Я открыла глаза.

Передо мной — подруга. То есть,моя госпожа, Мей-Лин или просто Элиза, сияющая и взволнованная. А в голове всё ещё звучал голос Батона. Его «Катя, вставай» будто застряло где-то между снами.

Я смотрела на неё и думала: насколько же онахотеласюда попасть?

Ведь говорят — сила желания творит чудеса, но я даже не подозревала, насколько буквально это может сработать.

Трансерфинг, визуализация, материализация — пожалуйста.

Добро пожаловать в личный фанфик моей подруги.

И чем дольше я на неё смотрела, тем отчётливее понимала:

всё это — её мир.

Её драма.

Её мечта.

А я... просто приложение.

Ведь именно она годами жила этим:

читала фанфики, смотрела дорамы, спорила в комментариях, переживала за героинь, которыене вышли замуж за принца.

Помню, как она возмущалась, что в одном сериале принц погиб от руки собственного брата.

Она потом неделю не могла успокоиться.

Говорила: «Нет, это несправедливо! Я бы всё исправила, если б могла!»

Ну вот, пожалуйста.

Исправляй.

Мы здесь.

Внутри её желания,

её дорамы,

её истории с принцем, который пока, слава всем богам, жив-здоров.

Только вот вопрос,

который свербил в моей голове с первой минуты:

А что делаю здесь я?

Серьёзно.

Я не мечтала о китайских принцах. Я не писала фанфики. Я вообще не знаю разницы между династиями Мин и Тан, и единственный мой интерес к Азии заключался в том, что у наша компания нашла там инвесторов для нашего проекта.

Так зачем я здесь?

Может, я — просто бонус-персонаж?

Поддержка главной героини?

Свидетельница чужой мечты?

Или…я здесь потому, что без меня она бы просто не справилась?

Ведь кто-то должен подать ей платок, успокоить, когда всё идёт не по сценарию, и, возможно, подтолкнуть её к финалу.

А финал нам обеим был нужен одинаково — только по разным причинам.

Она хотелалюбовь.

А я —возвращение домой.

Так что я решила:

я помогу ей.

Изо всех сил.

Я стану самой преданной, самой терпеливой служанкой.

Главное — довести эту свадьбу до конца.

Если теория верна — и её желание действительно нас сюда притянуло, то исполненное желание должно нас отпустить.

И я очень надеялась, что это сработает.

Потому что оставаться в чужой мечте — это не просто странно.

Это утомительно.

Все эти мысли проносились у меня в голове, пока я, кряхтя и тихо ругаясь на судьбу, пыталась подняться и вылезти из этой душной шёлковой тюрьмы.

Под пинки, под раздражённый шепот моей подруги — или, простите, госпожи— мне всё-таки пришлось выбираться наружу.

Надо же было выяснить, кто посмел прервать наше торжественное шествие и, между прочим, мой законный отдых.

— Катюха! — донёсся до меня возмущённый шепот. — Ну сколько можно возиться? Быстрее иди посмотри, что там!

Вот, собственно, и всё напутствие. С таким энтузиазмом и чувством поддержки я вышла…Обмахиваясь её свадебным веером — да, тем самым, который онамилостивомне вручила, чтобы я «не потеряла сознание от жары» — я отодвинула красную штору, прикрывающую вход, и выглянула наружу.

На улице былооченьжарко. Но, что удивительно, на фоне того ада, который творился внутри повозки, здесь казалось даже свежо. Небольшой ветерок трепал бахрому и шелковые кисточки на карете, и я почти почувствовала, что снова могу дышать.

Я незаметно потянулась, прикрываясь веером от солнца, словно он был не просто вышитым кружком шёлка, а козырьком бейсболки. Слепящее солнце било прямо в глаза. Всё вокруг дрожало от жары.

Я прищурилась, попробовала сфокусироваться — и увидела.

Ничего особенного. Ну, в смысле, не сразу. Сначала просто пыль, лошади, стражники, всё это привычное дорамное великолепие.

Но потом взгляд зацепился за то, чтоне вписывалосьв общую картину.

Перед нашей процессией стояла целая стена из воинов.

Да-да, настоящих — в броне, с копьями, выстроившихся ровной шеренгой.

Не сотня, конечно, но выглядело впечатляюще.

И во главе этого маленького войска — всадник.

Высокий, сдержанный, в сверкающих чёрных доспехах, которые на солнце отливали сталью и золотом.

Он сидел в седле прямо, как стрела, и смотрел на нашего принца.

И — не моргал.(наверное, отсюда было не видно) Первое, что пришло мне в голову:«Ему же, наверное, просто п**цкак жарко!» А его бедным солдатам, в железных кастрюлях на головах — вообще конец.

По сравнению с ними, я в своём шёлковом кошмаре чувствовала себя туристом на пляже.

Наш принц, между прочим, тоже не выглядел восторженным.

Сидел на своём чёрном коне, весь такой надменный, глянцевый, словно из рекламного постера «Сила. Мужчина. Лошадь».

Время, кажется, остановилось. Пыль зависла в воздухе, ветер стих. Все словно затаили дыхание.

Честно, не хватало только плачущего ребёнка, чтобы закончить сцену из мультика"Шрек», где он приехал знакомиться с тестем. Вот прямо сейчас — идеальный момент для драматического зум-плана и барабанного боя.

Вот оно…

Что-то начиналось. Тот, другой всадник — с его холодным взглядом, с мини-войском за спиной — явно не собирался нас приветствовать.

И у меня впервые за всё время возникло отчётливое чувство, эта история, похоже, собирается свернуть совсем не туда, куда планировала моя подруга.