Подняв подбородок и широко разведя руки, словно актриса на сцене, в комнату вошла пышная дама.

– Вы гости дорогих друзей фон Бройнеров, счастье видеть вас у меня дома! – воскликнула Паула Кляйн на весьма приблизительном французском. – Я сделаю всех возможных, чтобы изучить вам венский вальс, мои зайчики!

Ошеломлённая гувернантка невнятно пролепетала слова благодарности.

– Вальс – символ Австрии, – проворковала учительница, не обращая внимания на мисс Жанну. – Два музыканта, Иоганн Штраус-отец и Иоганн Штраус-сын, сделали вальс прославленным во всю Европу! Мальчик поменьше, хорошенький, выйди из ковра, подойди ко мне!

Арчибальд, давясь от смеха, ткнул сестру локтем в бок. Макс, испуганно поглядывая на учительницу, машинально подчинился приказу. Он встал на натёртый паркет позади Паулы Кляйн, и та начала считать.

– Вперёд: раз-два-три! Назад: четырепять-шесть! Ногу вперёд, потом нога уходит назад! Вперёд: раз-два-три! Назад: четыре-пять-шесть! Ja gut![1] Оп! Большие, за мной!

Мисс Жанна, сжав губы и тесно сдвинув ноги, не пожелала встать с дивана, поскольку к этим самым «большим» себя не относила. Трое её юных подопечных активно повторяли движения за преподавателем. Фрау Кляйн осталась довольна и велела им прийти на первое настоящее занятие вместе с её учениками. Она сама проводила гостей до дверей.

– Я восхищаюсь идти на бал завтра, – сообщила она мисс Жанне. – Мои дорогие друзья фон Бройнеры имеют красивую коллекцию картин, не так ли? Последнее полотно художника Густава Климта очень дорогое.

– Вам известно, сколько оно стоит? – удивилась гувернантка.

Паула Кляйн слегка закашлялась и обратилась к ученикам:

– Будьте здесь в понедельник, ровно в четырнадцать часов, мои зайчики!

* * *

За несколько часов до кражи картины…

В конце дня Агата торопливо постучалась к матери. Леди Клара, сидя за туалетным столиком, готовилась к торжеству.

– Мама, мне совершенно нечего надеть на сегодняшний бал! – возмущённо воскликнула мисс Агата. – Не буду же я танцевать на балу вот в этом!

Она дёрнула себя за платье и в отчаянии рухнула в кресло. Мать удивлённо взглянула на неё, а девочка, горестно вздохнув, снова принялась жаловаться:

– И то платье, в котором я была в Парижской опере, я тоже не надену: бальное платье должно кружиться, как твоё. Мариетта смеётся надо мной, она говорит, что сегодня вечером я буду танцевать в ночной рубашке…

Леди Клара сдержала улыбку и попыталась вразумить дочь:

– Перестань ворчать, твоя подруга права, ты ещё ребёнок, а ночью дети спят! Девушка может пойти на первый бал, только когда ей исполнится шестнадцать лет.

Агата и не думала успокаиваться, она вскочила с кресла и заявила, что в таком случае отказывается учиться танцу, который пригодится ей, только когда она станет старухой.

– Тихо! С меня довольно твоих глупостей! – Леди Клара всерьёз рассердилась и строго приказала: – Лучше помоги мне зашнуровать корсет!

Агата неохотно встала за спиной матери и изо всех сил принялась затягивать шёлковые ленты, чтобы талия стала тонкой, потом крепко завязала их. Корсет, туго обхвативший тело, подчеркнул округлую линию плеч и бёдер леди Клары.

– Спасибо, с остальным мне поможет Зоя, – смягчилась миссис Кристи.

Больше не смея открыть рот, Агата наблюдала в окно, как ночная тьма опускается на сад Бройнеров.

– Насколько я помню, мисс Жанна посоветовала тебе кое-что почитать, – продолжала леди Клара. – Поскольку ты наконец успокоилась, попроси её дать тебе книгу на сегодняшний вечер.

Девочка что-то пробормотала в ответ и вышла из комнаты. Леди Клара ошибалась: гнев Агаты далеко не утих. В коридоре она встретила свою гувернантку.

– Мисс Агата, я вас искала, – сказала мисс Жанна. – Помойте руки и приходите к нам в столовую. Вот-вот подадут ужин.

За столом, где собрались дети и их гувернантки, все обсуждали Лондон и будущие поездки по Вене. Благодаря болтовне Мариетты и её весёлому расположению духа настроение Агаты улучшилось, и она с лёгким сердцем отправилась спать.

Между тем вечером до голубой комнаты долетели звуки вальса. Наверное, кто-то забыл закрыть дверь в личные покои. Агату снова начала разбирать досада. Недолго думая она тихонько выскользнула из постели и, чтобы никто не заметил её отсутствия, взяла валик в изголовье кровати, положила его вдоль и накрыла одеялом. Арчибальд увидел, как из-под пухового одеяла выскочил чертёнок в длинной ночной рубашке.

– Ты что делаешь, Агата? – спросил он приглушённым голосом, чтобы не разбудить Макса.

– Иду смотреть, как они танцуют, и никто меня не остановит, – ответила она. – Если зайдёт мисс Жанна, скажи, что я сплю.

