокольчик над дверью звякнул.
Внутри было тепло. Пахло кофе, корицей и выпечкой. За стойкой стоял бариста — м олодой парень в чёрном фартуке.
— Добрый день, — сказал он. — Что будете заказывать?
— Большой капучино и вот этот вот круассан.
— С собой или здесь? — спросил он меня.
— Здесь, пожалуй… — я решил никуда не торопиться.
— Проходите, садитесь за понравившийся свободный столик. Я всё принесу. Пять минут. — сказал мне бариста
Я сел у окна. Столик был маленьким, круглым, с салфеткой и меню. Я взял меню, полистал. Пирожные, круассаны, сэндвичи. Все, что нужно в такой час.
Через минуту бармен принёс мой заказ. Большая белая чашка, коричневая пенка, рисунок в виде птицы
— Приятного аппетита, — сказал он и отошёл.
Я взял чашку. Она была горячей, почти обжигала пальцы. Отпил глоток. Кофе был горьким, с молочной пеной и терпким послевкусием. Я сделал второй глоток, третий.
Я смотрел в окно на прохожих. Мужчина в странном пиджаке переходил улицу, женщина с ребёнком заходила в магазин, старик кормил голубей на скамейке. Обычная жизнь. Как давно у меня такого не было. Это был единственный раз за долгий период, когда я чувствовал себя более-менее спокойно. Даже если бы Ахметов хотел мне что-то сделать, то сейчас он бы не стал. Никто в мперии не посмеет пойти поперек интересам Страховых. В этом для меня были свои плюсы.
Через пять минут я допил кофе.
— Спасибо большое! — сказал я бармену.
— Приходите еще, — ответил он.
— Обязательно! — ответил я, хотя не был уверен, что когда-то еще тут побываю.
Я вернулся в машину.
— Погнали дальше. — сказал я.
Он кивнул. и мы поехали.
Мы ехали по Москве. Проспекты, улицы, переулки. Машина петляла между домами, и я не запоминал дорогу. Я смотрел в окно и думал о своём.
Наконец мы свернули на широкую аллею, обсаженную вековыми дубами. В конце аллеи стояли ворота. Кованые, чёрные, с золотым гербом. На нем был изображен медведь, разрывающий цепь. Красиво.
Охранник в такой же чёрной форме, как у водителя, вышел из будки, заглянул в окно, кивнул и открыл ворота.
Мы въехали.
Резиденция Страховых была не просто дорогой, а скорее роскошной. Главное здание — трёхэтажный особняк из белого камня, с колоннами, лепниной и башенками. Вокруг него парк с фонтанами, статуями и подстриженными кустами. Дорожки посыпаны мраморной крошкой, которая хрустела под колёсами машины. У Безуховых по сравнению с этим был просто сад и сарайчик.
Машина остановилась у главного входа. Водитель вышел, открыл мне дверь.
На ступенях стояла девушка. Брюнетка, в очках, в белой рубашке, которая едва сдерживала её пышную грудь. Тёмные волосы собраны в пучок, тонкие очки, из-под которой смотрели внимательные карие глаза.
Она поправила очки, подошла ко мне.
— Ярослав Шереметьев? — спросила она.
— Да, это я. День добрый! — ответил я.
— Добрый день. Меня зовут Мария Сычёва, я личный ассистент князя Страхова… — сказала она, протягивая мне руку.
Я пожал её. Ладонь у неё была тёплой, пальцы длинные. Ногти коротко стрижены, без лака, но ухоженные.
— Князь Марат Страхов сейчас занят, — сказала она, поправляя очки. — Но он хочет встретиться с вами перед ужином. У вас есть три часа свободного времени.
— А я надолго вообще тут? — спросил я, глядя на её большие… кхм… в её большие глаза.
Она улыбнулась — скорее всего все поняла.
— Это решит князь. Увы, мне об этом неизвестно, — ответила она. — А сейчас позвольте, я провожу вас в вашу комнату.
Гостевой дом стоял чуть поодаль от главного здания, за небольшим прудом с золотыми рыбками. Двухэтажный, из красного кирпича, с белыми наличниками на окнах.
Мария открыла дверь и жестом пригласила меня войти.
Внутри было просторно. Прихожая с вешалкой и тумбой для обуви. Гостиная с диваном и креслами, обитыми тёмно-зелёным бархатом. Спальня с огромной кроватью, застеленной белоснежным бельём. В углу был письменный стол, на стене какая-то картина. Пейзаж: лес, озеро, закат. В принципе, ничего особо запоминающегося.
— Ванная слева. Кухня и мини бар справа, — сказала Мария, показывая рукой. — Если что-то понадобится, нажмите на кнопку вызова, и к вам придет кто-то их персонала.
Она указала на маленькую чёрную кнопку на стене.
— Спасибо большое, Мария! — ответил я.
Она кивнула и вышла.
Я остался один.
Я прошёлся по комнате. Диван мягкий, кресла удобные, кровать широкая. Я лёг на неё, раскинув руки в стороны. Матрас был упругим, подушка не слишком высокой, а простыня достаточно прохладной.
Стало скучно. Я не знал, чем заняться. Телефона у меня не было, хотя смартфонов в этом мире не было вообще, телевизора тоже…. Я посмотрел на потолок, потом на стену, на картину. И что я тут буду делать целых три часа?
Я встал, подошёл к окну. За ним был пруд с золотыми рыбками. Рыбки плавали медленно, лениво, их чешуя блестела на солнце. Отошёл от окна, сел на кровать…
И тут я вспомнил про книгу, которую мне дала Екатерина Витальевна. Бинго! Теперь будет чем заняться.
Я встал, подошёл к пакету с моей формой академии, висевшему на стуле. Достал из кармана тёмный переплёт. Сел на кровать, открыл первую страницу и обомлел. Там был текст, обращённый ко мне.