В середине лета в гости к Кунаватнэими приехали гости. Ее сестры теперь жили совсем недалеко. Деревушку Санхамгорт, где жили когда-то четыре сестры – Парску, Татья, Еля и маленькая Кунаватэвие, – как и Халащкурт с Вулыкуртом, ликвидировали. Многих из Санхамгорта поселили в тридцати километрах от Кушевата. Летом семьи сестер Кунаватнэими рыбачили на Обских песках.

Старшая сестра Парску давно вышла замуж. Каждое лето всей семьей выезжали на Обь: они добывали рыбу на песке Хишпан. С ней приехала Татья: она осталась одинокой. Приехала и Еля, ей родители нашли спутника жизни.

На лодочной стоянке Юхура остановились две бударки: из них выпрыгивали дети, вскоре они уже бежали к дому Кунаватнэими, за ними шли взрослые. Кунаватнэими стояла у уличной печки с внуками. Ждала, внимательно вглядываясь в лица чужих рыбаков. И только когда три женщины почти дошли до ограды, она узнала среди них сестру: «Парску! Парску! Да откуда она приехала?»

Не успела Кунаватнэими двинуться навстречу гостям, как все три старушки бросились к ней:

– Айотыев[114]! – Они целовали, обнимали давно постаревшую сестренку, называя ее маленькой, и плакали от счастья. Четыре сестры встретились через долгие годы разлуки. – Наконец-то встретились! Малышка наша! – рыдали они. – Как живешь, милая?

Кунаватнэими в этот момент и вправду почувствовала себя маленькой и слабенькой! Слезы катились по морщинистым щекам, а ее все целовали и обнимали.

Мужчины несли двух осетров. Не дожидаясь, пока сестры наплачутся, попросили Питлорэвие и Борьку показать им место, где можно разделать рыбу. Растерявшиеся внуки при виде стольких детей почти их же возраста, стесняясь незнакомых мужчин, все же показали их уютный уголок возле уличной печи.

К вечеру дом Юхура наполнился людьми всех возрастов: приехали сыновья с семьями, родственники, бригадир Таньла с Шишаннэ. Гуляли шумно, весело!

Кунаватнэими даже не разрешали подниматься. Руководили столами Айэви с Ларакурнэими, помогала Айхашкурнэ. Приехала и Ямкурнэ, на правах гостьи не стала помогать, сидела возле мужа. Борька не обращал на маму никакого внимания: он развлекался с сестрами и братьями. В его семье подрастали уже две сестры и два брата! Самый младший лежал в колыбели.

Сыновья Кунаватнэими – Леонид, Илья, Вопка похие – все с женами и Егор Семенович. Младшего звали уважительно, по имени-отчеству, даже гости. Егор Семенович – коммунист, ежегодный передовик производства – был молчалив, торжественен и горд, что именно у него живет его мама.

Сыновья Кунаватнэими были счастливы: с любовью смотрели, как маму время от времени целуют и обнимают ее сестры. Она тоже любовалась и сестрами, и своими сыновьями. Вот сидит старший сын Леонид, рядом с ним – трое взрослых сыновей, три дочери, жена снова тяжелая, ожидает следующего малыша. Четверо красивых, коренастых мужчин и дочка-красавица. Как было тепло на душе у Кунаватнэими! Встреча с сестрами так взволновала Кунаватнэими, что сердце заходилось от радости. Время от времени она плакала, уткнувшись в плечо Парску.

У Парску муж оказался сказителем-певцом – за столом не смолкали его песни. Ему вторил Вопка похие, чем очень гордилась Кунаватнэими. И маленький сыночек Вопка похие, Эдик, не отставал, картавил песню наравне с отцом. Иногда выступали в роли сказителей старшие сыновья Леонида, он же сам, глядя на них, гордо улыбался. Рассказала сказку и Кунаватнэими. Речь бабушки журчала, как весенний ручеек, плавно переливаясь и радуя всех победами героев, заставляя то плакать, то смеяться. Каждый сказитель исполнял сказку на свой лад. Одни пели, другие рассказывали, как бабушка Питлорэвие и Борьки. Дети гордились своей бабушкой, а после сказки все вновь целовали ее. «Значит, она лучшая!» – решили внуки.

Сидели вокруг низеньких столиков, на которые Ларакурнэими и Айэви ставили большие, на весь стол, хуваны с крупными кусками хорошо отваренной осетрины, дымящийся ароматный чай и вкусности из большого ларя, стоящего в сенях Кунаватнэими.

Грудные малыши уже давно угомонились в колыбельках, а словоохотливые веселые сказители исполняли сказку за сказкой. Какие это были сказки! Каких только эмоций они не вызывали у ребятишек, сидевших тут же, среди взрослых! Дети волновались, переживали, слушая эти бесконечные волшебные истории.

Какой это был день! День, полный добра, любви и неожиданностей, как и встреча четырех сестер.

К ночи для детей приготовили два полога в чуме. Разместились, но скоро все оказались в одном пологе: слушали очередную сказку. Теперь волшебные истории рассказывали сами дети, и лидером стала малышка Ирочка, младшая дочь Парску. Словно ручеек, текла песня-сказка у дочери Парску! Ее сказка длилась почти до утра. Кто-то выполз из полога, где пела девочка, и перелез в свой спать, кто-то слушал, а некоторые свалились тут же, возле ног сказительницы.

Днем, пока взрослые занимались своими делами, выполняя традиционные обряды, ребята уже пересказывали сказки тем, кто вчера уснул раньше других слушателей. К вечеру гости прощались. Три сестры вновь целовали перед отъездом свою малышку Кунавтые. Она стояла возле бударок и улыбалась. Возле младшенькой стояли сыновья с невестками и многочисленные внуки.