Мне еще задавали какие-то вопросы, я давал весьма расплывчатые ответы, и короткая история с моим странным исчезновением из комнаты как-то сама собой сошла на нет. Дело закончилось обедом, к которому присоединился и Василий Юрьевич, раз уж он здесь оказался.

Честно говоря, я еще ни разу не видел Голицына таким взволнованным. В тот момент, когда он только спустился вниз, он и в самом деле был похож на разъяренного Дракона. Впечатление усиливала и его трость в виде драконьей головы, которая искрилась молниями. Судя по всему, после взлома двери глава тайной канцелярии явно собирался пустить свой мечущий молниями артефакт в дело.

В общем, все для меня закончилось более-менее гладко. Однако, на будущее я дал себе клятву быть еще осторожнее с моими походами в Берлогу. Хотя я и так стараюсь действовать осмотрительно, но Дориан был прав — мне следовало подумать о том, что Василий Юрьевич может позвонить мне в тот самый момент, когда меня не будет в комнате.

Случись подобное в другое время, ясное дело, что Дракон не стал бы поднимать на голову всю школу. Мало ли где я мог быть и почему не отвечаю на его звонок. У меня элементарно мог идти урок или еще что-нибудь… Но сегодня был немного иной случай.

На фоне моего рассказа о Золотове и недавнего экзамена в доме Хрипунова, ситуация выглядела по-другому. Не получив от меня ответа, Голицын позвонил моим родителям, которые сказали ему со стопроцентной уверенностью, что я должен быть дома. Причем сам же попросил не беспокоить меня. Вот глава тайной канцелярии и распереживался.

Единственное, что меня немного беспокоило — колечко, которое носил Дракон. Если верить Красночерепу, то оно помогало Василию Юрьевичу определить — правду ему говорят или лгут. Поэтому пока мы с ним ехали к вертолетной площадке, я все ждал, когда Голицын спросит у меня, где я был на самом деле и почему наврал.

Однако, не спросил. Хотя то самое кольцо было на нем. Почему? Хороший вопрос. Скорее всего просто знал, что я все равно не скажу ему правды. Может быть, была еще какая-то причина… Для меня это останется загадкой.

Я ведь не всегда знал, что у него колечко с таким эффектом, поэтому и раньше частенько ему не договаривал всей правды из своей жизни. При этом глава тайной канцелярии никогда не устраивал мне допросов с пристрастием и не требовал выложить ему всю правду.

— Думаю, твой Голицын просто может отличить безобидную ложь от гнусной и коварной, — предположил Мор. — Ничего плохого ты не замышляешь, вот он тебя и не трогает. Не можешь же ты всегда говорить правду? Ни один мальчишка этого не делает в твоем возрасте. Да и вообще никто не делает, если уж на то пошло.

В принципе я был согласен со своим другом. Во всяком случае, выглядела эта версия довольно убедительно. Уверен, что у главы тайной канцелярии было достаточно опыта, чтобы понять — стоит вытягивать из человека правду или нет. Может быть, даже его кольцо подсказывало ему как быть, а Красночереп просто не видел этого эффекта.

Перед тем как посадить меня в вертолет, Василий Юрьевич еще раз попросил быть осторожнее и не забывать ему докладывать обо всем, что мне покажется подозрительным. Само собой я в очередной раз пообещал, что так и буду делать. Во всяком случае, в этих вещах я его не обманывал и действительно сообщал обо всем, что меня настораживало.

Едва я оказался в вертолете, практически сразу заснул. Несмотря на то, что на часах было всего лишь половина четвертого дня, у меня создавалось такое ощущение, что этот день длится бесконечно долго. Видимо это из-за долгого ритуала в Берлоге.

Вроде бы ничего сложного, но очень много одних и тех же действий, которые порядком выматывают. Проснулся я уже в тот момент, когда меня будили люди Голицына и просили, чтобы я пересел из вертолета в их автомобиль.

Белозерск встретил меня проливным дождем, глядя на который хотелось поскорее найти теплое местечко и накрыться уютным пледом. Я нашел такое примерно через час, когда меня привезли к деду, и мы с ним расположились в гостиной, чтобы обсудить последние новости и выпить чая с черничным вареньем.

За окном гремел гром, по стеклу лупили тяжелые капли, а я рассказывал деду про свою встречу с Романовым, о которой он хотел знать как можно больше подробностей. Правда, как и в случае с родителями, рассказывал я ему далеко не все, но и без того было много интересного, что мы могли обсудить.

