Глава 20 Амарис

Жгучая, мучительная боль во внутренней стороне бедра становится невыносимой. Я пообещала себе, что не позволю им сломить меня, что бы они ни делали, когда я пришла в себя и обнаружила, что окружена этими жуткими белыми масками быков. Становится все труднее и труднее, когда раскаленное клеймо касается моей кожи. Они пытают меня. Вместо того чтобы покончить с этим, они подносят его настолько близко, что я чувствую жжение, но через несколько секунд убирают. Я пыталась сопротивляться, но они привязали меня к бетонному столу в центре темной комнаты. Из моих уст вырывается леденящий кровь крик, когда они наконец позволяют нагретому клейму коснуться моей кожи. Никогда в жизни я не чувствовала такой чертовой боли.

Движение слева от меня привлекает мое внимание: кто-то завязывает тряпку вокруг моего рта, чтобы заставить меня замолчать. Я трясу головой, пытаясь остановить их, но кто-то другой сжимает мою шею холодной рукой, заставляя меня прекратить сопротивляться. Слезы текут по моему лицу, и из меня вырывается приглушенный крик. Я закрываю глаза и пытаюсь успокоиться. Бессмысленно тратить энергию.

Агата, пожалуйста, помоги мне. Вселенная, пожалуйста, помоги мне. Мама и папа, пожалуйста, помогите мне. Я умоляю любого, кто мог бы меня слышать. Я не хочу так умирать. Тихий всхлип вырывается из меня, и новые слезы текут по моему лицу. У меня впереди целая жизнь, так много того, чего я хочу достичь.

Острая боль пронзает мои лодыжки и запястья, заставляя мои глаза в панике распахнуться. Я смотрю на свои ноги и вижу, как один из них облизывает окровавленный нож, которым они меня порезали — мой желудок сворачивается от этого зрелища. Я смотрю на лодыжки и вижу, как кровь капает из открытой раны. Игнорируя боль в запястье, я трясу телом из стороны в сторону, пытаясь натянуть цепи, удерживающие меня, но это бесполезно, я не могу освободиться. Я приглушенным голосом умоляю их отпустить меня. Низкий смех, доносящийся из угла, заставляет холод пробежать по моей спине. Звук шагов, отдающихся эхом, заставляет мое сердце биться быстрее, когда человек встает рядом со мной.

В глубине души я знаю, кто этот человек, даже если его черты не напоминают мне Натаниэля. В отличие от Натаниэля, этот человек окружен злой аурой, его зеленые глаза имеют такой взгляд, что любой захотел бы убежать в страхе. У него квадратная челюсть, густая борода и кривой нос. Он протягивает руки и касается моего лица. Я вздрагиваю, заставляя его усмехнуться.

— Я советую тебе перестать сопротивляться, Амарис, и принять свою судьбу. — Он смеется, поворачивается и начинает уходить. — Не принимай это на свой счет, Амарис. Так должно быть.

Я рычу от разочарования. Сукин сын. Прежде чем выйти за дверь, он наклоняется и обращается к тому, кто слизывал мою кровь с ножа.

— Выпусти из нее всю кровь. Мне нужна каждая капля. Никаких оплошностей. — Он уходит, а я кричу, бьюсь и пытаюсь разорвать цепи. Я игнорирую боль от металла, царапающего порезы, которые они нанесли. Если я умру, то не сдамся без боя.

Мое тело начинает ощущать то, что я связываю с магией, и из ниоткуда обрушивается сильный порыв ветра, с силой отбрасывая всех их к стенам и удерживая на месте. Гром раскатывается по комнате, и начинается дождь. Улыбка трогает уголки моих губ, и жгучее ощущение, пронизывающее мои вены, становится все сильнее. Гром гремит все громче, по мере того как нарастает моя ярость.

Острая боль пронзает мое лицо, и от удара моя голова откидывается в сторону. Во рту появляется привкус железа. Какого хрена? Грубые руки хватают меня за челюсть и резко дергают мое лицо обратно. И снова я смотрю в лицо отца Натаниэля. Он сжимает мою челюсть еще сильнее.

— Думаешь, ты сильнее меня, девчонка? Ты, блядь, понятия не имеешь, с кем имеешь дело. Игра, в которую ты играешь со своей слабой магией, не остановит меня. — Он взмахивает свободной рукой в воздухе, и ветер с громом исчезают, в комнате воцаряется зловещая тишина. Я сглатываю. Блядь, я в заднице.

— Это мой мир, Амарис. — Он кричит своим приспешникам, чтобы те вставали. — Ты просто задержала меня. — Один из них встает рядом с ним. — Уведи ее в камеру. Мы продолжим, когда этот беспорядок будет убран. — Он щелкает пальцами. — Уберите этот чертов беспорядок.

Парень принимается снимать с меня цепи. Это может быть моим шансом сбежать, так как только один из них обращает на меня внимание. Когда он снимет последнюю цепь, я смогу убежать. Я задерживаю дыхание и жду, пока он закончит. Мое раздражение растет от того, как долго он их снимает. Его босс, возможно, не почувствовал силу моего ветра, но этот человек почувствовал.

Когда он наконец добирается до последней цепи, я готовлюсь бежать, но в тот момент, когда цепь падает, я не могу. Я продолжаю пытаться, пытаюсь заставить свое тело двигаться, но ничего не получается. Черт. Меня удерживает магия. Вот и провалился мой план.

Я чувствую укол в шее, и мое тело начинает расслабляться, глаза тяжелеют. Черт, это успокоительное. Я пытаюсь сопротивляться, но погружаюсь в черную бездну.