Я не была сильна в спорте, и учёба не давалась легко. Однако и у меня всё-таки было то, чем я могла гордиться. За все шесть лет младшей школы я не пропустила ни одного урока. Здоровье – единственное, чем я могла похвастаться: никогда не простужалась, и даже когда вся семья болела гриппом, почему-то меня это не затронуло. Однако сегодня с самого утра состояние было не такое, как обычно.

– Чего ты такая бледная?

Когда я вялой походкой дошла до школы, первым делом у входа услышала от Ёру-сэмпая такой вопрос.

– Ага, голова немного болит…

Температуры нет, но тело почему-то тяжёлое. Словно я кого-то несу на спине.

– Возможно, действие проклятия.

– А? Это то, о чём вы говорили прежде? То, что происходит с владельцем «Энциклопедии ста духов»?..

– Да, именно. Иногда её владелец получает травмы или попадает в происшествия, опасные для жизни. Но так-то проклятие – штука незримая, так что не стоит все несчастья списывать на него.

– Тогда причина моего плохого самочувствия тоже эта книга?

– Скорее всего. Но тут главное – не переживать сильно. Негативные эмоции, мысли о том, что если ты владеешь этой книгой, то с тобой непременно будут происходить неприятности, – это триггер для проклятия.

Это правда, «Энциклопедия» до сих пор вызывает у меня страх. Непонятно, где и когда появится дух, поэтому приходится всё время держать её при себе, но в глубине души я боюсь и, возможно, именно этим и притягиваю несчастья.

– …Сколько владельцев было у книги до сих пор?

– Хм. Насколько я знаю, Ёиями была построена в эпоху Тайсё, вероятно, книга с тех пор и существует.

– Тайсё?

– Считай, где-то сто лет назад.

– То есть тогда духи уже существовали?

– Если не вдаваться в детали, то можно сказать и так.

– Я тут подумала, ведь «Энциклопедию ста духов» нужно восстанавливать по крайней мере каждые тридцать лет? Не могу ли я встретиться с предыдущим владельцем?

Этот человек видел все сто духов и знал имена каждого из них. В начало эпохи Тайсё я никак не могла отправиться, так что стоило поискать моего предшественника, узнать от него все имена – тогда запечатывать духов станет гораздо проще… Однако сэмпаю эта идея не показалась такой привлекательной.

– А, я, конечно, понимаю, что предыдущий владелец – этот человек, который запечатал вас. Вы, наверное, считаете его врагом, но всё-таки…

– Да никакой он не враг. Конечно, как ты и говоришь, прежний владелец, чтобы завершить книгу, разгадал имена всех духов. Но в его памяти их нет.

– То есть… владелец книги забывает имена её обитателей?

– Да. Как только «Энциклопедия» полностью заполняется, владелец освобождается от права владения и забывает имена всех духов, с которыми повстречался. Такой вот трюк, чтобы следующий владелец не смог сжульничать.

…Возможно, завершить «Энциклопедию» – задача гораздо более трудная, чем мне казалось изначально. Я, конечно, боюсь проклятия, но ещё больше – духов. Тут голову пронзил острый приступ боли. Поскорее бы уже избавиться от этой книги.

Но когда я это сделаю… что будет с нашей связью с Ёру-сэмпаем?

– Ребята, сегодня у меня к вам важный разговор.

В спортивном зале всех учеников собрали на линейку. Мы уселись на полу и внимали голосу директора, стоящего за трибуной. Разговор касался «гендерного равенства».

– «Мальчики должны быть мужественными», «девочки должны быть женственными» – подобные утверждения могут трактоваться как дискриминация по половому признаку. Поэтому с сегодняшнего дня постарайтесь избегать слов и выражений, которые навязывают, как нужно вести себя и выглядеть.

Я не сразу поняла, о каких именно фразах идёт речь, но нам объяснили, что нельзя говорить что-то вроде «Задачи, где нужна физическая сила, должны выполнять мальчики», «Ты девочка, так что веди себя скромно» и тому подобное.

Вообще, в младшей школе у нас как-то был урок, посвящённый гендерному равенству, так что в целом всё, что говорил директор, было понятно. Все кивали, мол, «впредь мы будем осторожнее выбирать слова», однако директор на этом не останавливался, и зона ограничений расширялась.

Запрещались слова, которые могут привести к буллингу, вроде «дурак» или «достал». Нельзя говорить то, что может лишить других мотивации, например «влом», «неохота», «устал». Деструктивные фразы типа «Скорее бы это закончилось…», «А почему я должен…», «Да кому это нужно…» также теперь были под запретом. Ограничения затрагивали всё большее количество слов. Дошло до того, что даже между друзьями в школе стали запрещены всякого рода шутки, подколы и вообще неуважительные фразы.

– Эй, пошли за клубникой? Моё тело просит сахара.

В школе нарастало напряжение, и только в комнате «Клуба изучения духов» всё оставалось по-прежнему.

– Да ну вас, сэмпай. Сейчас совсем не до того.

С высказываниями директора про гендерную дискриминацию я согласна, и что фразы, которые могут вызвать издевательства, надо запретить, тоже считаю хорошим предложением. Но вот остальное – явно перебор, и от таких строгих ограничений теперь все ученики как на иголках.

– Чего директор хочет этим добиться?

– Наверное, чтобы ученики Ёиями были все такие нравственно чистые, примерные и милые?

– За ваше «все такие» теперь положен бан.

– Какой ещё бан?

– За использование на территории школы запрещённых слов положено наказание.