Хотя бы то, что на турнире собираются все мои враги. Как будто медом им в Богемии намазано. Дед переживал об этом больше меня и считал, что это не просто случайное стечение обстоятельств, а чей-то умысел. Лично я так не думал. Что поделать, дедушка вообще был крайне подозрителен во всем, что касалось меня. Кто бы сомневался, что эти новости его не насторожат?

Впереди у меня было целых два дня и половину из этого времени я и в самом деле был намерен посвятить отдыху. Точнее сказать — деятельному отдыху. Дрыхнуть просто так двое суток, это сложно. Можно основательно отлежать бока. Поэтому в субботу я прямо с утра поехал с дедом в нашу лавку, где уже давненько не был.

Во-первых, я там уже на самом деле соскучился по «Волшебному базару». К тому же, в этот день приехала очередная партия товара, который нужно было рассортировать и разложить на полках. Дед всегда старался присутствовать в магазине в такие дни. Работы было много, так что моя помощь пришлась очень даже кстати.

Во-вторых, мне нужно было взять компоненты для Эликсира Усмирения Крови, приготовлением которого я собирался заняться днем. Для этого я планировал заехать в нашу старую лавку, где мне очень нравилось работать. Видимо там присутствовала какая-то особая энергия, которая мне помогала. К тому же, никто не мешает, работай себе на здоровье хоть целыми сутками напролет. Именно этим я и занялся сразу после того, как мы с дедом заглянули на обед в «Кабан и фазан».

Как я и предполагал, с эликсиром я справился довольно быстро. Спустя пару часов у меня уже была целая дюжина под завязку наполненных пузырьков. Думаю, что Гофману этого запаса хватит надолго, как минимум на год точно, а может быть даже на два.

Довольный собой я набрал Ибрагима, который хотел со мной о чем-то поговорить перед моим отъездом в Москву. У меня вырисовывался свободный вечер, так почему бы не наведаться к ребятам на базу, а заодно и с Турком поговорить.

Не вышло. «Тени» в полном составе находились на задании за несколько сотен километров от Белозерска и вернуться собирались лишь ближе к концу следующей недели. Что же, значит подождем. Ибрагим пообещал сам наведаться ко мне в школу, как только призраки вернутся в город.

Таким образом у меня образовывалось много времени, которое нужно было занять чем-нибудь полезным. Вообще-то, мне не мешало обновить свой гардероб, но при мысли о том, что сейчас нужно будет бесконечно бродить по магазинам, у меня свело скулы.

Я подумал, что не случится ничего страшного, если я отложу этот вопрос до завтра, а сегодня решил заняться другим. Например, почему бы мне не навестить Горчаковых? Я ведь обещал Елене и ее отцу, что буду обязательно заходить к ним время от времени. Уверен, что им будет приятно.

Как известно, с пустыми руками по гостям не ходят, поэтому я все-таки заглянул в несколько магазинов перед тем, как ехать к Горчаковым. В одном из магазинчиков, которые торговали антикварными магическими сувенирами, мне удалось отыскать для Елены отличный кукольный домик в готическом стиле.

Видимо когда-то давно кто-то из дворян решил побаловать своих детишек такой необычной игрушкой, а со временем она оказалась не нужна и попала в лавку. Мне домик понравился. С горгульями на башенках, с игрушечными пауками и черепами внутри…

Он станет отличным дополнением для Приюта Горчаковой. По моим самым минимальным расчетам, в нем можно будет поселить штук десять новых существ, которых она коллекционирует в виде стабильных иллюзий. Во всяком случае, я очень надеялся, что и Елене домик тоже понравится.

Ну а кроме того заехал в кондитерскую лавку за тортом. Пока я готовил Эликсир Усмирения Крови и болтался по сувенирным лавкам, у меня разыгрался аппетит и я бы с удовольствием слопал что-нибудь вкусненькое. На полноценный ужин меня бы пока еще не хватило, а вот от кусочка своего любимого тортика я бы не отказался.

Надо ли говорить, что Горчаковы были очень рады меня видеть? Причем мне показалось, что отцу Елены мой визит был гораздо приятнее, чем ей самой. Интуиция подсказывала мне, что мое обещание заходить к ним в гости он посчитал обычной вежливостью и никак не рассчитывал на другое.

Около часа мы чаевничали и обсуждали предстоящий турнир. Пока это была единственная общая тема, о которой мы могли разговаривать все втроем. Про школу не поговоришь, так как Елена бывала там только на тренировках, чем еще живет семья Горчаковых, я не знал, вот и получалось, что больше разговаривать было не о чем. Впрочем, и этого вполне хватало.