И девочка ловко выбралась из комнаты, не дожидаясь ответа брата. Боясь в любую секунду столкнуться с гувернанткой, юная нарушительница спокойствия пробежала мимо комнаты матери. Дверь в помещения, где проходило торжество, была закрыта. Агата медленно повернула ручку и приоткрыла её. На юную барышню обрушилась музыка, гвалт голосов и взрывы смеха. С сильно бьющимся сердцем Агата, словно привидение в белом саване, мелкими шажками бесшумно пролетела по коридору, неслышно прокралась через столовую, затем промчалась вдоль стены гостиной… проскочила ещё несколько метров… Уф! Перед входом в бальный зал она увидела массивную мраморную колонну и спряталась за ней.

Агата долго наблюдала за тем, как танцоры скользят по натёртому паркету, и увидела свою мать, которая, улыбаясь, легко кружилась в паре с Матиасом фон Бройнером. Девочка прислушалась: неподалеку от неё, за гардиной, спорили мужчина и женщина.

– Дорогой Огюст, как вы можете всерьёз любить стиль модерн? Вы не думаете, что фон Бройнеры коллекционируют его просто потому, что хотят следовать моде?

– Не говорите глупостей, милый друг, Густав Климт – очень талантливый художник! – ответил мужчина. – Я вам гарантирую: память о нём останется в веках.

«Милый друг» вспылила:

– Смею вас уверить, Огюст, для настоящего искусства Климт – сущее бедствие. Будь моя воля, я сняла бы со стен все его картины и засунула их подальше, в самый глубокий подвал!

– Зачем уж так сурово…

Внезапно на плечо Агаты легла чья-то рука. Девочка вздрогнула и увидела, как из темноты на неё смотрят сверкающие глаза. Над ухом резко, словно хлопок, прозвучал голос её гувернантки:

– Мисс Агата, вы совсем ума лишились? Что вы здесь делаете в ночной рубашке? Вам должно быть стыдно расхаживать босиком и в белье у всех на глазах!

Не дожидаясь ответа, мисс Жанна решительно, как генерал, командующий армией, препроводила бунтовщицу в голубую комнату, уложила в кровать и тщательно подоткнула одеяло.

– Если я увижу, что вы снова встали, юная дикарка, то сообщу об этом вашей матушке, – сурово пригрозила она.

Арчибальд, нисколько не удивлённый, оторвался от книжки.

– Мисс Жанна, кажется, вы собирались провести сегодняшний вечер с Аннелизой. Вы вроде бы хотели научить её играть в английские шашки.

– Я объяснила ей правила игры, но, увы, дорогой Арчибальд, нам пришлось прервать партию. Мариетта никак не могла уснуть, и Аннелизе пришлось пойти к ней.

Гувернантка вышла из комнаты.

– Доброй ночи! – пожелала она, закрывая за собой дверь.

Как только мисс Жанна ушла, Агата второй раз выбралась из постели, присела на кровать брата и вкрадчиво попыталась его задобрить.

– Арчи, неужели тебе не хочется взглянуть на бал? Если бы ты знал, как это красиво: танцующие пары в вечерних нарядах кружатся под музыку!

– Прекрати, нам нельзя! – прошипел он.

Вдруг Агата сделала большие глаза и прижала палец к губам: это означало, что у неё появился новый повод не ложиться спать.

– Голди, ты мне понадобишься! Мне нужно рассказать подруге о том, что со мной приключилось. Вот она посмеётся!

Агата составила послание, привязала его к лапке птички и выпустила в коридор, прошептав:

– Отнеси его Мариетте!

Со дня их приезда Голди уже несколько раз проделывала этот путь: она подлетела к комнате Мариетты и, словно дятел, постучала клювом в железную накладку замка. Гувернантка Аннелиза ей открыла. Несколько минут спустя птичка вернулась в голубую комнату и положила ответ на письменный стол. Агата развернула письмо и нахмурилась.

– Мариетта открыла мне секрет, как можно тайком полюбоваться балом. Арчи, мне нужна твоя помощь, остальное послание зашифровано!

Загадка № 3

Помоги Арчибальду и Агате расшифровать записку Мариетты.

Мало-помалу детям удалось разгадать ребус и сложить слова. Агата прочитала вслух:

– Первое: музыкальный салон проследуй. Второе: остановись перед бальным залом. Третье: найди дверь за шторой. Наконец: и через зеркало всё увидишь.

Её брат встрепенулся.

– Значит, в особняке есть потайная комната! – воскликнул он.

Разве теперь он мог послушно лежать в кровати?! Арчибальд торопливо натянул халат.

– Агата, ты идёшь? – Мальчик произнёс эти слова недостаточно тихо.

– Куда вы? Можно мне с вами? – спросил Макс, протирая глаза спросонья.

Двое старших объяснили, что от него требуется.

– Между музыкальным салоном и бальным залом есть тайник, – сообщила ему Агата. – Предупреди нас, если появится мисс Жанна.

– Мы всё тебе расскажем, когда вернёмся, а завтра отведём тебя туда, – пообещал Арчибальд.

Агата и её брат окольным путём осторожно пробирались по коридорам, держась подальше от бального зала. Незаметно, как настоящие шпионы, они миновали библиотеку, музыкальный салон и юркнули за тяжёлую бархатную портьеру. Агата ладошкой ощупала деревянную поверхность.

– Нашла! Тут есть ручка! – прошептала она. – Заходим!