– Хах, в карцер же не посадят, да и вообще, как они узнают, что кто-то использовал запрещённое слово?

– Честно говоря, тут тоже есть проблемы…

Как раз в этот момент из коридора послышался пронзительный звук. Ученик, на шее которого висел свисток, громко назвал имя ученика, сказавшего запрещённое слово, и сделал ему замечание.

– Это ещё что?

– Донос. Тем, кто будет информировать директора о нарушениях, будут повышать оценки.

– Что за бред?

– Действительно, бред, по-другому не скажешь. Но число доносчиков с каждым днём увеличивается, приходится всё время быть начеку.

– Если к доносчикам будут относиться как к защитникам порядка, а к нарушителям – как к преступникам, то отношения между учениками станут хуже некуда.

– Да уже стали…

– А он предводитель этой шайки, значит.

Взгляд сэмпая направился в другую сторону. Там стоял, внимательно надзирая за учениками, директор. Он подозрительно ухмылялся, а тело его обвивало нечто чёрное.

– Сэ… сэмпай. Эта чёрная штука…

– Именно, дух.

Узнав, что виновником этой нелепой системы был дух, после уроков я сразу же направилась к директору, но…

– Всё, это уже невозможно терпеть!

Недовольство учеников приняло острый характер, и огромная толпа собралась у кабинета директора. В коридоре завязалось противоборство между протестующими учениками и пытающимися остановить их учителями.

– Кошмар, надо что-то с этим делать… а!

– Чего ты в толпу полезла?

– Сэмпай, спасите. Не могу дышать…

– Вот же.

Глядя на меня, зажатую со всех сторон, сэмпай стал пробираться через толпу. В этот момент я встретилась взглядом с директором, которого защищали учителя. Хотя нет, директор смотрел не на меня, а на Ёру-сэмпая. Точно, ведь одержимый может видеть всех духов.

Наверное, он удивился, увидев кого-то чужого в школе. Или же находящийся внутри директора дух узнал сэмпая… А, всё. Из-за недостатка кислорода снова разболелась голова.

Теряя сознание, я увидела, как обвившаяся вокруг директора тень приняла форму большого серпа.

Л О З О С В Е Р

Увидев плывущие по коридору буквы, я стала строить предположения. Серп… Ограничение на использование слов. Не знаю, правильно ли, но, чтобы остановить переполох, нужно запечатать духа.

– СЛОВО… РЕЗ. Имя этого духа – Словорез…

Дух номер 60. Словорез Пояснение: забирает у людей слова.

Как только я назвала имя духа, в глазах побелело.

– Мацуи, ты отлично выполнила работу заместителя главы клуба. Благодаря тебе удалось запечатать девяносто девять духов.

Внезапно я оказалась в комнате клуба, а в лучах вечернего солнца, проникающих через окно, стоял сэмпай.

– Выходит, остался один!

– Верно, последний – это я. То есть теперь мы враги.

– После того, через что мы вместе прошли…

– Это да. Давай не будем сражаться. Просто запечатай меня.

– По… подождите, я…

– Мацуи, моё настоящее имя…

– Ёру-сэмпай, не надо!..

С криком я открыла глаза. Только что была в коридоре, а теперь почему-то вижу потолок нашего кабинета. Может, это всё ещё сон?

– Что не надо?

– А!

Услышав голос Ёру-сэмпая, я резко поднялась. И тут заметила, что до этого моя голова лежала у него на коленях.

– Я… потеряла сознание?

– Ага. А всё потому, что безрассудно прыгнула в толпу.

– Вы меня сюда принесли?..

– Я бы, конечно, мог, но вокруг было много людей, так что мне помог Ивасаки.

– Э, разве Ивасаки всё ещё видит вас?

– Нет, уже нет. Но я могу на время взять сознание человека под контроль. Правда, для этого приходится использовать много сил, так что я крайне редко к такому прибегаю.

То есть использовал способность, которую обычно не использует, ради меня? Мне это было очень приятно, но всё-таки голова ещё продолжала кружиться.

– …А что стало с духом, которым был одержим директор?

– Не помнишь? Ты благополучно запечатала его. Меньшего и не ожидал от моего заместителя.

Когда сэмпай назвал меня так, я вспомнила сон, который только что видела. Я владелец книги, а сэмпай – сотый дух. Между тем я продолжаю собирать духов, так что однажды мой сон может стать реальностью.

– …Придёт ли тот день, когда я запечатаю вас?

Во сне я отказалась услышать имя сэмпая. Но если я не узнаю его имя, то не смогу закончить «Энциклопедию ста духов» и избавиться от права владения. Проклятие и духи всё ещё пугают, но в то же время я…

– Эй, ты считала, сколько духов запечатала до сих пор? Каких-то восемь штук. Обо мне и думать пока рано.

Сказав это, сэмпай дал мне щелчок по лбу.

– Но если, Мацуи, для тебя моё существование – бремя, то ты всегда можешь заставить кого-то другого открыть книгу. У меня нет права тебя останавливать.

– Этого я ни за что не сделаю! Я исполню свою роль до конца и запечатаю всех сбежавших духов.

– Ха-ха, на тебя можно положиться.

Когда я посмотрела на улыбку сэмпая, заболела уже не голова, а сердце. Что ждёт нас дальше – непонятно. Даже если однажды та картина из сна станет реальной, сейчас я просто хочу продолжать общаться с сэмпаем как обычно. Ведь мы не просто владелец «Энциклопедии» и дух. Мы ещё глава и замглавы клуба.