Домик с горгульями девушке очень понравился. После чая с тортом мы поднялись в ее комнату, чтобы найти для него подходящее место и оказалось, что он отлично становится рядом с Приютом. Они даже смотрятся как единое целое. Все выглядело так, как будто к жилищу для ее иллюзорных монстров просто добавили новое жилое крыло.

В общем вечер, что называется, удался. Я был очень доволен тем, как провел время. Горчакова дома вела себя совсем не так, как на наших совместных тренировках. Часто смеялась, рассказывала много интересного, да и вообще… Если бы не две тени, которые она отбрасывала, я бы уже и забыл, что у девушки тяжелая магическая болезнь.

Честно говоря, меня так и подмывало вновь сказать отцу Горчаковой, что я могу попытаться помочь его дочери. В какой-то момент мы даже обменялись с ним взглядами и будто коротко переговорили с ним таким образом. Я понял, что он помнит о моем предложении и повторять это еще раз не было смысла. Что же… Это их семейное дело… Пусть все идет своим чередом.

После такого насыщенного дня я довольно быстро заснул и в кои-то веки на самом деле выспался как следует. Никто меня не будил, мне не нужно было идти в Берлогу, дверь в комнату не ломали — все просто прекрасно.

Вот бы еще в торговый центр мне не нужно было ехать и вещи сами собой появились, но таких чудес не бывает. Никакая бытовая магия на это не была способна, так что пришлось мне отправляться туда самому сразу же после позднего завтрака.

Стоит ли говорить, что я потратил на хождение по магазинам практически целый день? Причем устал за это время так, как будто все это время не новые вещи примерял, а помогал разгружать ящики с тяжеленной драконьей сталью.

Утешало только то, что удалось купить практически все задуманное. Не забыл даже про заказ Люфика, который доставил ему сразу после того, как вернулся из похода по магазинам. Разумеется, со вкусняшкой, как же еще. Зная вредный характер демоненка, я был уверен, что если принесу ему только все для работы и не позабочусь о сладком задатке, то этот синекожий гад устроит бунт.

В целом день прошел просто замечательно. Можно сказать, что у меня получились отличные мини-каникулы во время учебы. Вечером мы созвонились с Лешкой и договорились завтра утром как обычно встретиться за завтраком, ну а потом мне позвонила Ланская.

Не могу сказать, что я ждал ее звонка, но… Да что там говорить, мне почему-то хотелось, чтобы она позвонила. Сам не знаю почему. Просто в какой-то момент поймал себя на мысли, что поглядываю на телефон в ожидании.

Чтобы немного отвлечься, я хотел после разговора с Нарышкиным отправиться в Тенедом и заняться с Лакримозой ритуальной магией, но Аня позвонила до этого момента. Так что в результате мы проговорили почти полчаса. Самое интересное, что я даже не особо помню, о чем шел разговор.

В Тенедом я после этого уже не пошел, а решил лечь спать. Вот только сон что-то не шел. Вертелся с боку на бок, а потом просто улегся на спину и уставился в потолок. Точнее на Градовского, который висел прямо надо мной.

— Хочешь какую-нибудь поучительную историю на ночь? — поинтересовался Петр Карлович, заметив, что мне не спится.

— Нет, просто хочу подумать спокойно.

— Могу вместо истории напеть какую-нибудь соответствующую песенку, — не унимался призрак. — Я знаю одну хорошую колыбельную, «Сон дракона под луной» называется.

— Градовский, не надо никаких колыбельных, — сказал я, зная о том, что исполнитель из Петра Карловича совсем никудышный, и звуки, которые он обычно из себя исторгает, даже при самой богатой фантазии песней назвать очень трудно. — Я просто хочу полежать, можно?

— Конечно, — разрешил он. — Если что, я рядом.

На самом деле, конечно же, я лежал не просто так. То и дело припоминал встречу с Ланской на Старом Арбате. Ну и тот случай с Лизуновым в кафе, само собой. Вот мы сидим в кафе, вот на наш стол падает тень этого идиота, а потом все то, что произошло дальше.

— Знаешь, а ведь она могла просто промолчать, — сказал я Дориану.

— Кто? — спросил он, хотя прекрасно понимал о ком я говорю. — Ланская? Мальчик мой, ты думал об этом уже три раза за сегодня и два раза за вчера, может быть, хватит?

— Не провоцировала меня, как это сделала бы, например, Цветкова, — продолжил я делиться с Мором своими мыслями. — Типа «врежь ему Максим» или что-то в этом роде. Могла сказать, чтобы я с ним не связывался, но нет. Просто взяла и сама перешла в атаку в той ситуации, которая ее совсем не касалась.

— Боевая девчонка, согласен, — не стал спорить Дориан. — Это сразу видно. То, что она тебя подстраховала, это лишнее тому подтверждение.

— Подстраховала? — уточнил я. — Что ты имеешь в виду?

— Своей фамилией, само собой, разве не ясно? — ответил Мор таким тоном, как будто это было очевидно. — Ты же видел, как дружок Лизунова что-то сказал ему, и эти двое сразу же отвалили. Хотя… Могли и не отвалить, я с тобой согласен. Если тебе так будет легче, то скажу, что ей было не все равно, и поэтому она решила вмешаться. Так легче?

— Угу, — промычал я и улыбнулся. — Помнишь, как она сказала ему, что Лизуновы туговаты на ухо? Хорошее чувство юмора у девушки, правда? Мне шутка понравилась. Дерзкая.

— Смелая, с хорошим чувством юмора, что еще? — усмехнулся Дориан. — Бойкая, симпатичная, умная, приятная… Слушай, Макс, по-моему, ты влюбился.

— Что? Нет! — ответил я и резко сел на кровати. — При чем здесь влюбился? Просто она мне нравится, как человек. Веселая, острая на язык, может быть, даже красивая…

— Красивая значит? — хохотнул Мор. — И ты мне говоришь, что ты не влюбился, я правильно понимаю?

— Не передергивай, это здесь ни при чем, — пробурчал я и посмотрел на Градовского, который по-прежнему висел надо мной, ожидая, что я все-таки передумаю и попрошу его спеть. — Я просто говорю, что она мне приятна. В ней есть что-то живое, настоящее, понимаешь? Она не пытается казаться лучше, чем есть на самом деле. Иногда дерзкая, но не злая…

— Чем-то похожа на тебя, ты это хочешь сказать? — спросил он.

— Откуда мне знать? — спросил я и начал вновь залезать под одеяло. — Я же не могу оценивать себя со стороны. Просто описываю тебе свои ощущения, вот и все. Мне с ней как-то комфортно, вот что я хочу сказать.

— Я тебя поздравляю, Макс, значит наблюдается положительный терапевтический эффект! — радостно воскликнул Мор. — Просто бесценная девушка. Срочно женись!

— Дориан!

— Ладно-ладно, молчу… — примирительно сказал он. — Но ты сам бы послушал, что говоришь. Она тебе явно нравится, как девушка, а не потому, что тебе с ней комфортно. Так-то тебе и с Вороновой было комфортно, разве нет? Даже рядом с Лазаревой, если мне память не изменяет. Особенно пару лет назад.

— Умеешь ты поддержать, ничего не скажешь… — проворчал я и накрылся одеялом с головой. — Софья — это другое совсем. С ней рядом одни ощущения, а здесь…

— Другие, — закончил за меня Дориан. — Разумеется, я все понимаю. Нам с тобой нужно придумать, что с этим делать.

— А что с этим можно сделать? — не понял я своего друга.

— Думаю, теперь у тебя, как у приличного человека, есть два варианта, — сказал Мор. — Первый — просто забыть о ней и постараться общаться как можно реже. Второй — все наоборот. Не забывать, дружить и пригласить куда-нибудь при случае, когда будешь в Москве.

— Пригласить… — задумался я. — Куда, например?

— На дуэль, — решительно сказал Дориан. — Быстренько прикончишь ее и не будешь забивать себе голову глупостями. Учитывая то, что Ланская считает тебя парнем со странностями, такому предложению она не удивится.

— Вообще-то, я серьезно…

— Тогда в кино, — ответил он. — Еще можно в зоопарк. Я бы тоже туда с удовольствием сходил, между прочим.

— Зоопарк — это интересно, — согласился я, затем улегся поудобнее и закрыл глаза. Пожалуй хватит с меня на сегодня размышлений.

Интересно, а что скажет Нарышкин, когда я ему расскажу историю с Лизуновым, и о том, что хочу пригласить Ланскую в зоопарк? Мне почему-то кажется, что он ее недолюбливает… Или просто кажется?

— Хозяин, может быть, я все-таки спою? — услышал я жалобный голос Градовского. — Уверен, что после этого тебе будут сниться самые приятные сны.

Я лично в этом сильно сомневался. После песен призрака обычно снятся жуткие кошмары. Правда отвечать я ему не стал и просто сделал вид, что сплю. Причем давно сплю.